Читаем Мы люди онлайн бесплатно
Одна кнопка звонка была разбита и заляпана разными слоями красок, другая — новенькая и солидная. Тимур жал сразу обе, и ему казалось, что они под пальцами вибрируют, пробегают мощные токи и уносятся в недра тамбура, чтобы молотить в далекие электронные колокола.
— Тоже никого, — поморщилась Галина. — Вечер уже, мы не в графике. Если ты так будешь стоять на каждом этаже… Я пошла вниз! — Галина решительно развернулась.
Но в этот момент раздался детский голос:
— Кто там?
— Добрый день, — Галина вернулась и показала закрытой двери удостоверение: — Служба переписи!
— В камеру покажите, — попросил детский голосок. — Она справа над дверью.
Под потолком висела здоровенная охранная камера, круглая и явно дорогая. Галина показала удостоверение туда. Дверь щелкнула.
Тамбур выглядел буднично: стиральная машина с выломанным стеклом, коробка с пыльными книгами, ведро с досками, торчащими вверх словно саженцы. Дверь одной из квартир была распахнута настежь, на её внутренней стороне висел огромный экран видеонаблюдения, разделенный на четыре квадрата, на одном виднелись макушки Тимура и Галины посреди площадки. Ну а посреди тамбура стоял очень серьезный малыш. Обеими руками он держал пистолет, целясь прямо в Галину. Та отшатнулась. Тогда вперед вышел Тимур.
— Здравствуйте, — сказал он и прижал к груди планшет как щит. — Стрелять в нас нельзя. Мы обходим квартиры в вашем доме и ведем перепись. Есть взрослые?
Малыш покачал головой:
— Мама и папа на работе.
— Тимур, с меня довольно! — нервно сказала Галина и ушла вниз.
— Сколько вам лет, молодой человек? — продолжал Тимур, присаживаясь на корточки и включая планшет.
— Восемь с половиной.
— Вы наверно слышали, 2032 год объявлен годом переписи. Проводится анонимно, мы не собираем личной информации. Как я могу к вам обращаться?
— Антоша.
— Антоша, вы не могли бы убрать пистолет?
— Нет. Папа велел так встречать посторонних.
— Мы не посторонние, мы из Росстата.
— Он не боевой, он шариками стреляет.
— Ладно. Антоша, сколько человек живет с вами в квартире?
— Я, папа, мама и сестра Алёна.
— Сколько комнат?
— Две.
На нижнем этаже послышались голоса — значит, Галина смогла до кого-то достучаться.
— Национальность?
— Мы русские.
— Хорошо. Вероисповедание?
— Тоже русские.
— Так не говорят, — покачал головой Тимур.
— А как говорят?
— Говорят — православные. Или — мусульмане. Или — атеисты. Или вот сегодня один дядя из второго подъезда сказал — Церковь Макаронного Монстра.
— Макаронного? — переспросил Антоша и глаза его заблестели. — Монстра? Он людей ест?
— Без понятия, — усмехнулся Тимур. — Я обязан записать с ваших слов. Во что вы верите?
— В любовь, — уверенно сказал малыш. — И в победу.
— В церковь ходите? Есть икона? Молитвенный коврик? На пасху яйца красите?
— Яйца мы красили! Я красил! — кивнул Антоша.
— Пишу: православные, — Тимур сделал пометку в планшете. — Какие у вашей семьи источники дохода? Если не знаете, можете не отвечать…
— Я всё знаю, — серьезно сказал Антон. — Папа мало зарабатывает. Поэтому маме пришлось пойти работать. Папа раньше в банке работал охранником. И зарабатывал много. А его подлый начальник уволил. И теперь папа в поликлинике охранник. В поликлинике плохо. Зарплата плохая, и форма плохая, и камеры плохие. Вот эти хорошие, из банка, — малыш указал пальцем наверх, — а вон плохая из поликлиники…
Тимур помотал головой.
— Стоп, стоп. Оба родителя работают, отец — охранник, мама?
— Мама повар.
— Мама повар, — повторил Тимур. — Родители служащие, источник дохода — зарплата. Так?
Антоша кивнул:
— Еще мама приносит мясо и овощи с работы.
— Это неважно…
— Это важно! — поправил Антоша строго. — Мы же ипотеку платим.
— Ага, пишу: семья делает накопления.
