Читаем Моя. Я сказал! онлайн бесплатно
Ярослав
К урологу, так к урологу. Эх, не люблю врачей, но в сорок пять мужик хоть и ягодка еще, но медицинские чекапы пропускать нельзя.
— Спасибо, Олежик.
— С вами поехать?
— Сам разберусь, — буркнул, хмурясь. Одна хорошая девушка и по совместительству моя бывшая личная помощница после перехода на другую должность посоветовала нанять ассистентом мужчину. Вроде как ему мой кошелек и содержимое штанов будет неинтересно. Я взял на работу Олега. Месяц работаем, вроде ничего, но порой проскакивали смутные сомнения насчет моего «ниже пояса», слишком он заботливый.
— Андрюх, подъезжай к парадному, в больничку мне нужно.
По московским пробкам я едва успел к назначенному времени и каково было мое удивление, когда вместо моего врача, специалиста по мужским приборам со стажем, прием вела хорошенькая женщина.
— Я наверное перепутал, — застыл в дверях. Обычно я показывал член дамам в ином интерьере и при других исходных.
— Дверь закройте, — ответила она. — Или вы хотите консилиум с другими пациентами? — вздернула бровь.
Это типа врачебный юмор? Ну так и я умею шутить.
— Присаживайтесь, — сухо и повелительно кивнула. Симпатичная. Не юная, но аппетитная особа. Жаль, что врач, не люблю их. — Жалобы?
— Здоров, как бык, — естественно грудь колесом, харизма в лоб, энергетика самца в силе. — Работает как часы.
— На семнадцать тридцать? — все тот же деловой бесстрастный тон.
Ха! Уела! На полшестого намекает.
— Извините, как вас зовут? Запамятовал.
Она так посмотрела: мол, немудрено дядя, возраст клонит в старческое слабоумие.
— Эва Сергеевна Добронравова.
— Ну что с добрым нравом я бы поспорил, — хмыкнул, разглядывая красоту напротив. — Колючая вы, Эва Сергеевна.
Она откинулась на спинку кресла и внимательно на меня посмотрела, затем улыбнулась.
— Вы правы, Ярослав Игоревич. Сложный пациент был, не перестроилась, — она поднялась и подошла к маленькой раковине в углу. — Раз жалоб нет, приступим к визуальному осмотру, — повернулась ко мне и спокойно велела отправляться на кушетку за ширмой. — Снимайте все ниже пояса.
Я разделся как велено, но полы рубашки закрывали причиндалы, да и выглядело это крайне глупо: без портков, но в галстуке!
— Вам жарко? — Эва Сергеевна прошлась по мне скептическим, но оценивающим взглядом. Бля, уже рубеж сорок пять перемахнул, а в первый раз перед женщиной как школьник дрожал и блеснуть телесами хотел. Врачей и учителей всегда уважал, побаивался и обходил стороной, по струнке они меня вытягивали.
— Душновато, — сложил руки на груди. Мне было не стыдно раздеться полностью, но Эва Сергеевна не выглядела сильно впечатленной.
Она взяла стул и села прямо напротив моего члена. Глаза в глаза буквально. Не со мной, с ним!
Пухлые губы, очень красивые. Шальные мысли против воли полезли в голову. Мой змей начал поднимать свою тяжелую голову, а когда Эва начала осмотр тонкими пальчиками, еще и с комментариями…
— Внешнее состояние удовлетворительное, кожные покровы целостные, цвет… — обнажила головку, — розовый, однородный, без характерного запаха и выделений. Мошонка, — взвесила мои яички в ладони, — средней наполненности. Яички правильной формы, без патологических особенностей.
— Хорош? — не выдержал я. Ну хорошо же! Такая красивая женщина и такая равнодушно серьезная! Но, конечно же, я имел в виду здоровье одного из важнейших своих органов.
— Неплох, — и подняла на меня насмешливые светлые глаза. Чистая лисица! — Чтобы взять мазок мне нужно, чтобы эрекция спала. Подумайте о чем-то нейтральном.
Да как?! Такие губы рядом!
— Извините, Эва Сергеевна. Обычно мужские руки, а тут…
— Вы привыкли, что ваш пенис держат мужские руки? — чуть удивленно. — Анальный секс? Даете, принимаете? — ровно поинтересовалась.
