Читаем Не тот год онлайн бесплатно

ПРОЛОГ

Сон был необычайно ярок и полон чётких деталей. После пробуждения ни одна деталь не потускнела и тем более не забылась в его памяти. Он помнил всё до последнего штриха, тени и тональности. Но самое главное — сон был странным. Это чувствовалось буквально душой.

Никогда у него не было привычки долго оставаться в постели, но этим утром он изменил себе. Долго лежал с закрытыми глазами, разбирая странное сновидение так и эдак, ища логику и пробуя разобрать его с материалистичной стороны. Получалось плохо.

Наконец, он поднялся на ноги, неспешно оделся, раскурил трубку и сел на стул у окна. Когда трубка потухла, его рука взялась за трубку телефона.

— Николай Сидорович, зайдите. Вы мне нужны, — ровным тоном произнёс он.

— Есть.

Не прошло и двух минут, как в дверь сначала постучались, а затем она приоткрылась.

— Вызывали, товарищ Сталин? — спросил гость. Дочь хозяина комнаты называла его «малограмотным, глупым и грубым, но вельможным». Об этом её отец был в курсе, но совершенно не разделял этого мнения. Малограмотный и глупый не смог бы за десять лет из штата в пару человек создать огромную службу охраны первого лица государства и самых важных членов правительства, которая работала лучше отлаженных швейцарских часов.

— Да. Найдите Мессинга и пригласите ко мне на важную беседу.

— А если…

— Всё равно найдите. Это важно, — надавил он тоном.

— Есть, — резко кивнул головой Власик.

Разговор Сталина с искомой личностью состоялся только на третий день после этой беседы. Беседа проходила на даче в Подмосковье.

— Здравствуйте, Вольф Григорьевич.

— Добрый день, товарищ Сталин. Чем могу служить?

Тот чуть нахмурился.

— Вольф Григорьевич, прошу без этих старорежимных фраз. Мы меняем жизнь на полностью новую. В том числе и нашу речь. Сейчас нам принесут чая, и мы немного побеседуем.

Несколько минут оба мужчины просто молчали, погрузившись каждый в свои мысли. Наконец, когда на столе перед ними появились стаканы в подстаканниках с парящим коричневым и душистым напитком, принесённые Власиком, тишина была нарушена. Первым взял слово Мессинг.

— Скажу я вам, товарищ Сталин, что вкуснее чая, чем у вас я ещё нигде не пробовал.

— Мне он тоже нравится, — позволил себе слабую улыбку его собеседник. — Вы пейте и слушайте.

— Очень внимательно слушаю.

Сталин несколько секунд молчал, словно собираясь с мыслями или настраиваясь на разговор. Уже изучив его, знаменитый телепат внутренне напрягся. Даже в первую свою встречу с главой СССР он так не волновался, как сейчас. Даже рискнул вызвать недовольство хозяина дачи, поставил стакан с чаем на стол и положил одну руку на столешницу рядом с ним, а вторую на колено, чтобы скрыть лёгкую дрожь в них.

— Вы говорили, что ваш дар никак не связан с высшими силами, — наконец, произнёс Сталин и пристально посмотрел в глаза гостю.

— Так и есть, — подтвердил Мессинг.

— А вы верите, что эти силы существуют? Я хочу услышать от вас только правду, Вольф Григорьевич.

Под внимательным взглядом Сталина его собеседник закаменел. В голове табуном пронеслись тревожные мысли и предположения. Сейчас от его ответа зависело многое, в первую очередь его свобода и спокойствие. А то и жизнь.

