Читаем Некромант Империи. Том 3 онлайн бесплатно

Подвальные помещения Бюро Магической Безопасности. Отсюда мало кто выходит по своей воле. Впрочем, некоторые не выходят вообще.

В самом центре одной из камер, располагалась клетка, два на два метра по центру ржавая койка и свисающая одинокая лампа. Именно там, раскинув руки и ноги, прикованные тяжелыми цепями, лежал человек. Вернее, тот, кто когда-то был известен как Виктор Александрович Страйкер — маг воздуха, оборотень и, по совместительству, покойник со стажем. Последнее, конечно, было небольшим преувеличением — его кости действительно покоились на кладбище, но сам Виктор Александрович, как видим, имел наглость проигнорировать этот факт своей биографии.

Первое, что почувствовал Страйкер, приходя в себя — боль. Тупая, ноющая, она пульсировала в каждой клетке тела, словно напоминая — ты еще жив, ублюдок, хотя и не должен бы. Сознание медленно выплывало из тумана, цепляясь за обрывки воспоминаний. Драка… мальчишка-целитель… что-то пошло не так.

«Твою мать…» — первая связная мысль отдалась новой волной боли. — «Сколько я валяюсь? Регенерация должна была уже…»

Он попытался сосредоточиться на внутренних ощущениях. Что-то определенно было не так. Регенерация оборотня, способная затягивать смертельные раны за считанные минуты, молчала. Словно её и не было никогда.

«Ублюдки из БМБ заблокировать регенерацию?» — Страйкер попытался пошевелиться, и тело отозвалось новой порцией боли. — «Или этот сученыш Волконский что-то сделал со мной? Исцелил проклятье оборотня? Да нет, бред… ну а вдруг? Может, я больше не…»

Он не закончил мысль, отвлекшись на звон цепей. Массивные кандалы, охватывающие запястья и лодыжки, поблескивали в тусклом свете каким-то неестественным блеском. Страйкер попытался мощным потоком воздух вывернуть звенья. И тут же зашипел от боли — кандалы вспыхнули, обжигая кожу.

— Живое серебро, — он усмехнулся, разглядывая покрасневшую кожу. — Ну конечно, можно было догадаться. Перестраховщики хреновы.

Тишина камеры давила на уши. Где-то вдалеке капала вода — кап, кап, кап… это начинало раздражать. В голове крутился один и тот же вопрос — как? Как он, Виктор Страйкер, человек, десятилетиями водивший за нос лучших следователей империи, оказался прикованным к решетке в подвале БМБ?

«Должно быть какое-то заклинание…» — он наморщил лоб, пытаясь вспомнить. — «Что-то связанное с памятью… древняя магия… Мемория ревелато — точно, было в одной из запрещенных книг.»

Страйкер глубоко вдохнул, собирая остатки силы. Живое серебро жгло запястья, но он знал — первые секунды заклятие должно сработать, даже если цепи глушат магию ядра.

— Мемория ревелато! — слова заклинания сорвались с губ, и в тот же миг кандалы вспыхнули светом. Боль прошила тело, словно раскаленные иглы впились в кожу. Страйкер стиснул зубы, удерживая концентрацию — нельзя терять контроль, только не сейчас.

Зрение затуманилось, реальность поплыла. Белесая пелена заволокла глаза, а потом… Воспоминания хлынули потоком, яркие и четкие, словно все случилось вчера, он видел все своими глазами.

Ночь. Десяток клинков — боевые маги окружили его, загнали в ловушку. Родовое оружие аристократов… некоторые клинки обладают уникальной магией, но лица. «Демоны, если бы я мог разглядеть их…» — подумал он. А потом боль…

Видение резко сменилось. Дождь. Холодные капли на лице. Он открывает глаза и видит мужчину в черном плаще, с холеными усами — тот смотрит на него сверху вниз. Рядом женщина в алом — её улыбка заставляет кровь стынуть в жилах, а глаза… абсолютно черные, без единого проблеска белков.

