Читаем Море опалённое свободой (СИ) онлайн бесплатно

Новинки и продолжение на сайте библиотеки https://www.litmir.me

====== Вступление ======

- Орудия по правому борту, пли!

- Есть орудия по правому борту!..

- Выпустить абордажные крюки!

- Есть выпустить абордажные крюки!..

- Выпустить стыковочные шлюзы!.. Команда красных готовсь к абордажу!

- Есть, готовиться к абордажу!

В огромном, нижнем отсеке подводной лодки «Аеталла» воцарилась глубокая и мёртвая тишина. Сто человек, одетые в красные кители, замерли перед квадратными люками, вцепившись в эфесы, висящих на поясе, сабель. Кто-то сглатывал от страха, кто-то дёргался от предвкушения предстоящей битвы. Кто-то готов был сбежать из этой субмарины в самые глубины морского ада. Кто-то, как, например, невысокий, рыжеволосый, с горящими зелёными глазами, юноша, жаждал лишь одного, влиться в антураж очередной схватки. И доказать этому огромному миру свою значимость и величие собственной персоны.

Послышался раздирающий сознание скрип. За бортом ухнуло, застонало. Лодка дрогнула, слегка ушла вниз, подняв желудки к глоткам. Рыжеволосый мальчишка возбуждённо и взволнованно хмыкнул, заскрипела сталь о ножны. И в тот момент, когда куски квадратного люка, медленно расколовшись, раскрылись, в рупоре прокричал противный, молодой голос:

- На абордаж!

- Ну, что ж, – проговорил паренёк, нагибаясь вперёд. – Вперёд.

И не обращая внимания на своих товарищей, кинулся вперёд. Люки открывались со страшной скоростью, правда, их было не сто, как человек, а в три раза меньше. Потому в каждый шлюз вошло сразу несколько. Но вот некоторые так и остались пусты. Потому что многие выбрали тот путь, по которому побежал довольный предстоящей битвой юноша.

Лорени Иренди в свои молодые годы славился уже, как лучший. Ещё бы, он был сыном самого адмирала Иренди, морского волка и героя, прославившегося на войне с пиратами. Этого человека уважали и ценили. Перед ним пасовали даже короли и падали ниц королевы, готовые расстаться со своими украшениями, лишь бы адмирал принял приглашение посетить их дворцы и замки. Адмирал редко отказывался от таких предложений, часто принимал подарки от царствующих особ. Правда, складывал их в огромный сундук, который уже завещал своему единственному сыну, в котором души не чаял. Короче, любили адмирала Иренди, и соответственно любили Лорени. Хотя сам Лорени в жизни ещё ничего не добился. Но уверенно шёл вперёд, постигая все азы морского дела.

Сабля Лорени нашла своего первого противника, когда он преодолел первые три метра по стальному шлюзу. Ловко скользнула по груди противника, оставив алую черту. Потом нашла второго, третьего, четвёртого. Перепрыгнув через пятого, чуть не задев головой потолок не слишком высокого шлюза, он вырвался в просторный отсек вражеской подводной лодки. Разбросав ещё пятерых, он оставил им на прощание алые линии на синих мундирах и, рыча, замахнулся на вставшего у него на пути черноволосого юношу.

Звон стали врезался во всеобщий хаос, который вдруг грубыми звуками сдавил уши, разорвав сознание. Заскрежетал металл, разлетелись искорки. Клинки накалились красным светом, несколько раз скрестились, и вот рыжеволосый, отскочив в сторону, резко ринулся вперёд и нанёс удар черноволосому. Молодой человек ловко увернулся, ответил ударом, но и Лорени был не из мягкого теста. Он подпрыгнул, отбил саблей взмах врага и отскочил на добрых несколько метров. Опустившись на титановый пол нижней палубы подводной лодки, он выдохнул и выпрямился.

- Пиратский ублюдок, – прошипел Лорени, взмахивая рукой с оружием. Клинок снова стал серебристым. Красный свет исчез. – Неужели ты думаешь, что сможешь одолеть сына героя? Героя убившего твоего сраного папашку?