Малыш покосился на экран распахнутой двери и вдруг закричал туда: — Алёна, быстро слезла с комода, кому сказал, по жопе ремня дам! — Антоша снова посмотрел на Тимура. — Вам еще много вопросов? Мне надо за сестрой следить.
— Вы, Антоша, очень ответственный, — с уважением сказал Тимур. — Совсем немного осталось. Иностранными языками владеете?
— Ага. Смотрим мультики про Смертика Джекки.
— Это английский?
— Английский вампир.
— Понимаете английский?
— Что там понимать-то… — Он снова оглянулся на дисплей за дверью.
— Спасибо, — кивнул Тимур. — Вы нам очень помогли, Антоша.
— И главное передайте, — сказал Антоша хмуро, в тридцать восьмой квартире мучают животных, а бабка Конькова доносы на всех пишет.
— Кому передать? — удивился Тимур, но Антоша уже закрыл дверь.
Внизу вовсю раздавался голос Галины. Отвечала ей дама бархатным голосом с хорошо поставленными интонациями, и Тимур удивился, когда это оказалась сгорбленная старушка в линялом халате.
— Мы не спрашиваем размер заработка, — объясняла Галина, — имеется в виду только источник: работа по найму, пенсия, пособие, иждивение…
— Пенсия, исключительно пенсия, — отвечала дама.
— Накоплений не делаете?
— Да какие там накопления, девушка. Коммуналку бы оплатить, да на еду и лекарства чтоб осталось…
— Оцениваете уровень дохода как недостаточный?
— А вот это вы бросьте! — вдруг громогласно ответила старушка. — Нормально, хорошо оцениваю! Нормально, хорошо живем! Всё есть. Не голодаем. Бесплатная медицина. Бесплатный проезд для пенсионеров. Войны нет. Так и передайте!
— У нас анонимный опрос…
— А передайте! — строго сказала старушка. — И еще передайте, пусть мне розетки починят, только в кухне работает, в комнате не работает уже год. Телевизор не могу включить, представляете? А я проработала на телевидении сорок восемь лет! Я журналист!
— Да ну? — удивилась Галина.
Старушка покрепче затянула пояс халата, медленно подняла голову и сложила руки перед животом, словно оперлась на невидимую столешницу. И заговорила — таким четким, торопливым голосом, так удаляя все паузы между словами, что Тимуру на миг показалось, как где-то за спиной заработали африканские барабаны, отбивая ритм:
— Здравствуйтевстудии ЕленаКонькова, ярасскажувам опогоде назавтра. Взабайкалье и ХабаровскомКрае термометрыпокажут плюспять. Асейчас вэфире новостидня. Вгосдуме продолжается обсуждение законопроекта опогоде встолице. Днем встолице будет пасмурно, ночью дваградуса тепла, проект подписали депутаты обеихпалат.
— Браво! — сказала Галина.
— Как можно принять закон о погоде? — удивился Тимур.
— Что я скажу в выпуске, всё можно, — сумрачно объяснила старушка.
— Да вы звезда.
— Была, — хмуро сказала она и вдруг заговорщицки перешла на шепот: — А еще передайте, что Кузнецов сверху жену бьет. А врет, будто не бьет, а сериалы смотрят. А к Скворцовой мужики ходят разные. А на первом этаже нерусским сдают. Кобзев из тридцать восьмой — колдун. Передайте, пусть его проверят!
— Кому передать-то? Мы просто статистика…
— Вот и передайте кому следует, пусть проверят! Кобзев из тридцать восьмой! Сидит дома, не работает, две квартиры скупил и железную дверь поставил, ночами колдует, и обезьяна у него ручная живет… Но я вам этого — не говорила! — Старушка прижала палец к губам и закрыла дверь.
На лестнице наступила тишина. Вдруг у Тимура в кармане заиграл имперский марш. Тимур вынул смартфон и печально смотрел на ладонь, слушая.
— Ответь уже, — раздраженно сказала Галина, — бесит.
— Не могу, — вздохнул Тимур. — Это друг из Казани, я ему кучу денег должен.
— Тогда сбрось звонок!
— Не могу, — снова вздохнул Тимур. — Тогда он догадается, что я от него второй год прячусь.
— Тогда верни деньги!
— У меня нет…
— А зачем брал?
Музыка оборвалась, смартфон умолк. Тимур опасливо спрятал его в карман и покосился на Галину:
— Зачем брал… — передразнил он. — В Москву ехать. Учиться. Работать. А с работой не вышло.
