Читаем Морской прибой (СИ) онлайн бесплатно

Свежий утренний бриз вскочил на пирс, пробежался по скользким от влаги брусьям и метнулся вдоль берега. Он столкнулся с продавцами, только-только открывающим свои лавки, разбросал оставленные со вчера рыбьи косточки, которые неравнодушные рыбаки бросали крутящимся поблизости кошкам, зацепился за газеты мальчонки-почтальона, чем заслужил с его стороны недовольные выкрики, и, преодолев еще несколько метров, запутался в черных волосах молодого юноши в капитанском камзоле.

Дейр не обратил на ветер ни малейшего внимания. Вернее, обратил, но лишь исключительно свое, морское. Погода сегодня хорошая, ясная. И ветер хорош. Проблем в пути не будет.

Он с гордостью оглядел стоящий вдалеке фрегат. Его мачты чернели на фоне пронзительно яркого неба, а сложенные паруса трепыхались, как крылья готовой к полету птицы. Лио ни мгновения не сомневался в своем корабле. «Хамелеон» не раз вытаскивал его из самых сложных штормов. Несмотря на то, что некогда он принадлежал вражескому альянсу.

Дейр еще несколько минут наблюдал, как мечутся по пирсу, сгибаясь от тяжести грузов, его матросы, и направился в сторону судна, гордо подняв голову. Сегодня — важный день. Союз с соседним королевством трещит по швам, а враги наступают. И с дипломатической миссией к союзникам отправили не абы кого, а самого принца. Лио с детства обучался морскому делу, тянулась душа к морю, ничего уж не сделаешь. А после гибели сестры волны и бриз стали лучшими его слушателями. Не считая самого «Хамелеона», безусловно.

Старый друг встретил Дейра скрипом палубы и приятным покачиванием. Матросы затаскивали мешки с провиантом и подарками соседнему королевству в трюм. Рядом, размахивая руками и громко ругаясь, правил их работу мичман. В зубах он зажимал трубку, из которой уже не дым валил, а настоящий огонь.

— Алистер, — грубо окликнул его Лио.

Тот мигом отвлекся от матросов и подковылял к Дейру.

— Да, капитан.

— Все готово?

— Почти, капитан. Еще буквально пару минут, эти кособокие доделают свое дело и можно будет отчаливать.

— Хорошо. — Дейр без предупреждения схватил трубку Алистера и вышвырнул за борт. — И что я говорил по поводу этой твоей… дряни? Хочешь спалить корабль?

Ал мотнул головой, но Лио в его глазах увидел язвительное: «Да лучше б эта чужеземная посудина сгорела к чертям». Многие недолюбливали «Хамелеона» за его, так скажем, происхождение. Но Дейр считал это его главным преимуществом. На Канноре не росло таких деревьев, да и в целом судостроение не было заточено на подобные модели. Это выделяло «Хамелеон» на фоне каннорских фрегатов. И закрепило Лио в роли его бессменного капитана — никто больше не мог совладать с нетипичным характером корабля.

Пока завершались дела на палубе, Дейр спустился в свою каюту. Родные темные стены зацепили в душе что-то, чего Лио не мог испытать на суше. Он любит море. Он любит свой корабль. И он бы сказал, что любит больше своего королевства, но суровый взгляд короля с портрета на стене прожигал насквозь.

— Не гляди на меня так, отец, — недовольно заметил принц и подошел к столу с уже разложенной картой. — Я знаю, о чем ты думаешь. «Я уже стар, сынок, а ты единственный мой наследник!», — спародировал старческий голос Дейр. — «Ты же знаешь порядок, будущая королева должна получить мое благословение. Столько красавиц желают разделить с тобой жизнь. Неужели тебе ни одна не мила?»

А Дейру и не мила. Его единственная любовь — море. Вот если бы красавица вышла к нему из пучины, одетая в платье из лазурной волны, с кожей цвета пены и прядями из лунной дороги…

— Да только не бывает таких на свете, — качнул головой юноша и склонился над картой, чтобы проверить маршрут. Будет горько, если они заблудятся на полпути. Сегодня море к ним благосклонно, но завтра может и разгневаться на людей, посмевших рассекать его гладь острым килем.