Молодой человек ничего не ответил. Он перекинул саблю в левую руку, перевернул её несколько раз, словно выискивая удобную хватку эфеса. Его красивые, миндалевидные глаза бирюзового цвета впились в Лорени. Они были спокойны, холодны. Никаких эмоций, никакой злости, никакой ярости или нервозности. Складывалось такое ощущение, что этот человек не живой. Как будто он всего лишь миф о морских призраках, блуждающих в просторах глубин Великих Вод и пугающих людей.

- Ну, что ж, – заскрипел зубами Лорени, перекидывая саблю в левую руку и крепче её сжимая. – Я принимаю твой вызов, ублюдок.

Лорени сделал шаг, потом ещё один. Черноволосый напрягся, крепче сжимая эфес сабли. Секунду они смотрели друг другу в глаза, а потом резко сорвались со своих мест. Дикий танец молодых людей можно было бы понаблюдать на каком-нибудь празднике в честь морского бога, когда выступали театральные и цирковые труппы, но не здесь. Он был красив, завораживающий и смертельный. Кто-то должен был быть повержен, кто-то должен был упасть с красным росчерком на груди.

Они скрещивали клинки, сверкали глазами, полными сосредоточенности и ярости. Лорени хрипел от злости, черноволосый – молча сопел, тяжело дыша. Они были достойными противниками, и сабли у них были наточены лучшими точильными камнями. Но ни один клинок так и не смог даже слегка задеть своего противника, оставить даже маленькую отметину. Они скользили в миллиметре от лиц, рук, ног. Кончики норовили врезаться в глаза, но всякий раз голова ускользала в сторону вместе с корпусом, сабля оппонента взлетала вверх, отражая удар.

И всё же, в чём-то Лорени превосходил своего противника. Как-то у него получалось, юрко и быстро не только отражать удары, но и наносить их и ускользать от них. Невзирая на то, что пираты славились умелыми фехтовальщиками, сын адмирала не видел в сыне пирата особого умения. Лорени постоянно кружил вокруг, закручивая оппонента в какой-то паучий кокон. Каждый раз черноволосый пытался вырваться из этого водоворота, но у него это плохо получалось. В один из таких моментов, Лорени и нанёс свой удар, оставив на груди черноволосого алый след и пинком ноги отбросив его назад. Сын пирата упал на холодный пол на спину. Молодой Иренди тут же поставил ногу ему на грудь.

- Ну, что ты на это скажешь, пиратский ублюдок? – прошипел он, тяжело дыша. Взирая на поверженного врага с высоты своего роста, надменно ухмылялся. – Сдаёшься или готов встретиться со своим папочкой на том свете?

Глаза бирюзового цвета смотрели на Лорени так, как если бы слова юноши были ни о чём, набор букв, ничего незначащих. Он лишь дышал тяжело и продолжал сжимать эфес своей сабли, которую так и не выпустил во время падения из руки. Однако, где-то в глубине души, так и хотелось пронзить наглое сердце этого выскочки, считающего себя богом.

Звук трубы разлетелся по палубам двух субмарин, оповестив об окончании боя. Но они продолжали смотреть друг другу в глаза, словно и не слыша звука горна.

- Слезь с меня, – сказал черноволосый и внезапно схватился за клинок сабли, что держал Лорени. Сжав его в руке, он изменил свой равнодушный взгляд на презренный. Лорени почувствовал от этого волну злости. – Экзамен окончен. Ты победил.

Последняя фраза черноволосого заставила душу Иренди наполниться большим гневом. Его глаза расширились, губы искривились, он резко дёрнул саблю назад, и она, скользнув по ладони сына пирата, вырвалась из его хватки. Засветилась ядовитым светом и опустилась юноше на лицо, оставив на нём красную черту. Через три секунды, когда Лорени, убрав свою ногу с груди черноволосого, пошёл в сторону шлюза, след от клинка исчез. Ни на груди, ни на лице у паренька не осталось и следа от недавнего боя.

