Читаем Московский дневник онлайн бесплатно

Счастье – это эйфория чувств. Счастье – всегда происходит в моменте, имеет код долгой памяти и индивидуальность. Некоторые повторяют как дятлы, что их жизнь – одно-сплошное-счастье. Но, непрерывных оргазмов не бывает, тем они и ценны.

Я приехал в Нерезиновку третий раз в жизни, — до 02 февраля 2009 был проездом. В 1992 и в 1994 гг. С поезда на поезд.

Итак, я вышел на перрон Казанского вокзала, прежде проведя 2,5 суток в плацкарте. И пошагал в новую жизнь. Она ждала меня в здании вокзала, как заходишь с перрона — направо, за книжным киоском, в лице Ирины – моей будущей жены. Ирина приехала на сутки раньше, дабы заплатить за съёмную квартирку, которую мы предварительно нашли на «Одноклассники.ру». 24 тыс. рублей = аренда. В стоимости 2024-го – 42 тысячи.

С Ириной мы прошли весь московский дневник. Мы совместно работали и совместно отдыхали, горе и радость – совместные. Как и авантюрные приключения.

Когда я жил в Кукуево – то часто представлял, как может выглядеть ландшафт, где городская застройка тянется до горизонта. И когда получалось ярко представить – захватывало дух! В Москву я засобирался где-то в 2001-2002 гг. А конкретно стал туда мылиться в 2007-м. У меня возникли 4 виртуально-любовные связи, в социальной сети: 1 — Сочи…2 — Киев… 1 — Донецк… Москвы – не было.

Рис. 1. Съёмка на мой «Полароид». 11 февраля 1997 г. Истфак.

Помимо желания попасть в Москву путём посредничества двуличного Амура – я пытался сие сделать через кино, которым увлёкся с профессиональной точки зрения. Попытки провалились и с треском, один из провалов был особо обиден, так как 3-4 тысячи бакинских за сценарий почти лежали в кармане. И я почти сидел на чемодане.

Годы в Москве – это мои лучшие годы, из тех, что я пока прожил. Здесь резвилась моя юность, — когда был энтузиазм, замешанный на энергии, когда кайфовал от жизни чисто по факту её наличия, когда меня стиснули в объятиях множество ценных впечатлений и ключевых знакомств. Где получил колоссальный опыт жизни, где воспользовался шансом донести миру своё творчество и свою философию, что обогатили копилку Вселенной. И меня самого – обогатили.

Моим персональным счастьем – стала Москва. Так получилось. Как получилось.

Первая квартирка в Москве – это м. Бабушкинская. То ли в честь революционера Бабушкина – первого жениха Н. К. Крупской, то ли в честь лётчика Бабушкина (кто такой, в точности — не знаю). Первое метро – это северо-восточная окраина Нерезиновки. Рядом м. Медведково – далее Мытищи (уже Замкадье).

В Москву я привёз 8 тысяч рублей, а Ирина 40 тысяч + драгоценности на 0,5 млн. + дублёнки как турецкий товар на 2 млн. На данные деньги мы жили порядка 1 года. Пока шла акклиматизация и обустройство в мегаполисе. Жили не без проблем, дублёнки часто и упорно не хотели продаваться, а за золото давали смешные цены в ломбарде на ул. Енисейской (100 метров от метро).

Рис. 2. Сибирский лес и Нижегородский бор. Коллаж.

Ирина встретила меня на Казанском, и повела как мальчика в метро. Смутно, — как спускались, куда ехали… Но, помню ярчайшее ощущение того, что я ЖИВУ В МОСКВЕ, я приехал сюда жить! Снисходительно поглядывая на людей, что ехали в одном вагоне. Вида радости не подавал, старался быть естественно-серым, как и «попутчики»…

Да, я был мальчик, в свои 32 года в Москве – восхитительное чувство! Ирина привезла собачку, китайскую хохлатую, Элису. Позже, при доделке романа «Карманник и дьявол» — в память об Элисе – я назвал невесту Иисуса этим именем…

От проспекта Шокальского до метро – 5-6 остановок на маршрутке. Я удивлялся, что пробок почти нет, ведь о них был наслышан немало. Иллюзия спала, когда я попал в другие районы, и покатался там изрядно, сначала на автомобилях новоприобретённых знакомых, а после – и на своей машинке.

Тогда маршрутка – это убитая в хлам колымага, которая тормозила по просьбе пассажиров через каждые 50 метров, невзирая на дорожные знаки. Никаких «социальных льгот» или банковских переводов, эквайрингов, к коим привыкли в 2024-м… — только наличка, а если оплата по банковской карте – то только автобус/троллейбус/трамвай.

