Читаем Муж на уикенд онлайн бесплатно

С этой заносчивой стервой жизнь свела меня несколько раз за короткое время, и всегда наши встречи были подобны взрыву сверхновой.

Мы невзлюбили друг друга с первого взгляда. Такую чистую неприязнь я испытывал впервые. Мне не нравилось в девице все: ни как она одевалась, на как накладывала макияж, ни как пахла.

О, этот запах!

Сладкий, терпкий, тягучий, как патока, он вызывал спазмы в желудке и потом ещё долго преследовал меня повсюду. Я ловил себя на мысли, что постоянно принюхиваюсь и, когда чувствовал его рядом, даже испуганно оглядывался. Этот аромат незнакомых духов, с чем-то смешанный, — самое отвратительное, что я когда-либо вдыхал.

Впервые я увидел эту девицу при весьма неприятных для меня обстоятельствах…

Совещание катилось, как и положено, по наклонной. Все плохо, сплошной провал, нет просвета, денег не хватает, партнеры разрывают сделки…

Я слушаю вполуха: ничего нового, так было при отце, и у меня не лучше. Когда-то процветающий отель постепенно приходил в упадок, и как поднять его уровень, пока не представляю, да и не слишком стремлюсь.

Кручу в пальцах ручку по давней привычке и скучаю, едва сдерживаю зевоту. Раз бизнес приносит одни убытки, надо от него избавиться. К чему такие муки?

А дальше что? А ничего!

Свобода! Свобода! И ещё раз свобода!

Достало все!

Хочу на необитаемый остров, чтобы только я на байке, океан и парочка смуглых мулаток. Хочу туда, где не найдут меня кредиторы, не достанут отец и обиженные компаньоны.

Прислушиваюсь. Что там бубнит менеджер по продажам?

— В связи с закрытием туристического направления на Восток бронирование мест в отеле упало на двадцать процентов.

Голос от плохой новости тоже упал до шепота. Мужик думал, наверное, что я не услышу. Зря надеялся. Слух у меня, как у кота, только что ушами не могу вращать на сто восемьдесят градусов.

— Почему оно закрылось? — лениво спрашиваю и оглядываюсь: порыв ветра бросает в окно дождевые струи. Денёк тоже под стать настроению.

— Э-э-э…

Поворачиваюсь и в упор смотрю на низкого человечка с глубокими залысинами на лбу, которые сейчас блестят от пота. Этот менеджер раздражает меня до зубовного скрежета. Большего зануды я в своей жизни не встречал. Выгнал бы давно, да лень. Скоро и так все развалится.

— Ну, я жду ответа!

— Клиенты недовольны обслуживанием, — едва слышно бормочет он, видит мое внимание и отводит взгляд.

Его пальцы нервно бегут по клавиатуре ноутбука, картинка в презентации меняется. На экран выплывает полуобнаженная красотка, прикрытая лишь кокетливым кружевным фартучком. Менеджеры отделов, застывшие в ожидании бури, невольно прыскают в кулаки.

— Это наша горничная? — нейтральным тоном спрашиваю я, хотя тоже едва сдерживаю смех. — Понятно, почему традиционный Восток перестал бронировать места в отеле, ещё, хм, духовную девственность важные мужи потеряют.

— Что? — менеджер смотрит поверх очков, и тут-то него доходит смысл сказанного. — Ох! Простите! Это не то! Совсем не то! Где же оно?

Пальцы мелькают над клавиатурой, но уже поздно: сотрудники покатываются со смеху. Улыбаюсь и я. Настроение совещания меняется, и день уже не кажется таким мрачным и унылым.

— А что мешает хорошо обслуживать клиентов? — уже серьезно продолжаю пытку.

Вопрос ни о чем. Я и сам прекрасно знаю, что сотрудники увольняются, недовольные постоянными задержками зарплаты, раздражённой проблемами администрацией и хозяином, то есть мною, которому на все наплевать.

Мне и правда, были до фонаря эти траблы. Байк, тёплая компания друзей, кожанка и ветер в лицо — вот и все мое счастье.

Так я думал до того момента, пока в воспитательных целях папаша не повесил на меня этот московский отель.

— Хватит, Влад, колесить по дорогам, — заявил он, позвонив однажды. — Пора и за ум браться.

