Читаем Наследие (СИ) онлайн бесплатно

Маленький городок Форкс встретил меня обилием зелени и проливным дождем. После солнечного Финикса покрытый мхом старый городишко производил удручающее впечатление, и я надеялась, что семейное дело, которое привело меня сюда, не займет много времени.

Я знала немногое: в Форксе жила бабушка Мари, ей принадлежал большой дом. Моей маме не нравилась хронически плохая погода, и едва ей исполнилось восемнадцать, Рене выскочила замуж за моего отца и удрала от дождей в более приятное место. Вернулась в Форкс только однажды: на похороны матери.

С тех пор старый бабушкин дом гнил в одиночестве, и я предполагала, что он находится в ужасном состоянии. Понятия не имела, зачем маме вдруг понадобилось поехать туда, да еще и срочно вызвать меня, оторвав от учебы?

«Твое будущее решается до конца полнолуния, - таинственно и без тени насмешки сообщила по телефону мама. – Ну же, это всего на несколько дней, пакуй чемоданы, Белла».

И вот я здесь: такси привезло меня сквозь густые потоки дождя к неприметному, спрятанному в глубине леса разваливающемуся фамильному дому, а на пороге уже собрались мама, тетя Анжела и моя двоюродная сестра Джессика.

Дом оказался не просто стар – он находился в аварийном состоянии. Конечно, Рене и тетя Анжела, как могли, привели его в порядок перед моим приездом: включили отопление, убрали пыль со старой мебели. Но запах сырости и гнили прочно въелся во все предметы, с потолка свисала паутина, стены требовали капремонта.

Когда длинные приветствия и семейный ужин подошли к концу, мама, убрав со стола тарелки, расставила зажженные свечи и погасила обычный свет. Кухня сразу приобрела готичный вид, словно мы переместились в средневековое обиталище ведьмы. Положив перед собой старую желтую книгу, Рене присела на стул и закрыла глаза, то ли настраиваясь на нужный лад, то ли беззвучно молясь.

Таинственность ее действий была непонятна, кажется, только мне – ни тетя Анжела, ни Джессика не выразили никакого удивления. Двоюродная сестра даже заговорщицки подмигнула мне, многообещающе улыбнувшись.

- Я должна рассказать тебе семейную тайну, - загадочно начала Рене, поглаживая потертый переплет и глядя на меня слишком серьезно, чтобы я думала, будто все происходящее – какая-то шутка. – Белла, наша семья – мы не совсем люди.

- Ведьмы? – усмехнулась я, кивнув на атрибутику вечера.

- Наш пра-пра-пра… прадед был ангелом, спустившимся в мир людей, - сурово заговорила Рене, игнорируя мое явное недоверие. - Он влюбился в смертную женщину и долго прожил на Земле как обычный человек. Все следующие поколения, родившиеся в нашей семье, носят частичку его света.

- Со всеми вытекающими последствиями, - встряла Джессика, глядя на меня так восторженно, словно получала огромное удовольствие от перемен, обрушившихся на ее жизнь. Она продемонстрировала мне кольцо на пальце – в старом потемневшем серебре поблескивал полупрозрачный голубоватый камень. – Мы получили в наследство кое-какие силы, недоступные простым смертным!

- И опасность вместе с ними, - мрачно перебила дочь тетя Анжела, одернув ее восторг.

- Восемнадцатилетие – тот срок, когда впервые пробуждаются наши скрытые возможности, - продолжала Рене, - и когда мы становимся наиболее уязвимы.

- Для зла, - снова встряла Джессика, поглаживая кольцо.

Когда все замолчали, ожидая от меня хоть какой-нибудь реакции, я смогла лишь глупо захихикать. Но лица родственников оставались невозмутимыми.