— Понимаете, товарищ Сталин, — осторожно сказал он, — я не верю и не верил никогда в бородатого мужика на небе в окружении крылатых людей, которые смотрят за нашими делами и помогают, если им часто молиться и нести подношения в земные храмы, где сидят такие же люди как мы. Но я уверен, что существует некая высшая сила во вселенной, которую мы никогда не поймём, а ей нет никакого дела до нас. Мы для неё вроде песчинки под ногами. Можем с ней сделать что угодно, но никогда не сделаем, так как нам это не нужно. Да и не по силам в большинстве случаев. Это всё, — пожал плечами Мессинг и аккуратно обхватил ладонью стакан, не обращая внимания на высокую температуру напитка, обжигающего кожу. — Я смог лишь разок коснуться этого явления. Этого хватило, чтобы измениться и начать видеть то, что другие видят, но не осознают и не понимают.

— Вот как… А может эта сила всё-таки снизойти до камешка под ногами?

— Шанс есть. Но это должно быть нечто исключительное… Что-то из ряда вон. И только раз в истории… В истории цивилизации, — сказал Мессинг, подбирая слова. Он уже понял, что Сталин не нуждается в его комментариях и ответах. Телепат был необходим в качестве эдакой жилетки, в которую нужно не выплакаться, а озвучить свои мысли и оценить, как они звучат в присутствии постороннего человека, не последнего специалиста в поднятой теме, кстати.

— Шанс… Так значит? — пробормотал Сталин, потом поднял взгляд на собеседника. — На днях я видел очень странный сон. Не будь я в том уверен, то подумал бы, что дело происходит на самом деле. В нём был человек. Молодой мужчина. Я не знаю кто он и откуда, но почувствовал, что он в скором времени окажет огромную услугу не только мне, но и всей стране. Этот человек полностью нам чужой и одновременно связан с нами. Он… он словно бы не из нашего мира. Это знание внутри меня буквально выжжено, как тавро. Это странно и неприятно, — Сталин исподлобья посмотрел на Мессинга.

— Товарищ Сталин а вы знакомы с трудами французского учёного Леруа?

— Нет, — коротко ответил тот. — Вкратце ознакомьте, если такое возможно.

— В двадцать шестом году в Париже во время доклада Вернадского один из французских учёных высказал гипотезу о существовании ещё одного фундаментального слоя биосферы мира — ноосферы. Это связь между природой, собственно, нашим миром и обществом людей. Ноосфера по мнению учёных способна воздействовать на наши разумы. Возможно, ваш сон напрямую с ней связан. Наш мир предупреждает о скорой трагедии и показал того, кто может спасти или облегчить её, уменьшить последствия.

— Новая война.

— Я тоже об этом подумал, — согласно кивнул Мессинг. — Империалистическая забрала жизни, здоровье и счастье у десятков миллионов. Она разрушила не только города, но и нанесла немыслимый вред природе. Новая мировая бойня с учётом развития цивилизации за минувшие почти четверть века принесёт бед ещё больше! Кто знает, вдруг в ходе неё наш мир полностью исчезнет? Люди уничтожат сами себя и заодно планету. И вот она решила предупредить людей. Возможно, этот сон увидели не только вы, но остальные от него отмахнулись. Либо этот человек связан с нашей страной и вами…

Окончательно разговор завершился только час спустя. После ухода экстрасенса, Сталин отдал указание своему главному телохранителю найти все материалы по трудам французского учёного, чьё имя узнал из недавнего разговора.

Ночь он провёл без сна, листая книги и справочники. В его огромной библиотеке нашлись труды Вернадского. Причём на полях книг он сам когда-то сделал несколько пометок. Такими пометками были отмечены многие книги, которые его заинтересовали или возмутили.

Двумя днями позже он вызвал в свой кремлёвский кабинет Берию.

— Лаврентий, дай своей службе указание искать одного человека.

— Кто он? — деловито спросил нарком. — Наш? Иностранец?

— Точных данных я тебе не скажу. Но поверь, этот человек будет очень заметен. Сразу бросится в глаза поступками, особенно разговорами и знаниями.

— Хорошо. Я понял, — кивнул Берия и задал новый вопрос. — Место его поисков известно?

— Не точно. Скорее всего, он появится где-то на границе. Больше всего шансов на что, что на границе с Германией.

