Читаем Мороз и морозец онлайн бесплатно
Жили-были кот, дрозд да петушок — золотой гребешок. Жили они в лесу, в избушке. Кот да дрозд ходят в лес дрова рубить, а петушка одного оставляют.
Уходят — строго наказывают:
— Мы пойдём далеко, а ты оставайся домовничать да голоса не подавай, когда придёт лиса, в окошко не выглядывай.
Проведала лиса, что кота и дрозда дома нет, прибежала к избушке, села под окошко и запела:
Петушок и выставил головку в окошко. Лиса схватила его в когти, понесла в свою нору.
Закричал петушок:
Кот и дрозд услыхали, бросились в погоню и отняли у лисы петушка.
В другой раз кот и дрозд пошли в лес дрова рубить и опять наказывают:
— Ну, теперь, петух, не выглядывай в окошко, мы ещё дальше пойдём, не услышим твоего голоса.
Они ушли, а лиса опять прибежала к избушке и запела:
Петушок сидит помалкивает. А лиса опять:
Петушок и выставил головку в окошко:
— Ко-ко-ко! Как — не дают?!
Лиса схватила его в когти, понесла в свою нору. Закричал петушок::
Кот и дрозд услыхали, бросились в погоню. Кот бежит; дрозд летит… Догнали лису — кот дерёт, дрозд клюёт… И отняли петушка.
Долго ли, коротко ли — опять собрались кот да дрозд в лес дрова рубить. Уходя, строго-настрого наказывают петушку:
— Не слушай лисы, не выглядывай в окошко, мы ещё дальше уйдём, не услышим твоего голоса.
И пошли кот да дрозд далеко в лес дрова рубить. А лиса тут как тут — села под окошко и поёт:
Петушок сидит помалкивает. А лиса опять,
Петушок всё помалкивает. А лиса опять:
Петушок и выставил головку в окошко:
— Ко-ко-ко! Как — не дают?!
Лиса схватила его в когти и понесла в свою нору, за тёмные леса, за быстрые реки, за высокие горы…
Сколько петушок ни кричал, ни звал, кот и дрозд не услышали его. А когда вернулись домой, петушка-то нет.
Побежали кот и дрозд по Лисицыным следам. Кот бежит, дрозд летит… Прибежали к лисицыной норе. Кот настроил гусельцы и давай натренькивать:
Лисица слушала, слушала и думает: «Дай-ка посмотрю, кто это так хорошо на гуслях играет, сладко напевает».
Взяла да и вылезла из норы. Кот и дрозд её схватили и давай бить-колотить. Едва лиса ноги унесла.
Взяли они петушка, посадили в лукошко и принесли домой.
И с тех пор стали жить да быть, да и теперь живут.
Жили-были муж да жена. Была у них дочка Машенька да сын Ванюшка. Вот раз собрались отец с матерью в город и говорят Маше:
— Ну, дочка, будь умница: никуда не уходи, береги братца. А мы вам с базара гостинцев привезём.
Вот отец с матерью уехали, а Маша посадила братца на травку под окном и побежала на улицу, к подружкам.
Вдруг, откуда ни возьмись, налетели гуси-лебеди, подхватили Ванюшку, посадили на крылья и унесли.
Вернулась Маша, глядь — братца нету!
Ахнула она, кинулась туда, сюда — нигде Ванюшки не видно. Кликала она, кликала — братец не откликается. Стала Маша плакать, да слезами горю не поможешь. Сама виновата, сама и найти братца должна.
Выбежала Маша в чистое поле, глянула по сторонам. Видит — метнулись вдалеке гуси-лебеди и пропали за тёмным лесом.
Догадалась Маша, что это они унесли её братца, и бросилась догонять их.
Бежала, бежала, видит — стоит в поле печка. Подбежала Маша к ней:
— Печка, печка, скажи, куда гуси-лебеди полетели?
— Подбрось в меня дровец, — говорит печка, — тогда скажу!
Маша скорее дровец нарубила, в печку подбросила. Печка сказала, в какую сторону бежать.
Побежала Маша дальше.
