Читаем Моя сумма рерум (СИ) онлайн бесплатно

Annotation

Одиннадцатиклассник Никита вынужден переехать к отцу и отправиться в новую школу. Но прежде, чем он успевает познакомиться со своими непростыми одноклассниками, к нему в руки попадает чужой загадочный телефон. Однако всё начинается не с таинственных сообщений, приходящих на этот телефон и не с прекрасной рыжеволосой девушки, заставившей его с одного взгляда потерять голову. Всё начинается с твёрдого решения Никиты - во что бы то ни стало доказать матери, как несправедливо она обошлась с ним.Пускаясь во все тяжкие, Никита и не подозревает, насколько сильно изменится его "вселенная" за какие-то три месяца.

Ида Мартин

Глава 1 ==========

Глава 2 ==========

Глава 3 ==========

Глава 4 ==========

Ида Мартин

Моя сумма рерум

==========

Глава 1 ==========

Первый удар пришелся в солнечное сплетение, дыхание перехватило, я согнулся пополам, и в ту же секунду чья-то здоровенная ножища в грязной потрепанной кроссовке впечаталась прямиком мне в нос. Резкая боль отдалась в висках, в глазах потемнело, и я беспомощно завалился набок. Теперь меня пинало уже несколько ног по голове, спине и ногам.

На то, что они не станут меня бить, я надеялся до последнего. Глупо было, конечно, в моей ситуации рассчитывать уболтать их, но раньше мне такое удавалось, поэтому попытаться всё-таки стоило.

Они привязались сразу, как только я вышел из салона сотовой связи. Но, когда заметил их, уже успел прилично углубиться во дворы. Хотелось поскорее рассмотреть новый пятидюймовый мобильник Сяоми - папин запоздалый подарок на моё семнадцатилетие. Достал его из коробки прямо на ходу. Стоило поменять карту памяти ещё в салоне вместе с симкой, но на радостях я слишком торопился. Вытащил Сяоми, коробку в пакет кинул и, выковыряв малюсенькую карточку из своего старого желтенького Самсунга, аккуратно вставил в тонкую щель. Воткнул наушники, открыл плейлист - красота. Всё снова вернулось на свои места. Мои мелодии, мои мысли, озвученные чужими голосами, мой личный, неприкосновенный мир.

В качестве лучшего лекарства от стресса Пилоты советовали сделать ароматизированные свечки с запахом далекого детства. И я подумал, что такие свечки мне бы очень понадобились. Потому что слово "стресс" вот уже который день было моим вторым именем.

Я бы сделал свечи с запахом моря, нагретого песка и прохладных простыней отеля. Ароматом маминых духов "Гуччи", лимонного освежителя из её машины и "Альпийских лугов", которыми пахли все наши вещи, до тех пор, пока Игорь не сказал, что магазинные ополаскиватели могут вызвать аллергию. В общем, всем тем, что ушло и уже больше никогда не повторится. А ещё этим последним днем лета: городской пылью, бензином, разбитым арбузом на асфальте и пластиком нового мобильника. Днем, когда единственное, что у меня осталось своего, - только вот этот мир в наушниках.

Я был слишком поглощен мыслями, чтобы глазеть по сторонам. Очень глупо и легкомысленно, особенно когда ты в новом районе и от метро до дома ходил всего один раз. А как поднял голову, понял, что заплутал.

Незнакомые дома, дворы, маленькие асфальтовые дорожки, детские площадки, припаркованные у подъездов машины. Всё, как везде. Но куда идти, я не имел никакого представления.

А те парни, как шакалы, всё это время шли по пятам. Местная шушера - человек пять или шесть. Когда же я сообразил, что происходит, было поздно. Дорога вела мимо старых зеленых гаражей, глухое место, народу никого, хотя времени всего-то начало шестого, я один, а они чуть ли не в затылок дышат. Идут, гогочут, отпускают мерзкие шуточки.

Сунул телефон в карман шорт, ссутулился и стал прикидывать, получится ли убежать, если неожиданно сорваться с места, или лучше не провоцировать их и попробовать договориться. Но тут как раз противный, гнусавый голос окликнул:

- Слышь, пацан, одолжи телефончик? Всего один звонок сделать.

Ладони мигом вспотели, под ложечкой ощутимо засосало. В голове ни одной отмазки. Я ускорился и приготовился рвануть, бегал я всё-таки лучше, чем базарил, но в этот момент кто-то резко дернул сзади за пакет. Ручки оборвались, и он вместе с коробкой свалился на землю.

От неожиданности я притормозил, и уроды тут же окружили.

- Мобилу давай, - прогнусавил развязный прыщавый парень на вид чуть помладше меня. Во всяком случае, ниже и худее.

Остальные противные морды злорадно оскалились. С радостью бы плюнул в каждую из них, но для такого финта крутости мне явно не хватало, да ещё и в чужом районе.

У него была синяя футболка с надписью "Just do it later". И я вместо того, чтобы ответить что-то достойное, почему-то стал думать о том, как это вышло, что Шая Ла Баф так быстро вырос.

- Накидай ему в рыло, - крикнул кто-то сзади.

