Читаем Мой звёздный принц онлайн бесплатно

Ариадна

— И однажды в небесах появятся звёздные корабли, похожие на сверкающие слёзы звёзд...

— Разве звёзды плачут? — спросила я.

— Конечно, они плачут, и улыбаются, совсем как люди, — ответила мне мама, и тоже, улыбнувшись, добавила, — и когда эти слёзы звёзд достигнут Земли, из самой красивой слезы выйдет он, Звёздный принц! — и мама замолчала.

Она почему-то всегда именно на этом месте делала паузу, как будто ей было сложно говорить. А сегодня она сделала особенно долгую паузу, поэтому я продолжила сказку вместо неё:

— И выйдет он, Звёздный Принц, и он будет самый красивый и благородный из всех людей, собравшихся на площади. Он увидит только меня, протянет обе руки, назовёт меня по имени, и я зайду в его корабль по светящейся звёздной лестнице, чтобы улететь с ним туда, на звёзды. Ведь тогда они перестанут плакать...

Я так увлеклась, рассказывая сказку до конца. Перед моими глазами в этот момент действительно плыли корабли, похожие на серебристые капли, и огромное небо, усеянное синими звёздами. А когда сказка закончилась, она всегда заканчивалась, я снова очутилась в своей маленькой комнатушке, в нашем маленьком деревянном доме.

Сегодня явно что-то было не так. Мама была гораздо более грустная, чем обычно.

— Мам, что-то случилось? — спросила я.

— Нет, всё хорошо, — сказала мама.

Мама никогда не жаловалась, но я знала, что «не всё хорошо», и, хотя я была маленькая, но всё слышала.

Я слышала, как они с папой ругались. Папа работал на шахте, где добывали минерал, я только не понимала, зачем его добывали, но всё на нашей планете, крутилось вокруг этих шах. Ведь когда-то вся наша колония была основана на этой планете для того, чтобы добывать этот минерал, но что-то произошло, говорят, что основная планета погибла или что-то ещё случилось, но только связь с основной планетой была давно потеряна, и мы остались совсем одни в огромной Вселенной.

И только благодаря тому, что ответственность на себя взяла семья Швайбер, нам удалось выжить, и сейчас добыча минерала продолжалась, потому что они вели разработки, которые позволят нам выйти в космос и, возможно связаться с другими планетами, на которых могли выжить колонисты. Минерал был идеальным топливом.

Главную планету называли Земля, такое смешное название, но почему-то оно откликалось в сердце очень приятно. Нашу планету назвали в честь первого отца-основателя Арнольда Швайбера, планета Арно. А про Землю и космос остались только сказки, которые ещё рассказывали нам наши матери, сказки про звёздные корабли и звёздных принцев.

А папа уходил на шахту и работал там по нескольку дней. Потом возвращался весь высохший, чёрный, и кашлял. Мама плакала, но уйти оттуда было нельзя, потому что нигде больше не платили так, как на шахтах, где добывали энергон.

Мама тоже работала, и, именно поэтому они ругались с отцом, потому что она работала в головном офисе Корпорации, и её начальник... ну, в общем, он к ней приставал. Это я слышала, когда к маме приходила подруга, и мама ей жаловалась. Конечно, отцу она этого не говорила, потому что тогда бы мой отец взял свой большой нож и пошёл бы убил этого человека. Мама об этом знала, поэтому она молчала, а отец чувствовал. Он всегда приходил и спрашивал:

— Этот слизняк опять к тебе приставал?

А мама всегда говорила:

— Нет.

Но сегодня явно что-то случилось.

Следующим утром мама провожала меня в школу как-то особенно нежно. Обняла меня, поцеловала в лоб и сказала:

— Ари, что бы ни произошло, верь — твой звёздный принц обязательно прилетит.

И это был последний раз, когда я видела свою маму.

Да, она пропала. Она просто ушла на работу и не вернулась.

