Читаем Музыка напоследок онлайн бесплатно


Музыка напоследок

«Музыка напоследок» – книга стихов волгоградского писателя Сергея Калашникова. Писатель родился в 1973 году. Живет и работает в Волгограде. Публиковался в журналах «Звезда», «Волга», «Отчий край», альманахе «Раритет».

Сергей Борисович Калашников

Поэзия
<p>Сергей Борисович Калашников</p><p>Музыка напоследок</p><p><emphasis>Книга стихов</emphasis></p><p>«Железнодорожные вагоны…»</p>Железнодорожные вагоныв тамбуры затаривают тьму.Станции, окурки, перегоны,переезды. Слуху моемумузыкой далекий этот скрежеткажется. Вольфрамовая нитьлампочки кому-то перережетгорло или вены – не зашить.И не надо. Поздно. Умирая,не давала мне заснуть всю ночьм'yзыка? музыка? – я не знаю.Но ничем, ничем ей не помочь.2002<p>«Руки в брюки и шарфик на шею…»</p>Руки в брюки и шарфик на шею.Узелочки ленивого дыма.Мы умрем и уже хорошеем,и канаем вразвалочку мимо.Плащичок нараспашку и ворот.Ухмыляясь, прилипла к губампапироска. Единственный Городесть на свете – мы встретимся там.На каком-то с последним трамваемзатихающем насмерть проспекте.И из горла слова выбираемпри безжалостном, вспыльчивом свете.Это зрячие ночи под векитак и просятся, выход ища.Но над нами музыка навекиза поэзию, дружбу и сча…2002<p>«Смешение желтого с красным…»</p>Смешение желтого с красным,тумана и пегого дыма —не то чтобы разнообразно,а как-то непоправимо —как привкус, во рту горчащий.Опального цвета листьяотбросили в небо чащии требуют твердой кисти.Матерчаты их подкладки.В прожилках застыло кровидревесной струение – складки,морщины, бороздки, брови,что липнут лицом к изнанкеплаща. И без всяких спичекрдеют в глухой несознанкерябины – к прокорму птичек.Слепые лучи пронзили —прищурясь, насквозь, отвесно —столпами граненой пыликорявую поросль леса —да так, что слезится окоот света и куст на колениприпасть норовит ненароком,споткнувшись своей же тени.Ты тоже хромой и хворый,изменник, хоть вон отсюда!Пылай, хорохорься, вор ибеспочвенник сам, покудане сумрачен ты, не ясен,а просто сегодня в ударе —покуда и клен и ясеньклубятся, как на пожаре!2004<p>«Дождь третьи сутки стоит в окне…»</p>Дождь третьи сутки стоит в окне.Каждый вечер Хрюши и всякие там Степашки.И местная телеведущая улыбается мне —как бутылка пива, радуясь открывашке.Наступает осень – да ну её! —чтобы жечь изжогой, листвой, глаголом.Потому что если висит ружьёна гвозде, то закончится все валидолом.Гаркнут дружно птицы, летя на юг.Только в'oроны держатся в черном теле.Да и время, знаешь, оно на кругне сошло, а исчезло на самом деле.Оно прицелилось прямо в лобсебе, а, бездомные, в коридоретак и ждут владельца вещички, чтобв секонд-хенд гурьбой ломануться вскоре.2006<p>«На экране пульсирует клип…»</p>На экране пульсирует клип,словно горло во время болезни.Ходит-бродит под окнами типи горланит ахейские песни.Ночь мрачнеет за ветхим окном.Только месяц один молодеет.И сидит человек за столом,опасаясь, что он не успеетподобраться к исходу строки,пережить эту нежную осень,долюбить, дописать – вопрекисамому себе, может быть; просиньвспоминая дневную в ночии отзывчивой рифмы созвучьяподбирая на ощупь: звучи,моя музыка! Ветви и сучьяи стволы почерневшие там,за стеклом, завывающий ветер.Эта осень останется намсамой теплой и светлой на свете.Спи, любимая: скоро рассвет.Тьма стоит за согбенной спиною.Только знаешь, похоже, что нетничего за безудержной тьмою.24–25.10.2009<p>«Все чаще уставая от людей…»</p>Все чаще уставая от людей,я всматриваюсь в пристальную осень:мы приручаем женщин и детей,но собственного дара не выносим.Ах, если бы мне вымолвить о томдавали больше времени и силы!Слова толпятся в воздухе пустомза право унаследовать могилупод твердью неизбежной, слюдяной,стеклянной, оловянной, деревянной —как будто бы не ведают инойсудьбы, как у солдата, безымянной;как будто свет подвел себе чертуи медленным пронзительным движеньемзакутался в беспечную листву,приговоренную к сожженью.А мы живем, прерывисто дыша,бренчим ключами, отпираем двери.Наверно, ночь и вправду хороша.Наверное – но мы уже не верим!И кажется: неведомо кудауходит все. И только где-то с краюсияет беспощадная звезда,названия которой я не знаю.30.05.–03.06.2012<p>«Речь – клевета. Молчанье – ложь…»</p>Речь – клевета. Молчанье – ложь.Сглотни остатки алкоголя.Звезда пронзительна – как нож,и одинока – как неволя.Над ночью вспышка и щелчок.В ладонях остывает город.И осень кликает на «ОК»,встает и поднимает ворот.13.09.2012<p>Провинциальная муза-2003</p>Осень умна, как в прозе – поэт.Листья спускаются наискосок.В бархатном ящике спит пистолет.Иней сребрит висок.Это опять паутинка к щекелипнет, щекочется, льнет.И на чернеющей густо рекезвонкий – по краешку – лед.Пар выдыхая, с отъезжих полей,с рыси сбиваясь на шаг,кони плетутся. И несколько днейзагустевает мрак.Это пока что боками и ртомдышится. Женщина спит.Полоза скрип – это то, что потом:снег и «такой-то убит».2004<p>«Перешли одногодки на прозу…»</p>Перешли одногодки на прозуили вовсе ушли в интернет.Но ни пьяный, ни даже тверезыйне откликнутся – кликни – в ответ.Слишком поздно и слишком далёко.Одиночеству шлю смс.Почитаю-ка позднего Блока —без любви и «Возмездия» без.Ничего, это все поправимо.Посмотри, как плывут облакаи проносится медленно мимочья-то младость. Шепчу ей: «Пока!».До чего же легко и беспечно —и подошвами тихо шуршапо осенней листве скоротечной,и глуб'oко пока что дыша!Это даже почти что свобода,ниоткуда лиющийся свет.Полтора ослепительных годаили, может быть, два – и привет!24.10.2009<p>I</p><p>«Но проходит оторопь октября…»</p>Но проходит оторопь октября,а ноябрь – тень улетевшей птицы.С этим воздухом что-то творится зря,непоправимое что-то творится.Он сгущается медленно над головойи твердеет в застывшей гортани.Я уже ухожу – и оплакан тобой.До потери своих очертанийобнажаются руки увечных дереви простертое небо пронзают безвольно.А листва под подошвы ушла, умерев, —ей не больно. Наверно, не больно.<p>II</p><p>«Этот день задыхается – вряд ли от счастья…»</p>Этот день задыхается – вряд ли от счастья.Я с трудом ему поднимаю вежды.И в душе моей, в ее светлой части,не осталось нежности и надежды.Воздух сузился – не прорастет ни словаиз него никак. И молчат чернила.И стоит тоска, не уходит снова —потому что очень меня любила.Остывают крови осенней токи.Цепенеет сердце. Мерцает влажновзгляд прощальный.Но вот наступают сроки —и дневные звезды тускнеют даже.29.10.2009<p>«Когда поодаль медленно стоят…»</p>Когда поодаль медленно стоятневерные осенние морозы,и, влажные еще, деревья спят,а сердце ищет умной прозы, —в тепле утробном труб и батарей,в растительном и волокнистом мракеоранжерейных комнатных ветвейя, в окруженье кошки и собаки,вдруг смутно ощущаю: до чеготела дремучи наши, как и душитемноголосы все же, от всегов себя свернувшись, облы, неуклюжи.О, как они беззвучны и хрупки,как соприродны жизни полутемной,бескрылы, полумглисты – вопрекиЕго любви, безадресной, бездомной.2004<p>«Зима испытывает твердь…»</p>Зима испытывает твердь.В лучах медлительного светаспускается снежинкой смертьна пропись русского поэта.От власти руки уберечь!Но наледь покрывает крыши.Глухонемая эта речьеще торжественней и выше,когда полночная порасопровождает голос кроткий.И вот закончилась игра,как выстрел – гулкий и короткий.2012<p>«Вокзал. Урюпинск. Ночь. И рельсы…»</p>
Читать далее