— А чего тогда честно не объяснишь, другу-то?
— Да что ты пристала?! — рассердился Тимур. — Ты мне психотерапевт или судья?!
Тимур со злостью надавил обе кнопки звонка на противоположной стороне площадки.
— Ладно. Как там твой мальчик с пистолетом? — миролюбиво поинтересовалась Галина.
— Отличный мальчик, — буркнул Тимур. — Всё мне рассказал получше взрослых.
— Да ты педагог.
— Юрист, — напомнил Тимур.
— Если денег за прошлый семестр наберешь, и не вышибут, — напомнила Галина. — А такими темпами мы опять сегодня дом не закончим.
— Галя… — поморщился Тимур.
— Галина Сергеевна я тебе! Сколько раз повторять? Это для мужчины мечты я Галя буду. Или даже Галюнчик… — Она вынула маленькое зеркальце и принялась подводить губы помадой.
Тимур усмехнулся:
— В этом доме, Галина Сергеевна, двухкомнатные квартиры прошлого века, до метро полчаса на маршрутке и во дворе ни яхт, ни джипов. Не ваш уровень мечты, Галина Сергеевна. С ваших же слов, — уточнил он иронично.
— А вы, Тимур Рашидович, малы еще, учить меня мужчин мечты искать, — в тон ему ответила Галина. — Мы еще в тридцать восьмую не звонили, а там, говорят, сдвоенная квартира за железной дверью.
— Там, говорят, уже живет одна обезьяна…
Галина набрала воздуху, чтобы ответить, но в этот момент дверь открылась. На пороге стояла женщина неопределенного возраста со спящим младенцем на руках, и Тимур галантно указал на неё Галине, мол, выдыхать сюда.
— Добрый день, — выдохнула Галина. — Согласно статье 1 федерального закона ФЗ-8, 2032 год объявлен годом переписи. Перепись необходима, чтобы собрать статистику о демографических, социальных, экономических процессах в нашей стране. Как я могу к вам обращаться?
— Скворцова, — представилась женщина. — А могу я не отвечать?
— Можете, — убедительно сказал Тимур и указал пальцем: — Но ради вашего ребенка, ради будущего страны… нам очень нужна статистика и ваше мнение.
— Давайте не на сквозняке, — поежилась женщина и кивком пригласила войти.
За дверью оказалась комната-студия, заваленная подушками, одеялами и упаковками с памперсами. В углу гудел старомодный компьютер, на стене висела в рамке фотография здоровенного парня в военной форме — парень сидел на корточках, обнимая винтовку, словно верного товарища.
— Сколько человек проживает в вашем домохозяйстве?
— Я и дочка, — сказала женщина и качнула сверток на руках.
— Семейное положение?
— Вдова. Муж был военный. Погиб в Прибалтике, исполняя интернациональный долг. Шел добровольцем во все горячие точки… Я говорила ему… Просила… — Женщина опустила голову и умолкла.
— Ваше образование? — спросила Галина как можно мягче.
— Училась на бухгалтера.
— Источник дохода? Работаете?
— Пособие по потере кормильца. Ну и так, иногда работаю, когда ребенок спит…
— Вероисповедание?
Женщина задумалась.
— Не знаю, — сказала она. — Есть что-то такое. Какая-то… ну, высшая справедливость что ли в мире.
— Уточните? — попросил Тимур.
— Высшая справедливость — это когда каждому по его заслугам и поступкам. Вот в нее верю. А в церковь не верю, извините. Не знаю, вы такие вопросы задаёте…
— Давайте так: вы крещеная?
— Конечно.
— Пишу: православие, — подытожила Галина. — Сбережений не делаете? На жизнь хватает?
— Сбережений не делаю. На жизнь хватает, — повторила женщина. — На ребенка не хватает. Можете написать, чтоб мне пособие подняли?
Галина и Тимур, не сговариваясь, покачали головами.
— А хотя бы, чтоб днем не шумели, пока ребенок спит? А то живу как на вокзале — то этот дурак сверху сверлит, камеры себе новые вешает. То баба Лена напротив ходит по этажу и выкрикивает новости, совсем бог на старости лет кукухой наказал за дикторскую работу. А подо мной, в тридцать восьмой — которая с тридцать седьмой сдвоенная — там у них и курятник, и свинарник, и шум, и толпы молодежи шляются, и никто не работает. Притон и секта.
