Читаем Мораль и религия онлайн бесплатно

В книге раскрывается историческое и классовое содержание морали, подвергается критике утверждение защитников религии, будто основой морали является религия, показывается, что религиозная мораль представляет собой лишь прикрытие земного происхождения и классового содержания морали господствующих эксплуататорских классов. Главное место в книге отводится разоблачению реакционной роли религиозной морали, раскрытию подлинного содержания ее заповедей и наставлений. Значительная часть книги посвящена раскрытию несовместимости норм коммунистической и религиозной морали, критике мнений, будто между ними есть много общего, совместимого. В заключение в книге рассказывается о путях преодоления религиозной и воспитания коммунистической морали.

Сторонники и проповедники религии всегда твердили и твердят, что основой морали является религия, так как нравственным человеком может быть якобы только тот, кто верит в бога. Кто не верит в бога, говорят они, у того нет ничего святого, с чем он мог бы всерьез считаться, нет той силы, которая была бы достаточно авторитетной для его совести и с которой он мог бы согласовывать свои поступки. Достаточно отнять у человека веру в бога, сделать его неверующим, чтобы лишить его того внутреннего начала, перед которым он чувствовал бы постоянную ответственность за свое поведение, за свой образ жизни, которое не позволяло бы ему делать зло и направляло бы к добру.

От людей многое можно скрыть, утаить; недаром говорится: «не пойман — не вор». От бога, как вещает церковь, ничего не скроешь, ничего не утаишь не только в делах, но даже в мыслях. Бог все видит, все слышит, все знает; он никогда ни в чем не ошибается, поэтому его суд является безошибочным и бесконечно справедливым. Страх перед судом божьим — великая и ничем не заменимая нравственная сила. Без страха перед гневом всемогущего бога нет той нравственной узды, которая сдерживала бы человеческие страсти, удерживала бы человека от дурных поступков, от злых намерений, от недостойного или преступного поведения. Словом, без религии нет морали, и кто не верит в бога, тот заведомо безнравственный человек.

Идеологи современной буржуазии немало потрудились над тем, чтобы с помощью этой старой, затасканной выдумки очернить коммунистов, представить их в глазах рабочего класса, в глазах трудящихся ничем не обузданными людьми, отрицающими мораль и проповедующими безнравственность. Коммунисты не только сами не признают бога, а и других совращают с пути истинного. Чего же можно ожидать от коммунистов? Это же смутьяны, посланники самого сатаны, разрушители всех нравственных устоев. Идеологов буржуазии более всего возмущает тот факт, что коммунисты не просто не веруют в бога, — это бы еще ничего, — а призывают к уничтожению якобы богом установленных капиталистических порядков и этим как бы замахиваются на самого бога. Поэтому, с точки зрения буржуазных идеологов, нет таких пороков, которые нельзя было бы приписать коммунистам.

Такого рода рассуждениям дал достойную отповедь еще В. И. Ленин в своей речи «Задачи союзов молодежи». «Но существует ли коммунистическая мораль? Существует ли коммунистическая нравственность?» — спрашивает В. И. Ленин и тут же отвечает: «Конечно, да. Часто представляют дело таким образом, что у нас нет своей морали, и очень часто буржуазия обвиняет нас в том, что мы, коммунисты, отрицаем всякую мораль. Это — способ подменять понятия, бросать песок в глаза рабочим и крестьянам.

В каком смысле отрицаем мы мораль, отрицаем нравственность?

В том смысле, в каком проповедовала ее буржуазия, которая выводила эту нравственность из велений бога. Мы на этот счет, конечно, говорим, что в бога не верим, и очень хорошо знаем, что от имени бога говорило духовенство, говорили помещики, говорила буржуазия, чтобы проводить свои эксплуататорские интересы…

Всякую такую нравственность, взятую из внечеловеческого, внеклассового понятия, мы отрицаем. Мы говорим, что это обман, что это надувательство и забивание умов рабочих и крестьян в интересах помещиков и капиталистов…

Мы говорим: нравственность это то, что служит разрушению старого эксплуататорского общества и объединению всех трудящихся вокруг пролетариата, созидающего новое общество коммунистов» (Соч., т. 31, стр. 266, 268).

В. И. Ленин подчеркивает, что коммунисты не только не отрицают мораль, но являются борцами за самые благородные и нравственно возвышенные цели. Делом всей жизни коммунистов является борьба за освобождение трудящихся, т. е. подавляющего большинства человечества, от социального гнета и порабощения. Что может быть более нравственным, чем эта высокая цель!

