Читаем Морями теплыми омытая онлайн бесплатно

Республика Индонезия — государство, расположенное в Юго-Восточной Азии на Малайском (Индонезийском) архипелаге. Оно раскинулось по обе стороны экватора между азиатским и австралийским материками на протяжении примерно пяти тысяч километров с запада на восток и почти на две тысячи километров с севера на юг.

Индонезия занимает территорию 1904 тысячи квадратных километров и превышает Великобританию, Францию, Италию, Испанию, Португалию, Ирландию и Грецию, вместе взятые. В составе республики около трех тысяч островов.

Государственные границы республики преимущественно морские.

В связи с тем что Индонезия расположена в районе пересечения двух зон подвижности земной коры, здесь довольно часто наблюдается активная сейсмическая деятельность — извержения вулканов и землетрясения. В стране насчитывается до четырехсот вулканов (главным образом на Яве), в том числе около восьмидесяти действующих. Извержения вулканов приносят большие бедствия индонезийскому народу, сопровождаются гибелью людей, разрушением городов, сел, дорог, уничтожением посевов, лесов.

Индонезия не знает характерной для более высоких широт смены времен года. Здесь всегда солнце, продолжительность дня почти не изменяется. Разница между самым коротким и самым длинным днем в году составляет всего сорок восемь минут, а среднемесячная температура воздуха на протяжении года остается по стоянной, колеблясь в пределах 25,2—26,5 градуса. В столице республики — Джакарте — самая низкая среднемесячная температура бывает в январе и равняется 25,4 градуса, а самая высокая 26,5 градуса — в октябре.

Под знойными лучами тропического солнца происходит интенсивное испарение воды в морях и внутренних водоемах, поэтому в стране очень высокая влажность воздуха. На побережье после полудня жара становится просто невыносимой, давит духота, влажная одежда липнет к телу. Создается впечатление, будто человек в течение нескольких часов буквально парится в открытой бане. Если не принимать необходимых мер, то от такого чрезмерного обилия влаги сахар и соль растекаются, железные изделия ржавеют, а кожаные вещи быстро перепревают и гибнут.

Но такие климатические условия очень благоприятно сказываются на флоре и фауне страны. Европейского путешественника и туриста при посещении островов Индонезии поражает огромное разнообразие ее растительного мира, особенно в тропических лесах.

Древесных пород здесь насчитывается свыше двух тысяч, а различных цветковых растений известно около двадцати пяти тысяч видов. Под густыми сводами тропических лесов царствуют вечный полумрак и таинственное безмолвие.

В нашем понимании лес — это сплошные массы крон, которые высоко взлетели на стройных стволах вверх, а под ними — мшистая почва. В тропических лесах совсем другое. Здесь наряду с высокими деревьями растут и невысокие деревца с пышными кронами. А между ними лианы. Немецкий ботаник, проникший в дебри яванского леса, был так поражен и изумлен богатством растительного мира, что не знал с чего начинать изучение этого многообразия. Каждый шаг его сопровождался новыми открытиями, новыми видами. У деревьев-великанов путешественник видел лишь стволы, а кроны их терялись высоко вверху. Снизу деревья были перевиты лианами, стебли которых свисали, подобно канатам, или, образуя гирлянды, перебрасывались с дерева на дерево. В зарослях из ветвей, лиан и канатообразных воздушных корней устроились всевозможные растения-эпифиты, которые обладают способностью получать питательные вещества и необходимую им влагу, не соприкасаясь с почвой.

Каждый вершок земли между стволами деревьев занят мелкими растениями. Для того чтобы продвигаться вперед, путешественник прибегал к помощи огромного ножа, предназначенного для рубки кустарника. Под сильными ударами валились срубленные кусты, но когда, спустя несколько дней после этого, он снова пришел в те места, то с большим трудом нашел тропу, которую проложил своим ножом. Все уже снова буйно заросло и приняло прежний вечнозеленый вид.

Поражают высота и мощь тропических лесов. Если в наших лесах высота деревьев достигает в среднем пятнадцати-двадцати метров, а самые высокие деревья не превышают 30–35 метров, то в тропических лесах Индонезии многие деревья имеют высоту шестьдесят и даже восемьдесят метров, а самые высокие деревья, например гигантские эвкалипты, достигают высоты ста пятидесяти метров. Крупнейший экземпляр этой породы, измеренный учеными, имел высоту сто пятьдесят два, а в обхвате — сорок три метра.

Вегетативный период не прекращается круглый год. Здесь произрастают крупнейшие в мире цветы, а некоторые сорта бамбука ежедневно вырастают в длину более чем на четверть метра, пальмовые листья достигают длины двенадцати метров, а некоторые кустарники вырастают до высоты одноэтажного дома.