— Да ты что, Эвелина! — от возмущения назвал полным именем. — У меня даже хрен упал от таких кощунственных предположений!
— Вот и отлично, — улыбнулась хитро. Точно лиса. — Теперь возьму мазок, — снова открыла головку. — Может быть неприятно.
— Подуй, — хрипло предложил. Ситуация абсурдная, но меня вело не по-детски: никогда не испытывал такого к женщине.
Если быть честным, я делил женский пол на две категории — шлюхи и Мадонны. Вторых мне хотелось защищать и беречь, были незабываемые экземпляры в жизни, а первых… Ну с ними понятно, да?
Эва Сергеевна не подходила не под одну из категорий. Ледяная лисица. Холодная снаружи, горячая внутри — так мне казалось.
— Виагру принимаете? — сухо спросила, надевая перчатки и зачем-то смазывая палец гелем.
— Не-ет… — опасливо протянул.
— Правильно, сердце беречь нужно.
— А вы что делаете, Эва Сергеевна?
Она так жестко на меня посмотрела и велела:
— На кушетку, на левый бок, ноги к животу. Простату прощупаю.
Что?! Это прекрасная женщина, губы которой возбуждали с первого взгляда, полезет пальцем мне в задницу?! Нет! НЕТ!
— Нет, — объявил жестко. Я генеральный директор огромного холдинга, у меня в подчинении несколько тысяч человек и это в одной Москве, молчу про филиалы, и мне в жопу ни одна живая душа не проберется! — Нет! — застегнул штаны и накинул на плечи рубашку. Эва только разочарованно покачала головой.
— Печально, Ярослав Игоревич. Думала вам сорок пять не только по документам, — со вздохом стянула перчатки и бросила в отходы класса «А». — Список анализов, — протянула мне бумажку. С результатами через два дня подходите, как раз мазок готов будет.
Я одетый и приличный сел на стул напротив своего прекрасного доктора. В одежде чувствовал себя более защищенным.
— Эва Сергеевна, простите за нескромный вопрос: вы замужем? — кольца нет, но все же.
— С какой целью интересуетесь?
— Жениться хочу.
— На ком? — нахмурилась она.
— На вас, — просто ответил. Чувствую, моя женщина. Не думал, что так бывает. Не собирался жениться в принципе. А сейчас иного выхода и предложить не мог. Моя, чую всеми своими органами чувств, уж простите за тавтологию.
— Я не замужем, но…
— Я тоже, — довольно вставил.
— Тоже не замужем? — саркастично заметила. — В нашей стране это запрещено, Ярослав Игоревич.
— Эва Сергеевна, вы меня буквально вынуждаете доказать мою сексуальную ориентацию. Сегодня вечером. В семь заеду за вами.
Она удивленно распахнула раскосые светлые глаза. Не привыкла к подчинению. Мне это нравилось.
— Ярослав Игоревич, идите, — снисходительно махнула, — и таблеточку от самоуверенной наглости примите.
Я поднялся. Ну не сейчас же мне ее силком на свидание тащить, потом в постель, а утром в загс. Успеется!
— Моя будешь, — обернулся в дверях. — Я сказал.
Эва только фыркнула. Я слов на ветер не бросал. Сказал, женюсь, значит, женюсь!
Эва
Бог ты мой ну что за экземпляр! Невероятное сочетание наглости, самоуверенности и харизмы! Хорош, конечно. Для возраста за сорок — просто невероятно. У меня бывшему мужу тридцать семь и там уже брюшко, озеро в лесу, характер поганый, но это, наверное, не от возраста, а от сути. Жаль, что тринадцать лет я не замечала, в какое дерьмо он обернулся.
Душок от него пошел давно, но я думала это последствия нашего не свершившегося родительства. Нет, это оказалось другое. Это предательство и низость.
В восемь вечера я закрыла кабинет и сдала ключ. В клинике при правительстве Москвы я работала неделю: им срочно нужен был квалифицированный уролог, а мне деньги. После развода с ними стало туго: нет, концы с концами сводила, но Сергей в прямом смысле оставил меня в пустой квартире, удивительно, что обои не содрал.