Две шеренги тянулись от начала большой и широкой палубы военного фрегата*. Он мягко бороздил просторы морской глади, хлопал синими парусами. За ним шли две подводные лодки: «Аеталле» и «Моёлли». Идя вдоль этих двух шеренг, адмирал Хэнги Иренди осматривал их внимательно, впиваясь взглядом чуть ли не в каждого человека. На одном из них он задержал свой взгляд, осмотрел синий мундир, остриженные до плеч чёрные волосы. Заглянул в голубые, как холодное, зимнее небо, глаза. Потом посмотрел на жёлтую повязку на правом предплечье юноши и, кхекнув, заговорил:

- Кадет Данки Муар, вы являлись капитаном синей команды. И как я вижу, ваша команда проиграла. Хочу услышать ваш анализ, кадет, о проделанной не качественно работе.

- Боюсь, адмирал Иренди, – заговорил мелодичным голосом молодой человек, нисколько не боясь ни адмирала, ни его вопроса. Искорка задора мелькнула в его взгляде. – На данный момент я не смогу ответить на ваш вопрос. Но я непременно положу на ваш стол рапорт о проделанной мной не качественно работе.

Иренди нахмурился. Сопляк, так и хотелось отлупить его задницу ремнём. Но этот сопляк уже был отцом двоих очаровательных двойняшек, мужем красивой и состоятельной особы, так же сам являлся отпрыском знатного рода. А ещё он был лучшим тактиком в Морской Академии Королевы Вуулла. Конечно, был ещё ряд причин, чтобы не отодрать зад этого заносчивого засранца, но об этом, пока что, адмирал думать не хотел.

- Я буду ждать. До завтрашнего утра. Не позже семи, чтобы рапорт был у меня на столе.

И больше ничего не говоря, он направился дальше. Однако, слащавый ответ, сорвавшийся с губ Данки, он всё же услышал:

- Так точно, адмирал…

Чеканя шаг, адмирал только через десять секунд смог отстраниться от засевших занозой в голове голоса и слов наглеца. В тот момент он уже прошёл остальную часть шеренг и замер, глядя на своего сына. Лорени неотрывно смотрел перед собой. Адмирал скосил взгляд в сторону синей шеренги и увидел стоящего напротив Лорени Цурбуса Бахму Джан Гура, сына самого отъявленного пирата столетия Охура Джан Гура. Черноволосый юноша был выше Лорени, на полголовы это точно, может даже выше, но отпрыска Иренди это не пугало. Он испепелял ненавистного человека своим взглядом, хотя сам Цурбус ничего плохого ни ему, ни семье Иренди не сделал. Он был просто сыном пирата.

Адмирал сделал ещё один шаг вперёд, оказавшись между ними, тем самым прервав обмен гневными взглядами. Это был конец шеренг. Потому он резко развернулся, взглянув на строй юнцов, метнул взгляд на сына, который нахмурился. Он выглядел недовольный тем, что отец посмел встать перед его глазами, оборвав этот протяжный и тяжёлый молчаливый разговор.

- Итак, – громогласно заявил адмирал, вновь устремляя взгляд вперёд. – Четвёртый год вашего обучения в Морской Академии Королевы Вуулла закончен. И скажу, что не все справились с сегодняшним экзаменом, и для кого-то каникулы наступят чуть позже.

