Читаем Мысли по поводу онлайн бесплатно

Зачем мы пишем? Чтобы поделиться с читателем своими мыслями или жизненным опытом? А может, хотим его чему-то научить? Банально развлекаем, или развлекаемся сами? В знаменитом романе Александра Дюма «Три мушкетёра» в сцене несостоявшейся дуэли с Д’Артаньяном Атос, Портос и Арамис приводят в качестве её причины разные надуманные предлоги, но никто из них не называет истинную. Точно так же ни один писатель не отвечает откровенно на вопрос, почему он пишет.

По примеру Портоса, заявившего: «Я дерусь потому, что дерусь!», я мог бы сказать: «Пишу потому, что пишу!». И пусть это звучит почти так же, как лозунг графомана («Пишу, потому что не могу не писать!»), мне, как и мушкетёрам, проще было бы ответить так, чем копаться в себе в поисках каких-либо более благородных причин и намерений, которые, конечно же, есть. И всё же я постараюсь рассказать, как появились на свет тексты, собранные в этой книге.

У меня почти полувековой опыт и стаж читателя. Все эти годы формировались какие-то предпочтения, появлялись кумиры, многие из которых сейчас либо поблёкли, либо вообще исчезли, оставив горький привкус разочарования. В школе меня пытались заставить читать только хорошую литературу, классику. Но человек — существо всеядное, и я до сих пор «ем» всё — и классику, и развлекательное чтиво, и научно-популярную литературу. Когда и если автор заденет меня за живое, заставит о чём-то задуматься, взбаламутит мои чувства (возмутит или порадует) или просто вызовет желание поспорить — вот тогда появляется на свет моё эссе, статья или рассказ. Именно так родились «Рыцари и драконы…», «Вечный сюжет…» и «Кто убил старика Мюэ?».

В год двухсотлетнего юбилея Михаила Юрьевича Лермонтова на нас вывалили с телеэкранов массу хвалебных од поэту, фильмы о нём и по его произведениям. Но чем больше я смотрел эти передачи, тем всё больше вопросов они у меня вызывали — уж слишком много в них было нелепостей и несостыковок. Пришлось лезть в первоисточники, которых оказалось неожиданно мало. Поиски правды о личности классика русской литературы закончились ошеломляющим выводом — биография Михаила Лермонтова является смесью мифов и откровенной лжи! Разве я мог с этим смириться? И появилась весьма объёмная вещь под названием «Мой Лермонтов».

Есть у меня и несколько работ «по заказу». Однажды я написал эссе «Демоны московских интеллигентов» о некогда культовом романе Владимира Орлова «Альтист Данилов». Через некоторое время со мной связалась редактор журнала «Вопросы литературы» Елена Погорелая. Она написала, что «сама фигура В. Орлова чрезвычайно интересна — и мы были бы рады получить статью о нём для рубрики «Лица современной литературы». Это форматная рубрика, предполагающая своего рода «портрет» писателя, рассказ о его литературном пути и критическую оценку». Так появилось на свет эссе «По прозвищу «Классик». Но хоть я и писал его по заказу, отступать от правды не стал. Хвалебные оды с замалчиванием недостатков — не мой профиль. Поэтому вместо «Вопросов литературы» эссе было опубликовано в журнале «Клаузура».

Говорят, сюжет комедии «Ревизор» Николаю Васильевичу Гоголю подарил Александр Сергеевич Пушкин. Вот и мне тему эссе «Портрет Лажечникова» предложил коломенский поэт Денис Минаев. Тема меня увлекла, тем более что появилась возможность свести вместе таких классиков русской литературы как Антон Павлович Чехов и мой земляк, коломенец, Иван Иванович Лажечников.

Ну и третий пример моей работы по заказу: коломенский писатель Николай Васильевич Бредихин попросил меня прочитать и прокомментировать несколько его произведений. У Николая сложилась парадоксальная ситуация: его книги выходят в Канаде, а в России романы Бредихина — «неформат», поэтому даже землякам они не известны! А ведь каждый писатель хочет получать отклик от читателя. Не хвалебные рекламные статьи издателей и работающих на них «критиков», а живой отклик, откровенный и неформальный. Поэтому Николай сразу предупредил меня, что ждёт не пустых славословий, а указаний на недостатки. Кроме двух критических материалов о произведениях Николая Бредихина, читатель найдёт в этой книге и моё интервью с ним.

Любителям кино, надеюсь, будет интересно почитать моё эссе о культовом сериале «Твин Пикс».

И, как все писатели, я тоже надеюсь получить от читателей отзывы о своей работе. Их можно присылать на почту — skalabuhin@yandex.ru.

Читайте, пишите отзывы — обсудим, поспорим, и, вполне возможно, из наших споров родятся новые статьи и эссе.

С этого эпиграфа начинается вторая глава детективной повести Пьера Гамарра «Убийце — Гонкуровская премия». А владеет ли писательским ремеслом сам Пьер Гамарра? Биография этого знаменитого французского журналиста, писателя, поэта и литературного критика вроде бы даёт однозначный ответ.

