Читаем Моё прекрасное чудовище онлайн бесплатно

© Геярова Н., 2021

© ООО «ЛитРес», 2021

© «Яуза-каталог», 2021

– Это лучшее предложение для тебя, учитывая условия, в которых мы оказались, – холодом слов тетушки Ирен можно было обращать в лед. – Ты должна быть счастлива, что на тебя вообще обратили внимание. Прими это предложение с честью.

– С честью?

Я с трудом проглотила готовые вырваться слезы. Ни за что не покажу тетушке Ирен, насколько мне больно. Я – единственная дочь герцога Лавона, ставшая волей судьбы сиротой и отданная на воспитание тетке. Если быть еще более точной, то это она, едва похоронив брата с женой, вселилась в наше родовое поместье вместе со своими двумя дочерями.

Они жили в моем доме, на деньги, которые выделял эсварийский банк на мое содержание. У отца был большой капитал. Если бы не он, меня бы давно уже выкинули из дома, отправив с глаз долой подальше в какой-нибудь богами забытый женский пансион. Но каждый месяц к нам приходил немолодой седой мужчина в очках и интересовался моим состоянием и не обижают ли меня. Под строгим взором тетушки я мрачно кивала и выходила из комнаты. Далее она вела разговоры с распорядителем без моего присутствия. И так должно было продолжаться вплоть до моего восемнадцатилетия, которое наступит будущей весной.

Но несколько месяцев назад наша жизнь круто изменилась.

Шаены.

Они пришли с далеких земель и завоевали наше государство. Как-то тихо и, можно сказать, по-скромному быстро обосновались в столице, жители которой попросту не могли дать отпор хорошо обученному и владеющему магией противнику. Поговаривали, что они чудовища, пришедшие из самой тьмы. Так ли это, никто выяснять не пробовал. Но несколько раз я сталкивалась с ними на улицах, и те тяжелые взгляды, которыми награждали шаены, были совсем не человеческими. Синие глаза с какой-то искоркой в глубине, будто там мечется некая затаенная сила, готовая вот-вот вырваться и уничтожить все на своем пути.

Банк, в котором находились все сбережения моей семьи, был арестован. Уже несколько месяцев мы не получали ни пенни. А то, что осталось на руках, слишком быстро растрачивалось тетушкой и сестрами.

Прислугу пришлось распустить. Остался лишь верный Дарьер. Он с детства проживал в моей семье и отказался даже в это тяжелое время покидать меня. Дарьер, пожалуй, был единственным, кого я считала своим близким человеком.

Больше всего на свете мне сейчас хотелось кинуться в объятия его крепких рук и зарыдать. Но я продолжала стоять, до боли сцепив за спиной пальцы, и смотреть на тетушку.

– Я не намерена становиться постельной игрушкой для шаена.

Ирен поморщилась. Ее в последнюю очередь волновали мои намерения.

– Быть содержанкой не так уж и плохо. Это всегда практиковалось среди знати. Ты не исключение, тем более учитывая наше положение. Деньги и ценности у нас забрали. Все, что осталось, – это поместье да старый слуга, доживающий последние дни.

Я с трудом смолчала. Дарьер, при всем уважении к его годам, тянул весь этот дом, пытаясь угодить Ирен и ее дочерям. И хотя выглядел мой слуга от силы на шестьдесят и всегда казался бодрым, я знала, что ему куда больше, и удивлялась тому, откуда в его худощавом теле столько сил.

После прихода шаенов он взял на себя роль садовника, уборщика, лакея, горничного и даже повара. Я, чем могла, помогала ему. Да только моей помощи явно не хватало. Поместье было большим. А нас – всего двое. Даже не знаю, может, к счастью, что лошадей забрали солдаты при первой же проверке. Чистить и убирать за ними я бы не смогла, а Дарьер и так с ног сбивался в попытках хоть как-то содержать дом в порядке.

– Не смотри на меня так, – хмуро продолжила тетушка. – Я о твоей судьбе позаботилась.

«А заодно и о своей безбедной жизни», – с внезапной злостью подумала я.

– Ты ни в чем не будешь нуждаться. Это даже хорошо – быть… – Вот тут она замялась, подыскивая слово.

