Читаем Мы раскрываем убийства онлайн бесплатно

Книга не пропагандирует употребление алкоголя, табака, наркотических или любых других запрещенных средств.

Согласно закону РФ приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркотических средств, а также культивирование психотропных растений являются уголовным преступлением.

Употребление алкоголя, табака, наркотических или любых других запрещенных веществ вредит вашему здоровью.

В тексте неоднократно упоминаются названия социальных сетей, принадлежащих Meta Platforms Inc., признанной экстремистской организацией на территории РФ.

Дженет Элизабет Райт (1946–2023),

с любовью на всю жизнь

Нельзя оставлять следы. Это единственное правило.

Общения с людьми не избежать, и иногда общаться нужно. А как иначе отдавать приказы, организовывать поставки, заказывать убийства? Никто не существует в вакууме.

Допустим, вам нужно позвонить Франсуа Любе, и речь идет о деле чрезвычайной важности. Тогда вам выдадут специальный телефон с функцией преобразования голоса. Но если выяснится, что чрезвычайной важности нет, вы скоро пожалеете, что позвонили.

Однако обычно месье Любе общается по СМС и электронной почте. В этом смысле криминальные авторитеты ничем не отличаются от миллениалов.

Естественно, все сообщения зашифрованы. Но что, если власти взломают код? Такое случается. Знаете, сколько коварных преступников прямо сейчас сидят в тюрьме, потому что у какого-то умника с ноутбуком оказалось слишком много свободного времени? Прятаться нужно уметь.

Во-первых, можно скрыть IP-адрес — это очень легко. Письма от Франсуа Любе проделывают настоящую кругосветку, прежде чем попасть к адресату. Даже умник с ноутбуком никогда не догадается, откуда их отправили на самом деле.

Но есть еще одна проблема: у каждого человека уникальный стиль общения. Каждый из нас использует определенные слова и ритм, и речь носит отпечаток нашей личности. Есть специалисты, которые могут прочитать письмо, сравнить его с открыткой, отправленной в 2009 году, и прийти к выводу, что они написаны одним человеком. Научный метод — враг всякого порядочного преступника.

Вот почему ChatGPT стал для нас даром свыше.

Написав письмо, да что угодно, можно просто прогнать его через ChatGPT и начисто стереть личностный отпечаток. Нейросеть удаляет все морщинки и трещинки, вычищает из текста все странности и особенности, приводя к полному устранению индивидуальности. Человек просто исчезает.

Франсуа Любе всегда просит нейросеть переписать письмо в стиле дружелюбного английского джентльмена.

Это очень удобно, поскольку если бы он писал, что называется, своими словами, то разоблачить его было бы слишком легко. Проще простого.

Но благодаря нейросети можно просмотреть тысячу писем от Франсуа Любе и так и не догадаться, где он и кто он.

Род его занятий будет понятен, но привлечь его к ответственности, увы, никак не получится.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Нью-Форест — Южная Каролина

1

Наконец это случилось.

Эндрю Фэрбенкс всегда знал, что однажды прославится. И вот этот день настал. Тихий солнечный вторник в начале августа.

За годы в «Инстаграме»^◊1 благодаря фитнес-рилсам у него накопилось немало подписчиков, но о такой славе он и не мечтал. Сумасшедшая известность.

Он и прежде видел свое фото в газетах, так как крутил роман с одной относительно популярной певичкой. Но сегодня его лицо смотрело со всех передовиц.

Эндрю Фэрбенкс дорвался до славы, за которой так долго гнался. Его имя прогремело на весь мир. Он вышел в топы упоминаний в соцсетях. Его селфи на яхте красовалось повсюду. Загорелый, голый по пояс Эндрю подмигивал в камеру, и теплое солнце за его спиной тоже подмигивало. Он салютовал подписчикам бутылкой с энергетиком «Свежачок».

А комментарии! Эмодзи с сердечком, эмодзи с огонечком, влюбленные эмодзи. Все, о чем он мечтал.

Впрочем, некоторые комментарии грозили подпортить настроение. «Такой молодой, очень жаль». «Покойся с миром, красавчик». «Как-то не по себе смотреть на это фото и знать, что случится потом». Но охваты! Статистика! В офисе продюсерской компании «Острова любви» все показывали его фото друг другу и твердили, как идеально все могло бы сложиться, если бы он не… ну, вы понимаете.