В 1948 году в Лозанне (Швейцария) Гамарра в возрасте 29 лет получил международное Гран-При Veillon за роман «Огненный дом» (La Maison de feu). В 1951 году он начал работать ответственным редактором литературного издания «Журнал Европа», а в 1974 стал его главным редактором и находился в этой должности вплоть до своей смерти в 2009 году. Кроме того, Гамарра был вице-президентом французского Пен-клуба и почётным членом Академии наук, художественной литературы и искусства отдела департамента Тарн и Гаронна. Рассказы и стихотворения Пьера Гамарра изучаются во французских школах.

Так что наглядных свидетельств литературного мастерства Пьера Гамарра более чем достаточно. Однако когда я прочитал его детективную повесть «Убийце — Гонкуровская премия», то был, мягко говоря, разочарован. Осталось чёткое впечатление, что автор меня обманул. В первой главе некто мужского пола тремя выстрелами в упор убивает одинокого старика-букиниста Мюэ. Я не знаю тонкостей французского языка, но в переводе повести на русский убийца — мужчина. Во второй главе автор знакомит нас с четырьмя персонажами, сотрудниками крупной утренней парижской газеты «Пари-Нувель», из числа которых читатель должен угадать убийцу: это главный редактор Макс Бари, заведующий литературным отделом Жак д'Аржан, репортёр уголовной хроники Жозэ Робен и заведующая отделом информации Рози Соваж. Последняя, являясь женщиной, убийцей быть не может. Но не будем пока её вычёркивать, ведь женщина всегда может переодеться мужчиной, а автор, чтобы запутать читателя, называть её «он».

Итак, фабула. Заведующий литературным отделом парижской газеты «Пари-Нувель» Жак д'Аржан сообщает главному редактору Максу Бари, что не может написать срочную статью об авторе романа «Молчание Гарпократа» Поле Дубуа, новом лауреате Гонкуровской премии, так как имя и адрес этого человека оказались фальшивыми. Чтобы оценить масштаб скандала, нужно рассказать, что это за премия.

Гонкуровская премия (Prix Goncourt) — названа в честь братьев Гонкур. Это — самая престижная литературная премия Франции. Она присуждается и вручается ежегодно, начиная с 1903 года, за лучший роман по итогам голосования членов Гонкуровской академии. В Академию Гонкуров входят десять самых известных литераторов Франции. Каждый член академии имеет всего один голос и поэтому может отдать его только за одну книгу. При равенстве голосов преимущество отдаётся тому произведению, которому отдан голос Президента Академии. Размер премии символичен (в настоящее время он составляет десять евро), однако, как правило, присуждение премии существенно увеличивает продажи романа-победителя и выдвигает его автора в первые ряды французской литературы.

И вот по сюжету повести Пьера Гамарра «Убийце — Гонкуровская премия» победитель за наградой не явился! Его имя — Поль Дубуа — и адрес оказались фальшивыми. Ни у кого из академиков нет сомнений, что роман «Молчание Гарпократа» — шедевр. Почему же автор скрывается от почестей и славы? Или он решил посмеяться над Гонкуровской Академией? Гонкуровская премия повисла в воздухе.

И тут Гамарра вводит в действие первый «рояль в кустах»: главный редактор газеты «Пари-Нувель» Макс Бари поручает разобраться в этой странной ситуации репортёру уголовной хроники Жозе Робену, человеку весьма далёкому от литературных кругов Парижа. С какой стати? А потому что в романе-победителе «Молчание Гарпократа» подробно описано убийство. И что с того? — спросите вы. Ну, надо же как-то автору ввести в действие сыщика! Пусть Робен всего лишь репортёр, но он, оказывается, и ранее распутывал сложные дела лучше некоторых штатных полицейских следователей. Робен не может отказать главному редактору и в отместку шутливо предлагает дать будущей газетной статье о скандале в Академии броский заголовок: «Убийце — Гонкуровская премия». В данный момент речь пока идёт о литературном персонаже, убийце из романа фальшивого Поля Дубуа «Молчание Гарпократа».

Следующим «роялем в кустах», который Гамарра вводит в сюжет, является то, что Робену ни с того, ни с сего в голову приходит мысль, что в романе «Молчание Гарпократа» описано настоящее убийство, и поэтому его автор сообщил о себе фальшивые сведения и не явился на церемонию награждения. Убийца описал собственные мысли, чувства и поступки и не хочет быть арестован. Чтобы подтвердить или опровергнуть собственные подозрения Робен идёт в отдел информации и просит Рози Соваж проверить, не было ли в ближайшие дни похожего убийства. И та такое преступление находит!