Животный мир Индонезии также очень многобразен. Однако крупные животные сравнительно немногочисленны. Так, например, тигры встречаются только на Суматре и значительно реже на Яве, слоны и малайские медведи водятся на Суматре и на Борнео. В западной части Индонезии обитают буйволы, олени, тапиры и крайне редко — носороги.

Наиболее распространены обезьяны, среди которых особенно интересен человекообразный орангутанг, что в переводе значит: «лесной человек», «человек дикого леса». На Суматре местные жители утверждают, что орангутанг — настоящий человек, владеющий речью, но он не говорит потому, что боится, как бы его колонизаторы не заставили работать. Рост орангутанга — полтора метра, вес — до ста килограммов. Могучее тело, лишенное хвоста, покрывает жесткая темно-рыжая шерсть. Орангутанг редко спускается на землю, но в отличие от многих обезьян, которые большими стаями стремительно прыгают с ветки на ветку, он передвигается по деревьям, не торопясь, спокойно и весьма осмотрительно.

Живут орангутанги в одиночку или маленькими семьями, ночуя высоко над землей в гнездах из веток и листьев. Как-то один ученый-ботаник проник в дебри тропического леса на Яве. Стояла удивительная тишина, и вдруг он услышал звук, очень напомнивший ему чиханье. Не удержавшись, добродушный ученый крикнул:

— На здоровье!

Эффект от этого проявления вежливости был очень неожиданный. Огромный перепуганный орангутанг, ломая сучья и испуская жалобные крики, быстро метнулся вверх. Ученый был явно смущен, что назойливой вежливостью так перепугал своего дальнего родича. Характерно, что еще десятки тысяч лет назад в Индонезии на острове Ява обитало первое из известных человеческих существ, так называемый питекантроп — обезьяночеловек, останки которого обнаружил на Яве в 1891 году известный голландский ученый Дюбуа.

В реках Индонезии часто встречаются крокодилы и кайманы. Водится невероятное количество змей. Гигантские питоны, достигающие восьми метров в длину, королевская кобра и другие.

Далеко на экваторе, на тысячах островов, среди просторов морей и океанов, раскинулась молодая республика Индонезия.

Триста пятьдесят лет колонизаторы жестоко эксплуатировали, терзали индонезийский народ, грабили и расхищали его богатства. Но настал двадцатый век. И на далекие острова на экваторе долетел яркий свет Великого Октября. Разбуженный этим светом, поднялся стомиллионный индонезийский народ, и под его могучим напором рухнули крепости голландских колонизаторов.

Освобожденная Индонезия стала независимой республикой.

Колониализм оставил после себя море крови и грязи, нищету и невежество. Настала пора освободить землю от этой скверны, сделать ее раем.

В наш век достижения науки и техники изменили представление о расстояниях. Вчера в Москве вы переживали прелесть погожего зимнего дня, а сегодня вы ощущаете здесь, за экватором, дыхание тропиков.

Индонезия, расположенная за двенадцать тысяч километров от Москвы, стала рядом с нами.

Вне зависимости от времени года рассвет здесь наступает примерно в шесть часов.

Картина рассвета не бывает одинаковой.

Иногда, после ночной тьмы, небо открывается в сероватых тучах, сквозь которые блестит солнце. Но чаще оно бывает чистым.

Порой все оно в каких-то розовых полосах, словно волшебник раскинул по нему длинные нежно-розовые шарфы. Иногда эти шарфы волшебник расстилает на светло-сиреневом, иногда — на синеватом фоне. Потом приходит другой волшебник и мгновенно свертывает все эти прекрасные шарфы, откуда-то прибавляет света. На горизонте медленно начинает подниматься солнце. И тогда все становится видимым ясно и отчетливо.

Ночь наступает так же быстро, как утром приходит рассвет. Горизонт начинает темнеть. Темнота надвигается сразу, словно опять появился волшебник, один за другим выключил рубильники и все погрузил в черноту.

Проходит немного времени — и небо превращается в бездонное и бесконечное. Все ярче мерцают на нем звезды. Луна заливает парк, и ее свет выхватывает красные и белые головки канн, розовые цветы олеандра и ставшие теперь густо-зелеными спокойные, неподвижные кроны деревьев.

Каждый день приходит к людям солнце и сразу начинает работать. Своими добрыми руками оно словно обнимает всю Индонезию, согревая растения, прибавляя тепла и без того теплой воде, высушивая дороги и влажные после ночных рос крыши. Оно убивает микробов, заботясь о том, чтобы люди не болели, были здоровыми.

Но солнце бывает и безжалостным. И тогда оно плавит асфальт на дорогах, обжигает шею, спину и плечи бечаков. Пот заливает им глаза, лицо, заставляет медленней двигаться и искать спасения под тенью дерева.

