Читаем Молоток онлайн бесплатно
Молоток
Я могу производить очень громкие звуки своим молотком. Но я делаю это только в случае необходимости, например, когда мне нужно разбить дверь или окно. Обычно, я предпочитаю тихую музыку от ударов молотка по плоти и костям...
Фантастика / Научная Фантастика / УжасыНаши переводы выполнены в ознакомительных целях. Переводы считаются "общественным достоянием" и не являются ничьей собственностью. Любой, кто захочет, может свободно распространять их и размещать на своем сайте. Также можете корректировать, если переведено неправильно.
Просьба, сохраняйте имя переводчика, уважайте чужой труд...
Бесплатные переводы в нашей библиотеке:
BAR "EXTREME HORROR" 18+
Кое-что о молотке... он тихий.
Он не молчит. Боже, нет.
На самом деле, мне нравятся его звуки. Удары отличаются друг от друга как снежинки. Все - от мягкого
Все такие сочные. Все довольно тихие. Совсем не похожи на резкий грохот огнестрельного оружия.
Разумеется, я
Я могу производить
Но я делаю это только в случае необходимости, например, когда мне нужно разбить дверь или окно. Обычно, я предпочитаю тихую музыку от ударов молотка по плоти и костям.
Честно говоря, это выше моего понимания, зачем вообще пользоваться оружием. Оно невероятно шумное!
Оно заявляет миру о вашем присутствии, будит людей, дает им возможность спастись бегством.
Мало того, оружие такое... удаленное. После выстрела вы остаетесь на месте, а пуля весело летит к цели и поражает человека сама по себе. Вы не чувствуете момента удара. Вы не чувствуете, как лопается кожа, как рвутся ткани под ней, как ломаются кости. Кровь не попадает на вашу руку (если только вы не стреляете с очень близкого расстояния). Когда выстрел звенит у вас в ушах, вы даже не в состоянии услышать удар пули о тело.
Однако, орудуя молотком, вы оказываетесь в самом центре событий, испытывая удивительные ощущения, которые вам просто недоступны, если вы используете огнестрельное оружие.
Теперь вы, возможно, спросите себя, как я узнал об изумительных впечатлениях от ударов молотком.
Я вам расскажу.
Хотя это вряд ли вам понравится.
Составьте собственное мнение. В возрасте семи лет, одним прекрасным летним утром, я приколачивал доски на заднем дворе, когда появился незваный гость: моя трехлетняя сестра Анжела. Она схватилась за молоток, хныча:
- Дай мне, дай мне! Я хочу! Я хочу!
И я со всей силы треснул молотком по ее маленькой белокурой головке. Молоток пробил череп, кровь взлетела вверх красивым красным фонтаном, и мертвая маленькая Анжела рухнула на землю.
Вы потрясены?
Вполне возможно, что нет.
А теперь позвольте мне открыть вам маленький секрет. Незваным гостем в то утро была не моя младшая сестра Анжела. Это был ее котенок, Тэбби.
Ха!
Боже, вы бы это видели!
Теперь вы, вероятно, шокированы.
Как он посмел убить милую кошечку?
Хуже, чем дать сестре ощутить вкус стали, правда? Я знаю, я ужасен.
Тэбби первой пала от моего молотка. Ее маленькая голова практически распалась от удара. Когда я услышал треск и почувствовал, как молоток погружается внутрь, кошечка жалобно мяукнула и упала замертво.
Затем я вылизал окровавленный молоток дочиста.
С того самого момента я
Когда появлялась возможность, я охотился на кошек и собак. Один удар, хлопок по башке, и готово.
Я наслаждался не только убийственным ударом, но и очисткой: облизывал прохладную стальную головку молотка, обсасывал ее. Мех и кусочки костей всегда попадали мне в рот, но это была небольшая плата – как кости в форели - за удовольствие от кроваво-красной закуски.
