Читаем Мультиверсум онлайн бесплатно
– Наконец-то
Уставший и все еще несколько ошеломленный, Алекс потратил последние деньги на такси до дома.
– Будем надеяться, я в правильном Милане… – прошептал он себе, пока таксист выезжал на кольцевую дорогу и стучал по автомагнитоле, которая, казалось, не желала настраиваться ни на одну станцию и раздражающе шипела на всех частотах.
Оказавшись перед входом в дом номер 22 по виале Ломбардия, Алекс выдохнул с облегчением, когда в списке жильцов увидел фамилию Лориа.
Он нажал на кнопку домофона, хотя в рюкзаке лежали ключи.
– Да? – послышался мамин голос. Он не ожидал застать родителей дома, так как было почти десять утра.
– Мама, это я.
– Боже мой! Алекс!
Родители встретили сына так, будто его только что вырвали из рук похитителей. Как только Алекс переступил порог дома, Валерия бросилась к нему и чуть не задушила в объятиях. Всхлипывая и бормоча что-то непонятное, она гладила затылок сына, его волосы, и в ее жестах смешивались нежность и облегчение оттого, что сын цел и невредим, и в то же время гнев, накопившийся за все дни ожидания.
Джорджо стоял с сигаретой во рту и наблюдал за этой сценой, скрестив руки на груди. Его взгляд отражал смятенные чувства, однако нахмуренный лоб свидетельствовал о том, что Джорджо ждет объяснений. Когда Валерия выпустила Алекса из объятий, отец с суровым выражением выдул дым из поджатых губ и сказал:
– А теперь расскажи нам, где, черт возьми, ты был? Только, пожалуйста, ничего не выдумывай.
– Да… хорошо, – ответил расстроенный Алекс.
Бросая рюкзак на пол у кухонного стула, он заметил на столе вчерашнюю газету «Коррьере делла сера». Огромный заголовок на первой полосе гласил: «СТРАХ ПЕРЕД НЕИЗВЕСТНОСТЬЮ». Почти всю страницу занимала фотография, изображающая потасовку в парламенте. Рядом был комментарий курсивом: «
Алекс сел за кухонный стол, а Джорджо схватил газету и стал размахивать ею у него перед носом:
– Ты видел, что творится? Что, ты считаешь, мы должны были думать?
– Я прошу прощения.
– Нам нет дела до твоих извинений, – продолжал Джорджо. – Лучше скажи мне, где ты был!
Алекс бегал глазами по стенам и потолку, лишь бы не встречаться взглядом с отцом. Он только сейчас понял, что не придумал никакого мало-мальски правдоподобного оправдания.
– Я должен был… – Алекс посмотрела на свои руки, сцепленные на коленке, на нервно сжатые пальцы. – Я съездил в путешествие. Так было нужно.
Валерия села напротив сына, а Джорджо остался стоять, вцепившись в спинку стула во главе стола.
– В путешествие? А зачем? Ты с ума сошел?
Алекс откашлялся, чтобы выиграть несколько секунд.
– Даже не знаю, что тебе сказать. Нет, я не думаю, что сошел с ума.
– Тогда рассказывай все как было! – Джорджо стукнул кулаком по столу, его щеки покраснели, он ослабил узел галстука и продолжил: – Или нам пойти и спросить у твоего дружка Марко? Нам прекрасно известно, кто тебя прикрывает. Я уже собирался звонить в полицию, потому что мы наконец поняли, что за всем этим стоит этот чокнутый!
– Перестань! – рявкнул Алекс, наконец подняв глаза на отца. – Марко не чокнутый, он гений. Вы ничего не понимаете, вы вообще ничего не знаете.
– Тогда ты попробуй нас понять, – вступила Валерия.
– Я закончил разговор. Мне больше нечего вам сказать.
– Ты должен дать нам объяснения, – вмешался Джорджо, пыхтя от гнева. – Рассказывай, где ты был, а иначе, ей-богу, я запру тебя в комнате до конца учебного года!
Алекс молча смотрел прямо перед собой в пространство, словно отгородился от любых родительских нападок.
– Хочешь быть крутым, да? – продолжал Джорджо. – Сейчас же убирайся с глаз моих, иначе я за себя не ручаюсь!
Алекс медленно поднялся, взял рюкзак и вышел из кухни. Он направился в ванную, пытаясь решить, каким будет его следующий шаг.
Встав перед зеркалом, он уперся руками в край раковины и опустил голову. Закрыл глаза и ощутил всю тяжесть ситуации, которая становилась больше, чем он. Но было не время сдаваться. Было не время дрожать или плакать. Сейчас было пора убираться отсюда.
Алекс поднял голову и встретился с собой взглядом в зеркале.
– Дождись меня, Дженни! – сказал он тихо, как будто разговаривал со своим отражением.
