Читаем На острове онлайн бесплатно

Профессор Шандор расплатился с белозубым носильщиком монетой неизвестной тому державы и выкатил свой саквояж на привокзальную площадь. Он не был уверен – случалось ли ему бывать на этой площади в свои другие посещения острова, потому что когда профессор путешествовал воздухом, то и приземлялся, где придется.

По солнцу Шандор определил, что питейные заведения еще закрыты, так что можно было рассчитывать только на чашечку кофе с прошлогодним круассаном и не более.

Все четыре скамейки вокруг потрескавшегося фонтана были заняты.

На трех из них лежали мужчины в непринужденных позах четвертой фазы сна.

На четвертой скамейке примостилась молодая женщина. Ее лицо, обращенное на юго-восток, было искажено солнцезащитной гримасой.

Профессор решил не беспокоить спящих, тем более, что не был уверен, на каком бы языке он завел разговор с незнакомцами, не смутив их спросонья, и направился к скамейке с женщиной. По ее посадке было похоже, что утренняя прохлада беспокоила ее: длинные ноги в шортах были затейливо поджаты, как у доисторической летающей живности, а руки многократно перевивались одна через другую в отчаянной попытке сохранить остатки тепла в теле.

Шандор подумал: «Тяжелые времена. Должно быть, очередная польская красавица отбилась от своей туристической группы и ждет случайной возможности. Однако, как интересно распорядилась природа с ее конечностями. В моей труппе такой человек мог бы быть полезным».

Он слегка наклонил голову в знак приветствия и жестом руки испросил разрешения присесть на скамейку. Лицо в солнцезащитной маске вроде как кивнуло.

Шандор запустил руку в бездонный карман своего плаща и вытащил полную пригоршню разноцветных монет, немного побрякивал ими в ладони, а потом метко кинул в раковину пустого фонтана. Они застучали там бешеным дождем и разбудили людей на других трех скамейках.

Женщина посмотрела на фонтан и громко сказала себе, что сухие фонтаны не гарантируют исполнения желаний, сколько бы денег в них не было заброшено. Профессор покачал головой и успокоил ее, что это были вовсе не деньги, а жетоны от различных детских игр, и сделал он это только с одной целью.

Женщина выпросительно вытянула шею: «С какой?»

Шандор не торопился с ответом. Он теперь смотрел на ее шею и на тень от нее, которая пробегала темной полоской до самых кустов.

– Это моя pickup line с незнакомыми девушками. Давайте познакомимся, раз уж мы с вами все равно разговариваем. Меня зовут Шандор. Я приплыл на остров с утренним паромом. Собираюсь остановиться для работы в одном из курортов.

Женщина недоверчиво посмотрела на его саквояж и бесформенный плащ, но все равно представилась: «Меня зовут Джеммамиа Ариста Кандида. Я отстала от своей группы примерно неделю назад. Их, наверное, еще не пересчитывали с тех пор, поэтому меня никто не ищет. Я пыталась найти хоть кого-нибудь, кто знаком с географией, чтобы показать на карте, откуда я приехала. Но географию на острове знает только один отставной матрос, а карты у него только игральные. Такие, знаете, с голыми девицами.»

– Где же вы живете?

– На пляже, под разбитой Стеллой. Здесь очень славная погода, и ночами не холодно. Местные жители практически не работают. Они довольно бедны, но духом не падают и живут в свое удовольствие.

Шандор подумал, что девушка с такой субтильной внешностью, должна быть более амбициозна, и не жить под разбитой шаландой, хотя с другой стороны разбитая шаланда может быть всего лишь камуфляжем.

– Чем вы занимаетесь в этой жизни помимо посешения острова?

– Я профессиональная ассистентка широкого профиля. У меня полно дипломов и сертификатов, признанных на обоих полушариях. Когда кончается один контракт, и я между контрактов, то могу себе позволить небольшой отпуск или поездку. Этот остров не слишком популярен в туристических каталогах, поэтому я приехала сюда. А вы чем занимаетесь?

– Я странствуюший профессор прикладных и гиперкинетических наук. Иногда преподаю летние семестры в университетах, когда основная профессура в отпуске. Но чаще занимаюсь контрактами, как например сейчас.

Он посмотрел на привокзальные часы, которые в эти секунды отбили десять колов времени и спросил: «Вы пьете алкоголь по утрам?»

– Нет, а вы?