– Любовницей, – с яростью выдавила я. – Называйте вещи своими именами, дражайшая тетушка Ирен.

– Ты права, – тут же холодно согласилась она. – Ты уже взрослая девочка. Если станешь любовницей шаена, то у нас появятся деньги. Мы сможем отправить девочек на обучение в колледж и поправить свое семейное положение. Дом скоро совсем придет в упадок. Если мы как-нибудь не выкрутимся, его придется продать. Ты ведь не хочешь потерять свое родовое поместье?

Я не хотела. Дом – единственное, что у меня осталось.

Тетушка расплылась в язвительной улыбке.

– А ты потом сможешь вполне достойно существовать. Купишь магазинчик, ты всегда хотела заниматься цветами. Откроешь салон флористики. Я слышала, шаены далеко не скупы. Тебе обязательно что-то от него достанется. И не смотри на меня так. В конце концов, все эти годы я тянула тебя, растила и вкладывала свои силы. Ты должна быть благодарна.

Благодарна?

Я протянула руку и ухватилась за край стола, стараясь гордо смотреть в лицо тетушки. Представила радость сестер. Наконец-то они избавятся от меня. Да еще и что-то с этого поимеют.

– Кто он? – спросила срывающимся голосом.

Тетушка безразлично пожала плечами.

– Разве это имеет значение? Главное, что высокого положения. Если я правильно поняла приезжавшего уполномоченного, то очень влиятельный шаен. Вечером он привезет договор, там можно будет узнать имя. Но к чему тебе оно? Познакомишься на месте.

Меня заметно пошатнуло, в глазах потемнело.

– То есть вы даже не удосужились узнать, кому меня… – Ком встал в горле. – Продали?

Ирен сложила руки на груди.

– Не продала. А устроила твое будущее.

– Продали! – звенящим криком вырвалось у меня. – Именно так. Вы продали меня в пользование шаену. Прекрасная перспектива, не правда ли, тетушка Ирен? Избавиться от меня, получить деньги. И неважно, что они получены грязными методами. Вам к этому не привыкать!

Звонкая пощечина заставила мое лицо загореться. Тетушка настолько быстро оказалась возле меня, что я не успела отшатнуться.

– Не смей говорить со мной в таком тоне, – прошипела, словно гадюка, которой наступили на хвост. – И радуйся, что тобой до сих пор не воспользовался ни один из шаенских солдат! Думаешь, я не знаю о твоих ночных вылазках? Знаю! Удивительно, что ты до сих пор не попала в лапы стражам! Поверь, я бы пальцем не пошевелила, чтобы спасти тебя.

В этом я не сомневалась. А мои ночные вылазки… Я пыталась раздобыть травы в ближайшем лесу, чтобы насушить на зиму. Кто знает, что нам предстоит, а лекарей на ближайшие несколько селений нет, они ушли, едва в городе появились шаены. Тех, кто не успел уйти, шаены забрали, и их больше никто не видел.

Дарьер оставался единственным в городе, кто разбирался в травах и кое в чем из колдовства. Его спасало то, что об этом никто, кроме нашей семьи, не знал. И он бы ушел, если бы не я.

Вот только ходить в лес в нынешнее время стало опасно. Однако выбора не оставалось, зима никого не пощадит. И хотя Дарьер был против, после небольшой перепалки мы все же решили поискать травы. Мы уверенно уходили каждую ночь, собирая в окрестностях те растения, что он показывал. А потом до утра, прячась в тайной комнате замка, варили настои и снадобья.

Мы делали это для всех. Ведь случись что с тетушкой Ирен или сестрами, им бы тоже помогли наши травки. Но, видимо, тетушка так не считала.

Прижав руку к полыхающей щеке, я все еще стояла прямо. Медленно отняла ее от лица и скупо произнесла:

– Ваша подлость не имеет границ. Даже стать любовницей шаена лучше, чем оставаться с вами в одном доме.

То, что сказала это сгоряча и впопыхах, поняла, едва за мной закрылась дверь моей собственной комнаты.

– Не выйдешь отсюда, пока за тобой не приедет экипаж. Приготовь вещи к вечеру.