«Теперь ты будешь жить для меня,» — сказал мужчина, положив ледяную ладонь ему на лоб. А женщина… она идет дальше, но куда? К кому? Он видит лишь краем глаза — кто-то еще поднимается, как и он. «Проклятье, почему я не смотрел? Что она делала?»

Реальность обрушилась внезапно. Белая пелена схлынула, а цепи вновь полыхнули болью, вырывая из транса.

— Сука! — выругался Страйкер.

Он прекрасно знал — повторное использование Мемориа ревелато в течение года грозило особым видом магической комы. Сознание просто утонет в потоке воспоминаний, затянет как в трясину, и уже не выберешься. Бывали случаи, когда маги, рискнувшие нарушить это правило, годами лежали в госпиталях, заново переживая каждый момент своей жизни, не в силах вырваться из бесконечного круга памяти.

Страйкер лежал, вглядываясь в темноту камеры. Воспоминания, вырванные заклинанием, были как осколки разбитого зеркала — острые, но неполные. В голове царил хаос.

«Что за чертовщина…» — он попытался собрать мысли воедино. — «Моё тело… оно как оказалось годами гнило в земле. Экспертиза БМБ подтвердила — ДНК совпадает, никакой ошибки. Как такое возможно? Я же здесь, живой…»

Цепи тихо звякнули, когда он попытался устроиться удобнее. Каждое движение отдавалось болью. Но физические страдания были ничем по сравнению с раздирающей голову неопределенностью.

«Кто были те аристократы? Какие семьи вершили надо мной суд?» — он вновь и вновь прокручивал в голове размытые образы из воспоминаний. — Но память словно заморожена, как будто кто-то запечатал самое важное…'

Женщина в красном плаще не выходила из головы. Её черные глаза, жуткая улыбка… Что она сделала там, в дождливой темноте? К кому пошла после него? Вопросы множились, а ответов не было.

Зазеркалье… Ещё одна загадка. Он помнил портал — шаг в неизвестность по чьему-то приказу. А потом… провал. Следующее воспоминание — этот наглый мальчишка Волконский пытается начистить мне волчью морду.

«Щенок…» — Страйкер невольно усмехнулся, вспоминая их столкновение. — «Надо же, угрожать мне вздумал. И ведь не струсил, гаденыш…»

Усталость накатывала волнами. Может, от потери крови, может, от магического истощения — но глаза закрывались сами собой.

«Нужно поспать…» — подумал он, позволяя темноте окутать сознание. — «А там посмотрим… если, конечно, меня не поведут сразу на казнь…»

Металлический стук каблуков выдернул Страйкера из сна. Он с трудом разлепил веки — перед решеткой стояли трое в форме БМБ. Две женщины и мужчина, все с нашивками старших следователей.

— О, явились… — он демонстративно зевнул. — Слушайте, валите-ка отсюда. Я сплю, между прочим. И дверь прикройте, а то сквозит.

Женщина в центре — судя по нашивкам, старший следователь — поморщилась:

— Виктор Александрович Страйкер…

— Для друзей просто Витя. — перебил он с издевательской улыбкой.

— Как ваши кости могут быть захоронены на кладбище для преступников? — в голосе следователя звенел металл. — Что вы такое? Вы иномирец?

— Нет! — Страйкер дернулся в цепях, раздражение нарастало как снежный ком. — Слушайте, вы уже задолбали с этим вопросом! Может, хватит? Или фантазии не хватает придумать что-то новенькое?

— Вы же понимаете, есть способ узнать наверняка, — женщина сделала шаг к решетке. — И он не из приятных.

Страйкер вдруг расхохотался — громко, зло, с лихорадочным блеском в глазах. Резко подался вперед, насколько позволяли цепи:

— А давайте! — выкрикнул он, оскалившись. — Только не меня одного! Проверьте всех аристократов! Что, слабо⁈

Следователи переглянулись. Страйкер почувствовал, что нащупал больную точку:

— Ну конечно, — процедил он сквозь зубы. — Какой скандал будет, если заставить благородных господ пройти болезненную процедуру проверки. А ведь я вам гарантирую — из десяти хотя бы один окажется иномирцем. Но вы же этого не сделаете, правда?

