Читаем Ната онлайн бесплатно

Раз-два, раз-два!— прыгала через скакалку Ната. И споткнулась.

— Теперь я, теперь я!— обрадовалась Катя.

Но Нате хотелось ещё попрыгать.

— Я не споткнулась, я нарочно!

— Не нарочно!— закричали все девочки.

— Не хочу я играть с вами!— надулась Ната и ушла размахивая скакалкой.

— И не надо!— обиделись девочки. Потом нашли веревочку и стали играть сами. Весело им, на Нату и не смотрят. А она отошла в сторонку и шепчет:

— Ну и пусть, и без них обойдусь. Всё равно я лучше их прыгала. И скакалка у них не настоящая.

На окне сидела кошка Мурка, чёрная, блестящая, будто её ваксой вымазали. Она посмотрела на Нату и стала умываться.

— Сколько ни умывайся, а чёрной останешься,— сказала Ната и побежала в комнату.

Дома был только Петя.

— Не хочу я больше играть с ними, такими противными,— пожаловалась Ната брату на подруг.

Он махнул рукой.

— Ну, начала… Знаю я тебя, сама, наверно, виновата.

Нате стало обидно. Она схватила куклу и снова выбежала во двор. Девочек уже не было, наверно потому, что начинался дождь.

— Иди в комнату, а то намокнешь,— крикнул в окно Петя.

— Не пойду!— заупрямилась Ната.

— Вот мама вечером тебе задаст!— И Петя сердито захлопнул окно.

Нате вовсе не нравилось гулять под дождем, и она направилась к крыльцу.

Петя сидел на диване и читал книжку.

— Не бросай пальто, повесь на место,— сказал он строго.

Ната поднялась на цыпочки, повесила пальто, потом спросила:

— А как ты видел? Ты ж смотрел в книжку, а не на меня.

— Я большой, а потому всё вижу,— важно объяснил Петя.

— И неправда,— возразила Ната.— Просто ты знаешь, что я часто бросаю.

Петя ничего не ответил, видно книжка была интересная.

Очень скучно жить на свете, когда на дворе идёт дождь. Мурка спит, свернувшись калачиком на коврике, а брат читает и не хочет с тобой разговаривать.

— Петя,— начала Ната.

Он не ответил.

— Петя,— повторила она громче, подходя к дивану.— Тётя Таня говорила, что ты должен читать мне книжки, чтоб я поумнела.

— Не мешай,— буркнул Петя,— видишь, я занимаюсь.

— И неправда,— ткнула Ната пальцем в книжку,— вот картинка — мальчишка забор красит. Ты читаешь, а не урок учишь.

— Фу ты!— рассердился Петя. Вскочив с дивана, он ушёл в другую комнату и закрыл за собой дверь.

Ната взяла на руки Мурку и, подойдя к двери, громко проговорила:

— Мурка, есть братья хорошие, а есть противные. Петька у нас противный. И читать он всё равно не будет, мы его расшумим.

Ната принялась прыгать, громко стуча каблуками и распевая во весь голос:

Мурка, видно, обиделась, что собираются покупать ещё кота, вырвалась и убежала.

— Вот я тебе дам!— послышался из-за двери сердитый голос Пети.

— А большим бить маленьких нельзя, и нельзя, и нельзя,— продолжала прыгать Ната.

Дверь с шумом распахнулась.

— Замолчи!— крикнул Петя, замахиваясь книжкой.

— Петька дерётся!— завопила Ната на весь дом. Вошла соседка, тётя Таня, в ярко-синем капоре с красными цветами.

— Как тебе не стыдно, пятиклассник, а маленькую обижаешь!— укоризненно сказала она.— Идём, Наточка, ко мне, я тебя вареньем угощу.

Ната вытерла передничком нос и пошла за тётей Таней. В дверях она обернулась и показала Пете язык.

В комнате у тёти Тани было очень интересно. Над кроватью висел ковер — не такой, как дома, с цветами а с лесом и оленями. На комоде стояло много красивых вещей: фарфоровые мальчики и девочки; семь слонов — большой, а потом всё меньше; красная круглая пудреница. И даже флакон с духами был особенный — кисть винограда.

Но больше всего Нате нравились диванные подушки. На одной был вышит пёстрый попугай, на другой — павлин, а на третьей — два медвежонка.

Тётя Таня усадила Нату за стол, налила чаю а красную чашечку с белыми пятнышками, точно мухомор, и поставила блюдечко с клубничным вареньем.

