Читаем Мой выбор (СИ) онлайн бесплатно

Как испортить чудесное утро одной фразой?

– Доченька, нам срочно нужны внуки! – заявила мама.

Я аж поперхнулась кофе от такого заявления.

– Зачем? – просипела в ответ.

– Я не молодею. Папа не молодеет. Да и тебе уже не шестнадцать. Часики-то тикают, милая!

Этот разговор был заезженной пластинкой и повторялся примерно раз в квартал, так и норовя довести меня до нервного тика.

– Мама, во-первых, мне еще только 23...

– Уже почти 24! – сурово поправила родительница.

– Хорошо, 24. Во-вторых, для внуков, подозреваю, необходимо участие в процессе еще одного человека. Где я его тебе найду?

– А чем ты до этого занималась? Я отправила тебя учиться в военную академию!

– Я закончила ее с отличием!

– По закону жанра ты должна была на третьем курсе уже осчастливить меня и все королевство первым наследником. И где?!

– Они же все или узколобые идиоты, или унылые инфантилы! – возмутилась я. Маму не проняло.

– В общем, дорогуша, мы с папой посовещались и решили, что терпение наше иссякло. До дня рождения тебя придется выбрать жениха, или мы выберем его тебе сами.

– Это нарушение моих гражданских прав!

– Ты престолонаследная принцесса, а не гражданин. У тебя вообще никаких прав, одни обязанности, – отрезала мама.

– Да я самая младшая в семье! Вы еще старших братьев не переженили!

Мамуля как всегда этот факт пропустила мимо ушей. Иногда в ответ можно было услышать прекрасное: «Мальчики не нагулялись», «Еще успеется» или «Дурное дело – не хитрое».

– Наши северные вассалы – ну, ты знаешь, короля Элиота с супругой – в том году воспользовались безотказным приемом и успешно женили своего наследника.

– Этого капризного бабника? – скептически уточнила я.

– Именно! Так что мы решили воспользоваться лучшей практикой... – туманно начала мама подводить к главному.

– И заодно обкатать эту практику на мне, чтобы потом превратить в традицию? – спросила я в лоб. Меня-то не проведешь, не просто же так у нее бурный интерес к моей личной жизни проснулся.

– Ой, ну это будет приятным бонусом, – смутилась мама.

– Я не согласна участвовать в ваших сомнительных экспериментах!

– Поздно, моя дорогая. Папа уже сочиняет соответствующий указ на эту тему, и канцелярия готовится разослать приглашения.

– Что, решили устроить королевский бал? Чтобы я там какого-нибудь пафосно одетого мальчика с настоящим принцем перепутала на радость прессе? – ехидно поинтересовалась я.

– Пф, к чему нам мелочиться, у нас профицит в бюджете, – отмахнулась мама. – Доченька, мы с папой решили устроить для тебя настоящий, самый модный Отбор!

Неделю спустя

Согласно королевскому указу, кандидатом в мои мужья мог стать любой юноша от 21 до 30, прошедший проверку на благонадежность. Проверка в свою очередь проводилась под личным контролем папеньки, принца-консорта и лорда-протектора нашей страны. А папенька в вопросах безопасности был весьма щепетилен, так что я могла быть уверена: душевнобольные и убогие в отбор не попадут. Впрочем, отсутствия неадекватных идиотов это не гарантировало.

– Выыыы!!! – я с воплем ворвалась в Бронзовую аллею.

Бронзовая аллея – поэтическое название ансамбля из нескольких построек для занятий физической и магической тренировками, где по утрам можно было застать братьев и иногда меня. Галерея была огорожена высоченной живой изгородью, чтобы не портить вид королевского сада и не мешать монаршим отпрыскам играть мышцой.

Вот конкретно сейчас я прервала традиционное утреннее метание ножей. Мишенями служили несчастные листики с повестками каких-то совещаний.

Парни обалдело уставились на меня, а я даже слов не могла подобрать, чтобы высказать свое возмущение. Столько всего хотелось озвучить, и я не знала с чего начать.

– Мы? – подсказал Даян, мой близнец.

