Читаем Нейтрал: падение (СИ) онлайн бесплатно

Эм Джексон

Нейтрал: падение

ISBN 978-966-924-531-1

УДК 821.161.1(477)-31

ББК 84.4УКР6-5

Э 54

Оглавление

Эпилог "Why did you lie?"

Возвращение

- Жалко, конечно, с тобой расставаться, парень. Мы с женой к тебе привыкли. Ты же знаешь, ты так напоминаешь нам нашего собственного сына, - и старик прислонился к юноше с лучезарной улыбкой и ясными голубыми глазами.

Его русые волосы светились под золотистыми яркими лучами солнца. Все его тело дышало юностью, свежестью и какой-то неиссякаемой радостью и надеждой. Весь он горел в предвкушении чего-то. Он быстро по-мужски, но с какой-то невероятной благодарностью, преданностью и теплом обнял старика. Они только что закончили работу на поле и сейчас возвращались к их дому подготовиться в дороге.

-Я, конечно, уверен, что город засосет тебя. Как когда-то это было и с моим сыном. И потеряли мы его, сам понимаешь... И чего вам, молодежи не сидится. Что вы все стремитесь туда? Какую лучшую жизнь хотите вы найти? Молоды вы еще, не можете понять, в чем счастье. Город лишь выпьет из вас соки, сделает вас слабыми, зависимым от множества "да" и "нет", - обратился к юноше старик.- Но ты всегда знай одно: если что, у тебя есть, куда возвращаться.

Парень лишь покачал головой в ответ и обратился к старику:

-У меня и так было, куда возвращаться. Вы же знаете, у меня есть семья. Мать, отец, сестры, братья. Но не к ним льнет моя душа. Они - в прошлом. Я хочу создать свою семью. И я буду идти следом за своей мечтой столько, сколько понадобится, пока снова не увижу любимых глаз и не почувствую тепло любимого тела.

- Сын мой, - на глаза старика навернулись слезы.- Я все время боялся тебе сказать, спросить тебя. Но теперь, ты все равно уже уходишь, теперь можно. Если я не задам эти вопросы сейчас, я не задам их уже никогда. И, поэтому, я наберусь все же смелости.

- Не бойтесь, задавайте. Я, по возможности, отвечу на каждый из них.

- А что если ты ошибаешься? Как ты знаешь, что искать ее нужно именно там?

- А где еще? Она всегда стремилась в Саргемин. И,- он помедлил. - Я знаю, что она дошла туда.

- А если...?

- Если что?

- А если ее уже нет в живых?

- Что вы, что вы,- парень замахал руками. - Вот в этом я уверен полностью, это я чувствую сердцем. Понимаете, наши сердца, они связаны. Между нами даже не нить, а полотенце, которое простирается по всей земле, соединяя нас. Золотое полотенце. Если остановилось бы ее сердце, поверьте, мое синхронно стало бы в тот же миг.

- Бедный мой мальчик,- пожалел старик парня. - И последний вопрос. Самый сложный. Ведь прошло много времени с тех пор, как судьба развела вас. А если у нее уже все поменялось? А если она вообще...?

- Что вообще?

- Встретила другого мужчину, влюбилась, вышла замуж, детей уже родила.

- Да поймите вы,- тут в глазах парня проступило какое-то особое отчаяние, ужасная боль, которую он бессилен был скрыть, и вся эта неизбежность и обреченность полезли из него наружу.- Поймите, она не могла. Она любит меня. И это у нас с ней будут семья. И уже есть дети,- он осекся.- Я, по крайней мере, надеюсь на это. Поймите. Я так до сих пор страдаю, караю себя. Как я мог тогда ее потерять?!

- Это все обстоятельства, сынок. Ты и так еле выжил. Мы чудом тебя со старухой тогда поставили на ноги, вытащили на свет Божий. Мы думали, ты никогда уже и не проснешься.

- Так вот, знайте, лучше бы и не проснулся, если не видать мне больше Мартины. Я живу только для того, чтобы в какой-то момент снова увидеть ее, воссоединиться с ней и быть рядом. И еще,- он положил свою руку на плечо старику.- Спасибо за все, чему вы меня научили. Я вижу, как вы живете с вашей женой. Старость оказалась бессильна сделать что-либо с вашими чувствами, время лишь усилило их. И вы не обременены всеми тяготами города, слухами, взглядами людей, всем этим наносным. Вы живете для себя. На природе. И наслаждаетесь счастьем вашего не одиночества. Я, как только найду Мартину, сделаю все, чтобы мы с ней смогли создать то же и вы. Это конечная цель моего путешествия. И путешествия отнюдь не в Саргемин, а путешествия по жизни. Единственное, чего я хочу, к чему я льну, - просто быть счастливым с Мартиной вдали от всех в своем собственном раю. Я найду ее, и мы снова будем вместе. Просто построим дом, вдали от всех. Я бы очень хотел, чтобы это было где-то возле воды. Может, речка или озеро. Я знаю, Мартина это очень любит. И мы будем просто жить вместе, наслаждаться каждым мгновением, рожать детей, просто быть счастливыми.