Декабрь пришел со снегом, морозом и десятибалльными пробками, и тем не менее я любила снежную зиму, пышные сугробы, деревья в серебре. Город перед новогодними праздниками сверкал и переливался, обещал чудо, а мне так отчаянно не хватало последние полгода чего-то волшебного. Хотя нет, мне этого не доставало гораздо дольше.
На улице было темно и снежно, фонари не особо помогали, наверное, поэтому не сразу заметила большую машину, перегородившую выход со двора клиники. Дверь распахнулась, и передо мной оказался тот самый пациент.
— Эва Сергеевна, я ждал вас к семи.
— Ярослав как вас там…
— Мудрый. Обычно меня так называют, но для тебя, Эва, могу стать просто Яром.
— А можно Росей? — серьезно спросила. — У моей бабушки был сосед Ярослав, так она его Роськой звала.
Это груда мышц в дорогом костюме и кашемировом пальто только нахально улыбалась. Его вообще ничем не пронять?!
— Можешь называть меня как хочешь, но и я тебя звать Евой-грешницей буду и не только, идет?
Я нервно рассмеялась. Да что это такое?! Он что, непрошибаемый? Привязался как банный лист! Я симпатичная женщина, согласна, но перцы на Майбахе не интересуются врачами-урологами. Им нежных цып лет так чуть больше двадцати подавай. Да и на молоденьких у мужиков после сорока стоял лучше. Хотя у этого сегодня была идеальная эрекция, как и сам член. Я обычно равнодушна к половым органам пациентов, как и к самим пациентам, но когда они выглядят как боги и флиртуют, как тысяча дьяволов, сложно не заметить богатырское оснащение.
— Ладно, Ярослав Мудрый, мне домой нужно.
— Карета подана, — распахнул передо мной заднюю дверь.
— Я не Золушка, поэтому на метро. Оно, знаете ли, в тыкву в полночь не превратится. А вы, — осмотрела его, — анализы сдавайте и сердце берегите. Во всех смыслах, — рассмеялась и обошла автомобиль.
— Лиса, — крикнул мне в спину, — я уже сердце потерял. Любовь с первого взгляда, веришь в такую?
Я обернулась, застыла, спина задеревенела. Встретилась взглядом с умными глазами, а они казались именно такими.
— Я вообще не верю в любовь, — улыбнулась стервозно и пошла дальше. Домой ехать почти час, а потом еще пешком два квартала, а он тут со своей любовью!
В десятом часу я поставила на плиту чайник и закуталась в плед, греясь у батареи. Замерзла. Машина у нас в семье была одна, у Сергея: он забирал меня с работы, обычно. Но только не в последний год: дела появились, занятость, контракты и сделки — повышение!
Правда, оказалось, что со стажеркой закрутил, а она дочь одного из руководителей. Я видела ее: моложе меня, тридцатипятилетней, лет на десять, но далеко не красавица. Но смогла забеременеть от моего мужа. В отличие от меня.
Мы с бывшим встречались еще с медицинского, но Сергей не доучился, бизнесом решил заняться. Мы поженились больше тринадцати лет назад, разное было: и горе, и радость, и любовь, только я не смогла родить ему. Диагноз неутешительный — бесплодие. Ни эко, ни суррогатное материнство Сергей не рассматривал. Да и первое мне, скорее всего, не помогло бы с моими ленивыми яичниками, а на второе денег не было. Не жили мы богато никогда. Обычная среднестатистическая семья.
Я была разбита. Женщина должна хотеть детей, это природой заложено, и я хотела. Плакала много и долго, в себя прийти не могла, но муж заверил, что любит меня. Я говорила ему: бросай, нормальную семью создай. Его родители тоже так считали, но Сергей уверял в любви, что другая ему не нужна.
Я поверила, и мы прожили еще семь лет вместе. А месяцев семь назад пришел домой и… Мне кажется, тогда я навсегда потеряла веру в близких, в любовь, в искренность…
— Привет, — я сняла туфли в коридоре и сбросила легкую кожаную куртку. — Ноги болят, ужас, — новая обувь натерла. В последнее время пришлось экономить: муж инвестировал в онлайн-банке и просил потерпеть. Я отдавала почти всю зарплату, поэтому пришлось брать дешевые туфли. — Почему не встретил? — только сейчас обратила внимание, что Сергей был каким-то странным, молчал и смотрел исподлобья.
