Читаем Нечаянность онлайн бесплатно

Dumspiro, spero. — Пока живу, надеюсь.

***

Это случилось совсем внезапно и неожиданно. В какой-то мере мне не хотелось этого, но чувства, эмоции, необычность взяли вверх. Я не смог одержать победу в этом раунде, но это послужило уроком, который клеймом остался в моей памяти. Уроком, который многому научил — научил любить и влюбляться искренне и по-настоящему. Ну что ж, расскажу все по порядку.

Лето — это пора отпусков родителей и каникул у детей. Я закончил первый класс старшей школы в Маудлискул, и чтобы отдохнуть, меня отправили загород к моей тети Энн. Она была родной сестрой моего отца, который, к несчастию, умер, когда мне было десять лет. Он страдал редкостной болезнью, которая развилась за считанные месяца и сожгла его изнутри. С тех пор она была воплощением отца, и за это я ее очень сильно любил. Мой приезд немного смутил ее, а я хотел устроить сюрприз, который, к сожалению, не удался. Она как раз решила уехать в соседний городок Олбани, где жила ее давняя знакомая, которая предложила провести выходные на природе. Мне было крайне неловко, что так получилось, но все же мы нашли выход из ситуации: тётя Энн оставила меня одного в своем доме на целых три дня. Конечно, она с полной доверчивастью отдавала ключи от дома, надеяясь на мою порядочность. В этом можно было не сомневаться. Но жизнь такая сложная, что предугадать как будут развиваться дальнейшие события невозможно. Вот мы помахали друг другу на прощанье, и Энн уехала на своем черном пикапе, подаренный любовником, а вот каким не помню — их было слишком много. Дом если честно был довольно таки большой — трехэтажный, толстностенный, построенный из красного кирпича, привезенного специально с Восточного побережья, где его качество было наилучшим. Использовались только первые два. Верхний был заполнен непонятно чем, туда даже мы и не заходили. Там же располагался и кабинет покойного отца. Я раньше мог сидеть там часами, но сейчас скорбь принималась серьёзнее.

Как только машина скрылась за холмом, я сразу же побежал в дом к холодильнику взять бутылочку холодного пива, чтобы немного расслабиться. Сначала пропустил одну, смотря какое-то камеди-шоу, потом вторую, третью и таким образом холодильник стал алкогольно пуст, а голова была так же ясна как и до отъезда тети. Мне стало скучно, и я пошел в библиотеку, которую тетушка Энн собирала всю жизнь. Книг там было… я даже не уверен, прочитала ли их все она. На глаза попалась красненькая книжка, лежавшая на дубовом столике. Пришлось сесть поудобнее и начать читать. Поначалу я вникал в смысл, а потом предложения начали сливаться, слова расплывались и Морфей пришел за мной. Сколько я проспал — не помню, но мой сон прервал телефонный звонок, доносившийся из холла. Вставать было лень, но пришлось. Вдруг тетя Энн вернулась раньше времени и не может попасть домой. А ведь надо еще вернуть все пиво, которое выпил. Я взял телефон, и из трубки послышался приятный голос старого друга Джейсона.

— Привет, старина.

— Боже, как я рад тебя слышать, Джейсон. Как дела?

— Без тебя очень плохо, чувак. Я слышал ты приехал в нашу глушь.

— Да, я один на целых три дня.

— Это круто. Может встретимся?

— Рад бы, но я немного выпил, так скажем.

— Ты портишься, братан.

— Да, жизнь немного потрепала.

— Ну так что, ты выйдишь?

— Придется, раз ты этого так хочешь.

— Кстати, тут есть одна клёвая девченка. Она тебе понравится.

— Ты же знаешь, я не интересуюсь ими и вообще…

— Да, да, эту сказку слышал каждый, но сегодня исключение. До встречи.

— Ладно, на нашем старом месте.

Я положил трубку телефона и начал собираться. Мысль, что там будет девушка, не давала мне покоя. Обычно в нашей компании, что здесь, что в школе, их нет — она чисто мужская. А тут… но мне следовало не упасть лицом в грязь, и поэтому я принял освежающий душ, тчательно умылся, одел свои лушие джинсы от Gucci, курточку от Versacci и все для того, чтобы произвести впечатление, ибо от меня несло пивом. А приличный вид и запах алкоголя никак не сочетаются в веселой компании. Казалось, я выглядел просто замечательно. Но зачем было это делать, если я сторонюсь девушек как огня? Наверное, подсознание готовило бомбу из феромонов…

Я шел по знакомым из детства улицам, где с мы с друзьями практически всегда во что-нибудь играли. Помнится, нашими любимыми играми были какие-нибудь войнушки с участием пришельцев или бой с мексиканскими пиратами. Но сейчас все изменилось — не встретишь ни одного ребенка, чтобы он играл на улице. А все потому что много времени проводят за компьютерами. Да, как они могут это делать, когда на дворе стоит столь прекрасная погода, редкая для наших широт!? Да и мы в принципе не лучше: абсолютно все в один миг изменились. Кто начал курить, кто пить, другие и вовсе подсели на легкие наркотики. Один я до недавнего времени ничего подобного не делал. А потом, наверное, созрел. Простой пример — не будем же мы есть недоспелую сливу? Конечно, нет. Мы будем ждать пока она станет фиолетовой. Так же и я: просто-напросто не был готов к этому морально. Это один из примеров взросления, когда молодость хочет попробовать всё — даже самые сильные наркотики, способные отправить на тот свет любого. Кто же знал, что такой наркотик попадется и мне.

