Читаем На грани анархии (ЛП) онлайн бесплатно

Перевод: MonaBurumba

Вычитка: MonaBurumba

Русификация обложки: Xeksany

Глава 1

Квинн

День двадцатый

Шестнадцатилетняя Квинн Райли часто представляла себе конец света. Но она никогда не думала, что он будет таким. Гораздо меньше зомби и гораздо больше страданий.

По сути, конец света полный отстой.

Квинн и Майло топали по глубокому снегу, их ботинки хрустели и скрипели в тишине. Раздавался щебет редких птиц. Зябкий воздух проникал под воротник ее куртки и жалил щеки.

По крайней мере, снег больше не шел.

Бесконечные вьюги и метели наконец-то стихли. Но небо оставалось унылым и серым, и надвигались новые тучи. Скоро снова пойдет снег.

Мерзость. Квинн ненавидела зиму. Ненавидела всеми фибрами своей души.

Если она когда-нибудь вырвется отсюда, то направится прямиком во Флориду и никогда не вернется. Они наверняка могли провести весь апокалипсис на пляже, сидя в гамаках, потягивая май-тай и греясь под теплым, ярким, прекрасным солнцем.

Квинн уже успела забыть, как вообще должно выглядеть солнце.

— Дальше! — сказал Майло. — Эта песня скучная.

— «Free Fallin» Тома Петти? Что? Это классика.

Он покачал головой.

— Слишком романтично-о.

— Неважно. Ты явно не ценишь великую музыку.

— Песни о любви скучны и глупы.

Они конечно глупы, но она так же, как и другие девушки любила заунывные, тоскливые любовные баллады.

— Ну тогда, может быть, это ты глупый.

— Невежливо так говорить!

Она пожала плечами.

— Заметь, не я это сказала.

Майло высунул язык. Она показала свой в ответ.

Квинн стянула зубами перчатки и нажала на следующую песню в списке воспроизведения древнего айпода, который дедушка создал для нее перед смертью. Они уже послушали Queen, Led Zeppelin, немного Fleetwood Mac. Дедушкины вкусы склонялись к классике. Как и предпочтения Квинн.

Она сунула айпод обратно в карман и натянула перчатку. За эти двадцать секунд ее рука словно застыла.

В наушниках, вставленных в уши Майло, зазвучала песня Ареты Франклин «Respect». Квинн не могла ее слышать, но легко представляла веселый, энергичный ритм. Натягивать короткий шнур между ними во время ходьбы слишком неудобно. Они чередовались. Она слушала одну песню, потом он.

Батарейка быстро разряжалась. Без дурацкого солнца она не могла использовать солнечное зарядное устройство, которое дедушка хранил в самодельной клетке Фарадея в секретном тайнике в подвале.

Майло закатил глаза, но при этом ухмылялся. Он покачивал головой в такт.

— Я знаю эту песню, — сказал он слишком громко, перекрикивая музыку в ушах. — И папа говорит, что у меня отличный вкус. Он говорит, что я такой же, как мама.

У Квинн защемило в груди. Как она могла спорить с этим? Она же не совсем бессердечная.

— Ладно, ты выиграл. Но дальше я буду ставить «A Little Less Conversation». Ты не жил, пока не танцевал на снегу под Элвиса.

Майло сморщил нос.

— Как насчет U2? «I still haven't Found What I'm Looking For»?

— Вот это песня, которая мне по душе...

Приглушенный крик эхом разнесся по хрустящему воздуху.

Квинн рывком подняла голову. Она замерла, ее сердце ударилось о ребра. В голове промелькнуло видение церкви — падающие тела, летящие пули, крики и ужас.

Она схватила руку Майло.

Он сжал ее в ответ.

— Что это было?

Страх сковал Квинн. Она огляделась вокруг, вывернув шею, напрягая уши в поисках угрозы.

Куда бы она ни посмотрела, везде лежали широкие просторы белого снега. Сугробы намело до пояса, до головы.

Большие причудливые дома с круговыми подъездными дорогами и гаражами на три машины. Большинство из них представляли собой экстравагантные бревенчатые домики и замысловатые шале, но некоторые выглядели как коттеджи на озере.