К слову, на московском трамвае я ездил всего 4-5 раз, а на автобусе, видимо, ещё меньше (маршрутки и монорельс не в счёт). А вот троллейбус был постоянным транспортом, когда мы жили на Нижегородской улице (наша квартира №3 в Москве). Той самой улице, которая ВНИЗ переходит в улицу Таганскую, а с другой стороны, ВВЕРХ – Рязанский проспект. «Дорогой жизни» мы называли три километра от Таганской площади до нашего дома, где лютейшие пробки вечером из Центра… В Москве вообще улица как явление — имеет свойство «напяливать» на себя другие названия без видимых причин. Прямая, длиной всего полкилометра, может иметь пять разных названий, согласно отрезкам сей дороги…

Также, здесь почти в каждом микрорайоне идентичные названия. Например, на Щёлковской есть 12 парковых улиц (или больше). Есть и «именные» наименования, по названию района или округа. Скажем, в Измайлово обязательно есть Измайловская улица (или проспект), ряд Измайловских переулков, тупиков, проулков, также обязательны ТЦ «Измайловский» и Измайловский парк.

И, конечно, Нерезиновка – это царство торговых сетей! «Пятёрочка» и «Перекрёсток», я ещё застал «Карусель». «Лента», «Билла», «Ашан», «Красное энд Белое», «Азбука Вкуса», «Красная икра», лет 8-10 назад появились «ВкусВилл» и краснодарский «Магнит». Это всё – продукты. Ритейлеры по электронике, по одежде, по продаже книг. Сети кафе и ресторанов… После пандемии 2020-го ритейлеров стали хорошо теснить маркетплейсы «Озон» и «Валберис».

Вернёмся к транспорту… Сегодня, в 2024-м, троллейбусы в Москве – уже анахронизм, их заменили электробусы. Сегодня же меняют парк трамваев. Как же всё быстро происходит, и как всего за десяток лет Нерезиновка изменилась буквально до неузнаваемости!

Дорожные камеры и платные стоянки появились позже нашей внутрироссийской миграции. Эх, как бы я желал вернуться назад, в начало 2010-х! На сердце при этих воспоминаниях прямо розы цветут.

На Бабушкинской — мы ходили на Яузу, гуляли сами и выгуливали Элиску. Напротив нашей многоэтажки был «магазинчик у дома», где покупали «Джек Дэниэлс» и еду. А сигареты, что я курю, – стоили около 100 рублей.

Рис. 3. Элиса.

Познакомились с фееричной художницей – Ольгой Рыбаковой. Она написала портрет Ирины, на холсте, в технике «семислойной фламандской живописи», большого размера. По бартеру. Ирина отдала Ольге 4 дублёнки, тем самым художница одела семью, а Иришка получила замечательную картину. Позже, несколько других работ невероятно талантливой художницы, — мы уже купили. Ирина научила Ольгу продавать свой талант!

А однажды, мы с Ольгой Рыбаковой, в-двоих, — пошли в Третьяковскую галерею. 5-6 часов пролетели как интересный миг. Ольга круто рассказывала о техниках живописи, показывала известные картины, а частности, «Явление Христа народу», и «Три богатыря». Мы смеялись, болтали и немножко обнимались…, в сей день я Ольгой увлёкся. По окончании экскурсии сводил Её в «Шоколадницу» и купил букетик цветов.

Ольга Рыбакова (как Персонаж) нашла своё отражение, как главный герой моей новеллы «Счастье есть», в составе мини-романа «Семь реинкарнаций». Последний раз я Её видел в 2011-м. Память бесконечно долго хранит и регенерирует воспоминания, причём, совершенно рандомно выхватывая мгновения…

Рис. 4. Ирина с картиной О. Рыбаковой «Венеция», купили за 30.000.

Первые месяцы в Москве — были наполнены и поездками по знакомым, что уже обживали Столицу. Требовалось Им заявить, хе-хе, что вот, мы с Ириной ныне тоже здесь. Посещали моего бывшего нарколога в Лыткарино – Её из родного Кукуево перевёз сын Марк. Нанесли визит моей двоюродной тёте Тане, жившей с классным Борей на «Рязанке», — Она бухгалтер в аптеке, а Он – опер с Петровки. Посещали подругу моей мамы по ВУЗу — на Планерной, и тётенек из юности Ирины — на м. Площадь Ильича.

Сильно путался в метро. Пугался – тоже. :) Моя первая самостоятельная поездка по маршруту: «Бабушкинская – Кантемировская», с одной пересадкой, которой я опасался, как плешивого чёрта. Ехал на собеседование, на работу в сериал.

Как-то приехал на Октябрьскую – по прямой, и не смог найти нужный выход на улицу. Звонки Ирине не помогали:

— Иди в центр зала, там выйдешь, — советовала Ирина.

— Я в центре зала, тут переход! Я его прошёл и снова попал сюда же! – истерил я.

В итоге я таки выбрался, а далее мне предстояло пройти до переулка на Полянке. Тупо по Б. Якиманке, тупо свернуть направо, и в тупик до упора. И сие тоже было – испытание, хотя я параллельно балдел, шагая в-одного по Москве.

Рис 5. Ирина с Юлей на Петровке, у «Барашки». 12 июля. Личный архив автора.

Тогда были кнопочные телефоны, а операторы в плане тарифов Москву и Подмосковье – разделяли. Связь – дорогая в целом, лимитированные пакеты были только у юрлиц. Поэтому мы, чуть годя после приезда, — стали оформлять корпоративные симки, как себе, так и знакомым, — благо они давались бесплатно, платишь за подключение и дальнейший трафик.