Коммунисты выступают против буржуазной морали, против тех норм поведения, которые проповедуют буржуазия и ее идеологи. Это, конечно, верно. Коммунисты прямо и открыто сами заявляют об этом. Но разве критика и разоблачение буржуазной морали означает отрицание всякой морали? Буржуазия и ее идеологи присвоили себе право рассуждать от имени всего человечества, свои понятия морали выдавать за общечеловеческие, считать нравственным лишь то, что соответствует их узкоклассовым интересам и взглядам. Поэтому всякий, кто выступает против норм буржуазной морали, кто отвергает буржуазную мораль, в глазах буржуазии представляется разрушителем морали, проповедником безнравственности. В действительности же как раз наоборот: именно тем, что коммунисты отрицают буржуазную мораль, что проповедуемые буржуазией нормы поведения они разоблачают как безнравственные, они не только не разрушают мораль, но спасают ее от разрушения, являются защитниками и проповедниками подлинно нравственных норм поведения.

Коммунисты руководствуются до конца научным, марксистско-ленинским взглядом на мораль. Они исходят из того, что мораль не дана людям свыше и что ее нормы не являются вечными. Нормы морали или правила поведения людей устанавливаются не на небесной, а на сугубо земной основе и являются отражением тех исторических и социальных условий, в которых люди живут.

Что такое мораль, или нравственность, с точки зрения марксизма-ленинизма?

Мораль, или нравственность, — это одна из форм общественного сознания, исторически сложившиеся нормы поведения людей в их отношении к обществу и друг к другу. В классовом обществе мораль всегда носит ярко выраженный классовый характер, в своих принципах и нравоучениях она всегда защищает материальные интересы того или иного класса, выражает отношение людей к своему классу, к своей партии и к враждебным классам и партиям.

До возникновения марксизма-ленинизма не было научного взгляда на вопросы морали. Даже наиболее передовые мыслители до Маркса и Энгельса считали, что принципы морали носят внеисторический, общечеловеческий характер. Они не понимали, что нормы и принципы морали основаны не на якобы раз навсегда данной «человеческой природе», неизменных принципах справедливости, вечном человеческом разуме, а на постоянно изменяющихся условиях материальной жизни разных классов общества, на материальном бытии людей.

Ограниченность всех и в особенности современных буржуазных взглядов по вопросам морали состоит в том, что все они так или иначе считали и считают мораль чем-то раз навсегда установленным, неизменным, одинаково пригодным для всех времен, для всех классов и сословий. Касаясь взглядов немецкого материалиста XIX века Людвига Фейербаха, Энгельс писал: «С моралью Фейербаха случилось то же, что со всеми ее предшественницами. Она выкроена для всех времен, для всех народов, для всех состояний и именно потому она неприложима нигде и никогда» (К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. XIV, стр. 660–661).

Марксизм-ленинизм учит, что нормы морали изменчивы, как изменчива сама жизнь. У людей разных исторических эпох и в особенности у разных общественных классов разные, а то и прямо противоположные взгляды на мораль. Одни и те же поступки людей в одних исторических условиях расцениваются как нравственные, а в других — как безнравственные. Чтó нравственно с позиций одного класса, то чаще всего безнравственно с позиций другого класса.

Это подтверждается всей историей человеческого общества. В первобытном обществе, например, считалось вполне естественным и справедливым убивать и даже поедать стариков, потерявших способность к труду и обеспечению собственного существования. Это объяснялось чрезвычайно низким уровнем производства, когда каждый человек был в состоянии производить не более, чем требовалось для поддержания собственной жизни и в лучшем случае жизни своих детей. Поэтому жестокая практика избавляться от нетрудоспособных стариков не только не подвергалась моральному осуждению, но и находила полное нравственное оправдание.

Кто из нас не возмутился бы сейчас самой мыслью о чем-нибудь подобном!

Рабовладелец считал вполне справедливым, от бога данным, что рабы были лишены всех человеческих прав и приравнены к скоту. Крепостника-помещика возмущала всякая попытка крепостной «черни» к освобождению от крепостнической неволи, и он жестоко расправлялся с подобными «бунтовщиками». Капиталист считает своим святым правом и непререкаемой справедливостью из своей собственности извлекать сверхприбыль, беспощадно эксплуатируя и обкрадывая рабочего и его семью. Всякий сознательный рабочий не может мириться с этим и по праву считает высшей справедливостью вести против этого священную, непримиримую борьбу.