Да, наконец об Эндрю Фэрбенксе узнали все. Правда, теперь его чаще называли не по имени, а «тот трагически погибший инфлюенсер». Но что поделать, у славы есть свои минусы. Хотя даже маленьким плюсам этой славы, похоже, не суждено было сбыться наверняка. Уже к обеду среды имя Эндрю реже высвечивалось в топах. На первое место вышли другие новости. Звезда бейсбола въехал на пикапе в бассейн бывшей жены. Бьюти-блогерша отпустила неподобающий комментарий в адрес Тейлор Свифт. Темы для обсуждений непостоянны, как волны.

Эндрю Фэрбенкса обнаружили с простреленной головой, привязанным к концу веревки и сброшенным с яхты в Атлантический океан. На яхте никого не оказалось; не нашли никаких признаков присутствия другого человека, зато обнаружили кожаную сумку, а в ней — почти миллион долларов наличными.

Но даже это не сумело обеспечить Эндрю известность дольше, чем на день. Возможно, однажды о нем запишут подкаст или снимут документалку, но сейчас слава Эндрю угасала. Совсем скоро ему предстояло стать очередным лицом с фотографии с бутылкой фиолетового энергетического напитка на фоне голубого океана. Трупом в южнокаролинском морге. Темой для праздных разговоров: «А помнишь парня, которого убили на яхте, где еще нашли кучу денег?»

Кто его убил? Этого не знал никто. В том, что это было убийство, сомнений не оставалось. В соцсетях выдвигали разные гипотезы. Почему его убили? У убийства всегда есть мотив. Ревность? Конкуренция звездных инфлюенсеров? Все может быть. А слышали, что та блогерша сказала про Тейлор Свифт?

Но на один день он все же ощутил себя на пике славы. Будь он жив, уже искал бы агента. Посыпались бы контракты, предложения рекламы протеиновых батончиков, клиник отбеливания зубов. Может, он даже запустил бы собственный бренд водки.

Да, пусть всего на один день, но все захотели себе кусочек Эндрю Фэрбенкса. Хотя после того, как им пообедали акулы, от него не осталось почти ни кусочка.

Но что поделать, таков шоу-бизнес. Проглотит тебя — и выплюнет.

2

— Скажите, что вам в себе не нравится? — спрашивает Рози Д’Антонио. Она плавает в бассейне на надувном троне в форме лебедя. — Всегда задаю этот вопрос.

Эми Уилер сидит в садовом кресле у бассейна, выпрямив спину и прищурившись от яркого солнца. Рядом на столике в зоне досягаемости лежит пистолет. Ей нравится в Южной Каролине. По крайней мере, здесь, в этом укромном уголке. Раннее утро, а уже тридцатиградусная жара, с побережья Атлантики дует ветер, и пока еще никто не пытался ее убить.

Она давно ни в кого не стреляла, но что поделать: не все коту масленица.

— Пожалуй, нос, — отвечает Эми.

— А что с ним не так? — спрашивает Рози, потягивая ядовито-зеленый напиток через пластиковую соломинку и проводя по водной глади свободной рукой.

— Не знаю, — говорит Эми.

Рози Д’Антонио купается в бассейне при полном макияже. Эми под впечатлением. Сколько ей лет? Шестьдесят? Восемьдесят? Так сразу и не угадаешь. В графе «возраст» в ее личном деле написано «сообщить отказалась».

— Просто кажется, что с ним что-то не так. Он какой-то не такой.

— Так сделайте пластику, — предлагает Рози. — Уменьшите его или увеличьте, как вам больше нравится. Жизнь слишком коротка, чтобы мириться с некрасивым носом. Голод в Африке — проблема, отсутствие вайфая — проблема, но некрасивый нос легко исправить. А что еще?

— Волосы, — отвечает Эми. Она боится расслабиться. Эми ненавидит расслабляться. Не любит, когда у нее появляется слишком много времени на размышления. Предпочитает не думать, а делать. — Они меня не слушаются.

— Понимаю, — кивает Рози. — Но это тоже поправимо. У меня есть шикарный специалист по волосам. Прилетает по вызову. Кажется, она живет в Чили. Пять тысяч долларов — и вы раз и навсегда забудете о проблемах с волосами. Я заплачу.

— А еще у меня асимметричные уши, — вспоминает Эми.

Рози наклоняет голову вбок, подплывает к Эми и присматривается.

— Незаметно, — говорит она. — У вас прекрасные уши. Как у Голди Хоун.