— Сам как-нибудь справлюсь со своей жизнью!

Огрызнулся я и уже хотел отключиться, но не тут-то было. Мой драгоценный родитель огорошил по полной программе.

— Ты сейчас в Москве, так ведь?

— Ну, — настораживаюсь, не нравится мне этот вопрос.

— В «Золотом ключике» авария. Съезди, разберись.

— Но…

Возразить я не успел, только услышал в трубке короткие гудки. Несколько раз потом набирал номер отца, но абонент всегда был недоступен.

Проигнорировать приказ не посмел: вдруг перестанет снабжать деньгами, вот и поехал разбираться. Лучше бы этого не делал: в отеле был настоящий потоп, лопнули старые трубы, вода залила несколько этажей. Постояльцев пришлось срочно эвакуировать, а заодно поругаться с администраторами, допустившими эту проблему. Правда, я больше кричал, чем давал дельные советы, но это не важно.

Потом я руководил работниками управляющей компании, приехавшей по вызову, подписывал какие-то бумаги и счета и даже носил оборудование. В результате не заметил, как оказался по уши втянут в дела отеля, будь он не ладен!

Взорвать бы его к чертям собачьим!

Сам драгоценный родитель живет теперь в Испании и наслаждается заслуженным покоем, а я…

Встаю с места и потягиваюсь. Куртка приятно хрустит, тонкий запах дорогой кожи дразнит нюх. Я предвкушаю удовольствие от того, что сбрасываю обузу с плеч. Ксюха ждёт меня дома, потом поедем на дачу к Егору, моему лучшему другу.

А может, и не поедем, будем остатки дня валяться в постели.

Красота! От приятных мыслей мурашки бегут по спине. Менеджеры настороженно смотрят на меня, но я уже несусь к двери и кричу на ходу:

— Вы… это… к следующей неделе приготовьте несколько вариантов предложений по улучшению работы отеля.

— Как? — дружный выдох задерживает меня у выхода. — За это время невозможно!

— Не понял… Вы чем-то недовольны? Мозгами пораскиньте. За что вы получаете высокую зарплату и премиальные?

— Но…

Я уже выскакиваю в приемную.

Все, свобода! Лечу, расправив паруса, к лифту, бегу по холлу, стараясь не замечать обветшание и упадок, но взгляд невольно цепляется за потертые диваны и кресла, облезлую штукатурку на колоннах, через один горящие светильники на стенах.

К черту все! Вперёд, на улицу. И плевать на ливень, на ветер! Главное, глотнуть полной грудью свежего воздуха.

Бросаю ключ от байка парковщику, и тот убегает в гараж, а я жду его в стороне.

Вход в отель закрывает широкий навес. Он спасает гостей от непогоды. Машины подъезжают вплотную к широкой площадке перед дверью.

Швейцар услужливо кланяется (наверное, старается при мне) и подаёт руку в белоснежной перчатке очередному постояльцу. Но он не успевает. Из водительского места выбирается молодая дама в красном брючном костюме — сама элегантность и грация.

Девушка одергивает жакет, поправляет брюки. Не слишком высокая, но очень стройная, про таких говорят: «Ноги от ушей растут». Ее лицо скрыто за большими тёмными очками. Волосы убраны в высокий длинный хвост. На коже ни одного изъяна, а по-детски припухлый рот так и выпрашивает поцелуй.

«Красивая», — невольно отмечаю я. — Интересно, губы свои или накачанные?'

Отворачиваюсь: с такими кобылками я не связываюсь. Даже представить не могу эту леди верхом на байке.

— Молодой человек! — вдруг слышу недовольный голос.

— Вы это мне?

— А кому же ещё? Стоит тут, ворон считает! Работай!

В меня летят ключи от машины. Рефлекторно ловлю их и провожаю ошарашенным взглядом девицу. Ничего себе! За кого она меня принимает?

— Владислав Борисович, — ко мне бросается испуганный швейцар. — Давайте, я сам.

Но я качаю головой и иду к машине. Сажусь в салон, ноздрями втягиваю терпкий аромат духов, щедро сдобренный чем-то сладким, и оглушительно чихаю.

Что за вонь? Б-р-р-р!

Завожу мотор, и тут шальная мысль бьет меня в висок: 'А что, если…

— Парковщик? Ты за парковщика ещё ответишь!