— Пей, Наточка, чай, а я пойду на кухню котлеты дожарю.

Ната съела варенье, выпила чай, а тётя Таня всё не шла.

Ната увидела на стуле голубую шляпу с меховым помпоном.

— Ой, какая красивая, а ну, примерю!

Она надела её и подошла к шифоньеру. Шляпа была немного велика, но Ната решила, что это ничего. Недавно тётя Таня говорила бабушке, что Ната, когда вырастет, будет красивой. Но в этой шляпе она, пожалуй, и сейчас красивая. Глаза у неё большие, серые, как у мамы, волосы тоже вьются. Вот только рот, как пуговка, маленький и нос немножко курносый. Лучше б он был длинный, как у Пети.

Ната состроила перед зеркалом смешную рожу и положила шляпу на место. Становилось скучно. «Когда у нас были тётя Маруся с Олей и я убежала во двор, мама сказала, что бросать гостей неприлично»,— подумала Ната.

Вдруг она увидела на буфете вазочку с конфетами. «Вареньем угощает, а конфет не дает»,— обиделась Ната.

Она взяла одну; оказалось, что это «Мишка» — самые вкусные конфеты на свете. Развернув её, Ната подумала: «Если я одну съем, тётя Таня не рассердится». И медленно положила её в рот. «Возьму ещё и больше не буду». Ната не заметила, как в руках у неё очутилась последняя.

— Ой, испугалась Ната,— я всё съела!

Она бросила конфету в вазочку. На душе у неё было неспокойно: попадет теперь от тёти Тани!

Тут вошла серая кошка, совсем не похожая на Мурку. Ножки у неё были коротенькие, хвост ужасно пушистый, а шерсть такая длинная, что свисала до полу.

«Скажу, что кошка съела конфеты»,— мелькнула у Наты мысль. «А кто их развернул?» — спросит тётя Таня. Ната вспомнила, как она вешала на ёлку бумажки, завернутые, как конфеты. И она проворно принялась за дело. Скоро в вазочке опять лежали «Мишки», только некоторые из них были подозрительно тощи.

Тёти Тани всё не было. Ната посмотрела на кошку:

— Давай поиграем!

И столкнула её с дивана. Кошка, недовольно мяукнув, пошла к двери. Ната забежала вперед и, схватив с комода клубок ниток, покатила по полу. Но кошка не обратила на него никакого внимания.

— «Это, наверно, длинная шерсть ей бегать мешает»,— решила Ната и взяла с комода ножницы.

— Стой, киска, стой, сейчас подстригу, и тебе легче будет. А то тётя Таня сама парикмахер, а тебя вот не подстригла.

Пушистый комок шерсти упал на пол. Кошка, думая, что её гладят, стояла смирно. Скрипнула дверь и на пороге застыла тётя Таня.

— Что ты делаешь!

Ната испуганно уронила ножницы. Наполовину остриженная кошка бросилась к дверям.

— Ах ты гадкая девчонка,— закричала тётя Таня,— зачем ты изуродовала кошку?

— Я хотела, чтобы ей легко было бегать…— начала Ната, но тётя Таня продолжала кричать:

— Иди сейчас же домой и никогда больше не смей ко мне заходить.

Ната заревела и выбежала из комнаты. В коридоре она оглянулась на закрывшуюся за ней дверь:

«Петю ругала, что на меня кричит, а сама…»

Вечером тётя Таня всё рассказала маме: и про кошку и про конфеты. Мама так расстроилась, что даже пальто забыла снять.

Она стояла посреди комнаты и с отчаянием говорила:

— Ну что я должна делать с этой девчонкой? Целый день меня и отца нет дома, бабушка вернётся через неделю, а Петю она не слушает.

— Она и бабушку не слушает,— вмешался Петя.

— Не слушает оттого, что она её совсем избаловала,— сказала тётя Таня.— Почему вы не отдадите её в детский сад?

— В детский сад?— переспросила мама, наконец вспомнив про пальто, начала раздеваться.

— Бабушка говорит,— насупилась Ната,— что я там сразу заболею скарлатиной или корью.

— А я ж не болел, когда ходил,— перебил Петя.

— А бабушка говорит, что я слабенькая и мне

нельзя…— начала Ната, но мама сердито прикрикнула:

— Замолчи! Садись вон на тот стул и не смей вставать, пока я не разрешу.

