Читаем Наследие Санторо (СИ) онлайн бесплатно

====== Глава 1. «Под кровавый венец» ======

«Когда я была маленькой, мама часто читала мне сказки о благородных принцах и прекрасных принцессах, о злых разбойниках, о невероятных приключенческих битвах, о безумных королях, о доблестных рыцарях. И как девочке мне внушали, что придёт и мой черёд попасть в величественный замок, познакомиться со своим принцем на белом коне, который спасет меня от злой колдуньи и унесёт на руках под венец. Но почему-то мне больше всего импонировала сказка о гадком утёнке, ведь она поселила в моем сердце маленький искрящийся лучик надежды, что когда-нибудь у меня появятся девственно-белоснежные крылья, и я рассеку ими воздух и взлечу вверх назло всем обидчикам. Вот только в реальной жизни, принцы оказываются кровожадными мафиози, принцессы заядлыми стервами, рыцари — безжалостными киллерами, а гадкий утенок остается гадким утенком. Но что делать в случае, когда ты даже не гадкий, а, скорее, дрянной утенок?».

Савада Тсунаёши был из тех людей, которые не подходили ни под категорию кровожадного киллера, ни под доблестного рыцаря или прекрасного принца. Он всегда хотел тихой и мирной жизни среднестатистического школьника Японии. Но у судьбы были на него совсем иные планы. И теперь в свои девятнадцать лет паренек, на чьих плечах когда-то едва держался школьный ранец, стоически держал сильнейшую мафию Италии — Вонгола. Конечно, за последние пять лет, насильно коронованный принц мафии успел повзрослеть, благодаря множествам битв, бесчисленным соперникам и врагам семьи. Его некогда наивный карамельный взгляд смотрел на жизнь более уверено, он научился брать ответственность за своих людей, защищать честь семьи, а также к девятнадцати годам пришло время…

— Тсуна. — Но он до сих пор нервно подпрыгивал от голоса Реборна, тем более сейчас, когда бывший аркобалено принял свой истинный облик, и голос теперь звучал не детскими нотками, а грозным баритоном. — Как же незаметно пролетело время, — продолжил киллер, приближаясь к креслу Босса бесшумным шагом хищника, — за это время ты успел повзрослеть…

Тсуне не нравились эти речи. Он знал, что Реборн что-то от него хочет, но вот вопрос, что именно…

Реборн продолжал пафосную речь о том, как сильно повзрослел и поумнел его глупый ученик, что немного усыпило бдительность Десятого Вонголы, и он чуть было не пропустил судьбоносное предложение из уст киллера:

— Поэтому настало закрепить твое взросление такой чудесной вещью как брак.

— Угу, — на автомате буркнул Савада, подписывая очередной документ. — Стоп, что? Б-брак? — Тсунаёши выронил лист бумаги и развернулся на кресле к Реборну, который, гаденько улыбаясь своей фирменной улыбкой, наблюдал за проснувшимся негодованием на лице Савады. — Какой еще брак? Подожди, Реборн, я ведь еще даже не признался Киоко в чувст…

— А при чем тут Киоко? — этот риторический вопрос ввел в еще больший ступор. А Реборн, лишь поправив поля шляпы, продолжил: — Ты женишься на дочери Санторо.

— Н-но я ведь её даже не знаю!

— На свадьбе и познакомитесь. Церемония бракосочетания состоится 21 декабря.

Реборн направился к двери, не обращая внимания, как задыхается от негодования его любимый ученик.

— Что? — Савада вскочил с кресла, сорвавшись на крик. — Ты уже и свадьбу назначил без моего разрешения?

— Скажи спасибо, что вообще предупредил.

Дверь громко хлопнула, словно молот судьи, вынесший вердикт подсудимому.

Выстрел шампанского и пробка летит в стену, украшенную красными розами с шёлковыми лентами. Игристое вино льется в бокалы, шипя словно морская пена, а зал наполняется новыми патетично-взволнованными и радостными возгласами. Обычная мафиозная свадьба, где каждый поздравляет друг друга, страстно целуя в щеку, а за пиджаком прячет пистолет в кобуре. Саваде было интересно, он один здесь притворяется, что ему весело, или же половина гостей всего-навсего давит лыбу, чтобы угодить Вонголе? Хотя кто и был точно рад, так это родители Тсунаеши. Один Емитцу чего стоил уже с покрасневшими щеками и поплывшими от радости глазами, продолжая трепать сына по голове и восклицать, как быстро пролетело детство. Детство. Тсуне большего всего сейчас хотелось открыть глаза, проснуться в своей комнате в Намимори и пойти в школу. Но нет, он принимает поздравления и благодарит на автомате. Гокудера стоит по правую руку с сигаретой в зубах и встречает всех гостей угрюмым предупреждающим взглядом, но стоит ему взглянуть на Босса, как тут же ободряюще улыбается, восклицая:

— Десятый, всё будет в порядке. Я держу всё под контролем!

Ямамото стоит по другую руку и просто наслаждается торжеством, обмениваясь фразами с новыми гостями. Рехёй где-то поблизости кричит о том, как он экстремально счастлив за Саваду, и желает им счастья. Все Хранители рядом. Они напоминают ему группу поддержки или надзирателей, которые смотрят за провинившимся, чтобы тот не сбежал. Даже Хибари как-то удалось уговорить прийти.

— Дино ему обещал устроить схватку после свадьбы, — объяснил Такеши.

И Тсуна, тяжело вздохнув, повернулся к новым гостям.

— Тсунаёши-кун, — пропел радостно-мелодичный голос.

На пороге появился Бьякуран собственной персоной, а по правую руку от него, вцепившись в его смокинг, шла Блюбель, уплетая сладости из упаковки, что покоилась в руках платинного блондина.

— Наши поздравления, Тсунаеши-кун, это была столь неожиданная новость. Я-то думал, что первым делом мы справим мою свадьбу… Ай! — Бьякуран прикусил язык, как только в его бок своими цепкими ручками вцепилась Блюбель, издав недовольный звук. — Шучу-шучу. А у нас для тебя подарочек.

Джессо забрал из рук подчинённого празднично упакованную коробку и вручил её в руки Десятого, заставив того поскорее дать миру увидеть его подарок, который делали под его личным руководством.

— Что это? Зефир?

— Да, но не простой, а золотой!

Савада в этом убедился, когда чуть не выронил тяжёлый кусок плитки золота, выгравированный в виде упаковки маршмэллоу. И снова пришлось выдавить счастливую улыбку, которая походила больше на то, когда тебя заставляют жевать лимон, а выплюнуть ты его сможешь только тогда, когда священник произнесет: «Объявляю вас мужем и женой».

— Десятый, крепитесь! — вновь подбодрил Гокудера.

И Савада, вздохнув, облегченно и увереннее расправил плечи.

— Врой, ублюдки, давно не виделись!

Савада нервно поежился, по старой памяти сглотнув застрявший ком. К нему стремительно и угрожающе приближалась Вария во всей своей красе, за исключением единственного кадра, впрочем, отсутствию которого он даже был рад.

— Добро пожаловать, — произнесено это было как можно увереннее и достоверно. — Спасибо, что почтили своим присутствием. А Занзас…

— Ши-ши-ши, к твоему очередному несчастью Босс здесь, — расплылся в маниакальной улыбке принц, а Савада в очередной раз готов был выпустить жалобный стон.

— Босс сказал, что хочет лично лицезреть унылую рожу Десятого, когда он увидит свой алтарный мусор, — сардонически оскалился Леви.

— Эй, вы вообще-то говорите с Боссом Вонголы, — тут же ощетинился Гокудера.

— Она… она что, такая страшная? — нехотя все же проговорил последнее слово Тсунаёши, обведя варийцев просящим взглядом.

— Врой, ты что, даже свою невесту в глаза не знаешь?

— Ну, Реборн сказал, что это будет сюрприз, поэтому мне даже её фотографии не показали.

Повисла гнетущая тишина.

— Она своенравная, — подключился Луссурия, пытаясь хоть как-то разрядить обстановку, обмахиваясь своим боа. На лбу от духоты у всех уже выступали капли пота. — А еще немного импульсивная.

— И транжира, — подключился мало заинтересованный в дискуссии Мармон. Парень был крайне чем-то недоволен.

— Кстати, вот подарок. ВРОЙ, УБЛЮДКИ, ГДЕ ЯЩИКИ С ВИСКИ?

— Ящик с виски?

Комната постепенно заполнялась новыми ящиками виски под немного непонимающие взгляды Десятого поколения, на что Капитан Варии поспешил объяснить:

— Возрадуйтесь, это вам подарок от самого Босса, его поздравления, цитирую «Может хоть это спасёт твою жалкую мусорную жизнь с новым мусорным отребьем».

— Как это заботливо со стороны Занзаса, — Савада едва сдерживал тик.

Ямамото не сразу понял, что от него хотят, когда иллюзионист Варии сунул ему под нос бумагу, недовольно прошипев:

— Счёт за подарок. Указанную сумму отправите на мой банковский номер.

Такеши молча забрал счет, переведя удивленный взгляд с Мармона на Гокудеру, что на это лишь махнул рукой.

— Хотя главный подарок вас ожидает только впереди в придачу с дочерью Санторо, — оскалился мечник, но заметив непонимающие лица хранителей и самого мученика, почувствовал, как терпение медленно, но стремительно заканчивается в горячей крови. — ВРОЙ, САВАДА! Ты что, ничего не знаешь? У кого тут свадьба, у тебя или у меня?

— Очередные проделки Реборна, — цокнул языком Ямамото, откупоривая подаренную бутылку виски.

Тсуна же краем глаза косился на подарок, смутно веря в его содержимое, подозревая, как бы там не был разлит яд, хотя сейчас он был бы не против удавиться как Ромео, так и не повстречав свою Джульетту.

— Вместе с невестой Вонголе в качестве подарка перейдет ключ к наследию Санторо. Благодаря этому наследию их семья стала набирать большую мощь в мафиозных кругах, и есть опасность того, что вскоре они захотят развязать войну, чтобы свергнуть эшелон власти.

— Иными словами этот брак является, с одной стороны договором союза, а с другой — цепями для глав семьи Санторо, чтобы держать их амбиции в узде, — дополнил Бельфегор, подбросив вытащенный стилет.

— К тому же, наследие считается бесценным даром. Ему нет цены, и за ним охотятся многие семьи, — фыркнул Мармон.

— То есть Реборн использует меня как политическую игрушку? — похолодевшим тоном изрек вывод Савада, из-за чего в комнате повисла напряженно-раскалённая атмосфера.

— Десятый, если вы не хотите этого брака, можно всё отменить! — Хаято одернул Босса за плечо, но Тсуна отрицательно покачал головой, давая понять, что всё в порядке.

— Нет, церемония состоится. Я выполню долг Босса Вонголы для защиты семьи.

Скуало ободряюще оскалился и кивнул головой варийцам в сторону выхода, намекнув, что они свой долг выполнили, и можно валить на все четыре стороны со спокойной душой.

Савада же стоял унылее предгрозовой тучи, смотря в одну точку, будто в прострации, за что получил леща от Суперби на прощание:

— Врой, сопля дозревшая, и выше нос. Ты на свадьбе, а не на похоронах!

Хрустальный бокал с лязгом разбился на маленькие осколки, оставив за собой мокрое пятно. Осколки осыпались на макушку терракотовых вьющихся локонов, которую прикрывали тонкие запястья. Спрятавшаяся от удара девушка поежилась, стряхивая с себя прозрачные стекляшки.

Напротив стояла другая особа, разъярённая, в чьих зелёных глазах горела неприкрытая злоба и отвращение. Она, громко фыркнув, поправила немного растрепавшиеся белокурые локоны и отвернулась обратно к зеркалу во весь рост, любуясь своим прекрасным отражением в торжественном свадебном платье, чьей пышности юбки позавидовала бы любая героиня сказок, не говоря уже о дорогих камнях, что венчали её корсет.

— Катерина, ты так прекрасна! — восклицали две блондинки по бокам от зеркала, с неприкрытой завистью и гордостью любуясь невестой.

— Еще бы! Ведь теперь я стану Савадой! Ха-ха! Жена самого Босса Вонголы! Да вся мафия теперь в моих руках!

— Ага, до первого выстрела в висок… — послышался тихий шепот за спиной.