Похожие книги

Лабиринты Сердца (СИ)

Очень добрая и позитивная книга о невероятных приключениях отважных героев. Наверное такую я хотела бы прочитать в детстве!!! Дениза умеет заглядывать в души людей и видеть из сокровенные мечты, желания. Но помимо простого созерцания чужой души, она умеет изменять мысли и чувства человека. Живет Дениза в Последнем Городе,...

Кристина Юраш

Читать
Забытое слово

Главная героиня повести – Надежда – родилась в волжском провинциальном городке в простой семье. Воспитанная в детстве на советских нравственных началах, девушка выходит в жизнь, которую «перестроили». Надино мироощущение «накладывается» на пласт неприемлемых для неё «ценностей», которые разрушили и продолжают разрушать страну. Совесть, раскаяние и мужество главной героини...

Оксана Николаевна Виноградова

Читать
На всех парусах

Сара Бичем ведет тихую, ничем не примечательную жизнь, пару раз, в год, позволяя себе короткий средиземноморский отдых на яхте друзей. Однажды рядом с их судном швартуется парусник итальянского магната Гвидо Барбери, и тот узнает в пассажирке соседней яхты свою жену, с которой он расстался десять лет назад…

Жаклин Бэрд

Читать
Волшебное стекло

Категория: джен, Рейтинг: PG-13, Размер: Макси, Саммари: Петунья Эванс очень болезненно переживала то обстоятельство, что ей заказан вход в магический мир. Но если чего-то очень хочется, то мечта может и осуществиться. Только вот придется скрываться, а порой и лгать. И упорно учиться, чтобы оказаться достойной неожиданного наследства.

Заязочка, Светлана Гершанова

Читать
Колесо года

Повесть – дневник об узнавании себя, поиске, людях. Начиная писать, я не знала, куда эта история меня выведет. К кому и чему. Она об эмоциях и чувствах без ретуши. Повесть о пути к себе, о том, как обрести себя, а после не потерять.

Ирина Фениче

Читать

Другие книги Сергей Борисович Калашников