За домами справа от нее виднелась река, мелькавшая между стволами голых деревьев.

Самодостаточная община «Винтер Хейвен» располагалась вдоль самой широкой части реки Фолл-Крик. Община имела форму большого овала, а по обе стороны от главной дороги, как жилки на листе, торчали небольшие тупики.

Крик раздался снова. Громче и злее.

Крошечные волоски поднялись на ее шее.

— Кого-то достали, — прокомментировал Майло.

— Не говори «достали». Твой отец подумает, что ты узнал это слово от меня.

— Я и правда узнал его от тебя.

— Тссс. Ты говоришь слишком громко. — Она повернулась, чтобы посмотреть назад.

Мужчина четырьмя домами ниже поставил лестницу на террасу и балансировал на вершине, пытаясь метлой смести снег с солнечных батарей на крыше. Этот идиот выглядел так, будто вот-вот опрокинется назад.

Но он не кричал. Это точно не он.

— Наверное, ничего страшного, — сказала она, чтобы убедить себя так же, как и Майло. — Наверное, какой-то идиот случайно ударил себя собственной лопатой для снега или что-то в этом роде.

За последний час мимо проехало несколько снегоходов — патрульных ополченцев. Квинн и Майло не видели никого на улице, кроме нескольких человек, разгребающих огромные кучи снега со своих подъездных дорожек, словно они прокладывали туннель к свободе.

Большую часть последних семи дней все жители Фолл-Крика провели в своих домах. Ноа Шеридан, группа полицейских и других добровольцев помогали всем откопать их дома, предлагали первую помощь и еду тем, кто в ней нуждался.

Ополченцы тоже помогали. Они вели себя так, словно стали героями, хотя на самом деле ничего подобного не было.

Еще один крик.

Майло указал.

— Звук доносится из-за поворота. Пошли проверим.

Она боролась с иррациональным всплеском паники, сохраняя голос легким и непринужденным.

— Конечно, Мелкий.

Квинн приказала себе успокоиться. Сказала себе, что ничего не происходит. Ей не нравилось, что она стала такой нервной. Даже падение ветки заставляло ее сердце бешено колотиться.

Как глупо. Это заставляло ее чувствовать себя дурочкой. Жертвой, а не выжившей.

Майло потянул ее вперед. Она шла за ним, ее глупое сердце все еще колотилось, во рту пересохло.

Крики становились все громче. К ним присоединились другие голоса.

Что-то определенно происходило.

Не говоря ни слова, Майло снял наушники и протянул ей. Она положила их в карман и выключила айпод, чтобы сберечь батарею.

Майло бросился вперед.

— Держись рядом, Мелкий.

Она поспешила за ним, и они вместе пробирались по снегу, вздымая белые облака при каждом вдохе, пока огибали поворот.

Перед ними возвышался трехэтажный белый дом с массивными окнами и большим крыльцом. Квинн и Майло остановились примерно в двадцати ярдах от него.

Дверь в дом стояла широко распахнутой. Нижние ступеньки крыльца утопали в снегу. На верхней ступеньке стоял Дэррил Виггинс, брюзгливый, с кислым лицом управляющий банком «Комьюнити Траст» и важный член городского совета.

Только он не совсем стоял.

Двое мужчин находились по обе стороны от него, схватив его за руки. Они вытащили его из дома и теперь тащили через крыльцо. Виггинс извивался, брыкался и ругался, но не мог освободиться.

Мужчины добрались до последней ступеньки и бесцеремонно сбросили Виггинса с лестницы. Он рухнул на снег в обморочном состоянии.

Мужчина и две женщины ждали во дворе. На них были рюкзаки, а за спиной они тащили санки, нагруженные сумками, чемоданами и ящиками.

Один из мужчин, все еще стоявших на крыльце, вытирал руки о дорогое шерстяное пальто. Он был высоким, бледным и худым, как бобовое зернышко. Его длинное, узкое лицо исказилось в угрюмой гримасе.

Квинн узнала его. Это был мистер Блэр — придурок, который целую жизнь назад пытался украсть воду у мамы с двумя детьми в бакалее «Френдли». Какой сюрприз.