– Я тоже не пью, но подумал, почему бы нам не отметить наше знакомство новой скверной и несвойственной обеим привычкой и не пойти и выпить чего-нибудь покрепче хотя бы вон в ту блинную? – и он указал загорелым пальцем на одноэтажный павильон. – Я собираюсь поделить с вами еду-питье и предлагаю называть меня просто Шон.

– Не думаю, что в блинной подают ликеры. Да еще в такой ранний час. Зовите меня Дида. Это кусочек от полного имени Кандида. А что вы собираетесь делать на этом острове, если не секрет?

Профессор поднялся со скамейки и протянул руку девушке. Через минуту странно одетая парочка чинно двигалась мимо скамеек со спящими. За ними скользили две тени: одна – довольно бесформенная и другая, повыше, с ажурными руками и ногами. Шандор катил свой саквояж и рассказывал Диде, как несколько лет назад он побывал на этом острове впервые. Тогда он остановился в пансионе под названием «Дача президента», не зная ни расценок ни услуг, которые они предлагали своим постояльцам. Оказалось, что все в пансионе было безумно дорого. У профессора не было ни наличных, ни действующих кредитных карт для расчета, но он уговорил хозяев пансионата открыть для публики водно-воздушный иллюзион «Летающий велосипед». Иллюзион имел большой кассовый успех, несмотря на травматизм. Его посещали отдыхающие и из других пансионов.

Шандор продал патент и лицензию на «Летающий велосипед» в обмен на бессрочный контракт по обслуживанию своего изобретения с ежегодным недельным бесплатным постоем в пансионе.

Оказалось, что они уже сделали два оборота вокруг павильона и теперь стояли перед входом в блинную. Дида была приятно удивлена услышенным: она бы никогда не могла подумать, что мужчина в таком плаще способен на такую прыть и гибкость ума, но ничего ему об этом не сказала.

Он ей стал явно интересен более, чем двадцать минут назад.

Площадь была пуста и только разогревалась утренним солнцем.

– Что же мы сдесь стоим и создаем очередь. Пойдемте вовнутрь – сказал Шон.

В блинной пахло сдобой, но столики все еще были сдвинуты после утренней уборки.

К ним подкатилась полная дамочка в переднике и шапочке из марли и извинительным тоном затрещала по-итальянски, что они пока закрыты по техническим причинам – забился сливной дренаж в маслоуловителе, а ведь сегодня суббота.

Профессор слушал ее сбивчивую речь и изучал одновременно меню.

Дида поймала его взгляд на строчке про блинчики по-парижски со смородинным ликером и поняла, что он имел в виду, когда говорил про скверную привычку о выпивке с утра.

Она склонила свою голову к меню и заговорщецки прошептала: «Что будем делать, профессор?»

– Я – чинить дренаж, а вы – ассистировать. Вы же профессиональный ассистент, если я все понял правильно?

Но до ремонта дренажа дело так и не дошло – местным законом запрещалось производить ремонты любых сложностей профессорам, не входящим в профсоюз урожденных островитян.

Однако бутылку со смородинным ликером ему удалось выменять за устную инструкцию для производства ремонта. С этой бутылкой наперевес они проследовали к пышечному стенду и неприкаянно стоящими под зонтами мраморными столиками. Пышки уже румянились в своей прозрачной карусели. Пахло крепким кофе с молоком.

Профессор беззастенчиво рассматривал Диду со стороны в ожидании полной пышечной готовности. У него в голове созревал план.

Дида чувствовала его взгляд и переминалась с ноги на ногу, как чемпионка породы перед показательным заездом.

…Он наверняка думает, что я голодна, осталась без крова, средств и языка на этом острове и захочет использовать меня по прямому назначению. Ха ха. Но не так-то уж мы босоноги, как выглядим. Лучше держать его поближе к себе и быть предельно открытой, чтобы не попасть в историю. Боже мой, когда уже эти пышки испекутся – я могу захлебнуться собственными слюнями. Вот было бы смеху для кое-кого…

В эту минуту профессор осторожно поставил на столик поднос с 2 дюжинами присыпанных сахарной пудрой пышек и 4 бумажных стаканчика с горячим кофе.

Без лишних разговоров и пояснений оба приступили к приему пищи. Где-то после пятой пышки Шон выудил из саквояжа 2 плоских цилиндра белого металла, которые по мановению его руки превратились в конической формы рюмки.

– Не волнуйся, они серебряные. Мыть их необязательно. Я, пока ждал пышек, думал, что мог бы предложить тебе работу ассистентки, если тебе конечно интересно заработать пару монет и переехать жить в номер с балконом. Кроме работ по контракту на «Даче президента» у меня запланировано еще несколько важных деловых встреч. Вот я и подумал, что секретарь-ассистент с твоей внешностью и опытом работы помогли бы помочь моим переговорам.

