Читаем Не прекращайте вечеринку (СИ) онлайн бесплатно

Part 1. Trick or treat, loosers?

Валери

Если бы существовала награда за абсолютную невозмутимость в условиях напряженной обстановки, безусловно, я бы ее получила. Пронизывающий ветер развевал мои вьющиеся локоны, которые то и дело липли к губам или полностью закрывали обзор, подвергая опасности сорваться вниз. В моменты обдумывания серьезного плана всегда упускаешь незначительные детали. Такие, например, как прическа и подходящая одежда.

Ладонь скользнула по гладкой холодной черепице в поисках хоть какого-нибудь выступа. Напрасно. Придется удерживаться за водосточную трубу, пока не дотянусь до оконной рамы.

- Проклятие... - это оказалось сложнее, чем я думала. Ноги, обтянутые хлопковой тканью тренировочных штанов, начали предательски замерзать. Не самое удачное время года для ночных похождений, но в этот раз выбора у меня не было.

Сделав очередной рывок в сторону окна, я-таки ухватилась за край рамы из подгнивающего старого дерева, мысленно молясь, чтобы она не развалилась у меня в руках. Былое спокойствие улетучивалось со скоростью воздушного шарика, отправленного покорять небесные высоты, уступив место нарастающей тревоге.

Что, если план провалится? Ничего особенного. Всего лишь троекратно выставишь себя на посмешище. Ну уж нет! Моя репутация дорогого стоит, и тем более ее не испортят дурацкие шуточки Фостера. То, что я подписалась на это добровольно, в расчет не принимается – всегда найдется тот, на чьих плечах бремя вины смотрится изящнее.

Рывком подтянув корпус вперед, я в считанные секунды оказалась на крыше веранды, и, прислонившись к стене дома, замерла, переводя дыхание. А я не так плоха... Даже избежав типичного детства с лазаньем по деревьям и играми в войнушку, сейчас я была вполне себе сносным воплощением спецагента на задании.

- Вэл, слезай! У нас слишком мало времени!

Голос Алекса на миг выбил меня из равновесия. Какого дьявола он творит? Уровень адреналина в крови поднялся на отметку выше. Я чувствовала, как учащается сердцебиение, но не смела подать виду. Подсознание продолжало гнуть свою линию: по-настоящему серьезных проблем тебе никто не обеспечит. Но колени подкашивались от одной только мысли, что тщательно продуманный в течение нескольких суток план полетит к чертям.

- Вэл...

Полушепот парня лишь еще больше нервировал. Отстранившись от облицованного кирпичом фасада, я крепче вцепилась в оконную раму и, зажмурившись в ожидании неминуемого скрипа, медленно потянула вверх. Сантиметр за сантиметром... Совсем немного... Есть! Ожидаемого режущего барабанные перепонки звука не последовало. Я облегченно выдохнула и открыла глаза.

- Алекс, замолчи, и стой на стреме! – прошипела я, бесшумно влезая в приоткрытое окно. Оставить заранее обувь внизу, определенно, было здравой идеей. С ролью Женщины-кошки, как оказалось, я справлялась не хуже.

- Семь минут, - вновь услышала я Блейда и, молча кивнув, скрылась в темноте коридора.

Естественно, я не думала, что все будет так просто, но, черт побери, на графическом плане дома второй этаж казался значительно меньше. Сделав несколько шагов вперед по ворсистому ковру, я нерешительно остановилась, стараясь дать глазам привыкнуть к полумраку, в котором растворялись драгоценные секунды. В следующий раз не помешало бы захватить очки ночного видения. Хотя... Женщине-кошке они бы вряд ли понадобились.

Не претендую на особую гениальность собственной затеи, но, могу гарантировать одно: сегодня будет чрезвычайновесело! К тому же, я крайне редко проигрываю споры, а Фостер непоколебимо уверен в неизбежности моего провала. Сейчас мне это только на руку. Посмотрим, чья взяла!