Пару раз щелкнул замок, и я осталась наедине с собой. Тут уж дала волю слезам. Уткнувшись в подушку, я рыдала о себе и своей судьбе. Всхлипывала, размазывала слезы по щекам и думала, что лучше бы я погибла вместе с родителями.

Сколько пролежала – не знаю. Слезы высохли, рыдания уже не давили грудь, хотя на душе было все так же серо и тоскливо. Солнечный диск уверенно клонился к закату, отсчитывая время в доме моих родителей.

Родители.

Порывисто поднялась.

Я не могу подвести их.

Я – единственная дочь некогда прославившегося героизмом и смелостью герцога Лавона. Я не имею права сдаваться и просто рыдать о судьбе.

Встала, заглянула в зеркало. Из него на меня посмотрела миловидная девушка с раскрасневшимся от слез лицом и всколоченными русыми волосами оттенка гречишного меда.

Гордо вскинула голову. Прошла в купальню, освежила лицо и снова вернулась к зеркалу. Волосы заплела в тугую косу. Хотя никогда не пользовалась косметикой, нанесла на лицо белую пудру. Надела черное строгое платье с воротником-стойкой и длинными рукавами. Сняла с пальца родовое кольцо.

Снова посмотрела на себя.

Излишне бледная от пудры, но все равно привлекательная. Серые глаза в обрамлении черных ресниц – подарок от красавицы-мамы. Ровные дуги бровей. Взгляд серьезный и хваткий – папин взгляд. Я уверенно провела под глазами темным карандашом и тщательно растушевала.

М-да, смерть выглядит, пожалуй, лучше меня.

Что ж, лорд как вас там, мы еще не знакомы. Пусть меня и продали, как вещь. Но я не вещь. Я, Киара Лавон, – единственная дочь герцога Лавона. И постароаюсь сохранить честь и достоинство. Если в моем положении это вообще возможно.

Вышла, едва в дверь мою стукнули. С собой несла всего один чемодан. В нем лежали пудра, нижнее белье, пара черных туфель и несколько черных платьев. А еще кое-что из женских принадлежностей.

Чемодан у меня тут же забрал паренек в сером, видимо, из тех, кто приехал за мной, и шустро убежал.

Тетушка потеряла дар речи, увидев мое облачение. Нервно охнула и прижала руки к груди.

– Что-то не так, тетушка Ирен? – злорадно поинтересовалась я.

Она скрипнула зубами.

– На кого ты похожа?

Я хмыкнула.

Тетушка закатила глаза и пошла вперед, бросив на ходу:

– Торопись, тебя уже ждут.

Внизу, в холле, меня перехватили дражайшие сестры.

– Киара, ты же не на эшафот, а к уважаемому лорду собралась! – перепуганно выдавила Хлоя, нервно поправив черные как смоль волосы, уложенные в витиеватую прическу.

– А есть разница? – Я повела плечом. – На одном теряют голову, с другим честь. Так что я одета по случаю.

В зеленых глазах Хлои мелькнул искренний ужас. Она с трепетом ухватилась за перила и начала судорожно обмахиваться веером.

– Смотри, как бы сердце не потерять, – язвительно высказалась стоящая рядом с сестрой Мадри. В черных глазах мелькнуло презрение. – Поговаривают, что лорды шаенов очень привлекательны.

– О, милая сестрица, ты меня обнадежила, – не удержалась и я. – Куда как приятнее, когда тебя использует привлекательный мужчина. Вам-то, возможно, и такое не светит, так как последний привлекательный жених давно обошел вас стороной. Хотя если ты, Мадри, укоротишь нос, то, вполне возможно, тебя возьмет сын мясника. С внешностью малому не повезло, зато ты будешь всегда сыта.

У сестры повело лицо. Ее слишком длинный нос и правда давно стал предметом шуток всех соседей. К тому же она любила совать его куда не следует, отчего прослыла первой сплетницей в городе.

– А еще говорят, – уже с нескрываемой злостью выплюнула Мадри, – что, заполучив девушку, они порабощают ее душу. И та потом вечно скитается во тьме. Так что шути, моя сестрица, возможно, это твоя последняя шутка.

Я молитвенно сложила руки и кротко возвела глаза к потолку.