Среди шума улиц и площадей, в сутолоке машин бечаки встречаются здесь на каждом шагу. Представьте себе подобие велосипеда. Впереди — два колеса, на которых укреплена легкая коляска с тентом наверху. Сзади — третье колесо; над ним — седло; внизу — обычные велосипедные педали, шестерни, цепь. Человек, работающий на таком экипаже, — и есть бечак. Таким видом транспорта перевозятся грузы и пассажиры.

Бечак может доставить пассажира в любой пункт. Днем и ночью крутит он педали; его поливает дождь и обжигают лучи солнца, ему сопротивляется ветер и мешают ухабы на дорогах, а он словно не знает ни усталости, ни уныния. Тяжелый, изнурительный труд. Но попробуйте завтра отменить его. Что будут делать тысячи бечаков? Где найдут они средства, чтобы жить? Все в свое время.

Бечаков нельзя не любить — это мужественное, замечательное сословие. Вот катит щеголь. Он в красной рубашке, с воткнутым в шляпу пером. Его рот, полный белых зубов, — в улыбке всем знакомым и незнакомым. Вот другой — в мятой, но лихо, по-щегольски надетой фуражке. Или вот этот, в белой майке, состоящей сплошь из заплат, с маленьким красным флажком, прикрепленным к щитку коляски.

Среди бечаков мало людей пожилых: трудно долго выдержать эту изнурительную работу. Но деревня непрерывно пополняет ряды городской бедноты: находится пополнение и для бечаков. По чьей вине несут бечаки свой тяжкий труд? Чье это наследство?

Среди городской бедноты есть и те, кто стоит на более высокой лестнице, чем бечаки. Это различные мелкие торговцы, кустари, все имущество и богатство которых переносится с помощью приспособления, напоминающего коромысло.

Идут с утра продавцы зелени, фруктов.

Спешит с маленькими корзинами свежих орхидей, лиловых и желтых, огненных и коричневых, индонезиец-подросток.

А этому продавцу мало даже тротуара — такое несет он множество громоздких плетеных изделий: корзин, шляп, циновок и прочего добра.

Сколько зарабатывают эти люди? Ничтожно мало.

Двенадцать часов дня. Возле станции железной дороги, в тени строения, раскинут походный «ресторан». Бечаки, мелкие торговцы, продавцы газет расположились здесь, за длинным столом. Хозяин отпускает им скудный обед. Кое-кто выкурит после этого дешевую сигарету, посидит, вытянув ноги и полузакрыв глаза, в блаженном безмолвии — и снова за работу.

Если поехать на базар, то можно увидеть самую разнообразную живность. Ранним утром здесь раздаются шум крыльев и пение птиц, воркованье голубей, крики попугаев. Вот попугаи — красные и белые, крупные, важные, словно чиновники, величественно взирающие на шум толпы. Вот разноцветные попугайчики, маленькие И юркие, они постоянно в движении.

Птицы биу — совершенно черные в своих атласных костюмах.

Маленькие и малюсенькие обезьянки, привязанные легкой цепочкой или томящиеся в клетках.

И, конечно, горластые куры, гуси, утки.

Под навесами, где идет этот торг, — специфический запах, неумолчный шум, теснота.

Можно отправиться на летучие базары, где продают декоративных рыбок. В обычных стеклянных банках из-под консервов собраны здесь жители подводных царств и Явы, и Суматры, и других мест. Так же, как и где нибудь в Москве, Праге или Париже, стоят около этих сказочных богатств, широко раскрыв глаза, закусив палец, мальчуганы. Они не сводят глаз с обитателей банок.

Здесь и светящиеся, словно неоновые, рыбки, и важные медлительные вуалехвостки, и рыбки черные, как уголь, и рыбки красные, словно рубины, и совершенно прозрачные и бесцветные, и рыбки-петухи, мгновенно меняющие окраску и воинственно распускающие свои плавники и хвост.

Вооруженный маленьким сачком из марли, тонкими темными руками, продавец вылавливает облюбованных рыбок — и новый владелец, окруженный любопытными детьми, бережно идет со своей баночкой. Еще бы: в руках у него частица моря. Ах море, море! Сколько счастья и сколько несчастья принесло ты на своей могучей спине на землю Индонезии!

Джакарта!

Город не всегда носил это название.

Раньше чем сюда пришли голландцы, на месте, где теперь Джакарта, был большой порт Сунданезского княжества — Паджаджары.

Пришел сюда султан княжества Бант, захватил город и порт. В честь своей победы султан и назвал город Джакартой, что в переводе означает «великолепная крепость» или «счастливое место». Днем основания Джакарты принято считать 22 июня 1527 года.