Сегодня мы с подругами наметили встречу в ресторане отеля «Золотой ключик». Во-первых, у Лельки день рождения, двадцать три года стукнуло, да и не виделись давно, вот и решили провести вечер в хорошем месте.

От былого шика этого отеля уже ничего не осталось, но кухня здесь отличная, и персонал вышколенный. Шеф-повар — человек, преданный своему делу, не опустил профессиональную марку. Я бы присвоила заведению звезду Мишлен, хотя, увы, уважаемая во всем мире экспертная комиссия игнорирует российские рестораны.

Поглядываю на часы. Они тикают неумолимо. Девчонки наверняка уже пропустили по парочке коктейлей в ожидании меня. Вздыхаю: придётся догонять, хотя алкоголь я не очень люблю и всячески стараюсь отвертеться от таких посиделок.

Но сегодня у меня провальный день. Причём настолько, что есть желание утопиться в спиртном: совершаю ошибку за ошибкой и выбраться из череды неудач не могу. Голова забита проблемами настолько, что для других мыслей в ней не остается места.

Я примчалась домой после неприятностей на работе, и, вместо того чтобы переодеваться, без конца сбрасывала телефонные звонки мамы. А она стала совсем неуправляемой, готова свести меня с ума, но непременно выдать замуж. По ее мнению, девушки в двадцать три года — уже старые девы, и ни один кавалер на них даже смотреть не будет.

Она давит на меня и считает это нормальным. И это в наше время! Никакие доводы, что сейчас молодежь вступает в брак по любви, а не по договоренности, на маму не действуют. Также когда-то давила на неё бабушка, которая ещё помнила, что является потомком старинного дворянского рода князей Лобановых-Ростовских.

Вот и сейчас, мамуля так задурила мне звонками голову, что я, вместо того чтобы взять такси, еду в своей машине и гадаю, что буду делать с ней, потому что подружки обязательно заставят выпить алкоголь.

— Успокойся! — приказываю себе. — Малышку можно оставить в подземном гараже отеля. Заберу потом.

Только я облегченно выдыхаю, как слышу телефонный звонок. Мама… Это уже десятый по счету за сегодняшний день.

Не отвечу — расстрел, отвечу — тоже расстрел, только преумноженный в десятки раз. Прижимаюсь к обочине.

— Слушаю. Мама, ты зачем звонишь? Я занята.

— Фу, Регина! Разве воспитанные девушки так с матерью разговаривают? Да я и не помню, чтобы ты была для родителей свободна.

Закатываю глаза, благо она меня не видит, потом смотрю на часы: опаздываю на полчаса, девчонки меня сожрут с потрохами.

— Что еще случилось?

— Мы ждем тебя в эти выходные домой.

— Зачем?

Холодок бежит между лопаток. Когда мама выдает информацию таким безапелляционным тоном, жди беды.

— Представляешь, только что звонила тетя Марина, моя школьная подруга. Она прилетела в Москву! Помнишь ее?

Я напрягаюсь.

Мамина подруга жила во Франции. Она вышла замуж сразу после университета и уехала из России. На фотографиях, которые эта женщина выкладывала в Инстаграм, позировала светская леди, ухоженная и красивая. Она всегда демонстрировала отличный загар, упругое тело и красивые ноги.

И что эта дама забыла в нашей глубинке? Ностальгия по русской грязи замучила?

— Ну, помню. И что?

— Не нукай! Где твои манеры, дочь? Слышала бы тебя сейчас бабушка!

— Хорошо, прости, — соглашаюсь я: спорить бесполезно. — Зачем я понадобилась тете Марине?

«Терпение, только терпение!» — так говорил Карлсон.

— Мариша очень хочет увидеть тебя и представить сыну. Чудный мальчик. Красивый, воспитанный, художник по духу и по образованию. Ты просто обязана с ним познакомиться.

Очередные смотрины. О боже! И что делать? В голове вспыхивает картинка: толстый мальчишка с машинкой в руке прячется за спину красавицы матери.

Нет! Только не это!

— Не хочу!

— В смысле, не хочу? — голос мамы зазвенит от напряжения и злости. Она не привыкла к возражениям. — У тебя что, женихов большой выбор? Дожила до двадцати трех лет, а все ни с кем не встречаешься.