Видит — стоит яблоня, вся румяными яблочками увешана, ветки до самой земли склонились. Маша к ней:
— Яблонька, яблонька, скажи, куда гуси-лебеди полетели?
— Стрясёшь мои яблочки, — скажу, куда гуси-лебеди полетели.
Стрясла Маша яблоки, яблоня ветки подняла, листики расправила, Маше дорогу показала:.
Бежит Маша дальше и видит: течёт молочная речка — кисельные берега. Маша к ней:
— Молочная речка — кисельные берега, куда гуси-лебеди полетели?
— Упал в меня камень, — отвечает речка. — Сдвинь его в сторону — тогда скажу, куда гуси-лебеди полетели.
Поднатужилась Маша, сдвинула камень. Зажурчала речка, сказала Маше, куда ей бежать, где гусей-лебедей искать.
Бежала, бежала Маша и прибежала к дремучему лесу. Стоит на опушке и не знает, куда теперь идти, что делать. Смотрит — сидит под пеньком ёж.
— Ёжик, ёжик, — спрашивает Маша, — не видал ли ты, куда гуси-лебеди полетели?
Ёжик говорит:
— Куда я покачусь, туда и ты иди!
Свернулся он клубочком и покатился между ёлками, между берёзками. Катился, катился и прикатился к избушке на курьих ножках. Смотрит Маша — сидит в той избушке баба-яга, пряжу прядёт. А Ванюшка возле крылечка золотыми яблочками играет.
Подкралась Маша тихонько к избушке, схватила братца и побежала домой.
Немного спустя глянула баба яга в окно: нету мальчика! Кликнула она гусей-лебедей:
— Скорей, гуси-лебеди, летите в погоню!
Взвились гуси-лебеди, закричали, полетели.
А Маша бежит, несет братца, ног под собой не чует. Глянула назад — увидела гусей-лебедей… Что делать? Побежала она к молочной речке — кисельным берегам. А гуси-лебеди кричат, крыльями хлопают, нагоняют её…
— Речка, речка, — просит Маша, — спрячь меня!
Речка посадила её с братцем под крутой бережок, от гусей-лебедей спрятала.
Гуси-лебеди Машу не увидали, мимо пролетели.
Вышла Маша из-под крутого бережка, поблагодарила речку и опять побежала.
А гуси-лебеди заметили её — воротились, летят навстречу.
Подбежала Маша к яблоне:
— Яблонька, яблонька, спрячь меня!
Яблонька заслонила её веточками, прикрыла листочками. Гуси-лебеди покружились, покружились, не нашли Машу и Ванюшку и пролетели мимо.
Вышла Маша из-под яблони, поблагодарила её и опять пустилась бежать.
Бежит она, несёт братца, уж недалеко и до дому… Да, на беду, гуси-лебеди снова увидали её — и ну за ней! Гогочут, налетают, крыльями над самой головой машут, — того и гляди, Ванюшку из рук вырвут… Хорошо, что печка рядом. Маша к ней:
— Печка, печка, спрячь меня!
Печка её спрятала, заслонкой закрыла.
Гуси-лебеди к печке подлетели, давай заслонку открывать, да не тут-то было. Сунулись они в трубу, да в печку не попали, только крылья сажей вымазали. Покружились они, покружились, покричали, покричали, да так ни с чем и вернулись к бабе-яге…
А Маша с Ванюшкой вылезла из печки и пустилась домой во весь дух.
Прибежала домой, умыла братца, причесала, посадила на лавочку, сама рядом с ним села.
Скоро и отец с матерью вернулись из города, гостинцы привезли.
Шёл дед лесом, а за ним бежала собачка. Шёл дед, шёл, да и обронил рукавичку.
Вот бежит мышка, влезла в эту рукавичку и говорит:
— Тут я буду жить.
А в это время лягушка — прыг-прыг! — спрашивает:
— Кто, кто в рукавичке живёт?
— Мышка-поскребушка. А ты кто?
— А я лягушка-попрыгушка. Пусти и меня!
— Иди.
Вот их уже двое. Бежит зайчик. Подбежал к рукавичке и спрашивает:
— Кто, кто в рукавичке живёт?
— Мышка-поскребушка, лягушка-попрыгушка. А ты кто?