Через неделю, придя с работы, мама весело сказала:

— Ну вот, наконец я устроила Нату в детский сад.

— Не хочу я в детский сад, там мальчишки дерутся,— заявила Ната.

— Не выдумывай, никто не дерётся,— возразила мама.— Там очень весело, много игрушек.

— Все малыши туда ходят,— добавил Петя.

— И совсем не все. Катя не ходит. Рая не ходит,— начала Ната и замолчала. Ей вдруг захотелось поскорее попасть в детский сад, посмотреть: а что ж там делается?

Утром мама повела Нату в поликлинику. Молодая весёлая докторша погладила Нату по голове:

— В детский сад идешь? Это хорошо. А ну, открой рот.

Дома Ната подымала рёв, когда мама хотела посмотреть ей горло. Но здесь, взглянув на белый стол, белый шкаф и на врача в белом халате, Ната вдруг присмирела и раскрыла рот.

Что-то написав на бумажке и подавая её маме, докторша сказала:

— Скоро мы увидимся с вашей дочкой: в этом детском саду я буду через неделю.

— Там все заболеют?— спросила Ната.

Докторша засмеялась:

— Я и хожу для того, чтоб никто не болел.

Дома их встретил Петя, размахивая телеграммой:

— Сегодня бабушка приезжает!

— Наконец-то!— обрадовалась мама.

Вечером мама разгладила Нате платье и передник и повесила их на стул.

— Смотри не запачкай.

Ната целый вечер не капризничала, потому что всё время думала про детский сад. Ей хотелось, чтоб скорей наступило завтра.

Бабушка приехала, когда Ната уже ложилась слать. Крепко целуя внучку, она спросила:

— Как же ты жила без меня. Наточка, соскучилась?

— Соскучилась, бабуня. А что ты мне привезла?

— Крокодила резинового, чтобы тебе купаться было веселей, и мишку.

— А конфет?

— И конфет.

Бабушка кряхтя поднялась со стула и ушла в столовую.

Ната уже задремала, когда услышала за дверями сердитый голос бабушки:

— На две недели только уехала — и гляди, что придумали! Или я уж, по-твоему, такая старая стала, что с одним ребенком не справлюсь? И накормлю вовремя, и гулять свожу… Ну чего она в том детсаду не видела?

Тут они начали говорить совсем тихо.

Проснувшись утром, Ната увидела, что на стуле около кровати лежит большой зелёный крокодил и пушистый коричневый медвежонок.

— Ой,— радостно вскрикнула Ната, хватая медвежонка. А крокодил ей совсем не понравился.

— Одевайся скорее, опоздаешь в детский сад,— заглянула в дверь мама.

— Бабушка, одевай меня!— крикнула Ната.

— Ты ж сама одевалась, когда бабушка уезжала,— недовольно сказала мама.

Но бабушка уже спешила к Нате с начищенными башмаками в руках.

На дворе было холодно, хоть и ярко светило солнце, ветер гнал по тротуару опавшие листья.

— Не забудь,— говорила бабушка,— как гулять поведут, шарф надеть. Ветер-то какой холодный, простудишься.

Ната её не слушала. Она смотрела на зелёную решётчатую ограду, за которой виднелся белый двухэтажный дом. В большие стеклянные двери то и дело входили дети.

Ната схватила бабушку за руку.

— А ты побудешь немножко или сразу уйдешь?— потихоньку спросила она.

— Побуду,— пообещала бабушка, открывая дверь.

Они вошли в большой светлый коридор, в котором стояли рядами маленькие шкафики.

На каждом из них была наклеена картинка: зверь, цветок или ягода. Ребята снимали пальто, прятали в шкафики и бежали по лестнице вверх. А одна, совсем маленькая девочка в синем платье, плаксиво тянула:

— Я хочу к ма-аме!

Её раздевала девушка в белом халате, которую ребята называли тётей Шурой. Она показала на Нату:

— Смотри, Леночка, вот тоже новенькая, а не плачет.— И добавила: — Зайдите, бабушка, к заведующей, потом я покажу девочке её шкафик.

Нате почему-то казалось, что заведующая должна быть старой, седой и очень строгой. А их встретила молодая женщина с весёлыми чёрными глазами. Она взяла у бабушки справки и ласково сказала:

— Иди, Ната, быстрее, а то опоздаешь на зарядку.

В коридоре тётя Шура подозвала Нату.

— Вот твой шкафик, запомни, на дверцах — зайчонок.

