Читаем Наследник и Строптивая онлайн бесплатно

Какого?!

Ноги подгибаются, и я падаю на землю. Все тело горит в огне, волнами накатывает тошнота. В голове туман. Кажется, я отключаюсь. Открыв глаза пытаюсь сфокусировать взгляд и понять где я. Что – то виднеется впереди. Трасса, – услужливо подсказывает мозг. Я пытаюсь подняться, но тело не держит, я снова падаю и отключаюсь. Снова прихожу в себя и пытаюсь ползти туда, к этой самой трассе. Руки словно налиты свинцом, ноги не слушаются. Что-то мелькает впереди и формируется в белое облако. Привидение? Нет, не настолько мне плохо, чтобы мерещилась подобная чушь. Следующий вопрос от невидимого собеседника заставляет меня вновь погрузиться во тьму забвения. Кто я? КТО Я?!

С трудом открываю глаза. Привидение становится бегущей ко мне девчонкой в белом струящемся вечернем платье и маске. Куда меня занесло?

Она падает на колени рядом.

– Вы как? Живы?

– Фея Долины? – разлепив губы сиплю я первое, что приходит в голову. Видно я всерьез верю в фей какой-то непонятной долины, раз выдал эту чушь.

– Не слабо вас. Подняться сможете?

– Зачем тебе маска? – не унимаюсь я.

У меня какие-то особые отношения с масками?

– О чем ты? Ах это, – она неопределенно отмахивается.

Кое – как мы справляемся с задачей поднять мою тушу. Откуда в этой худышке столько сил?

– Ты в спецназе служишь? – хриплю я сухим горлом навалившись на нее всем весом.

Это небольшое напряжение отнимает последние силы. Девчонка тащит меня и даже не пищит.

– Я в Израиле росла, а там армия обязательна и для женщин.

Однако. Но мне не до сантиментов. В какую переделку я угодил, что не помню себя?

Мы наконец доковыляли до ее машины, девчонка пытается усадить меня на заднее сиденье. Я отталкиваю ее и сплевываю кровь. Плохо. Это очень плохо. Лицо девчонки равняется по цвету с платьем.

– Сейчас, – она запрыгивает на кресло водителя и трясущимися руками заводит машину, – сейчас мы доедем до какой- нибудь больницы.

– Никаких больниц, – жестко отрезаю я.

Нельзя мне туда. Чувствую. Никак нельзя. Откуда-то знаю, что мне нужно время и много воды. Только это. Я регенерирую. Но мне необходим покой.

– Но…

– Высаживай, – я дёргаю ручку двери.

– Даже не думай! – девчонка быстро, но при этом аккуратно стартует.

Умница.

– Куда мы?

– Ко мне.

В дороге я снова отключаюсь. Прихожу в себя от прохладных прикосновений к щекам.

– Нам нужно подняться в квартиру.

Я киваю и мы снова тащимся. В квартире меня сгружают на диван, и я снова отключаюсь.

Моя рука резко хватает чье-то запястье, едва я выныриваю из забвения. Неприятно приходить в себя, когда тебя кто-то обшаривает. К своему удивлению вместо девчонки обнаруживается рослый кудрявый парень в очках. Молодой, но жутко серьезный, и с перекошенным от боли лицом. Да, я немного перестарался и чуть не сломал ему запястье. Интересно, откуда во мне такая сила?

– Эй! – звонкий голос девчонки врывается в наше с кудрявым пространство.

Она, наконец, избавилась от маски. Медовые волосы крупным локонам падают на плечи. Глаза огромные, светло – карие, личико горит от негодования.

– Отпусти его сейчас же! – требует рыжая. – У него руки золотые, он один из лучших хирургов!

– Ты зачем его позвала?

– Кто-то же должен тебя осмотреть!

– Не надо меня смотреть, дай мне пару дней.

– Ты при смерти.

– Нет. Пусть уходит.

Она осторожно берет парня за руку и о чем – то тихо перешёптываясь они уходят. Я погружаюсь во мрак, но на этот раз со сновидениями.

Какой-то смутно знакомый грот, я точно бывал здесь раньше. Влажно, по стенам струятся потоки воды, призрачная фигура, словно сотканная из воды сидит в глубине.