А через три дня с вахты вернулся отец. Узнав, что матери нет, он на следующий же день вымылся, оделся, и мы с ним пошли в офис Корпорации, туда, куда каждый день ходила на работу мама.

Когда мы задали вопрос, вежливая девушка за красивой стойкой посмотрела в экран. Я таких экранов даже никогда не видела, только в офисе Корпорации были такие экраны, как маленькие телевизоры. У нас тоже был маленький телевизор, но он не работал.

— Такой сотрудницы больше нет у нас в Корпорации, — сказала девушка. — Но вы можете зайти в отдел кадров, возможно, там вам дадут больше информации.

Мы с отцом пошли в другую комнату, и там снова посмотрели в экран, и снова сказали нам то же самое, что моя мама, Аврора Морозова, больше у них не работает.

Но отец не успокоился, и мы пошли в полицию. Там тоже были вежливые люди, они приняли заявление, а один мужчина с жалостью глядел на моего отца. И когда мы вышли из управления полиции, он нагнал его и сказал:

— Вы уверены, что она пропала, а не ушла от вас?

По выражению лица своего отца я поняла, что он сейчас затеет драку, поэтому я заплакала, потянула его за руку, и мы ушли.

— Что она сказала тебе? — спросил отец.

— Она сказала, чтобы я верила, что мой звёздный принц придёт за мной. Со звёзд.

Отец сжал зубы, лицо его стало злым. И с того момента он почему-то запретил мне вспоминать её имя.

Прошло десять лет

Я проснулась утром. Сегодня нужно было встать пораньше, пойти в лес, именно до того момента, как солнце начинает пробиваться сквозь кроны деревьев, нужно собрать актинию.

Это была не совсем та актиния, которая фигурировала в старых справочниках. Она не росла в океане, и не питалась рыбками, она росла в лесу, просто была чем-то похожа на земную, и питалась насекомыми, но была очень полезной для фармакологии.

Я как раз и занималась тем, что составляла эти справочники по лекарственным растениям. Потому что прошло уже больше двухсот лет с тех пор, как наша колония потеряла связь с Землёй. И сколько можно было пользоваться теми знаниями, которые первые колонисты привезли с собой? Поэтому я ещё в институте взяла этот проект и теперь с удовольствием им занималась. Да, денег это приносило немного, но на жизнь хватало, даже когда отец потерял работу на шахте.

Теперь он сидел дома, но большей частью спал. Потому что после того, как он потерял работу, да и потерял её из-за того же, просто, когда мама исчезла, он начал употреблять напиток из вытяжки пеори*. А все знают, что этот напиток вызывает привыкание, даже болезнь, и человек уже не может без него жить. Потому что, выпив рюмочку пеори, человек погружался в некое оцепенение и видел сны. И я так полагаю, что во сне отец был счастлив.

(*местный напиток, имеет сильный снотворный эффект, содержит вещества-галлюциногены, вызывает привыкание, выдумано автором)

Но с каждым разом ему нужно было всё больше и больше. Раз не пошёл на работу, пото второй раз он сорвался на кого-то, ну, и на третий раз Корпорация не посмотрела на то, что он много лет работал, и его уволили.

Хорошо, что я успела закончить институт, тот, который был бесплатен для тех, у кого родители работали на Корпорацию. Конечно, распределение в Корпорацию мне получить не удалось, но я не расстроилась, и сама себе придумала проект. Тем более что мне нравилось гулять по лесу.

Я шла по лесу, где мне была знакома каждая кочка, но сегодня я хотела зайти в дальнюю его часть, где растёт актиния, потому что только там, я полагала, растут растения с максимальной концентрацией полезных веществ.

И вдруг я услышала гул. Странный, как будто у меня над головой собрались все тучи мира и решили устроить битву. Я подняла лицо, посмотрела вверх… и увидела ожившую сказку.

