Читаем Муридова Смерть (СИ) онлайн бесплатно

Женщина-хатрак сидела с краю эвакуационного грузовика и смотрела на проносящиеся мимо неё небоскрёбы разрушенной столицы. Пасмурное небо закрывали эстакады. Гул двигателей колонны машин не мог заглушить грохот боя где-то вдали. Оттуда же поднимались чёрные столбы дыма.

В голове она пыталась восстановить события прошедших часов, но у неё не выходило. Помнила только, что был синий свет, рёв и взрывы. Всё остальное память не захотела раскрывать. От этого становилось ещё тревожнее. Устав смотреть на серые и побитые артиллерийскими ударами здания, в которых копошились солдаты неизвестных ей рас, она перевела взгляд на свои четыре руки. Пальцы двух верхних мяли обложку паспорта, где золотистыми буквами была нанесена надпись на немецком сверху и хатракском снизу: «Паспорт гражданина Священной Космической Римской Империи».

Она перекинула взгляд на своих попутчиков, которые обсуждали военную обстановку.

— Я слышал, что Вортааг отступают по всей планете, — сказал один из них, потирая верхней левой рукой свои клыки — так хатраки показывали свою тревогу.

— Врут, твари! — кинулся на него второй. — Они не могут нас бросить.

— Будь это враньём, нас бы не увозили в неизвестном направлении, — уверенно вмешался третий, потирая шерсть на своих руках. — Есть у меня ощущение, что всё гораздо хуже.

— Не надо насылать на нас беду, — парировал тот уже без агрессии. — Один раз мы выгнали Рим. Что помешает ещё раз?

После этих слов по кузову разнеслись воинственные, антиримские крики, от которых женщине становилось жутко. Она вжалась в угол и прикрыла паспорт ладонью. В глубине сознания был страх, что её раскроют. Она чувствовала в воздухе недоверие и презрение к своим соотечественникам. Но не понимала, откуда они взялись. Она мало что сейчас понимала.

— Смотрите, бумажки имперские сжигают! — радостно взвизгнув, показывал пальцем четвёртый.

Она посмотрела в ту сторону. Там, за металлическими ящиками и оружием, вокруг импровизированного костра танцевали и веселились хатраки в просторных одеяниях. Она смогла разглядеть, что они бросают в огонь: римские паспорта. Эта сцена ужалила её, и она отвернулась, вновь смотря на обложку паспорта. Она смахнула с него пылинки и открыла. Взгляд прошёлся по первой странице: «Имя: Кодаста. Фамилия: Фаламса. Раса: хатрак. Пол: женский. Дата рождения: 23.03.2198. Место рождения: г. Еауфам, п. Ваурам». Она перевернула её и посмотрела на ID-карту, заказанную её родителями. Она прекрасно помнила, что была единственной обладательницей такой если не в целом городе, так в районе точно. Перелистнув все страницы, она закрыла паспорт и положила в карман широких штанов.

На ступеньки из кабины вышел солдат-хатрак с лазерной винтовкой, в узорчатом зелёном плаще и с большой разгрузкой, набитой батареями и одним крупнокалиберным пистолетом. Шлем закрывал лицо, оставляя открытыми лишь устрашающие клыки. По телу Кодасты прошлась дрожь, и она поспешила отвернуться. Слышала только разговор.

— Не волнуйтесь, мы скоро приедем, — объявил он. — Сохраняйте спокойствие.

Кодаста рассматривала, как разные расы, от её соотечественников, местных ополченцев, до экзотических: с красными фасеточными глазами или мощными ногами с шипами — таскали ящики и обслуживали своё оружие. Но они быстро скрылись за зданиями с зияющими дырами в стенах. А колонна грузовиков заезжала в промзону. Насколько помнила Кодаста, здесь располагался один из самых больших складов в городе.

И вот наконец они остановились. Из кабины вышли ещё два солдата и выгнали всех на улицу. Кодаста отстранилась ото всех и прижалась к грузовику. Но ополченец приказал ей встать с остальными. Пришлось повиноваться.

