Читаем Море Тамары онлайн бесплатно

Это был старинный родовой замок, каких много разбросано по всему Лазурному Берегу. Его красота не привлекала взоров лишь потому, что густая зелень столетних каштанов скрывала ее в своих объятиях.

Старый шутник и добряк, граф Анри де Вильмессан дремал, сидя в шезлонге на террасе этого самого замка, когда характерный писк мобильного телефона нарушил воцарившуюся тишину. Мамбо, шаловливый спаниэль, вильнул хвостом и весело гавкнул в ответ. Граф неохотно буркнул общепринятое: «Алло!»

– Анри, здорово, старина, как жизнь?… Я только что из Израиля…

– Сесиль! Сколько лет, сколько зим, так ты был в Израиле? Каким ветром тебя туда занесло, дружище?

– Самым обыкновенным. Меня пригласили коллеги из Гарвардского Университета, мы проводили раскопки в древнем Ашкелоне. Ты и представить себе не можешь, что я там нашел! Я приеду и обо всем расскажу, окей?

– Погоди, Сесиль, значит, это о вашей научной экспедициии пишут все газеты и говорят по телевидению?

Да, знаешь, Анри, это не телефонный разговор… Как там малышка Аннет? Делает успехи?

– Она уже совсем взрослая. Завтра у нее интервью на TV5. Она столько готовилась и столько волновалась! Сейчас ведь фестиваль в Рио. Так вот, ей дали задание взять интервью у какого-то молодого режиссера из Грузии.

– Вот как! Надеюсь, у нее получится, она ведь вся в тебя, старый баламут!

– Да… Знаешь Сесиль, завтра я устраиваю прием по случаю…

– Ах, черт, как я мого забыть, у тебя же завтра день рождения! Обязательно буду! У меня для тебя потрясающие новости, ну до скорого, пока!

«Старый баламут» задумчиво улыбался. Сколько же лет они знакомы? Пожалуй, лет 35, нет, больше – 40. Когда они познакомились, Сесиль был высоким худеньким студентом с умными карими глазами и копной непослушных, черных волос. Теперь его друг – профессор Сорбонны, доктор Брион, а тогда, в те далекие годы, когда они были так молоды и так отчаянны, сколько всего произошло…

Будучи студентами факультета археологии, вспоминал граф, они ходили вместе еще и на бокс и мечтали создать свой джаз-бэнд, сероглазый стройный Анри отлично играл на саксофоне и все девочки были от него без ума…

Потом началась война в Алжире. и снова Сесиль Брион и Анри де Вильмессан шли плечом к плечу по жизни. Война – это уродливое проявление человеческого зла. Она уносит жизни людей, не спрашивая у них согласия, не различая их по национальности, вероисповеданию, цвету кожи и возрасту.

Побывав в этом страшном пекле, люди меняются, они острее начинают воспринимать малейшие проявления жизни, ее ценность и суть.

Анри и Сесиль вернулись с войны повзрослевшими и долго не могли забыть о ней.

Но Время – это таинственое явление, направленное неизвестно куда и сопутствующее Земле с самого ее начала – делает свое. Оно отдаляет нас от прошлого, не стирая его из памяти, просто каждодневная суета отодвигает его куда-то назад – туда, где хранятся все наши воспоминания и несбывшиеся мечты.

В Алжире они нашли статуэтку древнего идола, это произошло совершенно случайно, по крайней мере так им казалось…

– Мсье Анри, когда подавать ужин? – появившийся внезапно дворецкий «вытащил» графа из овладевших им воспоминаний.

– Вальтер! Разьве можно так пугать? – вскрикнул он от неожиданности.

– Извините, мсье. Я не хотел… – учтиво произнес дворецкий.

– Окей, Вальтер, все в порядке. Можешь подавать прямо сейчас. Я буду через пару минут.

Вальтер покорно поклонился и ушел.

Проведя рукой по седой бородке и взяв газету, что лежала тут же, на столике, мсье Анри поднялся с шезлонга и направился в столовую. Мамбо, который очень не любил оставаться один, побежал вслед за хозяином.

