Читаем Немного чести (СИ) онлайн бесплатно
========== Часть 1 ==========
Очень тихо, подумал Лотрик, не размыкая век. В таких местах не бывает настолько тихо. Что-то не так, не иначе.
Он открыл глаза, затаив дыхание, и обнаружил себя на площади. Деревенский рынок утопал в солнечном свете, прилавки с мясом и рыбой полнились товаром, но никаких запахов не было. Как и людей. Подняв голову, Лотрик взглянул на небо: солнце стояло в зените. Как странно: полдень, а вокруг ни единой души! Он так и знал, что что-то идет не так.
Лотрик рефлекторно закинул руку за голову и, схватившись за рукоять клеймора, принялся высматривать угрозу. Площадь стояла тиха и недвижна: ни единая травинка не колыхалась на ветру, ни один звук не удавалось уловить в сухом воздухе. Простояв в ожидании с минуту, Лотрик тяжко выдохнул, убирая ладонь с рукояти. Может, ему просто кажется…
И тут слух его прорезало женским вскриком. Даже не криком, но рваным эхом оного, звучавшим от того не менее громко. И устрашающе. Впрочем, Лотрик не спешил вновь браться за меч.
Спустя несколько секунд крик послышался вновь, уже более громкий и протяжный. Поморщившись, Лотрик приложил к ушам руки. В следующие несколько мгновений голос вновь появлялся и исчезал, с каждым разом становясь все длиннее и громче, но от того не переставая напоминать лишь рваное подобие эха. Крик нарастал и нарастал, прерываясь все реже, но вскоре вновь исчез на непривычно долгий миг. Когда Лотрик убрал руки от ушей, то же эхо женского голоса вдруг провозгласило не менее грозно:
— Лотрик! Ты здесь?
Лотрик нахмурился. Картина происходящего возникла у него в разуме мгновенно, и в связи с этим он не почувствовал ничего, кроме усталости. Очередной сон, очередной дух… Порой собственные сны казались Лотрику рутиной. Иногда даже приятной. Ему хотелось думать, что таковой она покажется и в этот раз.
— Здесь, — выдохнул Лотрик. — А где ты?
На краткий миг ему послышалась усмешка. Затем пыль на площади совсем рядом с ним взметнулась кольцом, и в этом кольце возник образ полупрозрачной эльфийки. Лицо ее на миг показалось Лотрику знакомым; впрочем, черты ее расплывались в окружающей округу призрачной дымке, поэтому однозначно судить Лотрик сейчас не мог.
Эльфийка кратко осмотрелась, а затем взглянула на Лотрика и сплела перед собой пальцы опущенных рук.
— Рада видеть тебя, — кивнула она, и голос ее прозвучал гулко и неестественно. — Я долго ждала этой встречи. А ты?
Он мотнул головой.
— Кто ты?
— Я? — Эльфийка показалась искренне удивленной, но сразу после быстро ему улыбнулась. — Мое имя не имеет такого уж большого значения, братец. Все равно ты его не запомнишь.
Она вновь оглянулась по сторонам словно бы в поиске чего-то конкретного. Затем вновь взглянула на Лотрика.
— На самом деле, — продолжала эльфийка, склонив голову набок, — я ждала нашей встречи, пожалуй, с самого твоего рождения. Иногда мне казалось, что мы вот-вот увидимся, иногда — что не увидимся и вовсе. Но вот мы здесь. Разве это не повод для радости, братец?
Лотрик пожал плечами.
— Если тебе это радостно, то я счастлив за тебя. Но я хотел бы…
Не дослушав, эльфийка быстрым и ровным движением приложила к его губам указательный палец. Затем, убедившись, что продолжать Лотрик не станет, она задумчиво провела рукой по его щеке. Ему показалось, что ладонь ее вот-вот пройдет сквозь его лицо. Тем не менее, касание это ощущалось словно бы совсем по-настоящему.
— Ты так юн и с такой страстью жаждешь ответов, — печально сказала эльфийка. — Твое любопытство вызывает во мне чувство горечи. Поверь, я хотела бы рассказать тебе обо всем… Но не могу себе позволить. Так будет лучше для тебя же.