Он откинулся назад, презрительно усмехаясь:

— Закон един для всех… но только на бумаге. А на деле…

— Заткнись! — женщина-следователь резко оборвала его речь. — Ты что, действительно не понимаешь? Если ты не иномирец — процедура изъятия ядра тебя убьет. Именно поэтому её проводят только над преступниками. — Она наклонилась к решетке. — А жизнь такого, как ты, не стоит и медного гроша.

Страйкер замер, чувствуя, как по спине пробежал холодок. «Твою мать… об этом нюансе я как-то не подумал», — мелькнуло в голове, но внешне он лишь растянул губы в наглой ухмылке.

— Приготовить его к процедуре изъятия магического ядра! — скомандовала следователь.

— Нет! — Страйкер рванулся в цепях, его накрыла паника, но он пытался скрыть её за яростью. — Пошли нахрен! Руки прочь, ублюдки! Я вам не лабораторная крыса!

Живое серебро обожгло запястья, когда он дернулся особенно сильно.

— Ты юридически мертв, — женщина произнесла это почти ласково, словно объясняла прописную истину капризному ребенку. — А значит, формально не существуешь. И мы можем делать с тобой всё, что захотим.

Страйкер хотел огрызнуться, но острая боль пронзила шею. Краем глаза он успел заметить, как один из охранников убирает шприц. «Сволочи… даже… не дали…» — мысли путались, растворяясь в накатывающей темноте.

Сознание возвращалось медленно. Первое ощущение — обжигающий холод хирургического стола под обнаженной спиной. Страйкер попытался пошевелиться, но тело не слушалось. Только насколько позволяло зрение он осмотрел помещение.

Операционная выглядела в точности как в фильмах ужасов — яркий свет хирургических ламп, блестящие инструменты на стенах, люди в черных костюмах с масками, закрывающими лица.

— Начинаем процедуру изъятия, — произнес кто-то из черных фигур. — Фиксация объекта завершена.

'Объекта… " — успел подумать Страйкер, прежде чем боль пронзила всё тело. Словно раскаленный металлический прут медленно вкручивали в живот чуть ниже сердца. Он выгнулся на столе, но ремни держали крепко.

А потом он увидел… и это зрелище почти заставило забыть о боли. Над его телом медленно поднималось магическое ядро — сияющий шар чистой энергии. Цвета стихии воздуха переливались внутри, как северное сияние.

— Ну нихрена себе… — заорал Страйкер. — Эй, уроды! Положили, где взяли!

В рот тут же впихнули что-то вроде резинового кляпа. Боль нарастала лавиной, превращаясь в настоящую пытку. Каждая клетка тела горела, протестуя против насильственного изъятия магической сущности.

Страйкер продолжал глухо рычать сквозь кляп, но внезапно замолчал, услышав разговор оперативников.

— Ядро обычное, он точно не иномирец, — голос следователя звучал раздраженно. — Но почему он до сих пор жив?

— Всё дело в регенерации, — ответил кто-то из врачей. — Она не дает ему умереть даже с извлеченным ядром.

— Думаете, вернулась регенерация оборотня? — в голосе женщины звучало сомнение. — В камере цепи глушили всю магию включая и регенерацию. Но его же очистили от проказы волка?

— Может, не до конца? — второй голос звучал неуверенно. — Или это какая-то иная регенерация… Ядро обычное, но не обычное. Оно точно из нашего мира, по всем внешним показателям. Но что-то странное — не пробить, не заглянуть глубже, будто там стальной панцирь.

Грохот разорвал воздух — входная дверь операционной буквально влетела внутрь, снесенная мощным магическим ударом. От неожиданности кто-то из оперативников выронил сияющее ядро. Страйкер успел только широко распахнуть глаза, прежде чем магическая сущность рванулась обратно к своему законному владельцу.

Боль от возвращения ядра была сравнима с агонией его извлечения. Он закричал сквозь кляп, выгибаясь на столе.

