Читаем Мудрость Муравьев (ЛП) онлайн бесплатно

От переводчика:

The Wisdom Of Ants by Thoraiya Dyer, 2012

*** Переведено с английского by Genady Kurtovz, июль 2022 год.

Звук чего-то бьющегося в мягком иле, отвлек меня, и моя босая нога поскользнулась на тонкой изогнутой ветке.

Ветка треснула. Я свалилась.

Когда в зловонный ил, я уже погрузилась по плечо, у меня еще оставалось время поразмыслить над тем, что на место матери я точно не гожусь, прежде чем муравьиное гнездо, к которому я тянулась — упало на меня, развалившись на моем запрокинутом лице.

Отяжеленная грузом на поясе, состоящим из меди и железа, мое погружение ускорялось все глубже и глубже, конечно облегченной, мне было бы гораздо легче справиться с этой напастью. От отчаяния я сжала кулаки, беззвучно плача, терпя боль от укусов, не открывая глаз и рта, пока ил не сомкнулся над головой и муравьи не начали тонуть.

Несомненно, у меня была возможность задержать дыхание подольше муравьев.

В конечном итоге, когда спертый воздух начал обжигать мои легкие, я потянулась обратно наверх, разрывая поверхность приливной отмели, а мои скрещенные ноги, создавали заполнение водой пространства, облегчая моё сопротивление, всасыванию в ил. Пальцами, я нащупала изогнутые корни мангрового дерева,[1] на которое взбиралась ранее, и старательно-медленно, мне наконец удалось выбраться из этой грязи.

 

Поверх ила, присутствовал тонкий слой соленой воды. Мышцы руки и спины горели, но я набрала немного этой жидкости, чтобы ополоснуть начавшее уже распухать лицо.

 

По сравнению с уязвленной гордостью, жжение укусов, казались ерундой.

Их то (укусы), увидит каждый!

Маме бы я конечно показала, но у меня отсутствовал этот трофей, увы. Муравьиное гнездо, сотканное из листьев мангрового дерева, скрепленное шелком личинок, с сердцевиной из драгоценного золотого металла, теперь затерялось в грязи. Остались только плавающие листья и трупики золотых муравьев. Главное, в результате добычи, пояс сумки выдержал, и я не утеряла весь дневной запас корма.

Охотничий пёс с желтым окрасом, по кличке Проныра, который обнаружил для меня гнездо, тихо заскулил с места на платформе, что располагалась на сваях из корней мангровых деревьев и мусора. Закат позади него, придавал ему розовую флуоресцентную ауру.

 

— Прости Проныра, — тихонечко сказала я. Обычно, его наградой являлись кусочки личинок муравьев и солоновато-сладкое желе, окружавшее металлическую сердцевину.

— Все-таки ты тоже слышал этот звук, не так ли?

Проныра склонил свою длинную мордаху набок. Несмотря на то, что он был обладателем слепого глаза, стертых зубов и недостаточного слуха, нюх его по-прежнему все еще работал.

А звук пришел с подветренной стороны.

Обняв ствол дерева в попытке скомпенсировать свое прежнее состояние, я расширила свою информированность, касательно происходящего вокруг. Итак, акулы не заходили в мангровые заросли, рискуя попасть в ловушку и погибнуть. Как и крокодилы, неспособные ориентироваться в лабиринте поверхностных корней. Если барахтающееся животное было одним из Жителей Острова, приехавших торговать, то они разминулись с пляжным лагерем примерно на два километра, к тому же я не слышала характерного жужжания их вертолета.

Если это были Проволочные Разумы, возможно мое шумное падение их отпугнуло.

Я содрогнулась.

А если это были Они, тогда возможно Они убили всех жителей Острова, и больше никогда не будет ни торговли, ни жужжащих вертолетов.

В очередной раз я отругала себя: «Мама никогда бы так не подумала. Вероятно, это был орел, охотившийся на рыбу! А Жители Острова, должны прибыть только через четыре дня».

Обитатели Острова — когда-то мы называли их Баландами. Пятьсот лет назад они украли нашу землю. Двести лет назад, они её вернули. За исключением Акульего Острова, который, по их словам, был стратегическим и необходимым для них, чтобы защитить нас от Проволочных Разумов, которые жили за морем.

Однако, десять лет назад, когда Разумы вторглись с другой стороны, Островные Жители оказались бессильны, перед их вторжением.

Все наши посвященные мужчины вооружились копьями со взрывчатыми наконечниками и бумерангами, снабженными электромагнитными импульсами (ЭМИ), и отправились на войну с ними.