Только она была какая-то странная, то, что спускалось с неба не было похоже на те серебряные капли, которые я себе представляла в детстве, когда мама рассказывала мне сказки про звёздных принцев. Во-первых, она спускалась слишком быстро, во-вторых, она была охвачена огнём, но она совершенно точно была серебряная.

Я застыла не в силах оторвать взгляд, и совсем забыв, что это может быть опасно, и вдруг эта капля на мгновение зависла, а потом резко упала вниз, ломая кроны деревьев. За этим последовал сильный удар, который подбросил меня вверх и швырнул в овраг, на краю которого я стояла.

ТИМОФЕЙ

Я с удивлением смотрел на приборы, ошибки быть не могло, я отчётливо видел планету, но на картах, на самых последних картах, которые для нас, разведчиков, обновляли минимум раз в полгода, этой планеты не было.

Здесь вообще сектор был указан как опасный для нахождения кораблей. Звезда третьего класса, похожая на земное Солнце, но с гипер-радиационным фоном. Такое бывает, если внутри звезды находится чёрный потенциал.

И меня сюда занесло случайно. Я попал в космический шторм, да, как бы смешно это ни звучало, в космосе тоже бывают штормы, и иногда в них попадают даже такие профессиональные капитаны, как я, бриг-коммандер Тимофей Дорохов, позывной Тим.

Потрепало меня знатно, и теперь, чтобы выбраться отсюда, мне нужно либо дождаться помощи от своих, если сигнал успеет дойти и не будет никаких искажений из-за этой повышенной радиации, которую, кстати, приборы не фиксировали, либо мне удастся на этой планете обнаружить топливо.

Но двигатель моего корабля мог использовать только переработанный энергон. И вряд ли он есть на этой планете, говорят, в исследованном космосе всего две планеты, на которых есть запасы этого минерала, и ни одна из них не находилась в этом секторе пространства.

Но другого выхода у меня не было, если я не хотел стать спутником этой планеты, мне надо было приземляться. Потому что, даже если и дожидаться помощи, то дожидаться надо её там, где есть вода и еда. Неизвестно, сколько придётся ждать и хватит ли мне концентратов.

А все показатели, которые корабль считывал с этой планеты, говорили о том, что планета земного типа. Чуть больше кислорода, чем на Земле, но размеры и сила тяжести — всё совпадало.

Я спустился ниже, и приборы зафиксировали даже наличие городов. Я удивился. Планета обитаема? Но почему её нет на картах?

Посадочный модуль у меня тоже был повреждён. Конечно, садиться где-то в районе городов, тем более что ни одного космопорта я не заметил, было чревато. И я выбрал полянку в лесу, понадеявшись на то, что при жёсткой посадке, на мягкую мне рассчитывать с таким повреждением не приходилось, я не причиню вреда никакой белочке, и никакому зайчику.

И уже спустя пятнадцать минут мой корабль рухнул на эту поляну, зарываясь всей мощью в землю.

* * *

Когда пришёл в себя, я осознал, что всё-таки приземлился и даже сравнительно мягко. Проверил анализаторы воздуха, порадовался, что планета действительно была пригодна для человека. Но на всякий случай вставил в нос специальные фильтры. Пригодная атмосфера ещё не означала, что все вирусы, обитающие на этой планете, относятся к классу изученных и попадают под те вакцины, которыми нас пичкают в Космической академии.

Конечно, фильтры помогали, но был у них один странный эффект, они полностью убирали обоняние. И это было очень жаль.

Потому что, когда я вышел из челнока и увидел зелёный-зелёный лес, я подумал, что, наверное, он пахнет так же, как дома. Я вдруг подумал, что давно не был дома, и мне захотелось там очутиться.

У бабушки был дом недалеко от леса, и я, один из немногих, кому повезло вырасти на Земле, проводил лето в этом доме. Запах детства для меня означает запах пирогов и еловых веток.