И это наконец вывело меня из ступора.

- Да, ладно вам, - сказал я как можно небрежнее. - Нафига вам телефон? Вы знаете, что от них мозги закипают? У нас в школе одному чуваку в прошлом году даже голову из-за трубки оторвало. Вот так взял чужой телефон без спроса, а тот бац, и взорвался. Я сам не видел, но говорят, его голова по всему этажу прокатилась. Это на перемене случилось, и никто не заметил, что это голова. Пацаны даже пнули пару раз, решив, что мячик. Я потом специально узнавал. Оказывается, это новая корейская фишка, антивор, типа. Нелегально, конечно, но офигенно эффективно. Я за это приложение пятьсот рублей выложил. Но не знаю, работает ли. Пока не проверял.

- Чё ты гонишь? - озадаченно протянул прыщавый.

Его стая притихла. Слушали.

Я очень рассчитывал на то, что с минуты на минуту по этой дорожке кто-нибудь пройдет, и шакалы не станут меня трогать на глазах у прохожих.

- У тебя новый телефон, ты бы не успел ничего установить, - заявил высокий кудрявый парень, видимо самый сообразительный из них.

- А то приложение у меня на карте памяти. И как только попадает в устройство, сканер головы тут же активируется.

- Что за сканер? - недоверчиво и злобно прищурился прыщавый.

- Ну как, - я добавил в голос нотки уверенности, потому что внутренне сам потешался над своей выдумкой и, если бы не критичность положения, то, наверное, не удержался от улыбки. - Знаешь же про распознавание лица? А тут сразу определяются очертания головы владельца. Это же корейцы, они по технологиям скоро Китай догонят. Хотя, согласен, отрыв башки - негуманно, лучше бы руку. Как в древности с ворами поступали.

В тот момент я всё ещё надеялся, что обойдется, но, наверное, переоценил их терпение и способность воспринимать информацию, потому что прыщавый ударил резко и неожиданно, так, что я даже закрыться не успел.

И уже после того, как я свалился и меня захлестнула волна боли, я вдруг вспомнил, что на первых Трансформеров мы ходили вместе с папой, когда он ещё жил с нами, а Шае в том фильме было примерно столько же, сколько мне сейчас. Только у него был Оптимус, а у меня только два обычных телефона, которые ни во что не трансформируются. И которые кто-то бесцеремонно вытащил из кармана в ту же минуту, как я о них подумал.

Внезапно послышались новые голоса, удары прекратились, и я ещё толком не понял, что чувствую, как кто-то потряс за плечо:

- Ты как?

Открыл глаза и сначала увидел перед собой голые загорелые коленки, а потом и совсем молоденькую девушку в короткой коричневой юбке, присевшую возле меня. У неё были рыжие волосы и огромные янтарные глаза с длинными черными ресницами. Тогда она показалась мне невероятно красивой.

Осторожно приподнявшись на локте, я вытер разбитый нос. Надо сказать, вид крови меня прилично подкосил, поэтому пришлось откинуться на спину, чтобы не дай бог девушка не заметила, что я совсем раскис.

Тело ныло, во рту скопилась противная кровавая слюна, в голове будто пропеллер крутился, но не отпустивший ещё нерв и обида были гораздо хуже.

- Жив? - темноволосый парень в лёгких песочных брюках и белой лакостовской поло протянул руку.

Я машинально ухватился за неё и в ту же минуту был на ногах.

Девушка достала бумажные носовые платки и дала один мне, а другой парню, чтобы вытер испачканную в моей крови ладонь. У платка был приятный сладковатый аромат персика, и я решил, что этот запах теперь тоже надолго запомню.

- Спасибо, - сказал я, невольно хлюпая носом и чувствуя жуткий стыд из-за своего жалкого положения.

- До дома доберешься? - парень внимательно вглядывался мне в лицо. - Голова не кружится?

У него были низкие густые брови и большие темные с тяжелыми веками глаза, от чего пристальный взгляд тоже казался тяжелым.

- Надеюсь, - неуверенно отозвался я, а потом сразу решил пояснить. - Я в этом районе пока плохо ориентируюсь. Мне кирпичная семнадцатиэтажка нужна. Полукруглая такая, с арками. Там ещё химчистка и парикмахерская.

Парень с девушкой переглянулись.

- Мы бы тебя проводили, - сказал он после некоторого молчания. - Но и так на сеанс едва успеваем.

- Иди вон до тех пятиэтажек, - девушка махнула рукой в сторону, откуда я пришел, - за ними будет длиннющий белый дом, отделанный голубыми панелями. Пройдешь вдоль него до школы. Затем через школьный двор, там с одной стороны детский сад увидишь, а с другой...

Она осеклась. По соседней дорожке медленно, с любопытством уставившись в нашу сторону, проехали двое ребят на большом черном мотоцикле.

Тот, что сидел сзади, в клубной футболке Манчестера, приветственно поднял два пальца вверх. Девушка помахала в ответ.

- После детского сада я уже найду, - прогнусавил я, зажав кровоточащий нос платком. - Спасибо.