— Нам поговорить нужно, — кивнул в направлении гостиной. Я видела только его спину.
— Да что случилось? — была заинтригована. И еще больше, когда увидела две полные спортивные сумки. — Сереж?
— Я ухожу, Эва.
— В смысле? — я не понимала. Это шутка такая?
— Разве я похож на шутника? — сложил руки на груди. Почему-то воинственно.
— Объяснись толком?!
— У меня есть женщина, и она беременна от меня. Мы собираемся пожениться, поэтому я ухожу.
— Что значит «есть женщина»? — поверить не могла. — Почему ты так спокойно об этом говоришь?!
Я не верила. Я не понимала. Этого не могло быть!
— Эва, к этому давно шло. Ты постоянно на работе, я постоянно в офисе, кручусь как белка. Детей у нас нет, общего имущества нет, перспектив нет. Смысл тянуть? Время идет, понимаешь?
— А с ней, значит, все это уже есть? — скривила губы в горькой усмешке. — Точнее будет.
— Я хочу нянчить своего ребенка! Хочу свое продолжение! Хочу внуков своим родителям! — психанул муж. — А ты не можешь этого всего дать!
— Я же отпускала тебя! — тоже кричала. — Еще семь лет назад! Ушел бы по-человечески, никак предатель!
Сергей неожиданно шагнул ко мне и сжал плечи, в волосах путаться начал, губы мои взглядом ощупывать.
— Я любил тебя, Эва. Как можно уйти от любимой…
— Но сейчас уже не любишь, — оттолкнула его. — Ты же ребенка стандартным способом зачал, верно?
Сергей молчал. Руки в карманы спрятал, куксился привычно. Он симпатичный мужчина: пусть животик наметился, пусть волосы на затылке поредели, но глаза по-прежнему голубые, улыбка очаровательная и ямочки на щеках.
— Сколько ты с ней? Год? Или дольше?
— Это важно? — буркнул.
— Для меня важно…
— Лизонька год у меня в отделе стажировалась. Закружилось само как-то, не знаю как объяснить… Потом она забеременела. Я посчитал это знаком, — и на меня посмотрел. — Пора менять жизнь, Эва.
— Ясно, — опустилась на диван, — уходи. На развод сам подавай. Мне некогда.
Пусть сам занимается, ему это нужно. А мне забиться под плинтус и выть в подушку. Я же его любила, до сих пор сильно, а он, получается, давно разлюбил, раз по сторонам смотреть начал. Ничего его не держит рядом со мной.
— Ты с ней попробовал, чтобы ребенка получить или… полюбил?
Наверное, легче будет, если первое. Желание стать отцом больше оправдывало измену, нежели чувства. Даже если это была банальная похоть.
— Эва, — он опустился к моим ногами, — я не хотел этого. На корпоративе напился, она тоже, ну и… — резал свою правду. — Потом она ко мне и так и этак…
— Сама на член падала, а ты не понимал отчего это?! — едко произнесла и сбросила его руки.
— Ты не понимаешь! — неожиданно вскочил. — Я ж не знал, что она дочка одного из соучредителей! Передо мной такие перспективы открылись!
— Что? — ахнула я. — Ты с ней за плюшки на работе?
Сергей ходил по комнате как загнанное животное. На меня тоже волком смотрел.
— Ну потрахивал бы ее, — зло выплюнул. — Ни от меня, ни от тебя не убыло бы. Ты знаешь, что я умею хорошо бабу ублажить, — и плотоядно на мою грудь посмотрел. Да, в постели он был хорош. Думал о моем удовольствии. И об удовольствии Лизоньки, видимо, тоже.
— Но Лиза забеременела, и я понял, что это знак. Значит судьба такая, Эва.
— Все, хватит! — прервала душеизлияния. — Забирай вещи и иди. Удачного отцовства.
— Эва, — неожиданно присел рядом и перетащил меня к себе на колени. Я настолько опешила, что даже не сразу возразила, — я не хочу тебя терять, — выдал, заглядывая в глаза. — И ты меня любишь, я знаю.
Да это было правдой.