А потом начался настоящий хаос. Даже не видя происходящего, Страйкер чувствовал — в операционной разворачивается нешуточный бой. Жар боевых заклинаний опалял кожу, воздух звенел от высвобожденной магии. Яркие всполохи различных стихий отражались от стен — алое пламя смешивалось с ледяной синевой, изумрудные вихри разрезали пространство.

Крики оперативников смешивались с грохотом взрывов. Где-то совсем рядом что-то с треском разбилось. И внезапно всё стихло. Тишина, заставив Страйкера напрячься ещё сильнее.

«Сука, да что там происходит?» — мысли метались в голове, пока он пытался хоть что-то разглядеть, но ремни держали крепко, не позволяя даже приподнять голову.

Звук шагов… лёгкие, едва различимые. Они приближались.

А потом он увидел её. Та самая женщина из видения в алом плаще. Но главное — глаза. Абсолютно черные, они смотрели на него с жутковатым весельем. А губы… губы растягивались в лёгкой улыбке.

Именно так она улыбалась тогда, в ту дождливую ночь, когда началось его второе существование.

Разбудили нас ни свет ни заря — за окном едва забрезжил рассвет, но воздух уже наполнился манящими ароматами из столовой.

Я с неохотой выбрался из-под одеяла, краем глаза наблюдая, как Костя пытается совладать со своей шевелюрой перед зеркалом. Мы быстро умылись и занялись сборами. Академия расщедрилась на новенькие тканевые рюкзаки — темно-синие, с фирменным гербом на клапане. Внутри обнаружился стандартный набор «юного следопыта» — фляга с водой, бинты и прочая ерунда, которая, по мнению преподавателей, может спасти нам жизнь.

В столовой нас ждал завтрак: крепкий чай, бутерброды с колбасой и… о да! Манная каша со сливочным маслом. Не знаю, любил ли я эту белую массу в прошлой жизни, но сейчас… это сладкое месиво с расплавленной лужицей масла сверху… за такую кашу я был готов драться.

После завтрака нас выстроили в коридоре перед выходом. Я окинул взглядом однокурсников — сонные, взъерошенные. Близнецы о чем-то шептались, явно замышляя очередную пакость. Топольский выпятил грудь, пытаясь выглядеть внушительно — ну-ну, посмотрим, как ты запоешь при встрече с первой же тварью.

Улучив момент, когда преподаватели отвлеклись на какие-то бумаги, я схватил Костю за плечо.

— Стой смирно, — прошептал я, направляя в его сердце поток целительской энергии. — Сейчас будет немного… щекотно.

Получилось даже лучше, чем я ожидал — некромантский стержень идеально замаскировался противоположной силой жизни, как у меня самого. А значит теория верная. Магия циркулировала вокруг сердца Кости, обволакивая его и заходила вновь в мою руку и так по кругу. Оставлять ее там я не стал, мало ли что, новых проблем я не хочу. Мы спокойно прошли через «Око» — хваленый детектор некромантии даже не пискнул.

Да! Сука, да! Сработало. Теперь мы сможем покидать территорию академии без проблем.

На улице нас встретил Полозов, он стоял возле столика с какой-то хренью. Перед ним выстроилась целая очередь студентов.

— Че происходит? — я окинул взглядом эту странную процессию.

Рыжие близнецы, топтавшиеся впереди объяснили:

— Слепок силы снимают каким-то новым артефактом.

— Типа для статистики.

Когда подошла моя очередь, Полозов демонстративно сделал вид, что меня не существует. Его взгляд скользнул сквозь меня, словно я был пустым местом:

— Следующий!

— Эй! А я? — я намеренно громко возмутился.

Полозов медленно повернул голову.

— Волконский! — он произнес мою фамилию так, будто это было какое-то особо заразное заболевание. — У нас новый сканер. И если вы умудритесь сломать и его… — он сделал драматическую паузу, — то к концу года академия разорится на замене оборудования. Так что ступайте, не задерживайте очередь. Мы все прекрасно знаем о вашем… особом таланте ломать всё, к чему прикасаетесь.

Я только пожал плечами и двинулся дальше, пряча ухмылку.