— Мы отведём вас в безопасное место, — прокричал солдат — по рисунку на шлеме Кодаста поняла, что это был офицер.

В этой толпе было хатраков двадцать, но ополченцы держали над ними контроль. Но не над Кодастой. Она осматривалась по сторонам. Руки прижала к телу. Ветер бил ей в лицо.

Наконец им приказали заходить в здание. Было темно, но они спускались в ещё большую тьму. Но заострённое ночное зрение хатраков помогало видеть всё. И даже больше. В нос проникал запах сырости. Даже вентиляционные шахты, утыканные и там, и тут, не спасали. Видно, централизованная система начала давать сбой.

Несмотря на идущих позади всех солдат, Кодаста всё же отстранилась от группы и шла особняком. Остальные что-то обсуждали, высказывали опасения и осторожный оптимизм. Внезапно один хатрак выбился вперёд и спросил у солдата:

— А куда мы идём?

— Туда, где безопасно. Туда, где вас муридские споры нас не достанут, — ответил тот то ли раздражённо, то ли тревожно.

— Но почему так глубоко?

— Имперцы наводнили город мелкими роботами с ними. Так, если будете меньше вопросов задавать, мы избежим участи стать гниющими кусками мяса, — в его голосе раздражённость всё же победила.

А Кодаста осматривалась. И внезапно ей стало не по себе. Неведомый, чужеродный холод пронизывал всё её тело. Она вновь прижала все четыре руки к своему телу. Они проходили мимо контейнеров и больших ящиков. Откуда-то доносился до боли знакомый шёпот. Она его где-то слышала, но не помнила где. Давным-давно. Шёпот неразборчивый. Да и было ли это шёпотом?

Закрытые на металлические толстые двери помещения не собирались заканчиваться. Она догадывалась, что их вели в одно из них. И вот снова этот электрический шёпот. Краем глаза она заметила движение среди контейнеров. Но посмотрев, ничего не обнаружила. Становилось жутко.

Тишина не наступала. Холод становился всё сильнее. Хотелось куда-то от него убежать, погреться. Но рядом были темнота, шёпот и хатраки. Она окружена.

А теперь она увидела не просто движение, а щупальца, которые резво исчезли за ящиком. Она поняла, что дальше будет только хуже. Осмотревшись, поняла, что никто этого не замечал. Но что-то останавливало её от того, что бы рассказать хатракам о угрозе. Что-то очень мощное, исходившее из глубин сознания. А эти щупальца показывались ещё пару раз.

— По одному заходим, — прокричал офицер, и его слова пронеслись эхом по подвалу. — И не выходим!

Тот же хатрак к нему подошёл и снова спросил:

— Мы же вернём себе планету?

— Да, — отстранённо ответил он. — Муриды вас здесь не тронут.

Кодасте показалось, что он знал больше, чем говорил. Ей не приходилось сталкиваться с муридами, но она о них наслышана. Но на раздумья эскорт времени не дал: их всех загнали в пустую комнату с парочкой ящиков, на которые тут же уселись самые нуждающиеся. Солдаты заперли дверь.

А она зажалась в угол и начала планировать свои действия. Эти щупальца и упоминания муридов ничего хорошего ей не сулили. Холод вновь подступал к телу, проникал внутрь. Пробивала дрожь. Хотелось спастись.

Она посмотрела вниз и увидела в стене закрытую на болты вентиляционную дверцу. Оттуда в комнату проникал белый свет. Это было её спасение. Она пригнулась и начала пытаться выкручивать болты. Она и так была физически развитой, но даже ей приходилось прилагать все силы.

— Что вы делаете? — отвлёк её хатрак. — Вы же слышали, что нам приказано оставаться тут!

Кодаста подняла на него взгляд и ответила жёстко:

— Я не чувствую себя в безопасности. Мне нужно спрятаться.

— Извините, но сейчас никто не чувствует себя в безопасности, — в его голосе не было больше негодования, а больше сожаления.