– Вы должны меня спасти! – наконец, нашлась я.

– И спасти мы тебя должны от чего? – устало поинтересовался Кирион, самый старший из нас.

Несмотря на разницу в годах и весовых категориях, мы втроем были очень похожи меж собой. Выражалось это не сколько во внешности, сколько в мимике, жестикуляции, интонациях. У меня к тому же был довольно низкий голос для женщины, да и пять лет в военной академии оставили неизгладимый отпечаток на моей персоне.

А еще королевская кровь, которая всегда доминирует, придавала нашей внешности поистине железное благородство. Глаза цвета стали и каштановые волосы лучше любого документа уведомляли, что перед вами дети правящей династии федеративной монархии мира Железа.

Вообще, в нормальных королевствах престолонаследие идет по мужской линии. И только вот мне не повезло – у нас эту почетную роль почему-то возлагают на хрупкие женские плечи. Женские плечи в моем лице были совершенно не против, но замуж ради общего блага я была категорически не готова. Вот политика, совещания, экономика (которая категорически мне не давалась) – пожалуйста. Даже войну могу развязать. Но свадьба?! Это уже слишком.

– Родители все же решили устроить мне отбор женихов, – пожаловалась я.

– И тебе это не нравится, потому что… – подсказал Кирион.

– Потому что не собираюсь я замуж!

– Вообще? – уточнил Даян.

– Вот конкретно сейчас!

– Зря, – покачал головой Кирион, – Чем быстрее родишь, тем быстрее вернешься к работе.

– Так что ты после свадьбы долго не тяни, сразу роди внучек, лучше – парочку, и можешь смело заниматься карьерой, – ухмыльнулся Даян.

– Спешу тебя огорчить, если меня женят, ты – следующий на очереди.

Кирион хмыкнул.

– Не, ну зачем же так сразу угрожать-то… – пробормотал Даян.

– Ладно, сестренка, согласен, «отбор» – звучит паршиво, – старший брат даже не посмотрел на свои ножи, а те стайкой метнулись на стенд с оружием. – Но подумай об этом с другой стороны. Замуж тебе придется все равно выйти, без этого не коронуешься. А так хотя бы есть шанс, что жених тебе будет не совсем отвратителен. И тебя не женят на каком-нибудь унылом типе из соседнего королевства, потому что так всем политически удобнее. Какой-никакой выбор имеется.

Кирион, конечно, был старше, благоразумнее и вообще, но соглашаться с ним не хотелось принципиально. Кажется, брат понял это по моей упрямой мине и добавил:

– И ты всегда можешь отлично развлечься за чужой счет.

О, а вот это уже интереснее!

– Ты смотри, как у нее глаза загорелись, – ухмыльнулся Даян.

Ему левитация не давалась, поэтому нужно было по-старинке топать ножками к мишени и выдергивать ножи руками. Или оставить их воткнутыми, чтобы получить люлей от мастера.

– Я бы на твоем месте принимал живейшее участие в подготовке отбора. Конкурсы там всякие, испытания, соревнования… – Кирион сделал неопределенный жест рукой.

– Бедные парни, они же всего лишь надеются на дармовую корону и красавицу жену, а им достанешься ты и по итогам жутких изуверств, – хохотнул мой близнец.

– Демона лысого я позволю хоть кому-нибудь просто так забраться на престол и мне под юбку, – процедила я.

– Фу, сестренка, что за слова! – картинно ужаснулся Даян.

– Мне больше всего интересно, кто-нибудь хоть раз видел тебя в юбке? – озадаченно поинтересовался старший брат.

– Кирион, это не смешно!

– Очень даже смешно, мелкая, – возразил он. – У тебя хотя бы есть отбор, а мне уже давно невесту определили.

– Да брось, родители не женят тебя бесприданнице без мира, – отмахнулась я.

– Ты газеты вообще читаешь, Ваше Высочество? – вскинул бровь Кирион. – Огненная сменила форму на глазах у изумленной публики. И в наследство ей идет целая Диаспора, а это почти что золотая жила пиротехники.