Я уже стал подходить к старому домику возле небольшого озера, который был нашим местом с Джейсоном, как услышал пронзительный смех в метрах тридцати за бугром. Любопытство повело меня туда и не подвело. Смех издавала моя старая компания, которая очень обрадавалась моему приходу. Кого только я не увидел: Эндрю — белокурый мальчик, вечно чем-то недовольный, но сейчас только так потягивал пиво из горла; Бобби — индийский мальчик, который под чьим-то влиянием стал геем, чего ожидать было невозможно: в школе он переспал со всеми девченками, даже ходили слухи, что в постели он монстр; Джейсон — мой старинный друг, с которым прощли и воду, и огонь, и преследование больного сбежавшего из психбольницы; Патриция — итальянка французского происхождения, приехавшая в Америку за своей мечтой, несбыточной мечтой, которую она тчательно скрывала, потому что немного стыдилась этого. Хотя Пат просто хотела найти своего принца на белом коне. Чего тут было стесняться?! Не понимаю. А остальных я не знал, хотя они были родом из этого городка. Не хотелось с ними и знакомится. Наша компания отошла немного в сторону и тут началось, слово за слово, как я выпил одну бутылку пива, потом вторую, а дальше повторилось то, что случилось со мной в библеотеке.

— Сейчас я тебя кое с кем познакомлю, — сказал Джейсон и на некоторое время ушел.

— Да, да, она замечательная, — в один голос подтвердили Бобби и Эндрю.

Кажется, я догадывался, что этим «кто-то» окажется какая-нибудь давняя и престарая девченка, с которой виделись пару раз, да и то, сидя в песочнице. А потом я опять уснул. Так сладко спалось, но запах костра заставил меня встать. Ничего не соображая, в пьяном угаре, так скажем, я сидел и грелся: ночь была холодная.

— А вот тот, с кем ты проведешь сегодняшний вечер, — сказал Джейсон незнакомке, указывая пальцем на меня.

Я моментально отрезвел. Она была такая красивая, словно сошла с небес, окуда Боги послали её специально для меня; такая обваражительная, что обо всём забываешь на целом свете; и от нее пахло духами, одурманивающими рассудок, которые я запомню на всю жизнь, чей аромат ощущать буду до конца жизни. А волосы… чего стоили только они — обнимающе лежали на маленьких хрупких плечиках, да и сама она была небольшого роста, но ее очаровательная улыбка компенсировала, на мой взгляд, этот недостаток. Большие карие глаза, невинно выглядывающе из длинных, наверное, все-таки, настоящих ресниц, как-то по особенному притягивали к себе, внушали безграничное доверие и очаровывали с первых же секунд, и казалось, что это девственный ангел, ещё не знавший человеческого порока.

— Привет, — поздоровалась она со мной, и на мгновенье я потерял дар речи, слушая ее тоненький до необычности голосок, который задел ранее нетронутую струну моей души. Что-то проснулось во мне. Какое-то новое, необъяснимое чувство. И я уверен, что это не из-за голоса.

— Я могу произвести плохое на тебя впечатление, но на самом деле я хороший человек, и вообще я не пью, — пробурчал за меня мой внутренний голос. Я в этот момент не соображал, что происходит. Мне даже стало немного стыдно за мой пьяный вид, стоя перед такой «девственностью».

— Вот уже оправдывается, значит не хочешь выглядить удручающе, — метко заметила эта хитрая итальянка Патриция.

— Да, ладно, я не обращаю внимание, пьёт человек или нет, — поддерживая меня, как показалось мне, ответила незнакомка.

— Кстати, как тебя зовут?

— Кэтрин, можно просто Кэт.

— А меня Алекс, можно просто Алекс.

— А ты юморист, я смотрю.

— Да, есть такое.

— Ну что может по пивку? — предложил Джейсон, и на, моё удивление, Кэт в обе руки согласилась.