Он так унесся в свои фантазии, что старик, который смотрел на него, затаил дыхание и боялся даже и дышать, и пошевелиться, чтобы не перебить все эти мысли Жака. Он понимал, что, возможно, тот сейчас и бредит, и никогда не достигнет он всего того, о чем говорит. Но каждому из нас нужна надежда, и старик более не хотел задавать ему никаких вопросов. Он лишь хотел, чтобы Жак пока что жил своей мечтой, ведь никто не знает, что будет потом.

Когда−то жизнь уже обрубила все счастье старика. Да. Они были вместе с женой. И, слава Богу. Но сердца их каждый день тяготила боль, которая висела тяжелым камнем, привязанным к ним, и все более и более тянула их к земле и смерти, отнимая все жизненные силы.

Это была боль от гибели их сына. Старуха всю жизнь очень болела, и их сын был поздним ребенком. Как мечтал он тоже вырваться из этой глухой деревни. Самым близким городом был Саргемин. И потом, как так случилось, по удару судьбы, произошло то, о чем старик никогда не рассказывал своей жене. Пусть эта боль убивает с каждым днем все больше только его. Пусть это ужасное воспоминание просто сгрызает его душу и продлевает его ад здесь, на земле. Как так случилось, что именно его отцовское сердце почувствовало, когда необходимо явиться в этот проклятый Саргемин, чтобы увидеть то, за то он отдал бы все сокровища мира, дабы никогда не стать свидетелем этого ужасного действа.

Он оказался там именно в тот момент, когда на главной площади города палач вешал его сына с другими, вроде как бандитами. Он понял, что его сына обвинили в разбойничестве. Даже если и так, даже если его дитя и связалось с плохой компанией, и даже заслуженной была эта казнь, старик не понимал, от чего же Бог оказался так жесток к нему, что показал, как его дитя лишают жизни? За что наслужил он такое наказание? Вернувшись, ничего не сказал он старухе. Но понял лишь одно: город забрал его сына. Что-то там такое было, что поломало его мальчика. Сделало из него плохого человека. Другого. Не такого, каким они его растили. И всю эту вину он перекладывал именно на Саргемин.

Они с женой за последнее время очень сроднились с Жаком. Такого отзывчивого душевного парня они еще никогда не видели, но в нем было слишком много мечтаний, далеких от жестокой реальности. Старик видел это. Он видел обнаженную ранимую душу Жака. И ужасно боялся за него. Он знал, что тот тоже может сломаться. И очень опасался этого. Сейчас он колебался, как будет лучше: ничего не знать о судьбе Жака или все же ездить к нему в Саргемин в попытке предотвращать катастрофы. Об этом он должен был посоветоваться со своей женой перед отъездом Жака, но решил, что лучше спросить у него самого это прямо сейчас. Пусть их рассудит случай, чтобы ему не было необходимости ломать свою старческую голову.

- Послушай, Жак, как тебе будет лучше: если ты мне пошлешь весточку, где ты будешь, и я буду тебя время от времени навещать, или если потом ты сам приедешь? Хочешь ли ты, чтобы я к тебе приезжал?

На мгновение Жак задумался. Конечно же, предложение старика было заманчивым. Но Жак не знал, где он окажется, и не будет ли ему стыдно признаться старику в этом. Поэтому он ответил ему так:

- Когда у меня что-то наладится, я вам сообщу. Но! - тут он поднял палец.- Не ждите, что это произойдет быстро. Вообще лучше не терзайте себе сердце и не ждите. Я просто обещаю: я вернусь. А если не вернусь, допустим, в течение лет пяти, то забудьте меня вовсе.

-Жак, перестань,- и старик с плачем кинулся к нему.- А может, я поеду с тобой сейчас? Посмотрю, как ты устроишься? Давай, может, я дам тебе с собой больше монет?

- О, что вы, вы и так отдали мне уже почти все, что у вас было. Ваша щедрость и так не имеет границ. А сколько вы заботились обо мне!

- Ты отдал нам взамен столько любви, я и не думал, что на старости лет нам со старухой так еще повезет. Мы и не думали, что еще после смерти нашего мальчика кто-то вообще подарит нам свое детское тепло и любовь. А тут - ты. Ты для нас просто дар Богов. Спасибо тебе, Жак.

- Полно. Я вас очень полюбил, это правда. И была бы моя воля или если бы мое сердце пустовало, то я бы бесспорно остался здесь, с вами.