— Встречаюсь, — неожиданно для себя брякаю я.

— Как? С кем? Почему я не в курсе?

В голосе мамули звенит ужас. Представляю, что сейчас творится в ее голове! Черт! И кто тянул меня за язык? Теперь она не отвяжется.

— Прости, у меня родительское собрание идет. Больше разговаривать не могу.

Я отключаюсь: расспросы могут продолжаться весь вечер: у мамы есть только одна забота — ее несносная дочь. Лучше завтра перезвоню. Или нет…

Вдох-выдох! Вдох-выдох! Открываю глаза и всматриваюсь в зеркало: покер-фейс на месте, вроде бы прихожу в себя.

Подъезжаю к отелю, и тут же получаю новую волну раздражения. Парковщик, вместо того чтобы броситься к машине, глазеет по сторонам. Бездельник! И кто таких на работе держит!

Окликаю его и бросаю ключи. Парень смотрит на меня синими глазами из-под густых бровей, и я ловлю в его взгляде недоумение. Но мне сейчас не до чужих эмоций. Быстро проскальзываю в распахнувшиеся двери и тороплюсь к ресторану.

Девчонки замечают меня, и их лица расплываются в радостных улыбках. Красные щеки, блестящие глаза, возбуждение во взгляде — точно, уже успели выпить.

Плюхаюсь на стул. Сумочка, соскользнув со спинки, с громким стуком падает на пол. Подлетевший официант поднимает ее и аккуратно вешает обратно.

— Пожалуйста, меню.

— Не надо! — встряхиваю головой и ловлю испуганное выражение на лице официанта: я ему чуть не съездила по глазам хвостом. — Несите то же, что взяли они.

— Гинка, ты чего такая? — хором спрашивают подружки.

— Какая?

— Агрессивная. Хорошо, что у парня отменная реакция, отскочить успел.

— Ладно вам.

Теперь чувствую себя неловко. Я обычно веду себя скромно, а в голове звенит мамино наставление: «Регина, воспитанная девушка спинку держит ровно, разговаривает вежливо и всегда улыбается уголками губ».

Провожу пальцами по лицу, глубоко вздыхаю и растягиваю рот в улыбке.

— Кто тебе наступил на больную мозоль? Признавайся!

— Никто! И хватит звать меня этим детским прозвищем!

— Т-а-а-а-к, — тянет Лелька, — приехали! Маш, налей-ка-ка ей штрафную!

Я делаю несколько глотков и чувствую, как вино тёплом бежит по пищеводу, поступает в кровь и расширяет сосуды. Процесс пошёл.

— Закуси! — Маша протягивает мне крохотную тарталетку. — Нельзя на пустой желудок.

Подружки молчат, ждут, пока я не начну рассказывать сама. Я люблю этих девчонок. И хотя дороги после университета разошлись, мы не забываем нашу тёплую дружбу.

— Ну, рассказывай, пока музыка ещё тихо играет, что у тебя случилось?

— Даже не знаю, с чего начать, — вздыхаю я.

Сейчас проблемы мне кажутся надуманными и пустяковыми. Может, и правда, я накрутила себя?

— Мать очередного жениха подсовывает? — догадывается Лелька.

При слове «жених» я вздрагиваю. Только не это!

— О Боже! Регина, не молчи! Лелька угадала?

— Не совсем. В лицее проблема.

— О Боже! Рассказывай!

Противную зазнайку со сладким запахом я наказываю очень просто: паркую ее Мазду в гараже на месте для инвалидов и звоню в дорожную инспекцию. Эвакуатор прибывает через полчаса. Сидя на байке, я усмешкой наблюдаю, как грузят машину и увозят ее на штрафстоянку.

— Владислав Борисович, а что мне делать, если хозяйка придет? — спрашивает испуганный парковщик, студент-первокурсник на почасовой подработке.

Мы нанимаем только таких: им не надо много платить, за остатки еды из ресторана служат добросовестно и исправно.

С блестящими глазами парень крутится рядом, но не смеет остановить меня.

— Ничего. Разве эта стерва тебе ключи бросала?

— Н-нет.

— Вот и дыши спокойно.

— Но ведь любой мог перепутать, — не сдается парковщик.

— Не понял…