Она отняла руку от его лица и в очередной раз огляделась:
— Ты ведь хочешь, чтобы твоя жизнь сложилась хорошо, не правда ли?
— Хочу, — неуверенно кивнул Лотрик. — Хотелось бы думать, что к этому все и придет.
— Это правда. О, это чистая правда, братец! Твоя жизнь будет замечательной — спокойной, долгой и счастливой, чего и заслуживает подобный тебе бравый солдат. И дорога к этой жизни для тебя откроется уже завтра. Все, что от тебя требуется — не упустить этот шанс.
— Хорошо, — тепло усмехнулся он. — Хорошо, хорошо. Поверь: не упущу.
— Я хочу в это верить, — прошептала эльфийка, взяв его лицо в свои холодные полупрозрачные ладони. — Очень хочу. Одна беда: в груди у тебя бьется донельзя переменчивое и юное сердце, и это не дает мне покоя. Безусловно, ты хочешь быть счастливым, как и каждый прочий живущий — но порой не можешь себе этого позволить. И ошибаешься в этом.
Лотрик не стал отстраняться, но все равно свел вместе брови.
— Неужто ты говоришь о…
— Да, братец, да — о счастье других в урез твоему счастью. Как же ты заблуждаешься, думая, что своим несчастьем делаешь чужую жизнь лучше! Земные народы придумали столько понятий, коверкающих саму суть жизни, что порой мне становится страшно за вашу судьбу. И, поверь, не одной только мне! Ты думаешь, Лотрик, что в силах поменять чью-то жизнь в лучшую сторону? Ошибаешься! Никакие твои жертвы не смогут изменить чужую судьбу. Поверь мне.
Он отступил на шаг, высвободившись из ее рук.
— Не верю, — мотнул головой Лотрик. — Откуда тебе это знать, дух? Если ты пришла сюда, чтобы переучивать меня жить, то ты опоздала лет на двадцать.
Эльфийка вздохнула словно бы совсем по-настоящему, но голос ее все равно прозвучал, подобно эху. Она не была реальна, мысленно повторял Лотрик, глядя на нее в упор. Она не реальна, как и то, что она говорит.
— Глупое юное сердце, — с заботой прошелестела эльфийка, — сколького же ты не ведаешь! Послушай меня, братец, пожалуйста: завтра решается твоя судьба. И не только твоя, но и сотен и сотен других разумных созданий. Я знаю, ты желаешь своим ближним только добра — но ты не знаешь, в какую сторону обернется для них это добро! Выслушай меня, прошу, умоляю тебя от лица тысяч загубленных будущим жизней — не геройствуй. Даже если ты почувствуешь, что это решит все как нельзя лучше — не геройствуй! Мысль о том, что ты можешь что-то исправить — лишь иллюзия. И если ты правда желаешь истинного блага для тех, кого любишь, то поверь мне. Иначе многие и многие смерти станут непоправимыми.
Лотрик опустил взгляд. Он молчал долго, пытаясь осознать все услышанное.
— Ты… Ты ведь не можешь этого знать. Только боги могут — а я что-то не вижу в тебе ни капли божественности. Я не хочу тебе верить. Но благодарю за совет.
Глаза эльфийки широко распахнулись, и она отшатнулась от Лотрика словно бы в ужасе. На ее лице отразилась мгновенно гримаса боли, и эльфийка закричала. Тем самым пронзительным эхом, которым встретила Лотрика в самом начале.
— Глупый! — грозно прорезала она его слух. — Ты еще поймешь, насколько же ошибаешься. Но тогда уже ни одна твоя молитва не будет услышана.
Эльфийка вновь завизжала. Облако пыли взметнулось под ней, закружило ее, и вскоре она исчезла, унесенная вихрем из серой дымки. Лотрик выдохнул с облегчением, сплюнув на место, где до этого стояла эльфийка.
— Пожалуй, не стоит больше курить на ночь друдену.
*
Проснувшись, первым делом Лотрик нащупал клинок лежавшего рядом клеймора. Привычку держать подле себя меч в любое время дня и ночи он выработал еще в годы войны с Черным Кругом. Мирное время для Лотрика не наступало никогда, а потому и в старых привычках отказывать себе не было необходимости.