Однажды, летним утром, когда мне было десять лет, моя шестилетняя сестра Анжела наткнулась на меня в лесу через несколько минут после того, как я нашел на земле малиновку. У нее было сломано крыло, и она не могла летать, поэтому я поднял ее и отнес к большому валуну. Я положил малиновку на валун. Когда я высоко поднял свой молоток, Анжела закричала:
- Саймон! Не смей!
Я посмел.
Когда маленькая голова малиновки разлетелась на мелкие кусочки от удара, она пронзительно закричала.
- Прекрати, - сказал я ей. - Это просто глупая птица.
По ее щекам текли слезы. Анжела захныкала:
- Я расскажу.
Затем она развернулась и побежала. Мчась по лесу, она мне угрожала:
- У тебя будут большие неприятности!
- Если ты наябедничаешь на меня, - выкрикнул я, - я наябедничаю на тебя!
Проверенная тактика, когда речь идет о братьях и сестрах.
Это ее остановило.
Она повернулась и посмотрела на меня.
Я подошел к ней, заложив левую руку за спину.
- Я ничего не делала, - запротестовала она, но в ее голосе не было абсолютной уверенности.
- Делала, - сказал я ей.
- Что?
- Я скажу маме и папе, что ты убила птицу.
- Это ложь.
- Но по тебе будет видно, что это правда. С этими словами я вынул руку из-за спины и ткнул ей в лицо окровавленными останками малиновки.
Она завизжала от отвращения и ужаса и попыталась отпихнуть мою руку, но я был больше и сильнее. Я затолкал птицу ей в рот. Задыхаясь, она вырвалась от меня и снова пустилась бежать.
Я погнался за ней. Ее золотистый конский хвост развевался и подпрыгивал. Я хотел дернуть за него, чтобы остановить ее. Вместо этого я взмахнул молотком, ударил ее по уху и сбил ее с ног.
Еще живая, она зажимала окровавленное ухо и корчилась на земле. Она уже выдернула или выплюнула птицу изо рта, поэтому могла свободно реветь и лепетать:
Я, наверное, должен объяснить, что Анжела была прелестной, как нераспустившийся бутончик, но она была мне как бельмо на глазу в течение многих лет.
Я мог пощадить ее.
Но не стал.
Вместо этого, я повеселился. Я нашел птицу (она была сильно измята), снова засунул ее ей в рот в качестве импровизированного кляпа, а затем начал бить ее молотком. Довольно нежно, но не очень.
Чтобы не утомлять вас ужасными подробностями, позвольте просто сказать, что я вначале почти везде наставил ей синяков. Затем начал крушить кости - сначала мелкие. Пальцы рук и ног, потом коленные чашечки. Голову оставил напоследок.
Я знаю. Я ужасен. Подайте на меня в суд.
Хотя я часто пробовал кровь и мозги кошек, собак и других животных, ничто не сравнится со сладким, терпким вкусом Анжелы. Долгое время я лежал на лесной подстилке рядом с моей любимой сестрой, погружая головку молотка в открытую чашу ее черепа, и жадно лакал, обсасывая ее дочиста. Фондю из Анжелы.
Безусловно, это самый лучший день в моей молодой жизни.
К сожалению, за этим последовало несколько неприятных лет.
Хотя меня держали подальше от молотков и всех видов инструментов, которые могли послужить дубинками, но никак не могли отвлечь мои мысли от того дня в лесу с Анжелой. Я переживал его бесчисленное количество раз, смакуя, даже приукрашивая его... однако ведя себя примерно... пока, наконец, не настал день, когда мне разрешили покинуть заведение.
К моменту освобождения мне было восемнадцать лет, и я полностью излечился от различных психических отклонений.
Безусловно.
Две недели спустя я зашел в строительный магазин "True Value", встал перед витриной с инструментами и с благоговением уставился на молотки.
Молотки-гвоздодеры. Молотки с круглыми бойками. Кувалды различных размеров и веса.
Кирки. Топоры. Топорики.
О, Боже.