По шеренгам тут же пролетел неровный строй вздохов, и кто-то из кадетов опустил голову. Многие осознали, что экзамен либо завалили, либо получили низкую оценку. Дав кадетам несколько секунд, чтобы переварить информацию, адмирал заговорил снова:

- Пятый курс будет последним, и многие из вас не закончат его должным образом, если не постараются и не простятся со своей ленью. Я не буду никого пугать или кормить беспочвенными обещаниями, но пятый курс будет полностью состоять из практики. Вас восемь выпускных групп. В каждой по шестьдесят человек. За время каникул мы сформируем новые группы, но в том составе, который мы представим, вы не будете учиться весь год. После каждого задания группы будут переформировываться. Каждой группе будет предоставляться выбор старосты, который и должен быть впоследствии капитаном, но это не принципиально. Так же, самое главное, каждой из групп предоставят корабль. Он будет выбираться по жребию, поэтому никаких снисхождений никому не будет. Вы будете выполнять поручения королевств и государств. За этими заданиями будут следить кураторы, так что каждый может показать себя с лучшей стороны и получить приглашение одного из королевств или государств на службу. За три месяца до окончания, отправитесь в свободное плавание, где будете уже предоставлены сами себе. Возможно, кто-то из вас не вернётся живым. Великие Воды полны опасности помимо пиратов и наркоторговцев. По возвращению, вы будете считаться выпускниками Морской Академии Королевы Вуулла и дипломированными специалистами высшей категории. Ни к кому снисхождения не будет. Если вы не готовы к пятому курсу, лучше уйдите сейчас. Жизнь на море, это не орешки щёлкать.

Адмирал ещё раз обвёл шеренги взглядом.

- У меня всё. Разойтись!

- Есть! – ответили сотни глоток и забормотали, переговариваясь, ломая тонкий строй шеренги.

Данки выдохнул, стянул раздраженно с предплечья жёлтую повязку капитана и старосты группы, сунул её небрежно в карман штанов. Потом выудил из другого пачку сигарет, отошёл к поручням и чиркнул зажигалкой. Пару раз он блаженно затянулся, а потом рядом с ним оказался Цурбцс. Он сел на холодный пол палубы и, сложив руки на согнутые колени, устало потёр уголки глаз пальцами. Данки с кислым выражением лица посмотрел на него, потом сделал два шага в сторону, подальше от сына пирата.

- Отойди от меня, ты приносишь неудачи, – буркнул молодой человек, потом сунул в рот сигарету и, продолжая смотреть снисходительно на Цурбуса, задымил как паровоз.

Бросив тереть свои миндалевидные глаза, Бахму, не обратив внимания на высказывание Данки, посмотрел перед собой. Наткнулся на рыжеволосого Лорени, стоявшего в центре палубы и о чём-то беседовавшего с адмиралом. Цурбус скривился и пробормотал:

- Ненавижу его.

Данки, удивлённо вскинув брови, посмотрел на Цурбуса и, обернувшись, облокотился на широкое перила палубы, оказавшись к морю спиной.

- А я бы не прочь стать мамочкой этого оболтуса, – буркнул Данки, самодовольно ухмыляясь. Цурбус откинул голову назад, стукнувшись слегка о стенку парапета, посмотрел на Муар и опять скривился, прикрыв бирюзовые глаза.

- Я его всё равно ненавижу.

Море раскинулось внизу дрожащим, синим полотном, и, глядя на него с высоты птичьего полёта, трудно было вообще определить, что это водоём. Оно было похоже на небо и, когда бурлило, вскипая белоснежной пеной во время шторма, казалось подёрнутой облаками небесной высью. Аффу вздохнула, скривила красные губки в усмешке и отвернулась от созерцания водных небес.

- Так что же вас не устраивает, барон? – спросила молодая женщина, опуская руку в карман пальто и вынимая оттуда небольшую пригоршню водяного ореха.

- Меня не устраивает то, что вы переходите черту дозволенного, королева Аффу, – ответил седобородый старик, недовольно посмотрев на девушку. – Ффоттусо хоть и большое королевство, однако, не так уж и величественно, чтобы диктовать наркобаронам свои условия.

- Разве я диктую? – спросила Аффу и, сделав два шажка вперёд, села за круглый столик, за которым сидел старик. – Я всего лишь предлагаю немного увеличить процент аренды моих субмарин.

- Немного? – скривил губы в противной усмешке барон. – Пятьдесят процентов, ваше величество, это очень много для дохлой субмарины.