Виггинс барахтался в снегу, размахивая руками.

— Вы не можете этого делать! Это противозаконно! Вы воруете!

— Как вы украли этот дом у Маркелов, законных владельцев? — спросил мистер Блэр, в его голосе звучала презрение.

— У вас нет никаких прав!

Мистер Блэр ткнул пальцем в Виггинса.

— У нас есть все права. Все остальные берут все, что хотят — включая вас. Никто не заслуживает этого места больше, чем мы. Мы устали от того, что нас игнорируют и оставляют замерзать до смерти. Вот так. Общество рушится, мир катиться под откос, и я не собираюсь сидеть и терпеть это. Я не позволю своей семье голодать, пока вы наслаждаетесь жизнью, которую не заработали и не заслужили. Мы возьмем все в свои руки.

— С этой минуты ты бездомный, — с ухмылкой сказал второй мужчина. Это был невысокий, пухлый латиноамериканец в комбинезоне, с сальными волосами и покрытой пятнами кожей. Он работал на заправке в городе, но Квинн не знала его имени.

Из открытой входной двери вышла женщина, неся большую корзину с одеждой, туалетными принадлежностями и другими предметами, которые Квинн не смогла определить.

Длинные каштановые волосы миссис Блэр выглядели всклокоченными и неухоженными, щеки исхудали. В ней едва можно было узнать чопорного, строго одетого адвоката, какой она запомнилась Квинн.

Она высыпала содержимое корзины на снег. Рубашки, брюки и боксеры разлетелись вокруг Дэррила Виггинса. На его голову упал носок.

— Что они делают? — громко прошептал Майло.

— Захватывают дом того человека.

— Это неправильно.

— Проблема в том, что у этого человека есть дом только потому, что суперинтендант отдала его ему. Это не его имущество.

— Я не понимаю, — проворчал Майло.

— Это сложно. — Квинн нахмурилась. — И глупо. Все кругом глупцы.

— Это твой ответ на все.

— Да, ну, похоже, в наши дни он подходит ко всему, верно?

С ревом возмущения Виггинс поднялся на ноги. На нем не было ботинок. Ни пальто, ни шапки, ни перчаток. Он наверняка замерз.

Он бросился вперед, продолжая ругаться и кричать. Проваливаясь по колено в снег, он пробирался к дому.

Вынужденный поднимать ноги почти комично высоко, он, пошатываясь, поднялся по ступенькам крыльца.

Мистер Блэр просто стоял и смеялся над ним. Возможно, он не ожидал, что пятидесятилетний банкир способен нанести сильный удар.

Он недооценил своего противника. Виггинс рассвирепел. Ярость и отчаяние — плохая комбинация.

С диким рычанием он бросился на Блэра. Опустив голову, Виггинс ударил его головой в живот.

Блэр зарычал и попятился назад. Он споткнулся о ножку заснеженного кресла-качалки и упал на задницу.

— Эй! — Комбинезон замахнулся на Виггинса и ударил его по лицу. Его голова дернулась назад. Кровь хлынула из носа. Виггинс повернулся и ударил в ответ.

Женщина уронила корзину и тоже бросилась на Виггинса.

— Оставь моего мужа в покое!

Блэр с трудом поднялся на ноги и присоединился к драке. Четверо взрослых пинали, колотили и ругались друг на друга. Трое из них повалили Виггинса на крыльцо. Они продолжали пинать его, крича и ругаясь в сдерживаемом гневе.

Квинн уже не видела Виггинса сквозь винтовые столбы крыльца, ноги и кулаки, бьющие по его телу.

— Нам надо уходить, Мелкий, — негромко сказала она. — Пусть эти тупоголовые сами разбираются...

Грохот двигателя расколол воздух.

С противоположной стороны к ним с ревом мчался снегоход. Второй присоединился к первому.

Мужчина и женщина с санями, нагруженными товаром, отпрыгнули назад. Они оттолкнули сани с дороги как раз в тот момент, когда снегоходы остановились перед белым домом.