– Спасибо на добром напутствии. Пресветлая, спаси неразумных и дай хоть капельку мозга, им еще жить.

После чего без страха посмотрела в разъяренные лица сестер.

– Обниматься, я так понимаю, не будем.

Обошла их и направилась к двери.

За ней меня встретил крепкий мужчина выше меня головы на две. В черном костюме и столь же черном плаще. На ногах были высокие кожаные ботфорты. Тоже черные. И черная папка в руках.

Тетушка крутилась рядом с ним.

– Вот и наша Киарочка, – пропела таким слащавым голосом, что у меня скулы свело.

Мужчина очень странно на меня посмотрел. Как-то недоверчиво.

– Уверены, что это она? – голос его звучал негромко, но был настолько жестким, что я поежилась и все-таки высказалась, ибо терять мне уже было нечего:

– Совершенно уверена, что это я. А вас что-то смущает?

Вышло нагло и совершенно бестактно. А откуда такт? Меня, если помню, не спросили, хочу ли я быть любовницей их лорда – не знаю, как его там, еще познакомимся.

Мужчина покачал головой и, склонившись к тетушке, произнес:

– Вы говорили, что это очень мирная и вежливая девушка.

– Очень! – подтвердила я под убийственным взглядом тетушки, не успевшей даже рот открыть. – Но не всегда. Иногда в голове что-то щелкает, и я становлюсь совершенно неадекватной, – растянула рот в наиглупейшей улыбке. – Так берете или нет? Может, я пойду?

Мужчина каким-то невероятным образом оказался рядом.

– Нет, что вы, у нас договор именно на вас. Приказали привести леди Киару Лавон. Если это вы, то извольте следовать за мной.

Я подавила тяжкий вздох. А ведь была маленькая надежда на избавление от участи, что приготовила мне тетушка.

– Надеюсь, вы не подсунули мне невесть кого, – произнес мужчина, все еще с недоверием смотря на меня, но обращаясь к Ирен. – Поверьте, лорд очень строг с теми, кто его обманывает.

Судя по мелькнувшему в глазах тетушки удовольствию, мой замысел она раскусила.

– Помойте ее, заприте на пару деньков и обретете ту, на которую у нас договор. Девушка просто вне себя от счастья. Не знает, что творит и говорит. Хорошенько встряхните ее, и получите самую покорную леди Эсварии.

Я сжала кулаки, едва сдерживая неприличные слова.

– Очень на это надеюсь, – отозвался мужчина. И еще внимательнее на меня посмотрел.

– Извольте вашу руку, леди Киара.

Я положила дрожащие пальцы ему на локоть, закусила губу и проследовала к ожидающему нас экипажу. Тот был шикарен, как и все остальное. Судя по всему, лорд, к которому меня должны доставить, и правда очень богат и влиятелен.

В черную карету с позолотой была впряжена четверка черно-смоляных коней. Пара лакеев в серых жакетах стояла на запятках кареты. Именно один из этих ребят и унес мою сумку, которая теперь была пристегнута ремнями к верху кареты. Впереди можно было различить небольшой навесной козырек над сиденьем кучера, одетого в черный фрак. По углам кареты висели позолоченные фонари.

Мне стало совсем неуютно от вида такой красоты. И все героическое настроение мгновенно улетучилось. Понурив голову, я старалась как можно медленнее идти, держа за руку своего провожатого. Вздрогнула, когда кто-то из лакеев ловко возник перед нами, открыл дверь кареты и спустил маленькую откидную подножку.

Ступить на нее я не успела.

– Моя леди, – раздался хрипловатый, хорошо знакомый мне с детства голос. И дрожащие пальцы коснулись моей руки.

Я остановилась. Повернулась. Передо мной стоял Дарьер с небольшой сумкой на плече.

Следом послышался несдержанный вскрик тетушки:

– Ты куда собрался, Дарьер?

И она рванула за моим слугой.

Тот рухнул на колени, возведя ко мне руки.

– Моя леди, не оставьте меня с этими горгонами, – зашептал надрывно. – Ведь изведут. Я с вами – хоть в огонь, хоть в воду. Сызмальства рядом был, неужели бросите на поругание взбалмошным девицам?

У меня защемило сердце.