– Скоро. Потерпи, – шепчет она и я хрипя просыпаюсь.

– Держи, – прохладные ладони касаются моего лица, в губы упирается край кружки. Я жадно глотаю воду и не могу напиться.

– Еще.

У нее как по заказу еще стакан и еще.

– Сколько я спал?

– Больше суток. Выпей еще это.

Что это?! Мой рот заполняет какая – то кисловато горькая дрянь.

– Пей, я говорю! – командным тоном требует Рыжая.

Да, спецназ тут, похоже, рядом прошел.

Я пытаюсь сесть, от слабости кружится голова, но пожар в теле начинает угасать.

– Вон там, – Рыжая кивает головой в сторону.

На трясущихся ногах я пробираюсь в ванну. Сделав свои дела обращаю внимание на парочку зубных щеток, что ж, похоже девочка в одиночестве не скучает. Умываясь, разглядываю себя в зеркало. Синие глаза, черные волосы, щетиной зарос как портовый грузчик. Под глазами мешки. Видок тот еще, как она вообще рискнула? На вопрос кто я, привычная чернота в ответ. Ладно. Это дело времени.

– Надеюсь, твой бойфренд не заявится в ближайшее время, я пока малость не в форме, – держась за стенку я ковыляю к дивану.

– Откуда такая информация? – вскидывает на меня свои глазища Рыжая.

А меня вдруг посещает странное желание провести пальцем по ее пушистым ресницам. Не слабо меня приложило.

– Я наблюдательный.

– Двойка тебе за наблюдательность, – ехидно отвечает Рыжая.

Возвращение на диван отнимает последние силы. В темноту я проваливаюсь с ухмылкой, расслышав бурчанье Рыжей про маленькие странности, о которых не стоит вещать всем и каждому, особенно малознакомым любопытным типам.

… Шатенка с голубыми глазами полными нежности изящной ладонью касается моего лица и что-то шепчет. Боги, кто она? Меня накрывает волной любви, я тянусь к ней, но не могу дотронуться, кричу, но не слышу ни ее голоса ни себя. Из глаз шатенки катятся слезы, они рвут мое сердце на части. Я люблю эту женщину больше жизни, но даже не помню ее имени. Почему меня так тянет к ней? Но это чувство другое, отличное от тяги мужчины к женщине. Не успев ничего понять я с криком просыпаюсь.

Комнату заполняет золотистый свет. Рыжая обеспокоенно оглядывается и убирает швабру.

– Ты как?

– Лучше.

Я чувствую, как силы наполняют меня. И хочу мяса. Много мяса. Надеюсь эта девочка не держит диет.

– Судя по всему ты точно идешь на поправку, поэтому, я рассчитываю на компенсацию, – невозмутимо выдает нахалка.

Я вопросительно выгибаю бровь.

– Обещай рассказать, как это у тебя выходит.

– Что?

– Ты прекрасно понимаешь, о чем я, – она забавно упирает руки в бока, а мне представляется отличный шанс ее рассмотреть.

Даже домашняя футболка и широченные штаны не скрывают стройного тела и вполне приятных округлостей где нужно. Волосы на дневном свете как пламя, глазища в пол лица и длинные пушистые ресницы. Определенно, природа не поскупилась, наградив Рыжую в довесок ко всему еще и сочными, красиво очерченными губами. Девочка вполне в моем вкусе. Видимо, что-то такое плотоядное отразилось на моем лице, раз Рыжая сложила на груди руки.

– Слушай, ты или умираешь, или на выход!

Я ухмыльнулся и сделал вид, что я по первой части.

Рыжая подошла ко мне и прикоснулась к моему вновь пылающему лбу маленькой прохладной ладошкой.

Кайф.

– Ты снова горишь.

– Жить буду.

– Но как ты это делаешь?

– Вспомню, расскажу.

– Кто ты?

Сам бы хотел знать, кто я.

– Как тебя зовут? – не унимается Рыжая.

Настырная какая. Но ее можно понять. Притащила в дом поломанного незнакомого мужика. То ли безбашенная то ли отчаянная.

Я напрягаю черноту и пустоту в голове.

– Михаил, кажется Михаил.

– Супер! Имя помнишь, значит и остальное вернется.

– Михаил Юрьевич, – дополняю я.