– Я бы тебе посочувствовала, да только меня быстрее замуж выдадут, чем тебя женят, – скрестила я руки на груди, категорически не желая признавать, что положение у меня не такое уж и паршивое, как казалось на первый взгляд.

– Тогда не понимаю, чего ты тут с нами время теряешь на бесполезные разговоры, а не составляешь планы смертоубийства кандидатов на твои руку, сердце и прелестный характер, – улыбнулся Кирион.

Язвительного ответа не нашлось, так что я развернулась и, громыхая коваными каблуками сапог на высокой шнуровке, умчалась во дворец.

– Не пришиби кого-нибудь своим железным энтузиазмом, – крикнул в спину Даян.

Совать нос в процесс отбора оказалось не так уж и сложно. Сложно было не вопить от каждого нового потрясающего факта. Вот, например, как сейчас у папы в кабинете.

– Это что? – в ужасе спросила я, смотря на исписанные листы бумаг.

Каллиграфическим почерком папиного секретаря там были прописаны в столбик имена претендентов, их возраст, образование, профессия, социальный статус, уровень магии. И было их много. Очень много. Очень-очень много!

– А это все подходящие для участия в отборе, – жизнерадостно ответил папа.

– Я должна перебрать всех?!

– А ты хочешь? – участливо поинтересовалась мама.

– Их же тут десятки тысяч!

– Ну если быть точным, то 20 020, – поправил папа.

– Кошмар... – схватилась за голову я. – Мне что, с каждым из них на свидания ходить?

– Совершенно не обязательно. Сын Элиота вообще, кажется, посмотрел только на внешность, выписки из счетов родителей и уровень магии, – вспомнил папа позитивный опыт соседей.

– Ага, и по итогам выбрал себе какую-то нищую замухрышку, – скривилась мама.

Как оказалось впоследствии, эта самая замухрышка со временем расцвела на королевских харчах, скрутила мужа в бараний рог и правила их небольшим королевством железной рукой.

– Можно по традиции устраивают лотерею, – сжалился папа. – Ты вытянешь, скажем, 20 имен и уже с ними будем работать.

– По чьей традиции? Какую еще лотерею? Мало того, что отбор как таковой так себе механизм поиска спутника жизни и принца-консорта, так ты ещё предлагаешь из этой груды шлака наобум попробовать вытянуть платиновую жилу? – возмутилась я.

– Нууу… – протянул папа задумчиво, – что-то вроде того, да.

– Категорически нет!

– Милая, это похвально, что ты все же решила активно принимать участие, – осторожно начала мама, – и я рада, что ты осознала целесообразность отбора…

Ага, как же.

– …но перебирать всех слишком долго.

– И дорого, – добавил папа.

– И дорого, – согласилась мама.

– Так может ну его, этот отбор? – с надеждой предложила я.

– Родная, ты же знаешь, что нет ничего крепче королевского железного слова, – ласково улыбнулась мама.

И тут я отчетливо осознала, что к концу отбора мне придется-таки выйти замуж несмотря на все мои ухищрения. Ведь издан королевский указ, что по итогу отбора престолонаследная принцесса, то есть я, выберет себе мужа. Заставить счастливца отказаться после финала отбора будет нельзя: кто ж захочет не плаху за оскорбление венценосной особы. Шанс, что среди двадцати тысяч мужчин нет ни одного вменяемого тоже, если честно, не велик. А, значит, нужно не просто изводить парней, но ещё и отсеивать самые безнадежные случаи. Мало ли…

– Я правильно понимаю, что здесь все холостые мужчины в возрасте от 21 до 30? – спросила я, присев на краешек отцовского стола и без особой цели перебирая листы со списками.

– Граждане мира Железа минимум в третьем поколении, постоянно проживающие на территории нашего королевства. Проверенные на благонадежность, ранее не заключавшие браков, не имеющие внебрачных детей и порочащих честь связей, – уточнил отец.

– А что на счет магии?

– Магии? – удивился отец, – О, дорогая, это совершенно не обязательно. Твоего потенциала вполне достаточно.

– А сословие?