Пробежавшись рукой по лежавшему плашмя лезвию, Лотрик сел и начал рыться в сумке в поисках записной книжки. Он хорошо помнил свои сны и старался записывать их всегда, когда позволяли обстоятельства. Выудив из сумы маленькую книжицу, Лотрик замер над ней с зажатым в руке карандашом. В кладовке, где он спал, стояла тьмущая тьма, но он все равно мог разглядеть чистый лист перед собой благодаря крохам пробивающегося из-под дверной щели света. И все же никак не решался начать писать.
По ту сторону двери до него доносились отголоски чужого разговора. Голоса были женскими; один явно принадлежал ребенку. Все было в порядке. Во многом благодаря Лотрику.
Выдохнув, он написал в книжице только одно слово: «геройство».
/
— Ты рано, — скупо улыбнулась Маргрет, стоило только Лотрику высунуть нос из кладовки. — Хорошо спал?
Полная женщина по имени Маргрет, единоличная хозяйка этого дома, стояла у плиты с видом осуществляющего грандиозный замысел алхимика. Когда она взглянула на Лотрика, в ее зеленоватых глазах мелькнуло сожаление. Лотрик знал, что оно было оправданным. Но все равно чувствовал в связи с ним некоторую досаду.
— Да, — соврал ей Лотрик. — Вновь благодарю.
— Не стоит, — сухо отозвалась Маргрет. — С утра едим кукурузную кашу; перекусишь?
— Не откажусь.
Скинув с плеча суму, Лотрик сел на скамью у стола. Напротив него, нервно болтая ногами, сидела бледная, как простыня, девочка по имени Эннис. Глазенки у нее светились зеленью, точно как у Маргрет, но усталости в них еще не было. «Года через два, — с тоской подумал Лотрик, — и у нее этот отпечаток во взгляде останется. Если она, конечно, до того мига доживет.»
Эннис уперто молчала, глядя на Лотрика со сведенными вместе бровями. Своими хмурыми глазками чем-то она напоминала ему дворового щенка. Маргрет продолжала пыхтеть над плитой, не обращая на них двоих совершенно никакого внимания. Лотрик вздохнул; спину у него ломило после ночи, проведенной на полу кладовки, но это не было для него проблемой. К тому же, глядя на стоявшую напротив кровать Маргрет, у него возникали сомнения на тот счет, спалось ли ей лучше.
— Дядька, — встрепенулась Эннис, не спуская с Лотрика сердитого взгляда. — Дядька, а это правда, что ты человеков ешь?
Маргрет возмущенно к ним обернулась:
— Эннис!
Лотрик нервно кашлянул. Затем, набрав в легкие побольше воздуха, положил руки на стол.
— Правда, — серьезно кивнул он. — Но только если в этом есть экстренная необходимость. Это… сложный процесс.
— Угу, — пробухтела Эннис с понимающим видом, не переставая болтать ногами. — А почему тогда ты тех других дядек не съел?
Лотрик вновь закашлялся. Повернувшись к ним с полными тарелками в руках, Маргрет вздохнула.
— Эннис, — начала она, поставив миску перед девочкой, — не доканывай дядю эльфа. Лучше бери и ешь.
— Ладно, — хмуро согласилась Эннис. — А зачем ты тогда перед дядькой кашу тоже поставила, если он человеков ест?
— Эннис!
Лотрик спешно поднялся, подобрав с пола сумку, и молча направился к двери. Маргрет, отвесив Эннис подзатыльник, припустилась за ним. Разговаривать с Лотриком при девочке, видимо, она больше не хотела, поэтому за руку его схватила лишь когда они уже вышли на улицу.
— Лотрик, — выдохнула Маргрет, не отпуская его предплечья. — Извини ее. Она же ребенок.
— Я знаю, — отмахнулся он, остановившись. — Я знаю. Я просто… У вас же и так еды нет после налета, зачем я…
— Лотрик. — Она сжала его руку крепче, уверенно развернувшись в сторону своего дома. — Перестань. Вас же там не кормят совсем. Я в твою сумку заглянула вчера, так там же кроме краюхи плесневелой ничего и нет. Пойдем, хоть поешь нормально.