Душным летним вечером на одной из дорог, ведущих из Канн в Сан-Рафаэль, можно было увидеть движущийся с большой скоростью «Вольво».

За рулем сидела молодая особа весьма привлекательной внешности, беспокойно бросавшая взгляды на часы.

Сегодня 13 июля – день рождения дедушки Анри. Она везет ему подарок, о котором он даже не мечтал – такой красивый браслет – дед любит старинные вещи… Скоро начнется гроза, а она не проехала еще и пол-пути! Она так устала за весь день, взяла первое в жизни интервью у обладателя гран-при фестиваля, такого симпатичного грузина… ах, как его там звать… Ну вот, не хватало еще, чтобы бензин кончился… Нет, вроде все нормально. Черт, что же с машиной!

Тучи столкнулись с огромной силой, ярко сверкнула молния и крупные капли летнего дождя стали часто-часто бить по крыше машины, которая словно осел, упрямо остановилась прямо в середине дороги.

Аннет (так зовут нашу новую знакомую) вышла из машины и открыв капот, стала разбираться, в чем дело.

Прошло несколько минут, но машина по-прежнему не заводилась. Аннет возмущенно топнула ножкой и посмотрела вперед. К счастью, это были огни автозаправочной станци. Аннет побежала туда, промокшая до нитки и очень огорченная. Почему всегда, когда куда-нибудь спешишиь, случаются самые неожиданные вещи?!

За колонками заправочной станции оказалось уютное кафе, в котором ее радушно приняли, обещали, что машина скоро будет в порядке и оставили ужинать за маленьким столиком.

Отогревшись и перекусив, Аннет стала осматриваться. Звучала тихая музыка, с которой сливалась приглушенная речь немногочисленных посетителей. За стойкой бара сидел парень и что-то пил. Он сидел спиной к Аннет и ее взгляд почему-то остановился на его красиво постриженном затылке.

Не успела она отвести глаз, как парень, почувствовав чей-то взгляд, обернулся. Аннет удивилась и неожиданно для себя улыбнулась знакомому лицу. Парень встал и направился к ней.

– Аннет Сорель, журналистка, если меня память не подводит?

– Да! Интервью получилось неважным, но я надеюсь, вы простили мне глупые вопросы?

– О, что вы, никто еще не задавал мне таких интересных вопросов, – ответил с улыбкой Сандро Церетели. В его серых глазах отразился свет фар проехавшей за стеклом машины.

Через несколько минут послышался звук разбивающегося стекла и в кафе появились пятеро вооруженных людей, быстро направившихся к стойке, у которой стоял Антонио Сильвестри, владелей и одновременно бармен кафе.

По его расеянному виду было ясно, что он не знает, в чем дело…

– Антонио, какой кофе и кому ты отдал вчера вечером? – набросился на него грузный детина с волосатыми кулачищами. Не дожидаясь ответа, один из кулаков опустился на грудь бедного итальяшки, беспомощно стоявшего перед боевиком, словно провинившийся ученик перед директором школы. Антонио упал и на него посыпались все бутылки, стоявшие на витрине.

Посетители с криками бросились вон из помещения. Только Аннет и Сандро оставались еще там. Двое боевиков перекрыли вход, перевернув столы и побросав на них стулья, стали стрелять направо и налево.

Аннет вскрикнула от ужаса, Сандро схватил ее за руку и потащил за стойку бара. Огонь не прекращался в течение долгого времени. Отовсюду летели осколоки стекол и лились коньячные и томатные ручьи.

Вдруг у самого носа Сандро появилась чья-то рука и потянула его за плечо вверх. Стрельба прекратилась.

Владелец кафе все еще лежал на полу, осыпанный серпантином из бутылочного стекла.

– Встать! – скомандовал грубый голос. Девушка и парень оказались перед бородатым лицом мафиози и черным дулом автомата.

– Руки вверх и не двигаться! Обыскать их, быстро! – кивнул он четверым компаньонам.