Я просканировал местность. Судя по всему, мне удалось не причинить вреда никому из живых. Кроме... О боже! Кто-то крупный, похоже, кто-то всё-таки пострадал из-за моей жёсткой посадки.

Решил пойти посмотреть, и, если это крупное животное типа медведя или оленя, то обязательно помочь. У меня был с собой регенератор, мы вообще на Земле относились трепетно к любым формам жизни, ведь даже случайно убить какое-то животное, считалось очень плохим знаком. И я даже не представлял, как я потом буду жить, вспоминая об этом.

Поэтому схватил регенерационный переносной прибор и пошёл в лес, туда, откуда доносился сигнал, где приборы фиксировали местонахождение раненого.

Она лежала в овраге.

Только это было не животное. Вряд ли тут животные достигли такого уровня развития, что носят длинные синие платья.

Это была девушка, и она была жива, но без сознания. Бледное лицо, обрамлённое золотистыми волосами.

«Интересно, какого цвета у неё глаза,» — пришла совершенно странная мысль.

Приложив прибор к её руке, этот прибор был так настроен, что им можно было пользоваться даже, если у тебя не двигались ни руки, ни ноги, достаточно было просто прикоснуться, главное было обеспечить контакт с кожей.

Прибор начал жужжать, фиксируя повреждения, которые могли быть, и сразу же посылая импульсы, которые должны были их восстановить. Сначала треска было много, что означало, что девушка всё-таки получила значительные повреждения, возможно, у неё даже были сломаны рёбра, но постепенно частота начала снижаться, что указывало на то, что прибор практически доделал всю работу по восстановлению.

И в этот момент она открыла глаза. Они были синие.

Я вздрогнул, потому что по протоколу нам были запрещены контакты с местным населением, если вдруг обнаруживалась обитаемая планета, не включённая в состав Конфедерации. Нашей задачей было зафиксировать и передать информацию куда следует. А налаживанием контактов занимались «мозго-аналитики», как их называли в наших солдатских кругах. Управление Сенсобиоаттракции.

Платье на девушке было длинное, и я отчего-то подумал, что у них здесь, наверное, ещё феодальный уровень развития, и она сейчас испугается меня в моём чёрном бронекостюме.

— Привет, я Тим, — сказал я совершенно непонятно зачем, мне же было нельзя с ней вообще контактировать. А я как дурак пялился в её синие глаза и назвал своё имя.

— Ари, — вдруг ответила она.

И я вдруг понял, что она понимает по-русски.

— Ты говоришь по-русски? — спросил я.

— Я не знаю, но я понимаю тебя, — сказала она.

И я удивился ещё больше, а вдруг… у нас была легенда о пропавшей колонии...

— Скажи, а у вас все говорят по-русски? — спросил я, продолжая запрещённый Уставом разговор.

— В нашем городе да, ответила она и попыталась подняться.

— А есть и другие города? — удивился я, как будто бы мне ещё было чему удивляться.

— Есть, но они далеко.

— Насколько далеко? — спросил я.

— Ну, дня три надо ехать.

И тут у меня закрались сомнения.

— А на чём ехать?

— На телеге, — уверенно ответила Ари.

Значит, всё-таки феодальный уровень, — странно, подумал я, может и не колония, но решил, что нужно разобраться, и попробовать поискать в источниках. Чуть не взвыл, поняв, что у меня нет связи с центральной базой данных, но, во всяком случае, что-то должно быть загружено в корабль.

Я подал ей руку, помогая подняться.

— Тим, — спросила она, — а ты прилетел за мной?

Я удивился.

— Нет, Ари, я случайно попал на вашу планету.

Она подняла голову вверх, посмотрела на небо.

— Ты прилетел со звёзд? — спросила она, — значит там всё-таки есть звёздные люди?

Я никак не мог понять, такая правильная речь, но было ощущение, что она не знает ни про полёты в космос, ни про то, что он действительно населён.