— Не мешайте мне спасать мой душевный покой! — шёпотом огрызнулась она на него.

И вот винты поддались. Она открутила их один за другим. И отложила дверцу в сторону.

Вентиляционная шахта встретила её холодом. Но это был не тот холод. Этот был успокаивающим и таким родным. Сердце будто стало стучать громче. Так хотелось здесь оставаться. Но в спину ударил тот, зловещий, холод.

Вдруг за дверью послышались душераздирающие крики. И гул лазерных винтовок. Но через секунду всё стихло. Какой-то хатрак подошёл к двери и вслушался. Пока была тишина. Кодаста чувствовала ужас.

По ту сторону кто-то начал скрести металл. Протяжный скрип впился в уши. Кодаста отступила влево и вжалась в стенку шахты. Её всецело поглотил этот приятный холод, но зловещее предчувствие всё сильнее на него давило.

И внезапно дверь открылась. А комнату наполнил крик. Крик отчаяния, который переходил в хриплое бульканье. Кодаста сильнее вжалась в стенку. Кто-то быстро вырезал всех хатраков. Один из них попытался влезть в шахту, но длинный и острейший клинок пробил его насквозь и утянул назад. У неё сердце чуть не остановилось. Она не могла поверить в происходящее. А снаружи всё стихло. Шум, похожий на потоки электричества, исчез: убийцы покинули комнату.

Этот холод вернулся. Он окутывал и давал силы сделать тот самый шаг. Кодаста медленно и боязливо пошла вперёд. И остановилась, только посмотрев на комнату. Трупы. Вокруг одни трупы. Кровь окрасила стены. Отрезанная голова была на вершине этой мёртвой пирамиды.

Кодаста впала в шок. Ничего не хотела чувствовать. Потеряла все силы. Но этот холод, что давал ей силы, не собирался её оставлять. Он наводил её на мысли. На мысли о мщении. О ненависти к неведомому ей кровавому врагу. Холод отгонял страх. Давал мотивацию жить и действовать. Заполнял её энергией. И она пошла дальше.

Шахта то освещалась, то нет. Иногда вентиляторы будто желали Кодасту сдуть, но она сопротивлялась. Она не знала куда идти, но всегда держалась левой стороны. Множество поворотов и тупиков. И в один момент сквозь шум вентиляции пробились звуки битвы. И Кодаста поползла к их источнику. Она надеялась, что там будут свои солдаты.

Путь на свободу преграждала решётка, но её легко удалось выбить. Та упала с грохотом, но ей показалось, будто никто на это не обратил внимания. Выбравшись и встав на ноги, она прислушалась: что-то очень сильно ударилось о кирпичную стену.

Идя по узкому пустому коридорчику, Кодаста была уверена, что ничего хорошего ей увидеть не суждено. Вдруг ей в глаза ударил дневной свет, и она прикрылась рукой. А в следующее мгновенье послышался глухой удар, будто что-то сильно ударилось об стену.

Спрятавшись за ящиками, она начала наблюдать за событиями. Человек в полном обмундировании, откашливаясь, попытался встать, но не получилось. Кодаста заметила у него кровь из носа. Из-за угла вышел мускулистый хатрак и наставил на имперца пистолет.

Внезапно из вентиляции, около ящиков, вылетел шестиногий большой робот с красноватым мешком сзади. Не прошло и секунды, как он на всей скорости понёсся к хатраку и впился ему в спину. Страшно прорычав, тот пытался его достать, но он быстро опустошал свой мешок.

Но хатраку удалось поймать назойливого робота и вырвать вместе с иглой, вскрикнув от боли. В ярости он бросил его в человека, но тот сумел увернуться. А хатрак упал на колени и прокашлялся кровью.

— Это и есть ваша спора? — спросил он с отчаянием и горечью.

Но имперец ничего не ответил, продолжая смотреть на него со страхом и непониманием. А тот схватился за пистолет, несколько раз выстрелил в человека, но всё мимо. Один патрон попал, но не пробил броню.