— А время?

— В ближайшие месяцы.

Берия взял паузу почти на минуту, прежде чем вновь спросил:

— Он перебежчик?

Сейчас задумался уже Сталин.

«А ведь что-то в этом есть. Не похожий на советского человека неизвестный с особыми знаниями — так похож на иностранца», — подумал он, после чего вслух сказал. — Возможно, но это не точно. Не нужно, чтобы сотрудники, которые будут заниматься поиском, сделали ставку только на это. Подобный ход может им сильно помешать.

— Я понял, Иосиф Виссарионович.

— И ещё, Лаврентий, — Сталин пристально посмотрел в глаза своему наркому, — эта задача очень важная. Поставь на неё того подчинённого или даже нескольких, в ком уверен и кто точно не подведёт. Из самых неболтливых и самых въедливых, кто не рубит с плеча и словно гончая, вставшая на след, не сойдёт больше с него.

— Я уже знаю, кто этим делом будет заниматься. Этот человек не подведёт и найдёт того, кто нам нужен.

ГЛАВА 1

Разбудил меня громкий звонок телефона.

— Да кого там черти раздирают, — простонал я, ещё даже не открыв глаза. Потом нащупал телефон и поднёс к лицу. Думал, что это меня с работы вызывают. На ней родимой в порядке вещей выдернуть из дома капитана-опера в любое время суток. Особенно с учётом дичайшего некомплекта полевых сотрудников. И это при том, что штабы трещат от неимоверного количества майоров и подполковников с полковниками. И всем плевать что этот капитан ушёл с неё всего пять часов назад после суточного дежурства, превратившегося в тридцать с лишним часов. На высветившийся номер и имя звонившего удивило. К работе абонент относился постольку поскольку.

— Андрей, здорово! — раздался довольный до выделения желчи от зависти голос диггера, с которым меня свели рабочие обстоятельства около года назад.

— И тебе того же и побольше, — хриплым после сна голосом ответил я ему. — Что случилось?

— Что голос такой? Заболел? Спишь?

— Спал. Игорь, говори, что у тебя случилось. Не тяни кота за хвост.

— Да норм у меня всё. Звоню, чтобы тебя порадовать. Ты же всё ещё занимаешься всякой мистикой?

Я машинально кивнул, и тут же, спохватившись, сказал вслух:

— Да.

— Тогда я по твоей темке кое-что нашёл. Нам нужно встретиться, чтобы я передал тебе записи, и кое-что сообщил на словах. И лучше бы сегодня, вот прям сейчас, а то я к вечеру укатываю на моря. На месяц планирую засесть на Тае. Там сейчас резко упали цены на съёмные дома на пляже. Не хочу упустить момент почти в два раза дешевле оторваться с классными тайками.

— Я буду. Где встречаемся?

— Если сможешь, то на набережной в кафе у армяна Айзека.

— Понял. Только мне добираться часа полтора, и ещё проснуться нужно. Где-то не раньше, чем через два часа буду на месте, — прикинул я.

— Годится. Давай, вали в душ и в метро. Или ты на машине в это время собрался сюда ехать? Смотри, по пробкам ты на набережную попадёшь уже когда я буду в самолёт садиться.

— Не учи отца детей делать, — буркнул я.

По времени вышло даже немного меньше, чем распланировал. Уже через час пятьдесят я подошёл к кафе. В её уличной, летней части приметил своего недавнего телефонного собеседника.

— Ещё раз здравствуйте, — ухмыльнулся мне парень двадцати шести лет, вставая с пластикового белого стула и протягивая руку. — Быстро ты. Я тут уже минут пятнадцать тебя дожидаюсь и думал, что ещё столько же придётся. На метро ехал?

— На вертолете коллеги по дружбе подкинули, — ответил я ему, плюхаясь на соседний стул за его столиком. — Что у тебя?