Глаза более-менее привыкли к темноте. Сюрприз! Всего лишь в нескольких в десятках сантиметров я заметила перед собой небольшой декоративный столик с настольной лампой на весьма неустойчивой ножке. Еще один шаг вслепую, и пришлось бы сматывать удочки, не понаслышке зная о чуткости слуха мистера Уилера. На своих университетских парах он пресекал даже невинный шепот с последних рядов, требуя кладбищенской тишины, от чего, сидя в аудитории, у студентов оставалось два варианта действий: заснуть или сдохнуть от скуки. Чаще всего я выбирала третий – не появляться в этом коматозном помещении вообще. В прочем, это не помешало нашему психологу (вообще-то, преподавателю курса «Общей психологии», но, по-видимому, иногда он считал, что мы у него на приеме) психологически тонко продемонстрировать свою сферу влияния, не допустив меня до летней сессии за систематические прогулы, несмотря на сданные в срок работы и промежуточные тесты. Что ж... Надеюсь, его нежные ушки оценят мою маленькую месть.

Я мелкими шагами продвигалась в сторону спальни, стараясь производить не больше шума, чем циркулирующий воздух. И, надо заметить, мне это мастерски удавалось, в то время как голову занимал только один вопрос: как незаметно отворить дверь спальни?

Успев мысленно перебрать десяток вариантов, я едва не пискнула от радости, обнаружив, что дверь комнаты была открыта нараспашку. Слишком опрометчивое решение даже для холостяцкой берлоги. Уверена, желающих отплатить Полу Уилеру нашлось бы немало. Такие типы как он редко оставляют окружающих равнодушными. К сожалению, подавляющее большинство слишком лениво, чтобы лишний раз поднять зад с дивана и начать действовать, вместо того чтобы лицемерно ублажать стервятников, падких на перемытые косточки.

Пять минут.

Подкравшись ближе, я отчетливо услышала раскатистый храп, доносящийся со спального места в углу комнаты. Боже... Теперь-то его статус пожизненного холостяка не вызывает удивления. После пары ночей рядом с таким перфоратором не помогут даже психотерапевтические сеансы. По всей вероятности, арии собственного исполнения совершенно не доставляли дискомфорта столь чуткому слуху. Или же просто трансформировались услужливым подсознанием в «мелодичную» колыбельную. Отвратительно.

Три с половиной минуты.

Я беглым взглядом прошлась по комнате и без труда обнаружила все составляющие для выполнения плана: колонки музыкального центра и мобильный телефон, приветливо подмигивающий зеленой лампочкой с прикроватной тумбы. В два счета преодолев небольшое расстояние под звучный громоподобный храп, я схватила трофей, и, притаившись за тумбой, подключила колонки стоящего рядом музыкального центра в разъем для наушников. Пальцы бегло постукивали по клавишам телефона, совершая последние, финальные манипуляции. Перед глазами заплясали блеклые огоньки. Кажется, я забываю дышать...

Две минуты.

«Передача файла успешно завершена». Храни Господь старые телефоны с функцией Blue-tooth. Отключив соединение со свои гаджетом, убираю его в карман и тенью выскальзываю обратно в коридор, едва сдерживая рвущийся наружу ликующий смех. Это будет что-то!

Вновь на цыпочках пересекаю темный путь и вылезаю на улицу через то самое злосчастное окно. В лицо ударил порыв усилившегося ветра, заставив меня крепче вцепиться в иссохшее дерево рамы. Внизу ждал Алекс, нервно поглядывая то на меня, то на часы. На его обеспокоенно-вопросительный взгляд, я лишь ухмыльнулась и одними губами прошептала:

- Лови меня!

Тридцать секунд.