Но если все сладится, то завтра «Хамелеон» уже будет в порту Ляра, и Дейр и его команда не пострадают. Если все сладится…

***

— Скорее, Ева! Если отец узнает, что я покинула дворец накануне шторма, он снова запрет меня на целую неделю!

Ева, милая рыжеватая рыбка с поврежденным хищниками плавником усерднее забила хвостом из стороны в сторону. Несмотря на давнюю рану, плавала она ой как быстро — Вирджиния едва поспевала. Хотя ее-то хвост явно побольше будет.

Море начинало волноваться. Вирджи знала его как свои пять пальцев, но ее до сих пор поражало, как стихия порой непредсказуема. Еще утром ласково светило солнышко и дул легкий ветерок. А сейчас налетел такой ветрище, что даже под водой дрожь пробирала. Можно было, конечно, и пониже опуститься, но…

Но Вирджи же упрямая!

Солнце окончательно скрылось за тучами, и прекрасные блики на кремовой чешуе русалки пропали. Ева оглянулась на пару секунд и продолжила движение. Вирджи прижала руки к бокам и позволила течению бить в лицо. Интересно, а люди подставляют лицо воздуху, когда… ну, быстро плывут по суше с помощью ног? Вирджиния вообще мало знала о людях. Отец не разрешал приближаться к ним. Говорил, они отравляют море, вылавливают рыбу, даже убивают русалок.

«Они сгубили твоего младшего брата, Вирджиния», — говорил он каждый день вместо «здравствуй» и «прощай».

«Его сгубили твои запреты», — отвечала ему Вирджи вместо «и тебе, папочка».

И она была права — а как иначе? Брат не поплыл бы к ведьме, если бы отец не грозился выколоть ему глаза, чтобы на людей не смотрел. После исчезновения сына, морской король присмирел, но дочь поучать не переставал.

— Старый дурак, — фыркнула под нос Вирджи и врезалась в замешкавшуюся Еву. — Ай! Что случилось?

Рыбка в панике закрутилась на месте и вдруг уставилась вперед и чуть вверх. Вирджиния проследила за ее взглядом. Наверху, где море уже разбушевалось не на шутку, темнело черное дно… корабля!

— Там человеческий корабль! — пораженно ахнула Вирджи.

Она часто видела корабли, но редко они стояли на месте, плавали они довольно-таки быстро, а к порту близко не подплывешь. А этот еще и был какой-то странный, большой, непонятной формы…

— Он накренился! — закрыла ладонями рот русалка. — Он же, наверное, сейчас сюда спустится! Прямо в море!

Но корабль не спускался. Вернее, спускался, но частями — на дно падали вытянутые черные куски, железки и много-много предметов, которые Вирджиния еще никогда не видела.

— Поплыли посмотрим ближе, что там! — махнула хвостом она и направилась прямо к кораблю.

Ева недовольно взбаламутила воду плавниками, но припустила следом. Она тоже любопытная. Вирджи бы иначе с ней не дружила. С ней только такие же пытливые дружить и могут…

Сверху медленно опускались большие обломки корабля, но Вирджинии ничего не стоило увернуться от каждого. Вещи потяжелее — мешки, русалка помнила, как их называли люди — падали быстрее. Вирджи попробовала поймать один, но он потянул ее ниже.

— Потом опущусь на дно и посмотрю, что там, — решила для себя она и огляделась в поисках чего-нибудь интересного, но не такого тяжелого.

И нашла. На свою голову.

— Ева, там человек!

Она выбросила вперед руку и уставилась на темную человеческую фигурку, неспешно рассекающую толщу воды. Руки и ноги человека безвольно болтались, а сам он не предпринимал никаких попыток, чтобы приблизиться к поверхности. Но люди же не могут дышать под водой!

— Он задохнется! — не на шутку перепугалась Вирджиния и рванула прямо к моряку.