- Простите, но это какой-то бред, – покачала головой я, не желая участвовать в этом странном цирковом представлении. – Вы хотите сказать, что мир, в котором я живу, совсем не такой, каким я привыкла его видеть? Где вы раньше были, почему молчали столько лет? И теперь, когда я стала совершеннолетней, обрушиваете на меня эту странную тайну, в которую нельзя поверить? Что это – какой-то способ заставить меня вернуться в семью?

Когда я закончила школу, то выбрала университет подальше от матери и многолюдного Нью-Йорка, собираясь после его окончания жить отдельно. Я всегда была чересчур самостоятельной, поэтому подозревала, что Рене таким странным способом просто пытается вернуть меня в лоно семьи, под свою навязчивую опеку, от которой я сбежала.

- С каждым новым поколением мы надеялись, что наследие пра-прадеда исчерпает себя, - печально объяснила тетя Анжела. – Никому из нас не нравится крест, который приходится нести, мы все с удовольствием просто вели бы обычную человеческую жизнь, тем более магия, присутствующая в нашем мире, мельчает и исчезает с каждым прошедшим веком. Издревле велась бесконечная война между Добром и Злом, а люди становились пешками на этой игровой доске. Прадед оставил нам частицу себя, которая защищает нас от зла, дает силу с ним бороться, но и делает уязвимыми. Каждый выбирает свой путь – кто-то прячется, кто-то вступает в ряды борцов. Но если ты, Белла, откажешься от наследия, тебя ждет ужасная мучительная смерть.

- Мы чуть не потеряли Джессику, - вставила мама, протягивая ко мне через стол руку, но я отдернула пальцы, все еще не веря в то, что происходящее – не розыгрыш. – Мы не рассказывали тайну ни тебе, ни твоей сестре, потому что и мне, и тете Анжеле досталась почти обыкновенная жизнь без потрясений, мы обе вышли замуж и были счастливы с простыми мужчинами, почти не испытав на себе магию наследия. Но что-то в нашем мире изменилось, и не в лучшую сторону за последние десять или двадцать лет. Зло возвращается! Едва Джессика стала совершеннолетней, с ней стали происходить страшные вещи – ее преследовали голоса во тьме. Все чаще попадались на пути злые люди, норовившие отнять самое ценное, что у нее есть – ту частичку света, которую девочка носила в себе. Для сил зла нет ничего приятнее, чем погубить ангела или его потомка, забрать в рабство его светлую душу. Мы не подумали обеспечить защиту Джессике, и она чуть не погибла в один из дней.

- Теперь у меня есть это кольцо, - разбавила Джесс серьезный тон Рене восторгом, сквозившем в ее высоком сопрано. – Это оберег, усиливающий наши таланты.

- Когда спадет полная луна, - снова перебила мама, - твое превращение в слугу Света полностью завершится и ты станешь беспомощна перед силами зла. Не хочешь борьбы – хотя бы носи кольцо ради своей безопасности. – Рене потянула руку через стол и положила передо мной небольшое колечко с голубоватым камешком, почти такое же как у Джессики. – Этот сапфир принадлежал пра-прадеду, и он оберегал его сына. Когда детей стало больше, мы разделили камень на несколько частей, каждому обеспечивая защиту. Отныне ты никогда не должна его снимать – зло будет ждать удобного момента, чтобы напасть, и кольцо укроет тебя от его воздействия в любое время дня и ночи.

- Неверие не спасет тебя от беды, - воскликнула Джессика, когда я, потрясенная всем услышанным, вскочила и отошла от стола подальше. Сидевшие в семейном кругу родственники казались мне безумцами, начитавшимися страшных сказок. Я отказывалась участвовать в этом балагане.

- Вы сумасшедшие, - сделала вывод я, нажимая выключатель, чтобы убрать мрачный средневековый свет свечей и вернуться в нормальный современный мир, частью которого всегда себя считала. – Я улетаю в Финикс! Сегодня же. Зачем вы только меня сюда притащили?

Качая головой, я отправилась собирать вещи, а родственнички бросились следом, наперебой уговаривая меня остаться.