– Приятно познакомится, Михаил Юрьевич, – улыбаясь, важно кивает головой Рыжая, – Можешь вспомнить, что произошло?

– Я имя только вспомнил.

– Ладно, отдыхай.

Она встает с дивана, я ловлю ее за запястье. Хрупкое, как и она вся.

– Как тебя зовут?

– Мия.

– Спасибо, Мия.

Рыжая к моему удивлению смутилась, а я снова провалился во тьму.

Почти неделю я провел на диване у Рыжей. Надо признать – удобном диване, как и вся ее квартира. Зарабатывала девочка хорошо, раз жила в двушке на Патриарших. Отчего-то я знал, что люблю этот район, похоже, мне приходилось здесь бывать. Квартира небольшая, но уютная, я занял что-то вроде кабинета, а девчонка перебралась в свою спальню, но все время, что была дома, крутилась вокруг меня.

Приятно. Обо мне так не заботились, я знал точно. Готовила Рыжая отлично, правда я бы предпочел стейки с кровью, но она упорно кормила меня мясом по технологии су-вид, аргументируя, что так полезно.

Мне все полезно, но спорить с Рыжей сейчас себе дороже, да и вкусно. Не в моих правилах жить на иждивении у девушки (это очевидно), но тут не до выпендрежа. Разберусь со всем и рассчитаюсь, не привык быть должным, в этом я точно уверен.

Ночи были изматывающими. Из – за снов. Красивая шатенка снилась постоянно и каждый раз меня накрывала такая щемящая нежность к ней, что я начинал задыхаться: она и только она важнее всех женщин на свете. Ей на смену приходила фигура в мокром гроте, и звала неизвестно куда. Так они и чередовались. Я хотел понять, кто эта женщина, мне казалось, что как только я вспомню кто она, то вспомню все.

Через неделю мне полегчало, и я стал выбираться из дома. Поначалу Рыжая превращалась в фурию, отказываясь меня выпускать. Характерец у нее и темперамент, под стать шевелюре. Потом мы разругались, она смирилась, но в первые разы выходила со мной, и лишь убедившись в безопасности прогулок, милостиво дала добро и ключи от квартиры.

Зря она из армии ушла. Карьеру бы там сделала.

Во время прогулок я бегал до изнурения, останавливался лишь когда кружилась голова. Я точно знал, что мне это нужно и это поможет. Почему? Неплохо было бы вспомнить. На одной из пробежек во мне открылись довольно странные способности, что поставило меня в тупик. Но я списал это на совпадение и решил перепроверить позже.

Сегодня Рыжая вернулась раньше и подозрительно оглядела мой потрепанный вид. Но рассказывать, что это двухчасовая пробежка меня укатала я не стал, чувство самосохранения у меня еще работает.

– Ты не выпил отвар! – крошка то ли негодовала, то ли расстраивалась, глядя на пузатую кружку, прикрытую толстенным полотенцем.

Она милая, во всех своих проявлениях.

– В этом нет нужды, – миролюбиво заметил я.

– А знаешь ли, мне было бы приятно думать, что в твоем стремительном восстановлении отчасти присутствует и моя заслуга, – грустно выдала Рыженькая опустив реснички.

Просто аллегория скорби. Манипулятор. Я мужественно глотал горькую отраву, наблюдая за неподдельной радостью в глазах Рыженькой.

– Где ты этому научилась?

– В Израиле, я вначале на фито-терапевта выучилась, а потом уже на нутрициолога.

– Родители там остались? – я старался не подавиться этой горькой гадостью, похоже актерские навыки у меня присутствуют, если глазастая ничего не заметила.

На лицо Рыжей набежала тень грусти.

– Я здесь родилась, в Москве – она аккуратно забрала у меня кружку и пошла за водой.

– Папа бросил нас, когда мне лет пять было, с тех пор я его не видела. А мама активно устраивала свою личную жизнь и ей было не до меня. А потом, – Рыженькая протянула мне воду, я не мог оторвать взгляд от ее грустного личика, – когда мне четырнадцать было мама замуж вышла и я стала им очень мешать. Ну, и я предложила ей сделку.

Тут уж я подавился водой, Рыжая участливо постучала меня по спине.

– Это как? – девчонка не переставала меня удивлять.