…Ну, вот и началось. Все эти странствующие профессора-шмофессора – люди одного помола. Ассистентка ему, видите ли, вдруг стала нужна – средь шумного бала, случайно. Он наверняка думает, что я его подозреваю в нечестной игре и откажусь, не доев пышек. Ах, как глубоко он ошибается, потому что так высоко о себе думает. Не на ту напал. Я таких пышек не ела с последней поездки в Питер…

– А в чем бы состояла моя работа? У меня на острове нет даже и приличной деловой одежды. Впрочем, и по вашему внешнему виду не похоже, что вы в состоянии оплатить мой квалифицированный труд. Если только что жетонами из фонтана.

Тут они оба рассмеялись – ликер из смородины превратил болезненный прикол в невинную шутку.

– Во-первых, мы давно на «ты», во-вторых, мы достанем тебе одежду еще сегодня до заката солнца. Ты работала когда-нибудь моделью одежды?

– Нет, но ассистировала Юдашкину на показе его коллекции несколько лет назад.

– В качестве кого?

– Только не смейся – я была манекеном. Дурацкая история. Когда все уже было привезено и готово к инсталляции, то выяснилось, что у одного из манекенов вечернего платья с рукавами две левых руки. Платье, конечно, натянули, но картина была ужасная: как будто у человека был отрытый перелом, который к тому же неправильно сросся. Дизайнер очень расстроился и умолял всех помочь его горю в такой знаменательный день. Все почему-то посмотрели на меня, а потом сделали манекеном при входе.

– Отлично. На острове полно бутиков. Мы устроим тебя манекеном в любой из них, где одежда тебе придется больше по вкусу.

…Интересно, куда он клонит? Трудно представить, что все это не блеф, сеньор Челентано имперсонатор. Ноненатакуюнапали – I can do poker face like Lady Ga Ga. В худшем случае меня заберут карабинеры и депортируют на национальную родину, а в лучшем…

После седьмой пышки процес поглащения перешел с рыси на парадно-цирковой галоп с артистичной демонстрацией всех восьми свобод вращения лошадиной ноги по профессору Ортоболевскому.

Теперь они мирно галлопировали, иногда касаясь друг друга телами и взгядами. Дида чувствовала приятную тяжесть и лень одновременно. Даже мысли в ее немытой голове замерли, как посередине ничего. У нее было полно вопросов к профессору, но задавать их было просто лень. Телу и мозгу нужно было еще несколько минут покоя. Дида отхлебывала свой кофе одной рукой, а другую держала немного наотлете, с растопыренными, как у танцевщицы пальчиками.

В этой части острова нехватало салфеток.

– Ты не куришь? Я курю крайне редко. Только в случаях потрясений и таких, как сейчас.

– Нет, я сосу. Особенно по утрам. Иногда желудок дает о себе знать.

И он протянул ей коробочку с мятными подушечками монпансье.

– А что это за летающий велосипед – никогда не слышала о таком.

– Ты не ответила мне на мой вопрос о службе ассистенткой. От этого будет зависеть мой следующий шаг в буквальном смысле. Так что – влажный песок или шелковые простыни?

Дида понимала, что незаметно для обоих, «подвесила» профессора и не торопилась давать ему ответ. Она смотрела в его дымчатые очки и демонстрировала двумя леденцами мастерство своего языка. Профессор был неподвижен.

На самом деле вопрос влажного песка волновал ее. Ей хотелось хоть каких-нибудь простыней. И непременно горячего душа, а не чуть тепленького, как в кабинке на городском пляже, с десятком карих глаз, сверлящих ее наготу из продуманно-забытых строителями щелей. Впрочем, глаза ее беспокоили в хорошем смысле. Плохо было не завершение беспокойства.

– Сколько бы ты мне платил?

– Я бы покрывал все твои расходы жизни на острове, а за службу ассистенткой – пропорционально достигнутых результатов. Вплоть до 50/50, но сначала мне неплохо бы было убедиться, что ты действительно ассистент широкого профиля, понимаешь, по крайней мере, простой командный язык и можешь слепо следовать инструкциям. Мы скоро пойдем добывать тебе одежду – там и посмотрим на твое мастерство.

Дида не знала, должна ли она отвечать или торговаться или просто должна встать, поблагодарить профессора за завтрак и уйти. У нее не было времени, чтобы все взвесить, да и особой ясности, как и что взвешивать..