В считанные секунды она настигла цели, схватила человека за руки и потянула наверх. Глаза его были закрыты, но кожа, даже под водой, оставалась теплой. Живой. Должен быть!

Вирджи вынырнула на поверхность, но ее тут же захлестнула волна. Шторм неистовствовал, мотал остатки корабля из стороны в стороны, ветер драл остатки парусов, как туманную пелену. Вирджи сквозь силу вытащила человека на воздух хоть на пару мгновений. Но тот не успел вдохнуть — их вновь захлестнула стихия.

— Ну давай же! — разочарованно простонала Вирджиния и устремилась куда-нибудь подальше от опасных обломков.

Впереди была пара островов — о скалу рядом с одним из них, видимо, корабль и пробил себе дно. А потом шторм опрокинул судно на бок и… Вирджиния понятия не имела, как именно тонут корабли! Но она представляла, как тонут люди. И если она сейчас же не вытащит этого человека…

Волна отбросила ее с намеченного курса, а человека вновь с головой скрыла вода.

— Да что ты себе позволяешь! — ударила хвостом русалка и крепче схватила холодеющего обожеморской моряка за руки. — Я — дочь морского царя! А ты — море! И ты смеешь мешать мне! Ты обязано помочь, даже если это существо — не твое порождение. Я хочу спасти его! Это приказ!

Над головой раздался пугающий гул. Воды стало словно меньше. Вирджиния обернулась — и в это мгновение ее подтолкнула огромная волна, несущаяся в сторону островов…

***

Тепло ласкало измученную кожу. Давние раны саднила соль. Руки кололи острые камни.

Камни…

Дейр с трудом продрал глаза. Над ним простиралось чистое небо без единого облака. Словно и не было никакого губительного шторма, бросившего «Хамелеона» на скалы.

А может, и не было?

Лио приподнялся на локтях. И тут же закашлялся, освобождая легкие и желудок от лишней воды. Ее и правда было слишком мало для того, кто потерпел кораблекрушение и остался без спасательной шлюпки.

Но если крушения не было, почему тогда Дейр на незнакомом каменистом пляже? Где корабль и команда? Почему он наверняка помнит, как рухнул в воду, вдохнул, не подумав, и легкие обожгла ледяная вода?

А еще помнит… руки. И голос. Твердый, командный, как у знающего свое дело командира. Но при этом мелодичный и — да, именно! женский.

— Что произошло? — хрипло произнес он, с трудом поднимаясь на ноги. Все тело трясло от холода и ударов, но ран, кажется, не было. — Меня спасли?

Принц взглянул на спокойное ныне море. Рябь на безупречной поверхности едва шелестела, но Дейр не мог разобрать в этом шелесте слов. На горизонте чернело несколько небольших островов. Очевидно, на них и налетел «Хамелеон». Хотя Лио сверялся с картой. Они должны были успешно обойти скалы вокруг Лярских берегов. Но шторм набросился так внезапно… Словно некая невидимая сила стремилась потопить их. И Дейр так стремился спасти своих матросов, что не заметил, как шлюпок не осталось, а волны поднялись к палубе.

И капитан должен был пойти ко дну с кораблем.

Но кто же спас его? Чей был тот голос?

— Словно некий морской дух, — шепнул сам себе Лио и подошел к кромке воды. Волны ласково коснулись его потрепанных сапог. Дейр опустился на корточки и коснулся невесомой пены. — Морская богиня…

Или же просто прекрасный образ, явившийся на грани жизни и смерти?

Он поднял взгляд на море, но море не отвечало ему. Загадочное и глубокое, а потому настолько манящее. Что только ни скрывает оно, какие только создания не населяют его просторы. И, возможно, среди них есть и она?

— Будет ли у меня еще шанс повстречать тебя? — спросил Дейр в надежде, что прекрасная незнакомка, если она существует где-то в голубых глубинах, услышит его. — И поблагодарить как подобает принцу? Пригласить в королевский дворец, узнать тебя… Или же просто услышать тебя вновь.