— А вот, — он достал спортивного рюкзака прозрачную пластиковую папку, внутри которой лежали несколько кусков вроде как бересты или древнего-древнего пергамента, который чудом не сгнил и его не сожрали разные букашки. Сквозь пластик было особо не разобрать. — И ещё вот, — после папки он открыл фотогалерею на своём телефоне и положил передо мной.

Читал и смотрел я долго. Не меньше четверти часа. Если кратко, то в руки диггеру попали старинные записи про некую книгу последних волхвов из Круга Перуна. Почти всех их убили во время крещения Руси и дальнейшего гонения на старую веру славян. Выжившие решили уйти подальше от киевских земель и дошли аж до территории Москвы. Правда, тогда про нашу столицу никто не знал. Не было её ещё. Мало того, судя по некоторым упоминаниям, именно последние волхвы и основали поселение, которое позже и стало Москвой. Сначала хутор, потом деревенька, в которой проживали потомки волхвов. Здесь же они спрятали книгу, в которой записали многие свои тайны. Совсем недавно Игорь нашёл глубоко под землёй скальную плиту, на которой были выбиты древние славянские символы. Рядом лежала керамическая ёмкость. Закрытая наглухо, залитая не то смолой, не то ещё чем-то, она сохранила за века несколько десятков кусочков пергамента с записями о скитаниях волхвов, их работе над Книгой и тому, как её взять. Простому человеку это не под силу. А крещённому и вовсе опасно приближаться к той скале, внутри которой лежит свод заклинаний. Ещё важным критерием являлось наличие киевской крови.

— Я вспомнил, что ты у нас некрещённый, да ещё и хохол, — сказал Игорь, увидев, что я закончил чтение. — Считай, что полный набор для выполнения условий.

— Поговори мне тут, москаль из канализации, — беззлобно ответил я ему. — Отведёшь на место?

— Даже не думай, — замахал он руками. — Я тебе номерок надёжного мужичка дам, с ним под землю сходишь. Только он берёт дорого за свои услуги. Минимум десятку готовь. Плюс, снаряжение покупать. Но это он сам скажет какое.

— Ладно, пусть будет так, — кивнул я в ответ…

В подземную Москву я отправился только спустя неделю. Моим проводником оказался мужчина лет сорока, среднего роста, сухопарый с морщинистым лицом и тяжёлым взглядом много повидавшего человека. Предложил звать его Алексеем или Лютым.

— Знаю это место. Я, наверное, его первым и нашёл. Потом кое-кому рассказал из проверенных парней. Плохое оно, опасное, — сообщил он мне, когда узнал, куда меня нужно отвести. — Не советую.

— Я сам всё сделаю.

— Кувшин со свитками нашел этот балбес Игорюша? И тебе передал?

— Ну да, — осторожно кивнул я. — Что-то не так?

— Всё не так. Про книгу я знаю и сам. Расшифровал эти записи давным-давно. Но хорошо, что не стал брать её сам. Рассказал про неё корешу одному, а тот полез и… — и умолк.

— И что дальше? — нарушил я молчание, когда пауза затянулась. — Что с корешком?

— А ничего. Пропал он, а кувшин тот на прежнем месте оказался, целехоньки-ий, — протянул он, — будто и не колол я его. Игорёк, видать, слышал про эту историю, вот и дал тебе мои координаты.

— Понятно, — только и сказал я после его речи. Испугался? Ничуть, скорее наоборот. Я ещё с детства увлекался всем паранормальным и таинственным. Ни учёба, ни служба, ни война не отбили во мне охоту к этому. В квартире у меня огромная коллекция вещей с приставкой «необычно». Есть пара ларцов с мощами святых, если верить описанию. Нашёл их благодаря работе и по ходу различных дел. Увы, но пока что из всех моих находок и трофеев ничего, так сказать, не заработало. И теперь после слов старого диггера во мне проснулась надежда, что в мои руки попадёт нечто настоящее.

— Не веришь, — констатировал он.

— Наоборот, верю. Потому и хочу заполучить эту книгу.