— Бабуня, ты мне и дома купи такой шкафик,— попросила Ната, несколько раз открывая и закрывая дверцу.

— Пойдём скорее,— взяла Нату за руку тётя Шура.

Они поднялись по лестнице и вошли в большую

комнату. Там было много ребят, которые шагали друг за другом, высоко подымая ноги. А посреди комнаты стояла кудрявая девушка тоже в белом халате. Она била в бубен и говорила:

— Раз-два, раз-два…

— Вера Александровна, вот новенькая,— сказала тётя Шура. Девушка обернулась. Ребята остановились, с любопытством разглядывая Нату.

— Как тебя зовут?— спросила Вера Александровна.

— Ната Морозова.

— Завтра, Ната, будешь делать гимнастику вместе со всеми, а сейчас посиди и посмотри.

— А я умею,— возразила Ната.— Наш Петя каждый день делает,

— Ну, тогда становись,— улыбнулась воспитательница.

Ната стала самой последней и зашагала вместе с ребятами. Тут она увидела Вову Сорокина, который жил в их доме на втором этаже. В прошлое воскресенье он забросил её мяч в соседний двор, и Ната на него очень рассердилась. Но сейчас она обрадовалась, что нашёлся хоть один знакомый, и крикнула:

— Вовка, Вовка, и я тут!

Вова оглянулся, но ничего не ответил, а Вера Александровна сказала:

— Во время зарядки разговаривать нельзя.

Потом ребята выстроились в три ряда и стали махать руками вверх, вниз и приседать. У всех выходило хорошо, только у Наты почему-то плохо получалось.

Она стала махать руками скорее.

Взглянув на Нату, Вовка засмеялся:

— Точно мух отгоняет.

Ната хотела крикнуть: «А помнишь, как ты в лужу шлёпнулся?»— но раздался голос Веры Александровны:

— Нехорошо смеяться, Вова, ты и сам недавно выучился. Давай, Ната, вместе делать.

Ната повторяла движения воспитательницы. Но как только та отвернулась, показала Вове язык — пусть не задается…

Зарядка кончилась.

— Ну, теперь отдохните, пока дежурные накроют столы,— сказала Вера Александровна.

Ната огляделась. Всё здесь было интересно: и аквариум с рыбками, и невысокий шкаф с игрушками, и маленький буфет. Две дежурные девочки доставали из него тарелки и ставили на низенькие столики, накрытые вышитыми скатертями.

Но особенно понравился Нате кукольный уголок. Дома у неё тоже были и куклы, и кровать для них, и шкафик. Но тут, рядом с кукольным диваном, стояло пианино, и на столике — телефон. Ната тронула клавишу — пианино играло, как настоящее.

Когда сели завтракать, Ната отодвинула тарелку

— Я манную кашу не люблю.

— А у нас каша особенная,— улыбнулась тётя Шура,— вот попробуй.

Ната увидела, что все ребята с аппетитом едят, и попробовала немножко. Каша и впрямь оказалась такой вкусной, что Ната всю съела и даже ложку облизала. Потом она принялась за чай с пирогом.

— А пирог вкусный,— громко заявила она.

— За едой не разговаривают,— сделала ей замечание Вера Александровна.

«Подумаешь, у них тут и слова не скажи»,— обиделась Ната.

После завтрака Вера Александровна раздала всем бумагу и карандаши.

— Нарисуйте дом и ёлочку возле него.

Ната провела одну линию, вторую. «Это стены, теперь крышу надо». Но крыша получилась почему-то кривая.

Подошла Вера Александровна.

— Не спеши. И карандаш нужно держать вот так,— показала она.

— Я не спешу,— возразила Ната и быстро нарисовала окна. Они тоже получились кривыми.

— У меня дом старый, его чинить будут,— громко сказала она и принялась за ёлочку.

— Ой.— рассмеялась голубоглазая девочка с синим бантом на голове, сидевшая рядом с Натой,— у тебя ёлка вверх ногами!

— И совсем не вверх ногами, она так и растёт,— заупрямилась Ната.

— Оля права,— подтвердила Вера Александровна,— у ёлки ветки опущены вниз, а у тебя они нарисованы вверх. Почему ты не смотришь на картинку, которую я повесила на доске?

Собрав рисунки, Вера Александровна отобрала самые удачные и стала показывать ребятам. Лучше всех нарисовал Вова, у него даже дым из трубы шёл, как настоящий. Но Ната буркнула: