Читаем Наскальные рисунки меча и магии. Фронтир онлайн бесплатно

Где-то далеко в далёкой, хотя, может, и не такой уж далёкой галактике, бежит, сияя от восторга и предвкушения, юная Эмма, бережно прижимая к сердцу письмо. Она даже не догадывается, что рассказ пойдёт не про неё.

В другой, не менее значимой для мироздания Вселенной, всё так же неизменно плывёт в «великом ничто» могучий А'Туин. Величественно паря в бесконечной пустоте, он, наверное, догадывается о множестве или даже параллельности Вселенных, но ему нет до этого никакого дела.

Мы же отправляемся дальше по кроличьей норе и упираемся разумом в недавно зародившуюся Вселенную, в которой уже начинает просыпаться человек, заброшенный волею судьбы в далёкое будущее. Сейчас он открывает глаза в старой пещере и пытается сориентироваться в окружающем его пространстве.

Куда приведёт его судьба и не схлопнется ли Вселенная под негативной волей читателя, покажет только время. А пока просто пожелаем ему удачи, ведь он стоит – или, вернее сказать, ещё лежит – в самом начале своего нелёгкого пути в новом мире.

Как и положено для первой книги про очередного бедолагу, наш главный герой совершенно забыл, кто он и как сюда попал. Это избавляет автора от долгого описания всех нахлынувших на протагониста переживаний и терзаний о забытой дома собачке или хомячке.

Это, безусловно, важный и очень мучительный процесс, так как помогает вызвать жалость к герою, раскрывая его характер, душевную глубину и боль утраты прежней жизни. При этом писатель цинично окунает читателя в бездну унылой реальности, от которой тот всячески хочет сбежать.

Давайте сократим этот процесс и будем считать, что наш главный герой – хороший малый с непонятной контузией, которая избавила его от воспоминаний о личной жизни, но почему-то оставила память о научных изысканиях, истории и увлечениях. Добавим в него щепотку юмора, цинизма и сарказма. Затем всё тщательно перемешаем и отправим дозревать в темноту самого глубокого и унылого подземелья, где бродят кровожадные твари и очень, очень страшно. Надеемся, ему понравится.

Но чтобы автора не считали садистом, книга начнётся, наверное, с конца, где всё уже должно быть хорошо.

Ночь окутала город, открывая миру яркие звёзды на безоблачном небе. Она заполнила собой всё, до чего могла дотянуться, подарив жителям тёплый свет из множества окон, что периодически загорались по всему городу, и тишину рыночной площади, гомон которой изрядно досаждал окружающим. Медленно, пять за пядью, она поглотила всю суету, давая возможность насладиться прохладой после долгого и утомительного дня.

К трактиру с незатейливым названием «Под звёздным небом» медленно приближалась фигура, закутанная в чёрный шерстяной плащ. Железные набойки на дорогих сапогах издавали равномерные звуки, словно музыкант выстукивал незамысловатый ритм среди безмолвия ночи, а улыбка на лице незнакомца давала понять редким прохожим, что он вот-вот достигнет своей цели.

– Ты, как всегда, опаздываешь! Поздравление скоро начнётся, – окликнул его человек, что сидел на лавочке, прислонившись спиной к деревянной стене трактира.

Он был молод, и, хотя не мог похвастаться мускулами, пронзительные голубые глаза с лихвой компенсировали это упущение. Длинные каштановые волосы небрежно спадали на зелёную робу, богато украшенную вязью с разноцветными камнями. Обаятельная и слегка наивная улыбка, очевидно, редко покидала его лицо и разбила не одно девичье сердце.

Пристально взглянув на новоприбывшего, он сделал очередную затяжку из длинной вычурной трубки в виде маленькой виверны и улыбнулся.

– Рад видеть тебя, Сергей! Там хоть и полно народу, но реального общения мне порой не хватает, – затянувшись ещё раз, он выпустил кольцо дыма в ночное небо и задумчиво, скорее себе, чем собеседнику, проговорил: – Хотя после всех событий мы…

– А ты в этот раз более философски относишься к этому миру, Илья. И, судя по гомону, я пришёл вовремя. Дела гильдии задержали, сам понимаешь, – с усмешкой ответил странник, опуская капюшон. – Эта часть лавки свободна или ты сидишь в томительном ожидании какой-нибудь юной леди?

Широко улыбнувшись и не дожидаясь язвительного ответа собеседника, он рухнул на свободную часть скамейки и полез в поясной мешок. Покопавшись немного с завязками, достал такую же трубку и стал забивать её чёрным табаком в предвкушении хорошей беседы.

– О! Смотрю, ты достал дворфийский, особый?! – с долей изумления и уважения проговорил Илья. – Я всё больше эльфийский курю. Хотя чего я жалуюсь, дарёному коню в рот не смотрят. Но, думаю, ты поделишься со старым другом? А иначе я превращу тебя в дерево или мерзкую жабу, – улыбнулся он и протянул руку.

– Ну ты и вымогатель! – усмехнулся Сергей, доставая из кармана ещё один мешочек. – Я как знал, взял с запасом. Вот пройдоха, а ещё зовёшься уважаемым деревом!

– Я не вымогатель, а страдающий без хорошего табака человек. Да и жирно тебе будет, в самом-то деле! Он дорогой и редкий, а значит, если ты поделишься, у тебя значительно меньше шансов быть ограбленным в эту непроглядную ночь, – приговаривал Илья, улыбаясь и заботливо перекладывая к себе ценный груз.

– Бери, бери! Я знал, что ты делаешь это для всех нас и всегда готов спасти старого друга от ограбления, – хлопнув приятеля по плечу, заметил Сергей. – А как там поживает наш именинник? Наверное, как всегда, стоит за барной стойкой и отпускает в адрес посетителей скабрезные шуточки?

– Само собой. Солёные шутки – лучшая закуска к холодному пиву, и к тому же бесплатная! – произнёс Илья, пародируя трактирщика.

– А неплохо! Осталось надеть корону и упереть руки в бока с убеждённостью в глубокой значимости своих высказываний.

Дверь трактира открылась, и на пороге в лучах света появился старый гоблин. Он выглядел как официант: с белым передником и большим подносом, на котором стояли несколько деревянных кружек. Наполнены они были чем-то явно хорошим и дорогим, так как разговор сразу затих, а руки собеседников сами потянулись к выпивке.

– Хозяина сегодня доволен и передавать вам, чтобы вы не засиживаться на улице и восхвалять его величие, а заходить вовнутрь, – произнеся эти слова без доли иронии, гоблин поклонился и с чувством выполненного долга зашёл обратно в таверну.

– Я и забыл уже, какой он несносный! – проговорил Сергей, подымаясь с лавки.

– А вот фигушки! Я точно докурю, уж очень табак хорош, а ты иди, иди, развлекай нашего благодетеля! – махнул рукой заходящему в таверну собеседнику Илья.

Таверна бурлила весельем. Обыкновенно, шагнув за дверь, посетитель сразу же попадал во власть музыки, тепла от большого каменного камина и различных запахов, что тянулись из приоткрытой двери кухни.

Сейчас, вдобавок к этому великолепию, в заведении находилось множество посетителей, которые кричали «Джоззи! Давай!» и указывали руками в сторону большой жабы. Та летела с кружкой пива на спине и проворно уворачивалась от шишек, что летели в неё со стороны барной стойки.

Жаба выглядела довольно специфично, если учесть тот факт, что от обычного земноводного её отличал маленький красный плащ, который развевался в полёте, а к спине был привязан щит, на котором и стояла деревянная кружка. Огибая посетителей и уворачиваясь от снарядов, она целеустремлённо летела к своему хозяину, который стоял на столе в другом конце зала, вытянув руку в её сторону.

Сам хозяин, похожий на гнома с длинным крючковатым носом, был одет в перламутровую робу, украшенную звёздами и непонятными письменами. Он стоял, полностью сосредоточившись на полёте своего приживалы, и игнорировал крики окружающих.

Проворно увернувшись от очередной шишки и едва не уронив кружку на пол, жаба подлетела к своему хозяину, и тот с победным криком поднял трофей вверх.

Толпа радостно взревела и принялась кричать: «Сегодня выпивка за счёт заведения!»

Из-за барной стойки прилетела ещё одна шишка, но, пролетев сквозь гнома, ударила по лицу сидящего позади эльфа, похожего на друида или лесного жителя. На нём было странное одеяние, делавшее его похожим на живой куст, от веток и листьев которого он периодически отмахивался.

Эльф поморщился от досады, но потом, посмотрев на гнома, вздохнул и отпил из своего бокала. Пара маленьких птичек, сидевших на крючковатом деревце, что росло из его плеча, вспорхнули и уселись рядом с шишкой. Эльф подвинул её ближе к ним, и они принялись радостно выковыривать из неё семена.

Не успели посетители понять, что это было, как на барной стойке появился гном. Отхлебнув из бокала, он улыбнулся и громко произнёс:

– Дружище! Ты всегда попадался на мои иллюзии! Пора бы уже смириться с этим и налить нам эля. И где тот бард, который будет нас развлекать? Я слышал, он даже тебя уломал поделиться частью весёлых историй!

– Уговорил, уговорил, – фыркнул бармен. – Вон он, сидит и ждёт отмашки. Надо будет рассказать ему, что у тебя много хороших баек, пускай замучает тебя расспросами и долгим нытьём. А пиво сам себе нальёшь, не маленький! Хотя в твоём случае я бы встал на большую жабу, раз уж ты такой проворный.

Бармен выглядел как обычный человек, худой и жилистый, с длинными волосами и бородой на манер эспаньолки. Татуировки в виде различных надписей на непонятном языке были нанесены по всему телу. Как и все бармены, он стоял за стойкой в потёртом кожаном переднике и натирал грязной тряпкой пустой стакан.

Позади него виднелась каменная статуя, похожая на самого бармена, только вида более атлетического – эдакий Геракл в расцвете сил. Одна из мускулистых рук, указывающая на входную дверь трактира, была из чистого золота. На груди статуи висела деревянная табличка с криво выведенной фразой «Клиент всегда неправ!», а с головы небрежно свисала корона в виде индейского роуча со множеством ярких перьев, вставок из золота и костей.

Увидев вошедшего гостя, бармен махнул ему рукой в приветствии и указал на свободный стул рядом с собой.

– Садись, Сергей, ты как раз вовремя. Выбирай выпивку, она сегодня бесплатная благодаря нашему скользкому другу. Скоро бард начнёт своё представление. И как я только на всё это согласился?

Поставив перед Сергеем большую кружку эля, он дал знак начинать.

Бард был большой белой крысой, одетой в яркие вычурные вещи на манер принца из детских сказок. Выйдя в центр таверны, он принял героическую позу, поставив одну лапу на стул, словно то была голова огромного свирепого чудовища, и на удивление сносным голосом запел героическую балладу, явно где-то услышанную и наспех переделанную:

Тут вдруг ему в затылок прилетела очередная особо увесистая шишка, обрывая куплет.

– Ай! – только и взвизгнул бард.

– Если ты намекаешь на тот случай с дриадами, то это была сильнейшая магия очарования, и я не осознавал, что делаю! Давай, хвостатый, начинай уже создавать свою иллюзию, бард ты недоделанный! А то я сейчас сам наколдую, и мы все посмотрим, как ты исчезнешь.

– Слушаюсь, хозяина! – пародируя голос одного из гоблинов, пролепетал тот. – Моя новая лютня сегодня будет звучать для вас, словно пение дриад в ночной тиши под необъятной кроной Эллавейна! Я проведу вас таинственными тропами прошлого. Мы окунёмся в переживания наших героев, ощутив каждое мгновение их нелёгкой жизни.

– Лучше всего твоя лютня будет звучать в камине! Ты и так всех уже заинтриговал дальше некуда. Рекомендую начинать, пока в тебя не принялись кидаться едой, – пробурчал бармен, и все засмеялись.

Поклонившись публике, бард уселся на стул и стал вычерчивать в воздухе какие-то понятные лишь ему знаки. Свет в трактире начал медленно гаснуть, и вокруг гостей появилась мерцающая дымка, обволакивающая собой каждого посетителя.

Через некоторое время в зале наступила полнейшая тишина. Она забрала с собой громкий смех, скрип половых досок и треск дров в камине, который так усердно дарил всем тепло, как будто жил в последний раз. А затем всё замерло. Время превратилось в камень, стремительно падающий на дно колодца. Пришедшая следом темнота, словно брызги от удара камня о воду, погрузила трактир в царство иллюзий и воспоминаний.

Я проснулся от осознания, что мне дико холодно.

Лежал я на чём-то мягком, но подстилка была мокрой и щекотала шею. Открыв глаза, я растерялся окончательно.

Окружающее пространство предстало в серых тонах. На сером фоне виднелось множество тусклых красных пятен. Это показалось мне странным. Любые источники света отсутствовали, было очевидно темно, но я отчётливо видел стены и нависающий надо мной свод пещеры с торчащими извилистыми корнями.

– Где это я? И что на мне надето?! – с изумлением воскликнул я, силясь понять, что происходит.

Я сел, уперев руки в мягкий мох – именно он оказался моей лежанкой, – но тело тут же содрогнулось в очередном порыве согреться, и я решил размяться, а заодно получше себя рассмотреть.

Худое, жилистое тело. Маленькая бородка. Длинные волосы и татуировки по всему телу. Из одежды только какие-то вонючие шкуры.

– Что за бред? Что вообще происходит-то?! Где я? И… эм-м… собственно, кто я? – задал я себе вопросы и не смог на них ответить. Легко вспомнил математику, но не мог припомнить ни одного знакомого имени или лица.

– Вроде не наркоман, чтобы так накрыло… На похищение не похоже, да и шкуры с тату наводят на другие мысли.

Оглядев пещеру внимательнее, я увидел в дальнем конце проём и множество мелких красных точек на полу, уходящих в этом направлении.

– Страшновато тут, позитивом совсем не пахнет. Скорее, воняет плесенью и чем-то ещё противным.

Подняв с пола увесистый камень, я направился к выходу. Мелкие красные точки превратились в чьи-то следы. И вдруг из-за поворота выбежала здоровенная красная крыса, сбив меня с ног. Закричав благим матом от испуга, я начал бить её камнем по здоровенной морде, пока она пыталась прокусить шкуру, защищавшую мою руку. После нескольких ударов по голове крыса содрогнулась и обмякла, повиснув всем телом на моей руке.

– Хрена себе! – в очередной раз воскликнул я, вытаскивая руку из зубастой пасти. – Вечер перестаёт быть томным!

Скинув тварь вбок, я подскочил и приготовился защищаться, но было тихо и никто не бежал на мои вопли.

С облегчением выдохнув, я уставился на руку и на то, что минуту назад пыталось меня сожрать. Крыса! Огромная! Размером с собаку! Она лежала на боку и светилась ровным красноватым светом.

– Когда это я начал хорошо видеть в темноте, да ещё и замечать тепло?! То-то всё такое странное… Хотя сейчас это скорее плюс, чем минус, а иначе, в полной темноте да с такой тварью, я бы быстро улетел в царство вечной охоты. М-да, угораздило же… Ладно, без паники. Думаю, скоро всё прояснится, а пока что постараемся выжить.