Я бы физически не успела спуститься по трубе, поэтому оставался единственный вариант – прыжок. До земли более трех метров. До крепких рук Алекса – в два раза меньше. Вспомнилась детская игра на доверие, когда падаешь спиной вперед в сторону оппонента, слепо надеясь, что тебя поймают. Правда, все умудрившиеся довериться мне, с размаху оказывались на полу. В самом деле, они всерьез считали, что хрупкая девочка сможет удержать туши больше собственного веса? К счастью, в Алексе сомневаться не приходилось. За те одиннадцать месяцев, что мы вместе, он умудрялся подстелить мне солому там, где я ожидала лихого путешествия в бездну Тартара. Не знаю, за какие заслуги мне достался такой подарок судьбы, но чувствую, что вряд ли теперь долго протяну без его поддержки.

Отпускаю руки и соскальзываю вниз по промерзшей покатой крыше, оказываясь прямиком в объятиях парня. Северный ветер с особым наслаждением лижет мои босые ступни, но тепло, исходящее от тела Блейда отвлекает от ночного холода.

- Похоже, пора валить, - усмехнулся юноша и, подняв с земли ботинки, ловко нацепил их на мои окоченевшие ноги, перед тем как вернуть меня в вертикальное положение.

Десять секунд.

Взявшись за руки, мы бегом пересекли лужайку, направляясь к выездным воротам, через которые, собственно, и попали на участок. Едва мы достигли железной калитки, как пропищал таймер на часах Алекса, и дом Пола Уилера содрогнулся от оглушающего рева Курта Кобейна:

«WITH THE LIGHTS OUT, IT'S LESS DANGEROUS

HERE WE ARE NOW, ENTERTAIN US!»

Не ожидала такой мощи от сравнительно небольших колонок. Курт, сегодня твой концерт удался на славу! Музыка гремела на запредельной громкости. Да, мы здесь, развлекайте нас!

Я больше не могла сдерживаться и расхохоталась в полный голос, звук которого растворился в «Нирване».

«I FEEL STUPID AND CONTAGIOUS

HERE WE ARE NOW, ENTERTAIN US!»

Алекс согнулся пополам от неуемного хохота, схватившись одной рукой за прутья ограды, а другой – за надрывающийся живот.

- Ты... Ты великолепна! – выдохнул он с неподдельным восхищением, утирая выступившие на глазах слезы. – Боже, надеюсь его барабанные перепонки не лопнули...

- Не каждый день ведь просыпаться под соловьиные трели, - пожала плечами я. - Пусть приобщается к музыкальной культуре!

Кто-то сочтет мой поступок детсадовским и не достойным совершеннолетней особы. Но мне откровенно плевать. Люди должны получать по заслугам. Я не я, если не смогу восстановить равновесие. Око за око, и все в таком духе. И далеко не из благородных побуждений. Просто я Валери Кловер, и такова моя природа. Спор, месть, развлечения – главные козыри. И я никогда никому не позволю оставить себя в дураках.

На горизонте забрезжил рассвет, а в соседних домах, как по команде, зажегся свет в окнах. С дальних участков послышался истошный собачий лай, который наравне с Кобейном поднял на уши всю округу.

- Теперь точно пора сматываться, - откинув волосы со лба, сообщила я парню и рефлекторно дернула ручку калитки. Лучше бы я этого не делала... В следующую секунду атмосферу пронзил омерзительный писк охранной сигнализации.

- Черт-черт-ЧЕРТ!!

Я не сразу сообразила, что больше не слышу рев музыкального центра. С соседних участков послышались обеспокоенные голоса жильцов и хлопанье входных дверей. В этот момент я была искренне рада, что окна спальни мистера Уилера выходят во внутренний двор.

- Твою ж мать... Бежим! – Алекс с марафонской скоростью взобрался на ворота и протянул мне руку, помогая вскарабкаться следом. Со второй попытки мне это удалось. Мы сиганули вниз и, что есть духу, помчались к кампусу, стараясь держаться теневой стороны дороги, куда не проникал свет придорожных фонарей.

Едва мы добрались до главного корпуса, я рухнула на землю, привалившись всем телом к кирпичной стене здания в тщетных попытках отдышаться. Рядом, также хватая ртом воздух, опустился Алекс. Его раскрасневшиеся от бега щеки выразительно контрастировали с бледностью остальной кожи и темными прямыми волосами. Совсем как в тот день, когда я впервые взглянула на Блейда другими глазами...