- Ты должна надеть кольцо, - приказывала мама тоном, от которого я и сбежала в другой город почти год назад.

- Белла, девочка, ты совершаешь ошибку, ты можешь погибнуть, - умоляла тетя, ходя за мной по пятам, но не мешая кидать в чемодан одежду, выложенную всего несколько часов назад.

- Ты не представляешь, от чего отказываешься, - сыпала секретами Джессика. – Я умею предсказывать будущее, могу видеть души людей, помогать тем, кто в этом нуждается, спасать невинных! Вместе с тобой мы смогли бы стать отличной командой борцов со злом, - судя по предвкушению в голосе, сестра мечтала стать солдатом и сделать такой меня уже давно – наверняка пересмотрела фильмов о супергероях. – Мы, как Гензель и Гретель или как сестры Холливел, могли бы нести людям мир, защищая слабых.

- С меня хватит этого безумства, – пыталась спорить я, выдергивая из рук Рене чемодан, который она схватила, чтобы удержать меня дома.

- Белла, деточка, прошу лишь об одном – пробудь с нами до полнолуния, - умоляла тетя, кладя теплую руку на мое запястье. – Если после этого ты не почувствуешь в своей жизни никаких изменений – клянусь, мы отпустим тебя в Финикс безо всяких уговоров.

- Принимай это как элемент игры, какой-никакой новизны в твоей скучной жизни, - добавила Джессика, силой надев кольцо на мой палец и удерживая его там. – Когда рядом дьявол, камень заблестит, - давала инструкции она. – Но это редкий случай, обычно встречаются демоны, духи или ведьмы. От их присутствия серебро остынет и станет холодить кожу. Не бойся, наследие прадеда не даст ничему плохому случиться с тобой!

- А если по истечении полнолуния твое преобразование не завершится – будешь свободна от бремени предков и вольна жить как хочешь.

- Ну ладно, - со злостью уступила я, поняв, что родные попросту не отпустят меня из дома.

Они втроем держали меня кто за чемодан, кто за рукав, и если я вырвусь, неровен час привяжут к стулу. Лучше согласиться – хотя их откровения выглядели полной чушью, - чем быть запертой в старом разваливающемся доме на несколько дней.

- Оставь кольцо, - настояла мама, когда я попыталась стащить старый, потемневший от времени перстень с пальца.

- Дай хоть почищу серебро, - устало уступила я, и родственники, наконец, отпустили меня из насильственных объятий.

***

Я была в Форксе всего один раз, еще совсем маленькой, и ничего не помнила, но заблудиться среди нескольких десятков домов было трудновато. Непрерывный дождь хлестал по дождевику, который выдала мне тетя Анжела, чтобы я могла прогуляться. Серые тучи словно давили на плечи, а обилие блестящей влажной зелени отталкивало взгляд. Даже стволы деревьев, в Финиксе коричневые или серые, здесь были покрыты зеленым мхом.

Я больше не могла торчать в унылом старом доме, так что придумала причину выбраться: отправилась на поиски магазина, чтобы пополнить холодильник любимыми продуктами.

Форкс оказался совсем маленьким городишко: всего-то две пересекающиеся улочки с вереницей невысоких домов, где все жители знали друг друга в лицо. Когда я встречала редких в этот ужасно дождливый день прохожих, они приветливо улыбались мне, тут же называя по имени:

- О, да ты никак Белла, внучка Мари? – кивали они, останавливаясь, чтобы пожать руку.

- Так похожа на нашу старушку Мэри, - добродушно посмеивались другие. – Ты переехала насовсем? Тебе помощь с ремонтом нужна? Ты не посмотришь мой дом – кажется, в нем завелся злой дух и портит нам жизнь? Моя мать тяжело болеет – надежда только на тебя, Белла.

- Нет-нет, извините, простите, - взволнованно отказывалась я, приходя в ужас от того, как легко меня узнали. Бабушка была в городе, похоже, кем-то вроде святой, на которую возлагали большие надежды. Неужели в этом богом забытом местечке на краю света нет даже больницы, раз жители обращаются ко мне как к врачу?