Лотрик мотнул головой, но высвобождаться не стал.
— Я не могу.
Маргрет вздохнула, вновь к нему обернувшись, и некоторое время сердито глядела на него в молчании. Лотрик не сводил с нее взгляда: он любил ее зеленые глаза, пусть порой ему и становилось сложно в них смотреть.
Маргрет с самого первого дня их встречи смотрела на него не так, как все остальные. Было в ее взгляде такое неизведанно-нежное выражение, которого Лотрик не видел никогда прежде и потому отчего-то полюбил. Он часто избегал зрительного контакта с людьми, но в глаза Маргрет мог смотреть сколько угодно — и она никогда не была против. Впрочем, иногда Маргрет этим обстоятельством даже пользовалась.
— Тебя на службе, — вкрадчиво начала она спустя некоторое время, наконец отпустив его руку, — опять принуждают… Это делать?
— Нет-нет, — быстро ответил Лотрик, отведя глаза. — Милорд, он… Не такой человек. Он обещал, что меня никогда больше не заставят.
— Ты ему веришь?
Лотрик кивнул.
— Хорошо. — На краткий момент Маргрет вновь со вздохом покосилась на дверь. — Я рада, что ты наконец куда-то устроился — тем более так близко от нас. Не обижайся на Эннис. Она пусть и глуповата, но я ее еще обучу манерам.
— Не обзывай ее. Она же не виновата, что я эльфом уродился.
Цокнув языком, Маргрет покачала головой.
— Ты всю жизнь за это оправдываться не должен. Сколько у тебя времени осталось?
Лотрик косо взглянул на выглядывающее из-за крыш домов рыжее солнце. Рассвело только недавно.
— Уже надо идти. Да и вам тоже.
Маргрет всплеснула руками. Затем кратко осмотрелась по сторонам: люди вокруг в спешке собирались, заколачивая дома и нагружая телеги. Взгляд же Маргрет нигде надолго не задержался, и потому она взглянула себе на руки. И спешно начала стягивать единственное имеющееся у нее кольцо.
— Возьми, — кивнула Маргрет, протягивая ему побрякушку. — Носи с собой. Смотри на него и помни о том, что есть в Ривеллоне люди, которые тебя любят за все то, что ты из себя представляешь.
Лотрик взял кольцо. Покрытое позолотой, оно мерцало на солнце рыжими огоньками, но смотрел Лотрик не на них, а на зеленый камешек в центре. Он понимал, что крохотный изумруд никогда не будет светиться тем же выражением, что и глаза Маргрет. Лотрик знал, что никогда не сможет увидеть в кольце те же самые отблески.
Он кивнул Маргрет и собрался уже было уходить, как вдруг она приблизилась к нему вплотную и объяла руками за шею. Лотрик вздрогнул.
— Если это наша последняя встреча…
— Ничего не слышу.
— Если это наша последняя встреча, скажи Эннис, что я ей приснился.
/
Лотрик надел кольцо сразу же, как покинул пределы деревни. Пальцы у него в силу происхождения были тонкими, чего не скажешь о Маргрет, поэтому он перманентно ощупывал по пути кольцо, опасаясь, что оно вот-вот соскользнет.
Тропинка к солдатскому лагерю взмывала вверх по склону, поросшему бурьяном и кустами ежевики. Если обернуться назад, открывался обширный вид на деревню и принадлежащие ей земельные наделы. Сейчас, в середине лета, на полях уже появились первые всходы, которые ранним утром солнце щедро украшало золотом. Обыкновенно Лотрик не упускал момента посмотреть на подобный пейзаж, но сегодня сердце у него было не на месте. И одного только взгляда на распростершуюся в низовьях деревню могло хватить для того, чтобы усугубить это чувство.
Когда в окрестных землях прошла весть о том, что лорд Рейнар призывает к себе наемников для очередной мелкой заварушки, Лотрик не смог устоять. Он знал, что как раз-таки Рейнар владеет деревней, где жила Маргрет, и его прельстила мысль о том, что теперь с ней он сможет видеться еще чаще. Сейчас же, пробираясь к лагерю Рейнара, Лотрик не мог перестать корить себя за собственную глупость.
