<p>Николай Алексеевич Некрасов</p><p>Мороз, Красный нос</p>© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025
* * *<p>Зелёный шум</p>Идёт-гудёт Зелёный Шум[1],Зелёный Шум, весенний шум!Играючи, расходитсяВдруг ветер верховой:Качнёт кусты ольховые,Подымет пыль цветочную,Как облако, – всё зелено,И воздух, и вода!Идёт-гудёт Зелёный Шум,Зелёный Шум, весенний шум!Скромна моя хозяюшкаНаталья Патрикеевна,Водой не замутит!Да с ней беда случилася,Как лето жил я в Питере…Сама сказала, глупая,Типун ей на язык!В избе сам-друг с обманщицейЗима нас заперла,В мои глаза суровыеГлядит, – молчит жена.Молчу… а дума лютаяПокоя не даёт:Убить… так жаль сердечную!Стерпеть – так силы нет!А тут зима косматаяРевёт и день и ночь:«Убей, убей изменницу!Злодея изведи!Не то весь век промаешься,Ни днём, ни долгой ноченькойПокоя не найдёшь.В глаза твои бесстыжиеСоседи наплюют!..»Под песню-вьюгу зимнююОкрепла дума лютая —Припас я вострый нож…Да вдруг весна подкралася…Идёт-гудёт Зелёный Шум,Зелёный Шум, весенний шум!Как молоком облитые,Стоят сады вишнёвые,Тихохонько шумят;Пригреты тёплым солнышком,Шумят повеселелыеСосновые леса;А рядом новой зеленьюЛепечут песню новуюИ липа бледнолистая,И белая берёзонькаС зелёною косой!Шумит тростинка малая,Шумит высокий клён…Шумят они по-новому,По-новому, весеннему…Идёт-гудёт Зелёный Шум,Зелёный Шум, весенний шум!Слабеет дума лютая,Нож валится из рук,И всё мне песня слышитсяОдна – в лесу, в лугу:«Люби, покуда любится,Терпи, покуда терпится,Прощай, пока прощается,И – бог тебе судья!»<p>Перед дождём</p>![]()
Заунывный ветер гонитСтаю туч на край небес.Ель надломленная стонет,Глухо шепчет тёмный лес.На ручей, рябой и пёстрый,За листком летит листок,И струёй сухой и остройНабегает холодок.Полумрак на всё ложится;Налетев со всех сторон,С криком в воздухе кружитсяСтая галок и ворон.Над проезжей таратайкойСпущен верх, перёд закрыт;И «пошёл!» – привстав с нагайкой,Ямщику жандарм кричит…<p>Песня Ерёмушке</p>«Стой, ямщик! жара несносная,Дальше ехать не могу!»Вишь, пора-то сенокосная —Вся деревня на лугу.У двора у постоялогоТолько нянюшка сидит,Закачав ребёнка малого,И сама почти что спит;Через силу тянет песенкуДа, зевая, крестит рот.Сел я рядом с ней на лесенку;Няня дремлет и поёт:«Ниже тоненькой былиночкиНадо голову клонить,Чтоб на свете сиротиночкеБеспечально век прожить.Сила ломит и соломушку —Поклонись пониже ей,Чтобы старшие ЕрёмушкуВ люди вывели скорей.В люди выдешь, всё с вельможамиБудешь дружество водить,С молодицами пригожимиШутки вольные шутить.И привольная и празднаяЖизнь покатится шутя…»Эка песня безобразная!«Няня! дай-ка мне дитя!»«На, родной! да ты откудова?»«Я проезжий, городской».«Покачай; а я покудоваПодремлю… да песню спой!»«Как не спеть! спою, родимая,Только, знаешь, не твою.У меня своя, любимая…Баю-баюшки, баю!В пошлой лени усыпляющийПошлых жизни мудрецов,Будь он проклят, растлевающийПошлый опыт – ум глупцов!В нас под кровлею отеческойНе запало ни одноЖизни чистой, человеческойПлодотворное зерно.Будь счастливей! Силу новуюБлагородных юных днейВ форму старую, готовуюНеобдуманно не лей!Жизни вольным впечатлениямДушу вольную отдай,Человеческим стремлениямВ ней проснуться не мешай.Возлюби их! на служениеИм отдайся до конца!Нет прекрасней назначения,Лучезарней нет венца.Будешь редкое явление,Чудо родины своей;Не холопское терпениеПринесёшь ты в жертву ей:Необузданную, дикуюК угнетателям враждуИ доверенность великуюК бескорыстному труду.С этой ненавистью правою,С этой верою святойНад неправдою лукавоюГрянешь божьею грозой…И тогда-то…» – Вдруг проснулосяИ заплакало дитя.Няня быстро встрепенуласяИ взяла его, крестя.«Покормись, родимый, грудкою!Сыт?.. Ну, баюшки-баю!»И запела над малюткоюСнова песенку свою…<p>Дедушка Мазай и зайцы</p>![]()
IВ августе, около Малых Вежей,С старым Мазаем я бил дупелей.Как-то особенно тихо вдруг стало,На́ небе солнце сквозь тучу играло.Тучка была небольшая на нём,А разразилась жестоким дождём!Прямы и светлы, как прутья стальные,В землю вонзались струи дождевыеС силой стремительной… Я и Мазай,Мокрые, скрылись в какой-то сарай.Дети, я вам расскажу про Мазая.Каждое лето домой приезжая,Я по неделе гощу у него.Нравится мне деревенька его:Летом её убирая красиво,Исстари хмель в ней родится на диво,Вся она тонет в зелёных садах;Домики в ней на высоких столбах(Всю эту местность вода понимает,Так что деревня весною всплывает,Словно Венеция). Старый МазайЛюбит до страсти свой низменный край.Вдов он, бездетен, имеет лишь внука,Торной дорогой ходить ему – скука!За́ сорок вёрст в Кострому прямикомСбегать лесами ему нипочём:«Лес не дорога: по птице, по зверюВыпалить можно». – А леший? – «Не верю!Раз в кураже я их звал-поджидалЦелую ночь, – никого не видал!За день грибов насбираешь корзину,Ешь мимоходом бруснику, малину;Вечером пеночка нежно поёт,Словно как в бочку пустую удодУхает; сыч разлетается к ночи,Рожки точёны, рисованы очи.Ночью… ну, ночью робел я и сам:Очень уж тихо в лесу по ночам.Тихо, как в церкви, когда отслужилиСлужбу и накрепко дверь затворили,Разве какая сосна заскрипит,Словно старуха во сне проворчит…»Дня не проводит Мазай без охоты.Жил бы он славно, не знал бы заботы,Кабы не стали глаза изменять:Начал частенько Мазай пуделять.Впрочем, в отчаянье он не приходит:Выпалит дедушка – заяц уходит,Дедушка пальцем косому грозит:«Врёшь – упадёшь!» – добродушно кричит.Знает он много рассказов забавныхПро деревенских охотников славных:Кузя сломал у ружьишка курок,Спичек таскает с собой коробок,Сядет за кустом – тетерю подманит,Спичку к затравке приложит – и грянет!Ходит с ружьишком другой зверолов,Носит с собою горшок угольков.«Что ты таскаешь горшок с угольками?» —Больно, родимый, я зябок руками;Ежели зайца теперь сослежу,Прежде я сяду, ружьё положу,Над уголёчками руки погрею,Да уж потом и палю по злодею! —«Вот так охотник!» – Мазай прибавлял.Я, признаюсь, от души хохотал.Впрочем, милей анекдотов крестьянских(Чем они хуже, однако, дворянских?)Я от Мазая рассказы слыхал.Дети, для вас я один записал…II 