А вот и магазинчик – да у нас в Финиксе даже придорожные лавки в три раза больше размером! Пятясь назад, пытаясь как можно вежливей избавиться от собравшейся небольшой и преследующей меня толпы, я распахнула дверь магазина и вместе со звоном колокольчика ввалилась внутрь, споткнувшись о порог. Ахнув, я приземлилась на пятую точку, толкнув кого-то спиной. А этот несчастный человек, ставший жертвой моей неуклюжести, ойкнув, случайно задел и свалил стоявшую возле кассы стойку со жвачками, рассыпавшимися по полу разноцветной кучей.

- Простите, - пробормотала я, спешно отворачиваясь от глазеющей через стеклянную дверь толпы, чьи лица при виде моего падения стали вдруг сердитыми и отчужденными. А мое кольцо, ей-богу, внезапно похолодело на пальце, заставив меня зашипеть. Сдернув его с пальца, я сунула ободок в карман, решив позже разобраться с этим – магия, ворвавшаяся в мою жизнь слишком внезапно, пугала.

- Это вы меня простите, - живо откликнулся молодой парень, помогая мне быстро собрать жвачки с пола – это его я толкнула, - а затем и встать.

Подняв взгляд, я потеряла дар речи, утонув в глазах цвета малахита – зеленых с шоколадными вкраплениями, изумленных и немного смеющихся: парня позабавило, а не напугало мое неловкое падение.

- О, - сказал он, замерев, как только я уставилась на него, подмечая поразительную красоту точеных губ, мужественных скул и взъерошенную непослушную челку яркого медного оттенка. А запах… он пах просто божественно, кружа мне голову, так что внезапно стало трудно дышать, будто вокруг меня образовался вакуум. Колени ослабели и я невольно оперлась на руку незнакомца, продолжавшего меня по инерции поддерживать.

- Свон? Белла Свон? – воскликнул продавец, выдергивая меня из наваждения – его голос звучал более чем восторженно, напомнив толпу, поджидающую на улице. Черт подери, что не так с этим городом и его жителями? За что мне это мучение? Я что, попала в какую-то современную иллюстрированную сказку, где люди не имеют понятий о воспитании и такте, а внучка умершей бабушки Мари, которую они считали чем-то вроде личного лекаря, обязана унаследовать ее способности?! Кольцо, холодящее даже сквозь карман плаща, доказывало – все так и есть.

Я неприязненно посмотрела на продавца, чье лицо сияло за стойкой с конфетами словно начищенная до блеска сковорода. Увы, не только мать, тетя и сестра возлагали на меня большие надежды – кажется, все жители Форкса были помешанными. Понятно, почему Рене отсюда когда-то сбежала.

- Не видел, есть тут в продаже кукурузные хлопья? – вернула я внимание к парню как к меньшему из зол, надеясь, что когда скроюсь за витринами, от меня отстанут попрошайки.

Молодой человек оказался весьма умен, тут же кивнув и потянув за собой.

- Каллен-Шмаллен, - крикнул вслед нам продавец, махнув кулаком. – Тебе я не собираюсь ничего продавать!

Я с удивлением подняла брови, в то время как лицо молодого человека на секунду хмуро скривилось. Он подвел меня к стойке с хлопьями и улыбнулся, указывая на них. Пока я выбирала подходящую коробочку, он с неохотой вернул на полку бутылку колы, которую держал до этого в руке.

- Тебя здесь за что-то не любят? – проницательно заострила внимание я; мне не хотелось знать, отчего люди на улице ведут себя странно по отношению ко мне, но реакция продавца на симпатичного и на вид вполне доброго парня вызвала любопытство.

- Да… нашу семью в этом городе не жалуют, - скользя взглядом по пакетикам с чипсами, невесело ухмыльнулся парень. – Какие-то старые предрассудки…