— А я зайчик-побегайчик. Пустите и меня!
— Иди.
Вот их уже трое. Бежит лисичка:
— Кто, кто в рукавичке живёт?
— Мышка-поскребушка, лягушка-попрыгушка да зайчик-побегайчик. А ты кто?
— А я лисичка-сестричка. Пустите и меня!
Вот их уже четверо сидят. Глядь, бежит волчок — и тоже к рукавичке, да и спрашивает:
— Кто, кто в рукавичке живёт?
— Мышка-поскребушка, лягушка-попрыгушка, зайчик-побегайчик да лисичка-сестричка. А ты кто?
— А я волчок — серый бочок. Пустите и меня!
— Ну уж иди!
Влез и этот, стало их пятеро. Откуда ни возьмись, бредёт кабан:
— Хро-хро-хро, кто в рукавичке живёт?
— Мышка-поскребушка, лягушка-попрыгушка, зайчик-побегайчик, да волчок — серый бочок. А ты кто?
— А я кабан-клыкан. Пустите и меня!
Вот беда, всем в рукавичку охота!
— Тебе ведь и не влезть!
— Как-нибудь влезу, пустите!
— Ну что ж с тобой поделаешь, лезь!
Влез и этот. Уже их шестеро. И так им тесно, что не повернуться! А тут затрещали сучья — вылезает медведь и тоже к рукавичке подходит, ревёт:
— Кто, кто в рукавичке живёт?
— Мышка-поскребушка, лягушка-попрыгушка, зайчик-побегайчик, волчок — серый бочок да кабан-клыкан. А ты кто?
— Гу-гу-гу, вас тут многовато! А я медведюшка-батюшка. Пустите и меня!
— Как же мы тебя пустим? Ведь и так тесно.
— Да как-нибудь.
— Ну уж иди, только с краешку!
Влез и этот — семеро стало, да так тесно, что рукавичка, того и гляди, разорвётся.
А тем временем дед хватился — нету рукавички. Он тогда вернулся искать её. А собачка вперёд побежала. Бежала, бежала, смотрит — лежит рукавичка и пошевеливается. Собачка тогда:
— Гав-гав-гав!
Звери испугались, из рукавички вырвались — да врассыпную по лесу! Ну, дед пришёл и забрал рукавичку.
Жила-была бабка-старушка. Распахала она поле, посеяла на поле овёс. Славный вырос овёс — густой, высокий!
Пошла бабка раз на поле, свой овёс поглядеть. Видит — в овсе козёл бродит: ест овёс, мнёт овёс. Подбежала бабка и говорит:
— Вон, козёл, из овса! Вон, козёл, из овса!
А козёл не уходит.
— Не лезь, — говорит, — бабища-старушища! У меня глаза стеклянные, у меня рога золотые: как бодну, так и дух вон!
Нечего бабке делать: заплакала и пошла.
Навстречу ей медведь:
— Чего, бабка, горюешь?
Рассказала бабка свою беду — так и так:
— Как мне не горевать? Повадился в мой овёс козёл, и выгнать его нельзя!
— Ну, бабка, не горюй! Пойдём, я его выгоню! Пошли они к овсу, медведь и говорит:
— Вон, козёл, из овса! Вон, козёл, из овса! А козёл не уходит.
— Не лезь, медведь лохматый! У меня глаза стеклянные, у меня рога золотые: как бодну, так и дух вон!
Испугался медведь и убежал.
Пошла бабка и плачет.
Навстречу ей волк:
— Чего, бабка, плачешь?
Рассказала бабка волку свою беду — так и так:
— Как же мне не плакать? Повадился в мой овёс козёл, и выгнать его нельзя!
— Пойдём, бабка, я его выгоню!
— Где тебе выгнать — медведь и тот не выгнал!
— Ну пойдём, покажи мне козла.
Подошли к овсу, волк и говорит:
— Вон, козёл, из овса! Вон, козёл, из овса!
А козёл в ответ:
— Не лезь, волчище, драный хвостище! У меня глаза стеклянные, у меня рога золотые: как бодну, так и дух вон!
Волк испугался и убежал.
Пошла опять бабка и плачет.