Двое мужчин сняли шлемы и спустились на землю. Они были одеты в серые маскировочные костюмы, куртки и черные ботинки, с автоматами АК-47 за плечами. Они выглядели грозно и устрашающе.

Квинн напряглась от страха.

Прибыло ополчение.

Глава 2

Квинн

День двенадцатый

Гнев захлестнул Квинн. Она стиснула зубы и крепче сжала руку Майло. Она узнала обоих ополченцев: Себастьяна Десото и Джеймса Лютера.

Эти два придурка обокрали бабушку. Квинн пришлось стоять и смотреть, как они забирают половину всего, что у нее есть — во всяком случае, все, что, как они думали, у нее есть.

К счастью, у бабушки и дедушки имелся тайник, спрятанный в подвале.

У бабушки осталось достаточно еды и припасов, чтобы продержаться несколько лет. Это не уменьшило ненависти Квинн к ополченцам и всему, за что они выступали.

Чем скорее они уедут, тем лучше.

Квинн хотела, чтобы они убрались. Она хотела сражаться с ними, если это потребуется. Бабушка говорила ей быть осторожной, смотреть в оба и быть бдительной. И, прежде всего, не делать глупостей.

Квинн старалась изо всех сил. Она по натуре была нетерпеливой и импульсивной. Она хотела действовать, делать хоть что-то.

В кои-то веки она послушала бабушку, но быстро теряла остатки терпения.

Десото поднялся по ступенькам крыльца. Он занимал должность второго помощника Саттера. Латиноамериканец лет сорока, сложенный как танк, с военной стрижкой и жестким, плоским лицом.

Лютер взял в руки свой АК-47 и последовал за ним. Белый мужчина, стройный, но мускулистый. Квинн помнила о нем только то, что он был вежливым вором, как будто манеры делали их вооруженное ограбление приятней. От этого она ненавидела его еще больше.

Два самозваных солдата быстро оценили обстановку. Они отстегнули свои автоматы, сняли их с предохранителей и прицелились в дерущихся гражданских.

Десото не колебался. Он не произнес речь, не попросил сказать последнее слово и даже не дал им шанса защититься.

Он рывком поднял мужчину в комбинезоне на ноги и ударил его о перила крыльца. Сделав шаг назад, он поднял АК-47 и направил дуло ему в грудь.

В голове Квинн пронеслись воспоминания: Октавия Райли стоит на коленях перед ступенями здания суда, ее собираются казнить. Маттиас Саттер, стоящий перед ее матерью, с пистолетом, направленным ей в лоб.

Противная кислота обожгла горло Квинн. От ужаса ее затошнило. Она знала, что произойдет дальше. Она уже видела это раньше.

Она едва успела схватить Майло за ворот куртки, развернуть его и прижать лицом к своему животу.

Чтобы он не мог видеть. Чтобы он не увидел.

Десото нажал на спусковой крючок. Он дважды выстрелил в грудь мужчины.

Выстрелы разорвали воздух. Звук ударил по барабанным перепонкам Квинн.

Майло зажал уши ладонями. Стая птиц, сидевших на телефонном проводе, взлетела в небо, испуганно хлопая крыльями и бешено каркая.

Сила выстрела отбросила тело назад, на перила крыльца. С того места, где находилась Квинн, она не могла разглядеть, как он упал. Он мог бы спокойно приземлиться на облако, и это не имело бы значения. Две массивные пули, пробившие его грудь, означали, что мужчина умер сразу после падения.

Она ошеломленно смотрела на происходящее. Все произошло так быстро, что ее мозг едва успел это осмыслить.

Десото схватил Блэра и рывком поднял его на ноги. Блэр отчаянно защищался. Его рот был открыт.

Он что-то кричал, но Квинн не могла разобрать слов. В ушах все еще звенело.

Три быстрых взрыва последовали за первыми двумя. Блэр упал назад и прижался к перилам. Он слабо схватился за грудь и в шоке уставился на три новые дыры в своем безупречном шерстяном пальто.

В нескольких футах от него на крыльце скорчилась миссис Блэр, закрыв голову руками и рыдая.

Мужчина и женщина с санями уже бежали по центру дороги. Они оставили свои сани и миссис Блэр позади.