Взгляд Катерины похолодел, а плечи невольно дернулись, но она промолчала, увидев, как открываются занавеси, закрывающие звезду свадьбы. В комнату вошли еще двое. Женщина, на чьём лице побывал явно не один нож хирурга, улыбку, казалось, вырезал сам врач своим скальпелем, настолько была она неестественна, не говоря уже о выгоревших белёсых волосах. Женщина кинулась к невесте и принялась горячо и страстно целовать её в щеки.

— Дева Мария! Как же она прекрасна! — взволновано проворковала женщина.

Мужчина с зализанными черными волосами и посидевшими висками, с тонкими черными усиками, придававшими нотку беспечности, лишь поцеловал руку девушке, крепко сжав её.

— Мечта любого Босса! — торжественно воскликнул он.

— Маман, папан! Я так волнуюсь! Вы ведь обо всем договорились? Всё пройдет гладко?

— Конечно, дорогая! Даже не бойся! — Женщина обняла Катерину за плечи, повернув её обратно к зеркалу. — Какой дурак откажется от такой девственной красоты?

— Если она девственница, то я — Хибари Кея.

Катерина дернулась, не сдержав проснувшегося гнева в лице, и схватила первый попавшийся предмет — расческу, метнув её в сторону стола, где лежали цветы, которые перебирала стоящая к ним спиной, отпускающая независимые комментарии девушка. Расческа попала по спине, которая даже не дрогнула от удара с инородным предметом.

Женщина успокаивающе погладила обнажённые плечи дочери и, бросив многозначительный взгляд на мужа, который сделал вид, что ничего не заметил, подошла к фигуре у стола и, резко схватив девушку за локоть, развернула её к себе. В злые серые глаза женщины смотрели безразличные, немного уставшие глубоко посаженные голубые очи с бирюзовой крапинкой зелени, под которыми на щеках красовалась забавные веснушки, пухлые губы девушки изогнулись в подобие невинной улыбки, и, захлопав редкими ресничками, она поинтересовалась:

— Что-то случилась, тетушка Изабель?

— Ничего, — снисходительно-пренебрежительным тоном ответила женщина, оттолкнув от себя девушку, возвращаясь обратно к невесте, голову которой уже венчали фатой.

— Катерина, мне отдать ключ тебе или передать его Вонголе собственноручно?

— Как пожелаете! Хотя я до сих пор не понимаю, зачем нам этот брак! Вонгола ведь наши соперники! Разве мы не должны их устранить?

— Моя дорогая, друзей нужно держать близко, а врагов еще ближе! — нравоучительно изрекла Изабель.

— Можно подумать у нас есть друзья, — прозвучал очередной комментарий от персоны нон гранта.

— Аделина! — не выдержав, заверещала женщина и, развернувшись, замахнулась рукой, но её вовремя перехватил мужчина.

— Дамы, давайте сегодня не будем ссориться, у нас, в конце концов, праздник!

— Фредерико, сколько можно защищать её, эта девка…

— Эта девка — твоя племянница! — напомнил мужчина, обернувшись к столику, о который облокотилась Аделина, наблюдая за потасовкой.

Изабель пренебрежительно фыркнула.

— Аделина, сделай полезное дело, принеси мартини, нормального! У меня уже в горле першит от этого пойла.

Аделина молча оттолкнулась от столика и, увидев, как тетушка снова чуть ли не вылизывает свою любимую дочку, засунула два пальца в рот, на что Фредерико лишь улыбнулся и махнул рукой, чтобы та скорее скрылась.

— Почему я должна терпеть её на собственной свадьбе? — прокричала Катерина, нервно скидывая фату с головы.

— Ну-ну, дорогая, она часть семьи, несмотря на все, и обязана присутствовать, тем более так пожелал наш советник.

— Лучшим подарком для нашей семьи было бы, если бы эта дрянь где-нибудь нечаянно навернулась и свернула себе шею, — чуть ли не прошипела Катерина, плеснув мартини себе в горло прямиком из бутылки. — Как думаете, Лаура, Мария?

Лаура и Мария, стоявшие у зеркала блондинки, переглянулись и, заговорщически улыбнувшись, покинули невесту.