Тут они уже подошли к бедной постройке старика, к ним навстречу с котомкой для Жака уже вышла его бедная сморщенная старенькая жена. Она держалась очень серьезно, но было видно, что внутри ее все дрожит, и что ей очень не хочется отпускать Жака. Она начала его быстро крестить, а затем упала ему в ноги, благодаря за все минуты счастья, которые он подарил им на старости. Он быстро помог ей подняться, просто силой заставив сделать это,

- Перестаньте, перестаньте. Мне уже надо ехать, простите. А то солнце уже будет скоро садиться. Меня уже ведь ждут.

- Да, да, Жак. Знай, мы всегда с тобой. Носи нас с собой в душе, как в кармане. И да будет путь твой легким и пусть приведет он тебя туда, куда так стремится твое сердце.

- Спасибо, спасибо, - рассыпался в благодарностях Жак.

Он начал плакать. Слезы так и стали литься из его глаз. Он обнял сначала старуху, затем старика. Тот снова ответил ему на объятия. Тут Жак совсем растрогался и промолвил:

- А кто же будет помогать вам? Знайте: как только я найду Мартину, и мы снова сможем быть с ней, мы сразу же вернемся. Еще успеете понянчить внучков, так сказать, - начал он говорить старикам.

Но старуха перебила его, промолвив:

- О нас не переживай. Нам уже мало на земле осталось. Была бы моя воля, всю оставшуюся свою энергию я отдала бы тебе. И молюсь я лишь об одном. О том, чтобы мне представился еще хоть один раз случай увидеть твое доброе лицо, и оно было таким же, как вот сегодня, - искрящимся от надежды и счастья. Чтобы душа твоя не омрачилась никакими событиями, если они будут. Знай всегда: твоя любовь - это щит от всех невзгод. Даже если она только с тобой, все равно это дар небес, Бог выбирает людей не просто так, и он знает, когда дарит любовь тем, кому она нужна, кто способен взрастить ее в своем сердце. Если бы ты этого не заслуживал, то не получил бы.

- Да. Спасибо вам за все,- в который раз сказал Жак.- Ну, мне пора.

- Давай, мой милый мальчик. Иди и выполняй свой мужской долг. Ищи женщину своего сердца и борись за вашу любовь до последнего.

- Да что бороться. Главное - найти саму Мартину. Понимаете, мы любим друг друга. Только я ее найду, мы сразу же приедем.

- Дай Бог. Дай Бог,- ответила ему старуха.

- Давай, с Богом,- твердил еще и старик и, обнявшись напоследок, Жак быстро пошел от них прочь не оборачиваясь, чтобы его сердце не обливалось кровью из-за того, что он бросает этих добрых стариков.

Старуха же стояла, как в воду опущенная. В ее лице не было ни капли радости, словно она уже начала что-то оплакивать. Ее муж обратился к ней:

- Чего ты расстраиваешься, старенькая моя, - начал подбадривать ее он.

Но она лишь обреченно покачала головой и, посмотрев на него невидящим взглядом, ответила:

- Он никогда не вернётся,- проговорила она и зашла в дом.

Тем временем Жак уже размашистым шагом направился прямо к полю и дому соседа старика, с которым тот заведомо договорился о помощи Жаку. Он шел, полный энергии и надежд. В его сердце играла неистовая музыка счастья.

Та, которую он не слышал уже давно еще с детства. Лишь в его родном поселении порой в часы самых прекрасных праздников, которые пока что только были в его жизни, играли самые веселые на свете музыканты. О Боже, как он скучает по тем временам. Порой его сердце сжималось, и он думал, все думал: правильно ли он поступил? Вот так вот, бросив все: свою семью, родных. Никто из них не знает, где он, и он так и не послал им весточку. Но он не знал, как ему лучше было поступить в такой ситуации. Лучше, чтобы они были в курсе, что он еще есть на этом свете или нет. Но успокаивал он свое бездействие в этой ситуации тем, что материнское сердце ведь не обманешь, она все равно чувствует, что он жив. А если нет, значит, так и лучше.

Сейчас же он всеми силами пытался найти дорогу к себе домой. К тому дому, которого он ещё не знал. Он шел в никуда. Вглядываясь в каждую ветку на дереве и былинку у него под ногами и прислушиваясь к каждой новой мысли, которая прилетала к нему в голову. Он не спешил.

Он просто хотел понять и всем своим дыханием сродниться с ритмом своей ходьбы. Каждая клетка его тела билась в ожидании встречи. Обретения своей родной души снова. И пока он еще не столкнулся с какими-то трудностями, которые, вероятно, уже поджидали его. Пока ничто в его груди не обломалось, ему хотелось полностью вкусить это время. Когда еще ничего неизвестно, и можно построить любые воздушные замки, пусть даже из самых несбыточных желаний.