– Дик, я тут нашел кое-что интересное, – сказал один оз них бородатому, вытаскивая из сумочки Аннет очень оригинальный браслет. Это был браслет, который она везла в подарок деду. Сверху и снизу от него отходили маленькие серебрянные пластины, на каждой из которых тоже были маленькие браслетики, если надеть браслет на руку, то маленькие окажутся один над, а другой – под ладонью, перпендикулярно тому, что надет на запястье.

– Отвезем их к Нарциссу, пусть он разбирается и с ними, и с этой вещичкой – ответил Дик.

– Подождите, у меня нет времени петешествовать ко всяким там цветочкам, – возмутился Сандро.

– Я опаздываю к дедушке, у него сегодня день рожденья. Верните мне браслет!

– Молчать, или мы сделаем так, что вам больше некуда будет спешить, ясно? Живо в машину!

Под дулом автомата Аннет и Сандро сели в черный джип и проказница судьба унесла их в неизвестное будущее.

Тем временем владелец придорожного кафе, в меру упитанный и не в меру рассеянный итальянец Антонио Сильвестри, прийдя в себя после ужасного происшествия, стал вспоминать, кому же он действительно продал растворимый кофе «Пеле». Вчера был четверг – условленный день. Вечером в назначенный час должен был явиться клиент Нарцисса и взять у него нужное количество красной ртути под видом растворимого кофе. Именно так все и произошло. Около семи часов в кафе появился приятный молодой человек африканской наружности и подойдя к стойке, подмигнул Антонио:

– Колумбийского горного сиропа пару баночек гони.

Антонио задумался. Ну да, именно так и сказа тот парнишка. Он и отдал ему «пару баночек». Парень ушел, примерно через пол-часа все посетители стали потихоньку расходиться и к восьми вечера итальянец, закрыв кафе, ушел домой.

– Выходит, – размышлял Антонио, я отдал ртуть не клиенту Нарцисса – иначе его люди не явились бы сюда громить мое жалкое состояние – а кому-то другому. Но тогда почему он сказал именно те слова, что были паролем для него? Эта неразрешимая загадка до того овладела мыслями бармена, что у него вдруг сильно разболелась голова. Кряхтя и прихрамывая, он кое-как добрался до двери и, не закрывая ее на замок, поплелся домой, обуреваемый нехорошими предчувствиями.

Эмилио Монти проснулся в этот день в очень странном расположении духа. Ему снился сон, будто он, шеф мафии Нарцисс, стал властелином вселенной. Он повелевал всеми и вся. Правил миром он благодаря двум вещицам. Одной из них был шар примерно со средневековое пушечное ядро, сделанный из хрусталя и позволявший управлять событиями, только если был надет на кольцо красивого браслета, усыпанного драгоценными камешками. Рядом с ним стояла очень красивая древняя царица. У нее были темные волосы и большие темные глаза. Эмилио спросил: «Кто ты?» «Я – царица Тамара. Запомни 13 июля, пятницу. В этот день исполнится сон твой если ты…» – в этот момент он проснулся, все еще ожидая продолжения.

– Что за хрень! – сказал он сам себе. Затем он лениво потянулся к звонку и со всей силы нажал на него. Он звонил очень долго, но никто не появился.

– Куда все подевались! Что это они делают, лоботрясы!

Эмилио был в ярости. Он швырнул со всех сил туфель в дверь, где в это время появился Клаудио, выполнявший обязанности няньки.

– Где ты шляешься, остолоп! Я звоню уже целый час!

– Доброе утро, босс, я задержался потому, что готовил вам кофе. Вы ведь любите пить кофе по пятницам…

– По пятницам? Сегодня пятница, Клаудио? Что же ты мне раньше не напомнил, кретин?

– Я…я… но дело в том, что я думал, что там была ртуть, а когда открыл банку и увидел, что там настоящий кофе…

– Что ты несешь! Какой кофе? Где? В банке «Пеле»? Еще одна? Отвечай, придурок, где ты взял это кофе?