***

Чёрный юмор, развратные поцелуи и легкие обнимашки — три составляющие того вечера. Это я понял, лежа утром в своей постели, не понимая, как там оказался. Если честно, я не помнил, что вечера-то было. Но чем дольше лежал, тем яснее становилась картина. После предложения Джейсона выпить еще, я совсем опьянел и потерял координацию. Чтобы не упасть на ровном месте я обнял Кэт. Так и ходили мы с ней вокруг костра, обнимались. Все начали подшучивать надо мной «типа влюбилась наша крепость». На это обращать внимания было глупо и не зачем. Это же была неправда. Если бы была… вдруг Кэт пересела от меня, и я почувствовал, что хочу, чтобы мои руки обнимали ее плечи. Поэтому я пошел за ней, а она начала сопротивляться, но имея один прекрасный дар — внушать людям свою идею — быстро сдалась. Опять моя рука нежно лежала и крепко-накрепко держала ее плечи. Вот всё, что мне удалось вспомнить. Вставая с кровати, я понял, что влюбился. О черт, я влюбился. И мне дико захотелось ее увидеть и обнять. Нет, нет, это лишь плод фантазии. Я не мог влюбиться ни в коем случае. Это бы означал крах моей неприступной крепости. Но правда была такая. Умываясь, я думал только о ней. Ее образ возникал ежеминутно и ежесекундно, не уходя их головы. А воображенье рисовало, как мы целуемся под звездным небом, потом она зовет меня зовет к себе и мы… Мне было страшно за своё психичиское здоровье. Как бы не сойти с ума. Врачи ведь недаром утверждают, что влюбленность — это психическое расстройство личности, которые имеет самые разные степени адекватности. А я был самым больным из влюбленных. Вот интересно, чувствовала ли она что-нибудь. Или она бесчувствееный комок обаяния? Сходит ли с ума так же, как и я. Или спокойно сидит на террасе, наблюдая за прохожими, и пьет крепкий черный кофе с круасанами? Кэтрин вообще вспомнит меня при встрече? Я не знал чем себя занять: за чтобы я не принился — везде была она. Тогда, чтобы развеяться немного, я пошел в магазин подкупить продуктов, а заодно пополнить запасы пива. Идти до ближайшего супермаркета была недалеко, поэтому отправился пешком, хотя мог поехать и на новеньком квадроцикле, стоявшим в гараже.

Когда шел по улице, то волей-неволей думал о Кэт. Я столько себе нафантазировал, что оно начало выходит за границы разумного. Конечно, во мне поселилась непоколебимая вера в свое всемогущество над ней, вера на наши дальнейшие отношения. Но в голову не один раз не влетела мысль, которая бы пошатнула уже ставшееся убеждение в то, что она невлюбилась в меня. Я не допускал не единой подобной капли. Хотя стоило бы.

В магазине не было живой души кроме продавца — полной афроамериканки, которая только и делала, что хохотала с каких-то древних приколов в местой газете. Долго я не задержался, зато по дороге возвращался очень долго: в руках были два пакета — один наполнен продуктами, а другой десятью банками пива. Лишние три я прикупил для себя. Придя домой, я начал смотреть сериал, но вспомнил что давно не проверял свою почту. Оказалось, что все мои друзья, с которыми я был вчера вечером, написали мне. Выключив телевизор, пришлось проверить, что же интересного хотят мне сообщить. Все в один голос уверяли меня, что мое поведение было для них весьма странным, что подобного никаким образом не ожидали, а самое интересное то, что я изменил всем своим моральным принципам. Да, я напился, но это может случиться с каждым. Но такие мысли оказались ложными, потому что дело было совсем в другом. После дополнительной третьей банки пива меня прорвало. Я начал открыто обнимать Кэт, нашептывать ей разные комплименты, от чего она дико смущалась, а в добавок к этому пересело от меня подальше. Мое тело последовало за ней, и руки, не слушаясь меня, все ниже и ниже спускались вниз. В конечном счете Кэт сдалась, и мы просто сидели у костра, слушая мой пьяный бред, о способности звезд светится различными оттенками, характеристик планет солнечной системы, законов Ньютона, а также о свойствах химических элементов. Это не удивительно, что бред заключался именно в этом, потому что я был ботаник, зацикленный на образовании. Конечно, мне стало немного стыдно за происходящее, но чувство того что, я с каждой секундой все больше влюбляюсь в эту девушку усиливалось, и подобные масли разом пропадали. Оставалась лишь дума о Кэт. Как можно было поступить в данной ситуации? Естественно пойти снова гулять все той же компанией этим же вечером. Поэтому я инстиктивно начал приводить себя в порядок: умылся, классно оделся, чтобы произвести хорошее впечатление и уселся на диван ждать звонка Джейсона. Прошел час, потом два, три, на часах далеко за восемь часов, а в это время в принципе уже никто не выходит гулять — все идут раньше. Отчаяние напало на мою душу, и я уже решил опять приняться смотреть сериал, как раздался звонок. Это звонил Джейсон.

— Привет, чувак. Ну, что, повторим вчерашнее?

— Здорово, братан. А что вчера было?

— Ты разве не помнишь?

— Нет.

— А почту смотрел?