Никто из них не вернулся. Ни мой отец, ни брат моей мамы. Из самых старших детей, я была одна, и очень хороша помню, рыдания и плач.

Проволочные Разумы, временно завоевали для себя то, что они считали изолированной территорией, свободной от модифицированных муравьев-металлодобытчиков, которые опустошили остальной мир. Они увидели нас и подумали, что мы — доказательство. Они и не подозревали, что мы уже десятилетиями живем с муравьями, и мы научились достаточному искусству защиты наших немногочисленных драгоценных электронных устройств, от них.

Муравьи съели убежища Проволочных Разумов, их транспортные средства, экзоскелеты и устройства связи. Съели их наручные часы, пряжки на ботинках. Когда солдаты спали, их разбудили муравьи-металлодобытчики, пытавшиеся просверлить их черепа, чтобы добраться до внутренних металлических имплантантов.

Находясь вдали от своих командиров, они слишком опасались нас, чтобы попросить о помощи. А может они думали, что всех нас убили. Они голодали, умирали от переохлаждения, а может и по незнанию, отправлялись на корм местным животным.

Ведь вся наша местность, включая море и сушу, настолько были отравлены пестицидами, что не смогли остановить неумолимое нашествие муравьев. Но каждое выжившее животное адаптировалось, оно изолировалось и стало устойчиво к токсинам. Сами мы могли питаться этими животными, только благодаря флаконам с кишечными бактериями, что поставляли нам Островитяне, в обмен на золото, серебро, медь и железо. Этот кусочек земли, которые они сохранили, был их единственным убежищем. Южная сердцевина их острова подверглась разрушению, и теперь там царил хаос.

И как раз в тот момент, когда я собралась вернуться домой, в пляжный лагерь, я снова услышала шум со стороны открытой воды.

Подав рукой сигнал Проныре покружить за добычей, он бесшумно повиновался, легко ступая лапами по плоским корням.

Замаскированная слоем грязи, я направилась прямо к источнику звука.

Источником оказалась высокая, тощая женщина, которая тащила за собой пару баллонов со сжатым газом. Пара ласт, валялись далеко позади от нее, они мешали ей передвигаться по грязи, однако она продолжала таскать громоздкие металлические цилиндры, хотя наверняка должна быть в курсе, что они привлекут муравьев.

 

Вид её был бледным, но думаю не от воспроизводства новых обитателей, а скорее всего от того, что её держали в темноте. Бритая голова. Квадратное электронное устройство было пристегнуто к груди, поверх мокрого, похожего на мешок халата. На плечах торчали бретельки лифчика. Обнаженные руки, покрыты свежими укусами насекомых. Застарелые укусы на ногах, превратились в сочащиеся, измазанные грязью язвы.

— Это территория Клана, — проинформировала я её, в ответ она вдруг лихорадочно задергалась, как будто муравьи уже начали грызть, проволоку её бюстгальтера, — ты что, потерялась?

Я видела, как Проныра отрезал ей путь к океану, с интересом принюхиваясь к её ластам.

— Я должна найти Щедрую Реку, — дышала она с трудом, назвав ту, которая была моей биологической матерью и духовной матерью Клана.

— Меня зовут Бесшумная, — представилась я.

— В таком случае, ты её дочь.

— Ты знаешь меня? А что еще ты знаешь о нас?

Смех её, показался мне безумным.

— Мне известно, что у вас есть флаконы с бактериями. Знаю, что ты ими торгуешь. Моё имя Муслина. В качестве наказания, они стерилизовали мой кишечник. Если ты не поможешь мне, то я умру.

На пляже мерцали огни.

Щедрая Река стояла со своей охотничьей собакой по кличке Кровавая Морда, под деревом безопасности, на котором, как сверкающие фрукты, были развешаны мешочки с металлами.

При каждом переносе лагеря, мы выбирали дерево, на котором гнездились свирепые и плотоядные зеленые муравьи. Они не могли противостоять муравьям-металлодобытчикам, более сезона. Зелёные, обладали чудовищными, сокрушительными и источающими кислоту, жвалами. Но к сожалению численность таких муравьев, была слишком мала.

 

Тем не менее, до торгового прилива, оставалось всего несколько дней, и тогда наши маленькие стражи больше не понадобятся. Дети занимались ловлей сверчков и цикад, прикрепляя их к коре высоких ветвей, чтобы зеленые муравьи двигались вверх и вниз по стволу, насторожившись на вторжение из любого конкурирующего гнезда.