— Чтоб вы подавились! — прорычал он сквозь боль, приставил ствол к голове и нажал на спусковой крючок.

Кровь брызнула на угол стены. После хлопка наступила тишина. Человек, кряхтя, поднялся и произнёс с какой-то непонятной интонацией:

— Это лучшее, что ты с собой мог сделать…

Кодаста поняла каждое слово и была согласна с ним. А он в последний раз осмотрел коридоры и, прихрамывая, стал подниматься по лестнице.

— Десятый квадрат чист. Заберите нас отсюда. Антон Остин, батальон «Вармаркт». Конец связи.

После этих слов Кодаста услышала, как закрылась решётка на электронный замок. Этот путь был для неё закрыт. Но, подойдя к трупу, она увидела, что широчайший коридор по правую руку ведёт к такой же по размерам лестнице, направленной куда-то вниз.

Кодаста разжала пальцы хатрака и взяла пистолет и, порывшись в мужском платье, нашла и три магазина под него. «Да позаботится о тебе Бог», — прошептала она и закрыла ему глаза.

Вернулся грохот войны. Она слышала вертолёты и этот электрический вой, но более агрессивный. Артиллерия, казалось, успокоилась. Кодаста понимала, что вошла на имперскую территорию.

Спустившись, она оказалась в коридоре для техперсонала. За окнами были видны рельсы, стоял поезд с контейнерами. На платформе находилось несколько небольших шагоходов. Около них ошивался человек с дробовиком с двумя существами, похожими на дронов. Их каплевидные тела с вогнутым брюхом были изрисованы причудливым орнаментом, который светился холодным синим. «Муриды», — промелькнуло у неё. Стекло не пропускало звуков, но Кодасте казалось, будто солдат общался с ними.

Из тел странных существ тянулось шесть щупалец с теми самыми клинками. И тут голова отдалась болью. Она просто не могла поверить в происходящее. Всё это было противоестественным. В мыслях вспыхнули образы обезображенных трупов. Она отвернулась и продолжила свой путь через наполненные техникой, ящиками и прочим хламом технические коридоры с перегоревшими лампами. За седьмым по счёту углом находилась открытая шахта лифта. Внизу была сама кабина.

«Неужели мне опять лезть?» — искра негодования проскочила в её мыслях, и она нервно стряхнула пыль со штанины. Наверх вела лестница, и она, безмерно обрадованная, переступила пропасть. Лестница, хоть и скрипела, выдерживала вес хатрака, и Кодаста быстро поднялась на два этажа выше.

Коридор, как и прошлые, был во тьме, ящики образовывали странные фигуры в голове, а где-то вдали звучал гул складских помещений. Она достала пистолет и медленно направилась на шум. Закрытые двери окружали её, а звук перемещался из одного угла в другой. Она проклинала притупленный слух хатраков, пока плутала по будто одинаковым местам, но в один момент шум стал громче. Кодаста остановилась и прислушалась: словно кто-то что-то перемещал, выделялось характерное шарканье. Ориентируясь по нему, она преодолела и этот лабиринт.

Единственная дверь без замка в конце коридора, слабо освещённая лампой. Кодаста дёрнула ручку и приоткрыла её. Сразу ей в глаза ударил свет от различных кнопок и рубильников. Медленно, беззвучно она приблизилась к панели и, положив пистолет, посмотрела в окно. По огромному складу гулял морозный уличный ветер и пробивался через трещины в стекле.

Освещение работало на полную: Кодаста могла разобрать каждую мелкую надпись на контейнерах. «Его надо отключить», — твёрдо решила она и оглядела всю панель. Пальцы тряслись, и ей очень не хотелось нажимать всё подряд. Размеренно проходя вдоль, она искала нужный выключатель, но ни одна из десятков кнопок не была на него похожа. Три рубильника находились с краю, и Кодаста еле сдерживалась, чтобы не дёрнуть их. И никаких надписей…