– В банке «Пеле», как вы изволили выразиться…

– Я тебе щас изволю выразиться! Ладно. ОК. Ставь кофе сюда, включи телевизор и убирайся!

Клаудио молча исполнил приказания босса и тихо удалился, оставив Нарцисса сидящим у телевизора. Он знал, что когда босс весь зеленеет и дрожит так, будто его током бьет, лучше ему не перечить. Поэтому, хорошенько закрыв за собой дверь, он пошел во двор, к ребятам.

Эмилио немного успокоившись, стал слушать телевизор.

– … это было сенсационное сообщение доктора исторических наук Сесиля Бриона. А теперь – новости света. Вчера на международном кинофестивале в Рио-де-Жанейро был вручен гран-при. Его обладателем стал молодой режиссер из Грузии Сандро Церетели за фильм «Пир жизни». Исполнительница главной роли Меги Рчеулишвили получила приз за лучший дебют. Наш корреспондент Анннет Сорель взяла у мсье Церетели интервью…

На экране появилось красивое лицо сероглазого блондина, внимательно слушавшего вопрос журналистки.

Эмилио замер. Девушка очень напоминала ему кого-то. Он смотрел на нее длинные темные волосы, большие красивые глаза и вдруг до него дошло – она была как две капли воды похожа на ту женщину, что приснилась ему сегодня.

Нарцисс отнюдь не был мнительным и сентиментальным. Напротив, он несмотря на свою молодость – а ему было всего лишь тридцать – был человеком уверенным, напористым и беспощадным. Однако, увиденное лицо чуть не повергло его в шок. Некоторое время он сидел, как отключенный. Потом встал, выключил телевизор, взял со стола портсигар, вынул сигару и подойдя к окну, закурил.

Доносившиеся со двора обрывки разговоров быстро вернули босса к действительности. Вызвав Дика, своего главного помощника, он говорил, глядя на него большими, черными глазами:

– Сегодня же вечером возьмешь с собой Билли, Андреаса, Клаудио и Элиа и отправишься к тупому коротышке Антонио. Я ведь предупреждал его, что со мной шутки плохи. Видимо, он не понял меня, тем хуже для него.

– А в чем дело, босс? – рослый детина с черной бородой и стекляными глазами удивленно заморгал.

– Я получил целых две банки настоящего растворимого кофе вместо товара! Это значит, что моя красная ртуть сейчас неизвестно в чьих руках! Ты понял, Дик? Ты понял, чем это пахнет? Найди мне обе банки товара, ясно? Давай, вали отсюда поживей!

– Окей, босс! – выкрикнул Дик и выскочил из комнаты.

Эмилио Монти стоял в комнате и смотрел куда-то вниз. Его всего передергивало от ярости. Со всей силы ударил он кулаком по столу.

– Ну и денек сегодня! – вскрикнул он, затем опустился прямонапол и стал думать, что же предпринять. Его круглые, орлиные глаза уставились куда-то вперед, в одну точку, небольшой, прямой нос и большой чувственный рот придавали лицу странно-гипнотическое выражение.

Стоявший у кровати телефон требовательно зазвонил. Эмилио поднялся, провел правой рукой по волосам и быстро снял трубку.

– Да… да что ты такое несешь…да. Нет нет и еще раз нет! Я же говорил тебе, что… Нет! Погоди, я сейчас… Ничего без меня не трогать!

И он, положив трубку, бросился к постели. Достал из-под тюфяка маленький револьвер, взял с тумбочки ключи и сбежав вниз по лестнице, сел в красный мерседес и укатил с неслыханной скоростью.

Клаудио, только что вылезший из бассейна, широко открытыми глазами наблюдал за таким быстрым исчезновением босса. Обернувшись в большое махровое полотенце, он пошел закрывать ворота гаража. Вдруг из-за лестницы кто-то вышел и чем-то сильно ударил Клаудио по голове. Мысли покинули бедняжку сразу же после удара и его обмякшее тело упало в траву.