В детстве я предпочитал молоток-гвоздодер. Я выбрал один. Взял его с витрины. Почувствовал его тяжесть. Полюбовался блеском стали, ярко-синей краской на раздвоенном конце, текстурой гладкой деревянной рукоятки.
Пытаясь скрыть свой восторг, я понес его к кассе и купил за наличные - 14,95 долларов плюс налог.
Намного более дешевый, чем пистолет.
И намного более приятный.
И никаких разрешений. Никаких форм для заполнения. Никакой проверки биографии. Никакого периода ожидания.
Я вышел из магазина с тяжелым молотком на дне сумки. Когда я шел, сумка раскачивалась и мягко ударялась о мою ногу.
В тот вечер я опробовал свою новую покупку в книгохранилище на втором этаже публичной библиотеки. Так уж совпало, что там находилась девушка, складывающая книги в стопки. Я подкрался к ней сзади и так сильно ударил ее по затылку, что ее швырнуло вперед, и она чуть не опрокинула стеллаж с книгами. Опустив ее на пол, я сел ей на спину и сунул молоток в рот.
Очень вкусно.
Ее вкус наполнил меня воспоминаниями об Анжеле.
Конечно же, мне удалось сбежать из библиотеки незамеченным. Если бы меня поймали на том раннем этапе моей карьеры, то те зверства, которыми я так прославился, возможно, никогда бы не произошли.
Но они совершились, как всем известно.
Многие годы я путешествовал по стране. Посещал маленькие города и мегаполисы, бродил по лесам и горам, заглядывал в наши прекрасные университеты и торговые центры, круглосуточные магазины и на автостоянки.
И в дома.
Во многие дома, квартиры, кондоминиумы и городские особняки.
Я мог бы продолжить перечисление на сотнях страниц, донимая и утомляя вас великолепными подробностями моих злодеяний. У меня, конечно, нет на это времени.
Поэтому позвольте мне просто перейти к встрече с Тришей Купер.
Я, конечно, тогда не знал ее имени.
Я знал только, что она была соблазнительной, неотразимой.
В свое оправдание должен сказать, что в то утро я был не в лучшей форме. Иначе все сложилось бы совсем по-другому.
Накануне вечером я хорошо повеселился.
Привлеченный красотой молодой женщины, которая остановилась рядом с моей машиной на светофоре, я последовал за ней по улицам Тусона в жилой район, где она остановилась на подъездной дорожке скромного оштукатуренного дома.
Я припарковал машину в паре кварталов от дома. Затем, держа в руке дипломат, я пошел к ее дому. По пути я внимательно смотрел по сторонам.
На лужайке перед домом на противоположной стороне улицы красовалась табличка:
Я продолжил путь к дому женщины и позвонил. Она открыла дверь. Они почти всегда так делают.
Женщины находят меня очаровательным.
Я строен и невероятно красив, у меня нежные, полные надежды глаза и мальчишеская улыбка. У меня короткие, тщательно причесанные волосы. У меня нет ни усов, ни бороды, ни пирсинга, ни татуировок. Я выгляжу так, как будто иду на деловой обед.
Короче говоря, я опрятен, красив и неотразим.
Открыв дверь, женщина вроде и обрадовалась, увидев меня, но смотрела с опаской.
- О, привет, - сказала она. - Могу я вам чем-нибудь помочь?
Ее сетчатая дверь оставалась закрытой и, несомненно, запертой.
- Привет, - сказал я. - Извините, что беспокою вас...
- Все в порядке.
Голос звучал слегка настороженно - возможно, она ожидала, что я начну рекламировать товар.
- Я подумываю о переезде в этот район, - сказал я и кивнул через плечо в сторону дома с табличкой
- О, - сказала женщина, - будем очень рады, - oна открыла сетчатую дверь. По-соседски улыбаясь, она протянула руку. - Я - Пегги Райт.
- Уилбур Кертис, - представился я. Я положил свой дипломат и пожал ей руку. - Очень приятно познакомиться, Пегги.