— Я измеряла их линейкой, — объясняет Эми, — еще в школе. Одно на миллиметр выше другого. Ерунда, но я это вижу. И еще у меня непропорционально короткие ноги.

Рози кивает, отталкивается от бортика и возвращается на середину бассейна, где солнце ярче всего.

— А теперь скажите, Эми, что вам в себе нравится?

— Я англичанка, — напоминает Эми. — Мне ничего в себе не нравится.

— Ерунда, — хмыкает Рози. — Я тоже когда-то была англичанкой. Это лечится. Подумайте.

— Я умею быть верной, — отвечает Эми.

— Хорошее качество для телохранителя, — кивает Рози.

— Еще благодаря тому, что у меня короткие ноги и низкий центр тяжести, — добавляет Эми, — я хорошо дерусь.

— Вот видите, — кивает Рози. — Верная и умеете драться. — Рози подставляет лицо солнцу. — Если меня попытаются убить на этой неделе, вы прыгнете и закроете меня от пули?

— В этом смысл нашей работы, — неубедительно отвечает Эми. — Хотя так бывает только в кино. — По опыту, успеть прыгнуть и закрыть клиента от пули очень сложно. Пули — быстрые твари.

— Или в детективах, — соглашается Рози. — Курите? Я собираюсь покурить.

— Лучше не надо, — отмахивается Эми. — Каждые три месяца мы обязательно сдаем анализы крови. Такое требование в «Максимальной защите». Политика компании. Малейший след — и я тут же вылечу с работы.

Рози хмыкает: мол, понятно. У Эми бывали задания интереснее этого, но ей нравится солнечная погода и клиентка. Рози Д’Антонио, самая известная писательница в мире, «не считая Ли Чайлд». У Рози особняк в испанском колониальном стиле на частном острове возле побережья Южной Каролины. И собственный шеф-повар. Однажды по долгу службы Эми пришлось почти целый месяц прожить в заброшенном нефтепроводе в Сирии; условия у Рози, несомненно, лучше в плане комфорта. Шеф-повар приносит тарелку блинов с копченым лососем. На самом деле это не шеф-повар, а Кевин, бывший морской котик. Но он быстро учится. Вчерашняя говядина по-бургундски получилась отменной. Настоящего шеф-повара отправили в двухнедельный отпуск. Эми, Рози и морской котик Кевин остались на острове одни, и так будет некоторое время.

— Только я сама могу себя убить. Больше никому этого сделать не позволю, — заявляет Рози. Она подгребает к краю бассейна и сворачивает самокрутку.

— Я и вам не позволю вас убить, — говорит Эми.

— Но меня могут попытаться застрелить, — замечает Рози. — Наш мир совсем сошел с ума, уже не знаешь, чего ждать. Так вот, если меня попытаются застрелить, не надо геройства, ладно? Не прыгайте пуле наперерез. Не хочу, чтобы ваша смерть была на моей совести. Пусть лучше убьют старуху.

Агентство «Максимальная защита», где работает Эми, — крупнейшая в мире частная компания, предоставляющая услуги телохранителей. Хотя, возможно, уже не крупнейшая — с тех пор, как Хэнк ван Вин ушел и увел половину клиентов. Если вы подозреваете, что кто-то вас обкрадывает, пытается убить или в рядах вашей частной армии назревает бунт, — обращайтесь в «Максимальную защиту». У агентства есть девиз, даже не один, но это не «пусть лучше убьют старуху».

— Никто вас не убьет, — отвечает Эми.

Она еще в детстве видела Рози по телевизору. Та всегда носила костюмы с огромными плечами, всегда держалась с апломбом. Эми смотрела на нее и понимала, что женщина может быть сильной. Сама она спала, спрятавшись под кроватью и свернувшись калачиком, и мечтала о лучших временах. Нет, Рози в ее смену не умрет.

— А что у вас за акцент? — спрашивает Рози и затягивается. — Приятный. Манчестерский?

— Уотфордский, — поправляет Эми.

— Вот же, — говорит Рози. — Давненько я не была на родине. Ну, расскажите про свой Уотфорд.

— Это город, — начинает Эми. — В Англии.

— Я в курсе, Эми. Там красиво?

— Я бы не сказала.

Позже она планирует позвонить Стиву, своему свекру. Сегодня пятница, он должен быть дома. Он придет в восторг, когда узнает, что Эми работает на Рози. Раньше ему нравились сильные женщины. Может, он еще найдет себе такую.