– Демира, фу, как не стыдно! – возмутилась мама. – Каждый юноша должен иметь шанс на участие в отборе вне зависимости от дохода. Конечно, ничто не помешает тебе отсеять совсем уж безнадежные случаи… – хищно сверкнула белозубой улыбкой матриарх.

– Но и безродный супруг тоже недурная партия, не придётся ломать парня, – вставил разумный комментарий папа.

– Ну да, ну да… – пробормотала я, размышляя о внезапной социальной лотерее для провинций.

– Милая, мы будем рады, если ты поучаствуешь, особенно, если у тебя есть какие-то конкретные идеи, – намекнул папа.

Я с полминуты бестолково перекладывала листы на его столе, судорожно соображая, как из двух десятков тысяч отсеять худшую и безнадежную часть. Взяла один из листов и зачитала вслух:

– Остан Вотр, 23 года, лесничий. Что, серьезно?

– Демира, внутренняя политика требует широкой выборки, – мягко проговорила мама.

– Хорошо, но у нас в стране бесплатное среднее образование. Проверьте их всех на знание элементарных вещей, – упрямо произнесла я.

– Например каких? – отец открыл блокнот.

– Мой муж должен грамотно писать, как минимум.

– Разумно, – согласился отец.

– Проведите им лекарский осмотр, – продолжила я.

– О, не переживай. Это входило в проверку на благонадежность, – ехидно ухмыльнулся папа.

– Ну хорошо… тогда вот еще критерий: кандидат должен зарабатывать сам.

Пауза.

– Что ты имеешь ввиду? – осторожно поинтересовалась мама.

– Только то, что сказала, – радостно оскалилась я, понимая, что нащупала идеальный способ усечь большинство праздношатающихся ленивых слюнтяев. – Они должны содержать себя сами. Состоять на службе или, не знаю, – я переложила пару листов на столе, – быть ремесленниками. Не проматывать наследство, а зарабатывать самостоятельно.

– Хм… – папа крутанул стило в пальцах.

– А мне нравится, – внезапно поддержала меня мама.

– Хм… – папа явно что-то прикидывал в голове, продолжая крутить стило то ли пальцами, то ли магией.

– Что ты там считаешь? – полюбопытствовала матриарх.

– Этим, безусловно любопытным критерием, она отсечет многих благородных претендентов. Что будешь делать, когда сюда явятся разнорабочие, дочка?

– Не явятся, – ухмыльнулась я. – Потому что я придумала еще один, третий критерий.

– Какой же? – снисходительно улыбнулась мама.

– У кандидатов должно быть в собственности жилье.

– Демира, такими темпами в отборе совсем никого не останется! – возмутилась родительница.

– Вот и славно, – я спрыгнула со стола, – глядишь, и замужество придется отложить.

Я послала маме воздушный поцелуй, отсалютовала отцу и вылетела из кабинета. По моему бесценному опыту, полученному в Железной Академии, с такими критериями в финал не должен был пройти ни один кандидат.

Столица мира Железа, Ирониум, была, пожалуй, самым контрастным городом из всех. В ней удивительным образом соседствовали аристократический блеск и шик, вычурность успешных дельцов, грязь и копоть промышленный районов и омерзительная беднота кварталов люмпенов.

Впрочем, четких границ между районами не было, а потому никто не помешал одному аристократу поселиться в трущобах. Тем более, что аристократ тот был в весьма сомнительном, с точки зрения законов, положении.

Лойд энт-Айви бежал из мира Дерева, где разыскивался за революционную деятельность и покушение на Ее Величество королеву Мию энт-Саар. Бежал удачно и далеко, аж в соседний мир. И не без помощи добрых людей, конечно же.

Однако, спустя время юноша всерьез задумался, был ли смысл у того бегства? Он, конечно, сохранил жизнь, но разве ж это жизнь? Вместо шикарного поместья крошечная полутемная каморка, служившая и кабинетом, и спальней. Мебель, выброшенная каким-то толстосумами и побывавшая уже не в одной халупе, имела вид плачевный. Район, где приходилось влачить свое существование, насквозь пропах гарью. О соседях этого доходного дома и говорить не стоило – не люди, а жалкое подобие.