На вид ей было около тридцати лет. Ниспадающие темно-каштановые волосы. Приятное очаровательное лицо с необычайно большими губами. Фигура стройная, но не худая. Блузка позволяла мне любоваться ложбинкой меж ее полных грудей.
Прежде чем она успела убрать руку, я рывком притянул ее к себе. Она задохнулась и перегнулась через порог. Я шагнул ближе, размахнулся и ударил ее левой рукой по щеке с такой силой, что ее голова повернулась набок. Волосы рассыпались. Губы задрожали. Полетела слюна. И она, отступив назад, упала в фойе.
Было около четырех часов дня, за день до встречи с Тришей Купер.
Пока Пегги Райт лежала в оцепенении на полу в фойе, я достал из дипломата веревки и связал ее. Заклеил рот широкой полоской скотча. Оставив ее на полу, я достал молоток и обследовал дом.
Никого нет, кроме нас двоих.
Облегчение, но и разочарование. Я предпочел бы найти детей, возможно, на попечении гувернантки или няни. В ее возрасте у нее должны были быть дети. Но не повезло.
Я вернулся к Пегги, развязал ей ноги и заставил пойти впереди меня в спальню. Я положил ее на кровать королевских размеров. Она выглядела испуганной. Ее прекрасные глаза были выпучены, она тяжело дышала, воздух со свистом вырывался через ноздри, грудь вздымалась, натягивая блузку.
Я остался в комнате, наблюдая за ней. Через некоторое время я расстегнул блузку и при помощи ножниц снял бюстгальтер. Ее дыхание улучшилось, а может, и нет. На мой взгляд, улучшилось.
В конце концов, я услышал, как на подъездную дорожку въехала машина. Глухо хлопнула дверь.
- Похоже, муженек дома, - сказал я.
Пегги покачала головой и умоляюще посмотрела на меня.
- Я объясню, что тебе нездоровится, - сказал я и вышел из спальни.
Я закрыл дверь и поспешил через дом.
К тому времени, как открылась входная дверь, я ловко устроился за ней.
- Эй, привет! - воскликнул муженек, как гном в мультфильме
Но там гномы не были женщинами, а "муженек" ею был.
Когда она захлопнула дверь, я сказал:
- И тебе привет...
Я намеревался одним ударом проломить мужу череп (может, у меня и есть недостатки, но я не педик), но звук голоса соседки по квартире заставил меня передумать.
Когда дверь отворилась, я увидел, что это стройная и элегантная блондинка с красивым лицом.
Я ударил ее молотком по плечу, и она упала на колени от мучительной боли.
Позже я узнал, что ее зовут Элла.
И снова мы подошли к тому месту в моем повествовании, когда подробный рассказ о моей деятельности может излишне ужаснуть и оттолкнуть тебя, дорогой читатель.
Я бы не хотел потерять тебя на последнем этапе, так близко к концу.
Поэтому позволь мне обойтись без жутких подробностей. Я просто скажу, что Элла, Пегги и Саймон провели вместе день и ночь очень продуктивно. Благодаря разумному использованию молотка, мои избранницы оставались в сознании почти до самого конца, который наступил около семи утра следующего дня.
К тому времени спальня была вся перепачкана, и я тоже.
Я отражался в зеркале во весь рост, обнаженный и настолько заляпанный кровью, спермой, другими жидкостями и кусочками тканей, что едва напоминал человека.
Я долго стоял под горячим душем.
Затем собрал веревки, молоток, плоскогубцы, ложки и другие инструменты для своих забав (с тех первых дней я несколько расширил свой репертуар), упаковал фотоаппарат и установил таймер на зажигательном устройстве на десять часов. Я положил бомбу на кровать между их телами. Она должна уничтожить следы преступления.
В конце концов, нарядно одетый, но уставший до чертиков, я вышел из дома и вернулся к своей машине. У меня едва хватило сил вставить ключ в замок зажигания.