Адаптация к Столице у меня заняла 1 год. Я привыкал к метро – схеме передвижения в нём. По факту же схема проста: кольцо + радиальные линии. То же самое, кстати, с автомобильными дорогами: 4 кольца – Бульварное, Садовое, ТТК и МКАД, — а от оных – прямые лучи шоссе.

Позже появились МЦК, МЦД, какие-то новые развязки на дорогах… Существующие линии метро стали объединять и удлинять.

Когда я понаехал, то максимальной конечной станцией на «красной ветке» была Юго-Западная. Позже открыли м. Тропарёво. А сегодня, в 2024-м, линия протянулась аж к Коммунарке, и в планах построить метро до г. Троицка…

Я помню то метро:

Куда проходили без билета, лихо прыгая через турникет. Я не прыгал, но мысли мелькали.

Где не было ментов и контролёров с камерами. А по чужому проездному или социальному можно ездить вечно.

Как вагоны обклеены бумажными объявлениями о всякой херне: услуги, продажи, обмен.

Моя память о старом добром московском метро, к которому я волею судьбы – смог прикоснуться. И сегодня с превосходством смотрю на тех, кто такое метро не познал.

Расписались с Ириной одним днём, через полгода после наезда в Нерезиновку. Не было ни гостей, ни торжеств, ни дежурных букетиков. Если жениться в Москве, то только в Тверском Загсе! Орган в 10 минутах пешком от м. Белорусская, куда после росписи мы добежали, и проехали до Павелецкой, там на поезд Москва-Волгоград.

Решение о свадьбе было спонтанным, и сие было моё решение.

Рис. 6. Отель «Рэдисон Блю». Имеритинка.

У нас с Ириной всё и всегда – спонтанно. Мы никогда и ничего не планировали. Даже большие краеугольные вещи – спонтанны, будь то покупка жилья или релокация. Собственно, приезд на ПМЖ в Нерезиновку – тоже был спонтанен, хотя и стратегически желаем. Как у Ангелова, так и у Ангеловой.

В Волгоград мотались 3-4 раза в год, в среднем. У Ирины там были мама и свой коттедж. Дом 10 лет не могли сбагрить в силу определённых препятствий. Но, как только настало «то самое время», дом был продан, вопреки препятствиям. Что наглядно доказывает, — всё происходит тогда, когда должно произойти. Я до сих пор считаю продажу дома – чудом.

Волгоград – родной город Ирины, он меня — поразил и очаровал. Кстати, свой родной город я ненавижу, с Ним связаны нехорошие воспоминания. У Ирины аналогично к Волгограду.

Я умилялся, что можно кушать груши и абрикосы, вот прямо срывая их с веток. И виноград, чья лоза опутала часть садика при доме. Такое из Сибири смотрелось сказкой.

– Ты была здесь раньше?

— Не-а…

— Ты чего, совсем! Как можно тут пробыть жизнь и не побывать!?

Примерно такой диалог случился между мной и Ириной, когда мы посетили музей ВОВ «Панорама». Ирине любая история — неинтересна.

В «Панораме» видел мельницу, единственное уцелевшее здание в Сталинграде. И танки, и БТР, и пушки, и военные грузовики.  Помимо данной экспозиции на воздухе – внутренние залы с оружием, формой, приспособами фронтовиков, — это первый этаж.

На втором этаже круглой формы здания музея – Зал с собственно панорамой. По стенам фрески с ключевыми событиями войны, которые плавно вливаются друг в дружку. Создаётся непрерывная атмосфера войны, по замыкающемуся кругу. Шикарная новация!

Мне нравился чудесный для моей сибирской кожи, южный воздух. А ещё, как говаривал Анатолий Иванович – родственник Ирины:

— В Волгограде самые красивые девушки.

Ахах.

Рис. 7. Рядом с красивой девушкой, Волгоград. Центральный парк (ЦПК).

Я побывал на «Мамаевом кургане», воочию наблюдая Родину-мать и иные мемориалы комплекса.  Прошёлся по Аллее героев, где растёт дуб, изрешечённый пулями. Потрогал «Дом Павлова», — когда я рассказывал сибирским школьникам о войне 1939-1945 гг., то думал — это частный дом, но по факту «Дом Павлова» — это четырёхэтажка, а сегодня – кусок кирпичной стены как уцелевшая руина. Сие прямо-таки зацепило самолюбие бывшего учителя истории.

Слушал рассказы бабушки Ирины, как Она ребёнком, пряталась в подвалах от бомбёжек и артобстрелов. Как спала на трупах, и как Им привозили американскую тушёнку по Ленд-лизу. 1942 год.

А в 2022-м, Гитлер сидел у себя в бункере и слушал доклады своих генералов:

 «…— Русские бомбят Украину, мой фюрер!

— И зачем?

— Хотят принести русский мир.

— Гениально, сука. Бомбить, чтобы принести мир… А ещё меня фашистом, сука, называют…» (с) Бэд Комедиан.