Сердце сбивчивым ритмом бешено колотилось в груди, клеткам не хватало кислорода. Я смотрела на парня, слушая его шумное сопящее дыхание, не в силах вымолвить ни слова. На моих губах играла глупая ухмылка, как у нашкодившего ребенка. Алекс сидел, обхватив руками колени, слегка покачиваясь взад-вперед в надежде быстрее восстановить дыхание, и внезапно неистово расхохотался. Его заливистый смех эхом разнесся между корпусами студенческого городка, заглохнув где-то между футбольным полем и библиотекой в лучах восходящего солнца.

- Чувствую, на сегодняшней паре поспать не удастся...

- Эй! Хочешь, чтобы нас тут же раскрыли? – кое-как совладав с речью спросила я, с особой нежностью ткнув соучастника локтем под ребра.

- Ауч! За что?

Алекс дернулся в сторону будто от неприятной боли, но в ту же секунду обхватил мои руки, плотно прижав их к телу и не давая возможности пошевелиться. Я вновь увидела те самые игривые огоньки в его ярко-голубых глазах, какие появлялись в моменты особого азарта.

- Дай угадаю: у тебя ко мне деликатный вопрос? – наигранно закатив глаза, поинтересовалась я, послушно обмякнув в объятиях.

- Вопросы будут позже, а пока... – парень усмехнулся и легко коснулся губами моей шеи, заставив мириады мурашек прошествовать по всему телу.

До торжественного начала занятий оставалось чуть больше часа, которые я готова провести исключительно с пользой. Я потянула Алекса за руку, и мы направились к комнатам общежития.

Сложно передать, какой эмоциональный подъем я испытала в тот момент. Что говорить: канун Дня всех Святых начался весьма эпично. И очень в духе Валери Кловер. Никто не знает, сколько сюрпризов еще подготовлено на сегодня.

Угощение или шутка, лузеры?

Алекс

Утро понедельника я никогда не любил. Если задуматься, утра вторника, среды, четверга или пятницы мне также не нравились. Впрочем, та же закономерность проявлялась и в выходные.

Я искренне убежден, что занятия с восьми утра придумали маниакальные садисты. Научно доказано: эффективная мозговая деятельность среднестатистического человека начинается не ранее полудня. И это именно тот случай, когда выделяться из серой массы не входит в мои планы. Жаль, даже научно обоснованными фактами не прогнешь укоренившуюся веками систему классического образования. Если в ближайшее время мне пришлось бы составлять резюме, оно начиналось бы примерно так: «Привет, меня зовут Алекс, и вот уже одиннадцать месяцев я бездарно растрачиваю утренние часы на абсолютно бесполезные предметы». Знаю-знаю, здесь многие поспорят, что фундаментальная психология – наука не последней важности. Тем не менее, это не мое основное направление, и защищать диплом, опираясь на труды известных мозгоправов, я не намеревался.

Сегодняшнее утро скрашивало только одно обстоятельство - разлагаться на паре я буду как минимум не один. Адекватные преподаватели в периоды тотального осеннего недосыпа выступали с весьма гуманными предложениями - наше молчание в обмен на полтора часа здорового сна, пусть и на крайне неудобных стульях. Но с мистером Уилером такой номер не прокатит. Этот гребаный энерджайзер неизменно появлялся в аудитории за полчаса до начала пары, стараясь успеть исписать доску заумными терминами. Со временем мы прекратили обращать внимание на его закидоны, но поначалу впадали в легкий групповой ступор, завидев объединенную в едва различимые слова алфавитную мешанину и плохо скрываемую ехидную улыбочку, тонко намекавшую на нашу умственную неполноценность. Мечтой каждого второго студента было стереть ее с ненавистного лица, но любая предпринимавшаяся попытка оказывалась тщетной. Что ж, Уилер, теперь посмотрим, кто из нас будет улыбаться последним.