И в шуме волн, в шепоте ветра ему вдруг показалось… Нет, вероятно, просто обман слуха… Или же…

— Принц! — раздалось с той стороны берега, и Дейр мигом поднялся на ноги. К нему мчалось не менее дюжины людей. Очевидно, из свиты Лярской королевы.

Он в последний раз попытался найти глазами хоть тень своей спасительницы, но, так и не достигнув успеха, поспешил навстречу перепуганной толпе.

***

— Я все еще не уверена, что поступаю правильно, Ева, — качнула головой Вирджиния, не сводя взгляда с чернильно-черного входа в пещеру.

Ева покрутилась вокруг и отплыла чуть назад.

— Ты права, отцу не понравится. Но… — Вирджи взглянула на рыбку. — Но если я не попытаюсь, то всю жизнь буду жалеть! Ты же видела его. Он… Его кожа такая белая, а волосы такие мягкие. И он выглядел таким, таким…

Русалка прикрыла глаза — и под закрытыми веками вновь возникал образ спасенного человека. Его сильные руки, длинные пальцы коснувшиеся воды — как же Вирджи хотела, чтобы они касались ее щеки!.. Его плечи, тело, ноги. Но то, что забыть Вирджиния не могла — это его глаза. Его полный тоски взгляд, обращенный к морю, и сверкающая молниями синева.

От воспоминаний о принце что-то сжималось в груди и тянуло там, где кончается кожа и начинается чешуя, словно живот наполняла стайка крошечных рыбок и щекотала все внутри своими плавничками!.. Вирджиния мечтала, чтобы это чувство никогда не проходило — мечтала, мечтала, мечтала… Но чем дольше она думала о принце, тем тяжелее становилось на душе.

Он ведь так и останется ее мечтой.

Если Вирджиния ничего не предпримет.

Именно поэтому она, бросив на Еву долгий взгляд, махнула хвостом и направилась прямо в пещеру.

Свет солнца сюда почти не проникал, и Вирджиния двигалась медленно, вытянув вперед руки. Иногда ей казалось, что слева, справа, снизу и даже над головой что-то шелестит плавниками…

«Это просто водоросли», — убедила себя Вирджи и упрямо продолжила плыть.

Становилось холоднее. Вода здесь оказалась не такой, как в остальном море. У нее не было иного вкуса, но что-то определенно становилось по-другому. И у Вирджинии от подобных перемен чешуя вставала дыбом.

Наконец, начало светлеть. Вирджи заволновалась, что просто проплыла через темный тоннель, но свет не походил на дневной. Он вспыхивал, переливался, отбрасывал на камни сизые отблески и пробирал насквозь, как холод, до самых косточек.

Русалка сглотнула, обернулась, но, не увидев за собой испугавшуюся все-таки Еву, поджала хвост.

— Простите? — крикнула она в пустоту.

Свет перестал мерцать на несколько секунд, как если бы то, что его загораживало, остановилось и прислушалось.

— Да-да, дитя? — послышался в ответ вкрадчивый женский голос. — Подплыви ближе.

Вирджиния на свой страх и риск преодолела последний поворот и едва сдержала крик. Путь ей перегораживало огромное, склизкое черное щупальце!

— А ты, я гляжу, не из пугливых, — довольно продолжил голос. — Обычно все, лишь завидев меня, сразу пускаются наутек.

Щупальце медленно опустилось, и Вирджи увидела его обладательницу. Вполне милая русалка средних лет с ухоженными черными локонами и тонкой шеей. Да, обычная русалка.

Если не считать, что вместо хвоста у нее дюжина огроменных щупалец, как у гигантского кальмара.

Конечности ведьмы заполняли все пространство пещеры. Русалка постоянно шевелила ими — щупальца касались многочисленных сосудов и ракушек на полках, выбирали нужное и несли в центр, к небольшому углублению, варево в котором и излучало синевато-серый свет.

— Я не трусиха, — уверенно сказала Вирджи, то ли для себя, то ли для русалки, и продвинулась глубже в пещеру. — А вы вед…?