Бежит лисица:
— О чём, бабка, плачешь?
Рассказала бабка свою беду и лисице — так и так:
— Как же мне не плакать? Повадился в мой овёс козёл, и не выгнать его: медведь выгонял — не выгнал, волк выгонял — не выгнал.
— Ну пойдём, я-то его выгоню!
Пошли к овсу, лисица и кричит::
— Вон, козёл, из овса! Вон, козёл, из овса!
А козёл не уходит:
— Не лезь, лиска, не подходи близко! У меня глаза стеклянные, у меня рога золотые: как бодну, так и дух вон!
Испугалась лисица и убежала.
Идёт бабка и опять плачет, опять горюет.
Скачет навстречу заяц:
— Чего, бабка, плачешь? О чём, бабка, горюешь?
Рассказала бабка и зайцу свою беду — так и так:
— Как же мне не плакать? Повадился в мой овёс козёл, а выгнать его никто не может: медведь выгонял — не выгнал, волк выгонял — не выгнал, лисица выгоняла— не выгнала:.
— Ну пойдём, бабка, я тебе помогу!
Пошли к овсу, заяц и говорит:
— Вон, козёл, из овса! Вон, козёл, из овса!
А козёл отвечает:
— Не лезь, зайчище, рваная губища! У меня глаза стеклянные, у меня рога золотые: как бодну, так и дух вон!
Испугался заяц и убежал.
Идёт бабка, заливается, плачет.
Летит пчела:
— О чём, бабка, плачешь?
Рассказала бабка свою беду и пчеле:
— Как же мне не плакать? Повадился в мой овёс козёл, и выгнать его нельзя.
— Пойдём, я его выгоню!
— Где тебе!.. Медведь выгонял — не выгнал, волк выгонял — не выгнал, лиса выгоняла — не выгнала, заяц выгонял — не выгнал. Где уж тебе, такой маленькой, его выгнать!
— Пойдём, бабка, покажи мне козла!
Привела бабка пчёлку к овсяному полю.
Вот пчёлка подлетела да как ужалит козла в нос!
Как заблеет козёл! Как побежит! И след простыл!
Перестал с тех пор козёл в бабкин овёс ходить. Стала бабка жить, да поживать, да добра наживать.
Жили старик со старухой. Было у них два сына. Старшего звали Тойво. Хороший он был, работящий, только уж очень хмурый. Никогда не засмеётся, никогда не запоёт, одно знает — трубку курит, дым пускает. Рыбу на озере ловит — молчит, сосну в лесу рубит — молчит, лыжи мастерит — молчит. За это его и прозвали Тойво-неулыба.
А младшего звали Матти. Хороший он был парень. Работает Матти — песни поёт, разговаривает — весело смеётся. Умел он и на гуслях-кантеле играть. Как начнёт струны пощипывать, как заиграет плясовую — никто на месте не устоит, у всех ноги сами собой в пляс идут. За это его все и звали Матти-весельчак.
Поехал раз Тойво в лес по дрова. Отвёл сани в сторону, выбрал хорошую сосну и давай рубить. Пошёл по лесу стук да треск.
А возле той сосны медвежья берлога была.
Проснулся хозяин-медведь:
— Это кто стучит? Кто мне спать не даёт?
Вылез из берлоги, глядит: парень сосну рубит, щепки из-под топора во все стороны летят!
Ух, рассердился медведь!
— Ты зачем в моём лесу стучишь, спать не даёшь? Зачем куришь-дымишь? Вон убирайся!
Да как встанет на дыбы, да как хватит Тойво лапой — только куртка затрещала.
Тойво от страха топор выронил, сам по снегу покатился, перекувырнулся, да прямо в сани и свалился.
Испугалась лошадь, дёрнула и понесла сани по сугробам, по пням, по полянам, да и вывезла Тойво из лесу. Вот оно как было.
Приехал Тойво домой — ни дров, ни топора, куртка разорвана и сам еле жив. Ну, да что поделаешь! А дрова-то нужны — печку топить нечем.
Собрался в лес Матти-весельчак. Взял топор да кантеле, сел в сани и поехал. Едет — играет и песню поёт.