Они быстро ушли, а я, подобрав затоптанные наушники, медленно двинулся в сторону пятиэтажек.

Телефон было жалко до невозможности. Я ждал его с июля, со своего дня рождения. Папа обещал подарок, как только я переберусь к нему. И это было единственной причиной, хоть как-то скрашивающей тягостную неизбежность грядущего переезда.

Сначала я категорически не хотел переезжать, и мы довольно сильно поссорились с мамой из-за этого. Целую неделю не разговаривали, а потом я, понадеявшись, что она передумала, попытался помириться, но, как оказалось, всё наоборот.

- У меня тоже есть право на личную жизнь, - раздраженно заявила она. - Наконец всё стало налаживаться, а тут ты со своими капризами. Семнадцать лет - это немалый срок. Семнадцать бестолковых лет. Только представь!

Подобное заявление было слишком даже для неё, но я решил держаться до последнего.

- Всё это время я занималась только тобой, а теперь у меня появился ребенок.

- Получается, я не твой ребенок.

- Ну, конечно мой. Но далеко не ребенок. У тебя рост сто восемьдесят и нога сорок третьего размера.

- Сорок второго.

- Пожалуйста, прекрати со мной препираться. В прежние времена родители выгоняли детей из дома, как только им исполнялось четырнадцать.

- В прежние времена детей и в жертву богам приносили.

- Никита! Не нужно ёрничать. Это не обсуждается. Летом отдохнешь у бабушки Гали, а с первого сентября, как миленький, отправишься к папе. Счастье, что он согласился тебя взять. Впрочем, это справедливо. Не мне же одной отдуваться.

- Мам, я тебя прошу, - я очень старался договориться по-хорошему. - Хочешь, буду помогать с Алёнкой? Могу на молочку ходить и во всей квартире, хоть каждый день убираться.

- Это всего на год. А как закончишь одиннадцать классов, что-нибудь придумаем.

И так это просто получалось: "всего-то на год". Может, для неё год не срок, а как по мне, так целая вечность. Триста шестьдесят пять дней заточения в невыносимых условиях. А ведь я ничего плохого не сделал, ни в чем не провинился, просто у неё "наконец всё стало налаживаться".

Мама познакомилась с Игорем три года назад в Турции, прошлым летом они поженились, а этой весной родилась Алёнка.

В целом, Игорь был нормальный: ни плохой, ни хороший, обычный сорокалетний мужик - тренер в фитнес-центре, разведенный и повернутый на здоровом образе жизни. Вначале он проявлял ко мне некое дружелюбие, даже радиоуправляемый вертолет подарил, но потом, после их свадьбы я стал для него чем-то вроде мебели. Моё внимание ему тоже особо не требовалось. Зато мамино полностью переключилось на него.

- Ладно, спать я могу и у папы, но можно мне хотя бы в школе своей остаться?

- Это на другом конце Москвы. Полтора часа дороги.

- Мне не сложно, а новеньких нигде не любят. Их третируют и гнобят.

- В таком случае, - откликнулась мама довольно равнодушно, - у папы появится отличная возможность восполнить пробелы твоего мужского воспитания.

Сказала она это с такой долей скептицизма, что мне стало немного обидно за папу. Ведь, пока они не развелись, он занимался со мной не меньше, чем она. Дело в том, что у мамы был бзик - сделать из меня какого-то суперчеловека. Супергения и супергероя в одном флаконе.

С двух лет меня ежедневно водили во всевозможные группы развития, кружки и секции: логопед, йога, ритмика, шахматы, английский, акварель, веселый счет, гимнастика, футбол, легкая атлетика, прыжки с трамплина, уроки красивого письма, литературная мастерская, театральная студия и артистическое фехтование. Перечислять можно было бы до бесконечности.

Кажется, в Москве не осталось ни одного направления, которое бы мы не попробовали, включая лепку из соленого теста и бумагопластику. Хорошо хоть не во все спортивные секции меня принимали и в музыкалке сразу завернули.

В будние дни мама возила меня на своей машине по всему городу, умудряясь одновременно ещё и работать. Я вообще плохо помню её без телефона в руке. У них с подругой бизнес свой, туристический. Очень нервное и ответственное дело, поэтому вечером, когда мы, наконец, оказывались дома, а папа приходил со своей работы, то они начинали долго и неприятно ругаться. После чего папа прятался в моей комнате и читал мне книжки. Он говорил, что я действую на него успокаивающе. А в выходные дни на занятия я ездил с ним. И в кино мы вместе ходили, и на Игромир. Папа, в отличие от мамы, никуда не мчался, не паниковал, не раздражался, и, как ни странно, везде успевал. Одним словом, раньше папу я любил и готов был переехать к нему, даже бабушку бы вытерпел, но жить в одной комнате с его недоделанным приемным сынком меня совсем не прикалывало.

- Умоляю, мама, я и дня не вынесу с этим придурком.

- Ваня не придурок. У него оценки лучше твоих. Он просто больной и очень несчастный мальчик.

- Несчастный? Ха! Не несчастнее моего.

- Что ты такое говоришь? Сплюнь и постучи.

- Но у меня здесь друзья и...