Проныра подбежал прямо к Кровавой Морде, и начал вылизывать его запекшийся от дерьма анус. В ответ Кровавый сделал то же самое и с Пронырой. Поведение собак, выглядело отвратительным. Бритая женщина, по имени Муслина, следила за мной. Я помогла привязать её баллоны к мангровому дереву и погрузить их в воду, чтобы муравьи не смогли добраться до них.

Мать приняла мои воняющие грязью, сумки, даже не упомянув о моём обожженном лице. Ободряющая улыбка матери, всегда была одинаковой, независимо от того, приносила ли я большие куски металла или вообще ничего не приносила. Но меня постоянно грызло желание, хоть бы раз доставить больше железа, чем когда-либо она собирала сама.

Проявить себя.

К примеру мать Сцинка, Огненная Ветка, не ощущала необходимости в ободрении. Пухленькая маленькая женщина, наклонилась, чтобы посмотреть на мешки (её зрение было плохим), и захихикала.

— Не хватит даже на полный флакон, девочка. Ты хочешь, чтобы мы были голодными? Сама хочешь быть Щедрой Рукой? Ха-ха-ха!

Сцинк станет моим мужем, как только пройдет обряд посвящения. Сейчас он прятался за ногами своей матери, двенадцатилетний мальчик с длинными ресницами.

Сцинк и я, не нуждались в приеме флаконов с бактериями. Островные жители говорили, что иногда у детей кишечная среда была более подходящей для того, чтобы бактерии размножались сами по себе.

Что бы это не значило. Но смысл был в том, что если бы у нас не было металлов для торговли, то взрослые умерли бы с голоду.

Рядом, я ощутила присутствие Муслины. Она не сообщала, требовался ли ей один флакон, для выживания, или повторные дозы.

Запахи приготовляемой пищи отвлекали, должно быть у Муслины потекли слюнки. Ядовитая жаба, ядовитый крокодил и ядовитая барракуда; их жарили на костре, на длинных вертелах. Однако Муслина не могла принимать пищу, не выпив предварительно пузырёк с бактериями, и только моя мать могла дать ей один.

— Ну и какова твоя история, Женщина Острова? — спросила Щедрая Река, подзывая Муслину.

Измученная и неуклюжая фигура Муслины двинулась, обогнув меня, чтобы сесть у ног матери в мольбе.

— Меня зовут Муслина, — начала свой рассказ она, — они сказали, что я сумасшедшая, но это не так. Разве что люди иногда пугают меня, не более того. Множество людей, скученных в одном месте, дышат на меня, как укусы ос. Все эти женщины в одной комнате со мной — спящие, высасывающие мой кислород, и я должна была убить их. Здесь гораздо лучше.

— Несомненно, это так, — не моргнув, подтвердила моя мама, — почему ты так долго не приходила?

— Потому что я умру, вот почему. После того, как я убила тех других, они вставили мне в желудок трубку и промыли меня антибиотиками. Затем оставили меня в больнице, умирать с голоду, но некоторое время спустя, мне удалось пролезть через решетку. Этот момент Они похоже упустили. Я украла кое-какую штуковину, которой пользуются ныряльщики с сетями. Так вот эта вещь создает электрическую сигнатуру матери всех акул, которая и охраняла меня до самого материка.

Потом Муслина переспросила:

— Ты обратилась ко мне, зная кто я?

— Да, я слышала, как Они говорили о тебе. Рассказали, как ты пряталась в кустах и наблюдала, как все эти Проволочные Разумы, голодали, ибо жалости к ним ты не испытывала, так как они не принадлежали к твоему виду.

— Они убили наших людей. И я убила их, а у тебя с ними договор. Но разве ты позволишь мне умереть с голоду? Ведь женщина, по имени Щедрая Река, является тем, кто кормит голодающих людей, не так ли?

Щедрая Река положила руку на голову своего пса — Кровавой Морде, поглаживая ему шелковистое ушко.

— Вот этот пёс к примеру, служит Клану, и я его за это кормлю. А чем будешь ты полезна для Клана, Муслина?

— Информацией, — с блеском в глазах, твердо ответила она, — а потом я уйду. Через горы и на запад. И ты никогда не увидишь больше меня. И тебе никогда не нужно будет беспокоиться о том, что я нанесу вред твоему потомству, потому что я уйду далеко и навсегда.

— Подай ей флакон, — дала команду мать, Сцинку, — который тут же вскарабкался на дерево, чтобы его принести.