Правда, во все времена и всеми классами нравственным считалось и считается все то в поведении людей, что приносит добро и направлено против зла. Поступки людей всегда и всеми оценивались с точки зрения добродетели, справедливости, чести, совести, долга и т. п. Все, что честно, справедливо, добродетельно и т. д., — это нравственно. Все, что идет вразрез с этими понятиями, — безнравственно. В этой части нет каких-либо различий в толковании морали как между представителями разных эпох, так и между представителями разных классов.

Однако главное не в этом. Главное в том, какое содержание вкладывать в эти понятия, что считать добром, а что злом, что справедливо, а что нет, что честно, а что нечестно. Вот в этой части представители разных эпох и тем более представители разных классов чаще всего резко расходятся между собой. Например, благо или зло частная собственность на средства производства; честно или нечестно жить в роскоши за счет нетрудовых доходов; справедлив или несправедлив капиталистический строй и т. д. Разве можно на все эти вопросы ожидать одинакового ответа от буржуа и пролетария? Все ратуют за честность, выступают за добро, ссылаются на справедливость, но каждый по-своему это понимает. А поскольку это так, то у представителей разных исторических эпох и тем более у идеологов разных классов разные понятия морали, разное понимание того, что нравственно, а что нет, ибо мораль, или нравственность, производна от всех этих понятий.

Однако если люди разных эпох и разных классов понимают мораль каждый по-своему, вкладывают в понятия морали неодинаковый смысл, то это вовсе не значит, что здесь все неопределенно и никакой верной мерки нет. Такая мерка есть, и она впервые указана марксизмом. Этой меркой являются интересы и благо подавляющего большинства общества — трудящихся, широчайших народных масс. Все, что соответствует интересам трудящихся, что идет на благо народа, — справедливо, добродетельно, честно, а значит, нравственно. Все, что идет в ущерб народу, что приносит ему вред, — несправедливо, дурно, нечестно, а значит, безнравственно. Это действительно верная, объективная мерка, объективный критерий. Здесь нет места для произвольных суждений, ибо здесь речь идет не об отвлеченных понятиях добра или зла, справедливости или несправедливости, а о том, чтó справедливо и честно с определенной и весьма конкретной точки зрения — именно с точки зрения народа. Преданность не вымышленному богу и не отвлеченным понятиям справедливости, которые можно толковать и так и этак, а преданность народу, трудящимся — вот основа подлинной морали. Только с этих позиций можно и должно правильно оценивать поступки людей или целых классов как в прошлом, так и в настоящем.

При изложении своих взглядов на мораль идеологи буржуазии ссылаются на предписания свыше, на волю бога. В действительности же они руководствуются сугубо земными соображениями, которые диктуются классовыми интересами буржуазии. Но все дело в том, что интересы буржуазии являются корыстными, эксплуататорскими, антинародными, поэтому прямо и открыто изложить их нельзя. Прямо и открыто изложить классовые интересы буржуазии — значит открыто признаться в том, что буржуазия является заклятым врагом рабочего класса, широких масс трудящихся, противопоставить ее подавляющему большинству общества. А это невыгодно и даже опасно для буржуазии. Поэтому ее идеологи маскируют подлинные взгляды буржуазии, выступают от имени всего человечества, свои понятия морали выдают за повеления свыше, прикрываются ссылками на бога.

Когда-то идеологи буржуазии были атеистами. Это было в те времена, когда буржуазия шла к власти и боролась против феодально-крепостнического строя, от которого более всего страдали трудящиеся. Интересы буржуазии тогда во многом совпадали с интересами народных масс, поэтому у нее не было особой нужды маскировать свои взгляды. Но те времена давно прошли. Как только буржуазия достигла своей цели — пришла к власти, ее интересы резко разошлись с интересами народных масс. От свободолюбивых атеистических идей прежней революционной буржуазии не осталось и следа. Идеологи буржуазии стали проповедовать религию и мистику, против которых вели страстную борьбу их предшественники.[1]

Теперь буржуазии нужен бог для того, чтобы его именем прикрывать свои антинародные эксплуататорские интересы, на его счет относить всю тяжесть жизни трудящихся при капитализме, его волей оправдывать свои преступления перед народом. Недаром буржуазные идеологи говорят, что если бы бога и не было, то его стоило бы выдумать. Буржуазная идеология, и, в частности, буржуазная мораль не может обойтись без религии, без мистики, без ссылок на авторитет вымышленного бога.