– Я попросила ее об услуге, она договорилась с дальней родственницей в Израиле, что та формально возьмет меня под опеку и уехала туда, там уже закончила школу и пошла учиться на врача. Григорий, которому ты чуть руку не сломал, – на меня укоризненно взглянули из-под густой тени полуопущенных ресниц, – там же учился, на три курса старше.

Я старательно изобразил раскаянье, но судя по мимике Рыжей этот раунд я завалил.

– У тебя там не сложилось?

– Наоборот, все было круто, но я скучала, по этим нашим сугробам, по зимам, и там, знаешь, все слишком гладко, понимаешь?

Я кивнул, задумавшись о своем. Мне понравилось так разговаривать с Рыжей, к тому же, с ней было очень комфортно. И я точно знал, что в жизни, о которой ничего не помню, таких девушек не встречал.

– С матерью общалась?

– Ну, как сказать, – Рыжая налила себе чай и стала уминать пирожные, которые сама же и испекла. Я уже говорил, что готовит она супер? Диетическое правда и супернатуральное, но мне нравилось. Хотя стейк с кровью определенно был бы лучше.

– Я встретила ее у подъезда нашего старого дома, она кивнула, сказала привет и ушла, – на пушистых ресницах выступили непрошенные слезы.

Я поддался порыву, обнял Рыжую и прижал к груди ее головку, она доверчиво расслабилась. Нежная, ранимая девочка, своенравная, с характером, и так нуждающаяся в любви, которую не получила в детстве.

– Уверен, в твоей семье все будет иначе.

– Конечно, – Рыжая выпуталась из моих рук и быстренько поднялась. Наша секундная близость напрягла обоих. – У моих детей не будет недостатка в любви. Они никогда не почувствуют себя одинокими.

Рыжая спешно скрылась на кухне. Она беспокоила меня все больше и больше, меня тянуло к ней не только физически и это начинало становиться проблемой.

С утра Рыженькая была чем-то озабочена. Отводила взгляд и вообще вся была задумчивая и отстраненная. Я не стал лезть ей в душу и ушел пробежаться с расчетом, что как вернусь, она уже упылит в свой офис.

Но не тут-то было.

– У меня сегодня День Рождения! – радостно огорошила меня девчонка, вылетев на встречу с поддоном исходящего ароматным паром печенья.

А я тут весь такой мокрый с пробежки и без подарка. Рыжая быстро сообразила отчего я помрачнел.

– Это ничего не значит! Подарок не важен.

Я вот так не думаю.

– Я не хочу праздновать с девочками, – пояснила она, видимо, чтобы я на свой счет иллюзий не питал, – мне сегодня тридцать, только представь, что там начнется.

Я хмыкнул, небрежно оперевшись на стену.

– Больше двадцати пяти тебе не дашь.

– Это генетика, правильное питание и витамины. Ну что, останешься?

Я кивнул и развернулся к двери.

– Скоро вернусь.

Когда я вернулся, Рыженькая уже была во всей красе. Не девчонка, а сплошное искушение. Длинное платье с обнаженной спиной и руками, завязывающееся на шее, небрежная высокая прическа и изящные серьги, эта девочка создана, чтобы блистать.

Я вручил ей букет гигантских бордовых роз, чем заслужил счастливый восторг, легкие объятия и восхищение моим внешним видом. Новый, умеренно бюджетный костюм сидел отлично (тренировочный «наряд» мне уже порядком опостылел, как и его явная принадлежность кудрявому Георгию, но от предложений Рыженькой купить мне одежду отказался категорически), так же я навестил цирюльника и избавился наконец от щетины и излишней шевелюры. Рыженькая впечатлилась, но быстренько задумалась о происхождении средств мной потраченных, отчего на ее нежное личико набежала тень

– Не спрашивай, не украл, – успел я ответить раньше, чем она открыла свой соблазнительный ротик. Еще и блеском губы намазала, она вообще соображает, что я и так еле сдерживаюсь?

Надо признать, Рыженькая меня опять удивила. Меньше всего я ожидал увидеть на своей тарелке идеальный, ароматный, приготовленный по всем канонам – стейк с кровью.

– Люблю осваивать новые рецепты, – крошка с аппетитом уплетала салат.