Действительно, как и в романе Дубуа, на юге Франции, в захолустном Муассаке, убит несколькими выстрелами из револьвера старичок-букинист по фамилии Мюэ. Место происшествия, имя жертвы, способ убийства — всё совпадает! Вот только убит букинист буквально за день до объявления имени лауреата Гонкуровской премии. То бишь, вчера — убийство, сегодня — объявление победителя. Зачем же надо было убивать несчастного старичка? Литературный убийца в романе Поля Дубуа «Молчание Гарпократа» действует «из необъяснимой ненависти». А вот реальному убийце Гамарра приписывает совершенно иные побуждения. И это — первая серьёзная нестыковка, которую я не могу простить Пьеру Гамарра. Пепел Мюэ стучит в моё сердце и заставляет писать эти строки.

Но продолжим. Конечно, Робен решает немедленно отправиться в Муассак и на месте узнать подробности преступления. Перед его отъездом автор даёт нам несколько важных эпизодов.

Во-первых, в редакцию газеты приходит испуганный Президент Гонкуровской Академии Гастон Симони и рассказывает Робену, что ему позвонил странный бесполый голос и сообщил, что в романе «Молчание Гарпократа» описано настоящее убийство, о чём и будет сообщено в утреннем номере «Пари-Нувель», и что поисками Поля Дубуа занимается именно Жозе Робен. Правда ли это? — интересуется Симони.

Во-вторых, в ночном холле редакции на Жака д'Аржана совершает нападение некий неизвестный, дважды стреляет в него из револьвера и легко ранит в плечо. Рассмотреть убийцу в полумраке холла репортёру не удалось.

В-третьих, Робен случайно узнаёт, что главный редактор газеты Макс Бари родом из того самого захолустного Муассака, и что он в тайне от всех пишет стихи.

Какой же вывод может сделать читатель на данном этапе, можно сказать, в самой завязке детектива? Однозначно, что убийца либо работает в редакции «Пари-Нувель», либо имеет там сообщника. Об этом свидетельствует его звонок Президенту Гонкуровской Академии Гастону Симони. Убийство старика Мюэ — явно намеренное, даже — демонстративное, оно заранее спланировано и подготовлено.

Как я сказал ранее, у нас всего четверо подозреваемых: главный редактор Макс Бари, заведующий литературным отделом Жак д'Аржан, репортёр уголовной хроники Жозэ Робен и заведующая отделом информации Рози Соваж. Только эти четверо знали подробности, сообщённые бесполым голосом Президенту Гонкуровской Академии Симони по телефону. Собственно, уже сейчас вполне можно угадать, кто убийца. Надо просто учесть, что Рози — женщина. К тому же ей, как и Жозе Робену, совершенно незачем звонить Симони, чтобы тот, напуганный предстоящим скандалом, приезжал в редакцию газеты и сообщал Робену то, что репортёр и так уже знает. Остаются двое. Выбор очевиден. Но не стоит торопиться.

Я не буду описывать все ложные нити, которые пришлось оборвать Робену в Муассаке. Важным для нас являются только три момента. В ночь убийства старичка-букиниста в доме престарелой тётушки Макса Бари побывал некто и вырвал из тетради, куда Бари записывал свои стихи, один лист, который позднее полиция обнаружила в доме убитого. Кроме того, на пыльном полу жилища букиниста нашли следы мужских ботинок и женских туфель. Преступник нашёл все деньги старика Мюэ и демонстративно оставил их рядом с трупом, показывая, что совершил убийство не ради ограбления. Вот и всё, что по большому счёту узнал репортёр-сыщик, а вместе с ним и читатель.

Улики явно указывают на Макса Бари. Место преступления — город детства. Регулярно навещаемая тётушка — источник местных новостей и материалов для романа «Молчание Гарпократа». Лист из заветной тетради. Но с другой стороны улики слишком демонстративны. С какой стати Бари вырывать лист со своими стихами и оставлять его на месте преступления? У Робена два варианта ответа: либо Макса подставляет настоящий убийца, либо Бари рискованно играет на том, что полиция не поверит, что преступник настолько неосторожен и беспечен. Другими словами, под подозрением по-прежнему остаются оба: и Бари, и д'Аржан! Как же найти убийцу?

И Гамарра вводит в сюжет очередной «рояль в кустах». Жозе Робен задумывает и осуществляет провокацию. Он в присутствии обоих подозреваемых и Рози Соваж заявляет, что прочёл роман Поля Дубуа «Молчание Гарпократа», и у него сложилось мнение, что тот вовсе не шедевр, как утверждает д'Аржан, а довольно посредственное произведение. И, оказывается, Робен не одинок в таком негативном мнении. Жозе стало известно, что Жюль Воллар, бывший фаворитом жюри Гонкуровской премии до того, как Президент Симони убедил других академиков отдать пальму первенства роману «Молчание Гарпократа», пишет разгромную статью под названием «Поль Дубуа не заслуживает Гонкуровской премии», которую опубликует в самое ближайшее время в одной из парижских газет. Воллар успел встретиться и переговорить со многими академиками, нашёл общий язык с Гастоном Симони, и в Академии уже готовится решение об отмене лауреатства Поля Дубуа и новом голосовании.