— Без источников дохода? — профессионально уточнила Галина.
— На работу, говорю, не ходит. На иностранные гранты живет. Зверей разводит, а у нас аллергия может начаться.
— Это не по нашей части, — тактично ответил Тимур. — Спасибо вам, здоровья ребенку.
Попрощавшись, Галина и Тимур стали спускаться.
— Что-то не хочется в тридцать восьмую, — сказала Галина. — Может, пропустим?
— У нас и так половина дома не дома.
— Половина дома не дома, — проворчала Галина. — Дома не дома.
— Позвонит проверка, он скажет, что сидел в квартире, а переписчики мимо прошли.
— И норм, — кивнула Галина.
— Тебе, может, норм, а я без зарплаты останусь и с юрфака вылечу.
— Я за твой юрфак не собираюсь под пистолеты бросаться и под обезьян!
— Пистолет игрушечный.
— А обезьяна?
— Сейчас узнаем. — Тимур нажал кнопку.
— Минуточку! — раздалось за дверью и залязгал замок.
Дверь распахнулась. На пороге стоял рослый мужчина с аккуратной черной бородкой. На нем были джинсы и расшитая фантастическими птицами рубаха-гавайка.
— Здравствуйте, молодые люди, если вы на лекцию, то сегодня ее нет… — Он недоуменно оглядел гостей. — Ах, вы наверно перепись?
— Как вы догадались? — обрадовался Тимур.
— У вас на бейсболках написано «Росстат». Ну, заходите, раз пришли. Чай, кофе?
Галина и Тимур переглянулись.
— Чай нам давно никто не предлагал, — призналась Галина.
— Прошу на кухню, только обувь снимаем.
Из комнаты вдруг вышел здоровенный пушистый кот, а за ним второй — рыжий. Оба были в массивных ошейниках. Коты внимательно обнюхали Тимура и Галину, проводили до кухни, но не переступили порог — остались стоять ровно за декоративной полоской на полу, отделявшей пространство.
— Кс-кс-кс! — Галина поманила котов.
— Им в кухню нельзя, — объяснил хозяин. — Вам — можно. — Он включил чайник, поставил на стол вазочку с конфетами и посмотрел на старинные часы под самым потолком. — Перепись. Итак, что от меня нужно? Паспорт?
— Перепись анонимна, — объяснил Тимур.
— А смысл?
— Собираем статистику.
— Хорошее дело, — одобрил бородач. — Давайте соберём.
Тимур вынул планшет, но Галина толкнула его локтем и вынула свой:
— Как мне вас называть?
— Кобзев Гавриил Михайлович к вашим услугам.
— Гавриил Михайлович, — произнесла она глубоким грудным голосом, — сколько вам лет, какое образование, вы женаты?
— Тридцать восемь — высшее — женат.
— А где же ваша жена?
— Сейчас в Париже работает.
— Неплохо… — протянула Галина. — А ваше домохозяйство из двух квартир?
— Не-е-е… — Кобзев разочарованно покачал головой, — так мы статистику не соберём. Это ж всё в государственных базах есть — кому сколько лет, где учился, с кем в браке и какой квартирой владеет. 2032 год на дворе, дети мои.
Тимур поднял палец, как учили на курсах подготовки:
— Этих данных нет в базах! Вы можете жить не в браке или не по прописке. Или вот какими языками владеете — это нигде не записано!
— Английский, французский, немного испанский.
Галина проставила галочки на экране.
— Так, — сказала она, — вероисповедание?
— Агностик.
— Где-то была такая опция, ага, вот… А место работы?
— Здесь, — кивнул бородач. — Работаю по месту жительства удаленно.
— Бизнес? — с надеждой спросила Галина.
Кобзев покачал головой.
— Служащий? — расстроилась Галина. — Или нетрудовые доходы?
— Научный сотрудник, кандидат наук, — объяснил Кобзев. — У меня тут лаборатория, и кабинет, и видеосвязь, и студенты приходят на лекции.
— Не понимаю, как это записать, — огорчилась Галина. — Вы научный сотрудник — где именно сотрудник?
— Здесь.
— А зарплату получаете где?
— Здесь, — улыбнулся бородач. — Вас что интересует, источник дохода?
— Да! — хором сказали Галина и Тимур.
