Читаем Мой сводный грех онлайн бесплатно

— Как ты попала в клуб? Кто тебя пустил?

— Какой-то парень, на охране, я ему сказала, что пришла за тебя поболеть.

Хилый. Трусливый и тупой слизняк, - мысленно ругаюсь про себя, закатывая глаза. Ну, ты огребёшь по полной за такой косяк – пускать всех, кому не лень на бои.

— Поболела? — спрашиваю мрачно.

— Денис, ты не должен…Это как-то неправильно… Зачем тебе это… — сбивается она.

Издаю неопределённый звук, который она оценивает верно.

— А если мама узнает?

Не выдерживаю и хохочу в голос. Мама! Узнает! Ха-ха-ха! Вышвыриваю сигарету прицельно вбок, подальше от проносящихся мимо машин.

Милая моя, мать его, сестрёнка! Если «мама узнает»… Бои за деньги – это меньшее из зол, за которые меня можно распять на кресте!  Если мать узнает, ЧТО я ощущаю, когда оказываюсь рядом с тобой в такой приятной близости, какие мысли и видения затопляют моё сознание, о чём кричит, поёт и звенит всё мое натянутое тело! Вот о чем нужно беспокоиться.

Я слежу краем глаза за ней, вдыхаю воздух, пропитанный каким-то особым, цветочным ароматом, лёгким и ненавязчивым, и думаю о том, как пахнут её тело, её волосы, насколько сильно бьётся пульс, который можно сорвать и прочувствовать губами…

Вдыхаю поглубже её личный аромат, который запросто заставляет моё сердце стучать в сто раз чаще, качая кровь, и буквально представляю, как в эту минуту в аду разводят самый большой костер под самым большим котлом, на котором выгравировано мое имя.

Поворачиваюсь всем корпусом вперед. Смотрю прямо в лобовое и ставлю ногу на газ. До упора. До самой последней лошадиной силы выбивая из этой быстрой реактивной малышки всё, на что она способна. И она слушается своего хозяина, чувствуя твёрдую руку. Отзывается бормотанием, жужжанием переключаемых скоростей и тут же всё вокруг сливается в один быстрый калейдоскоп картин.

Дорога стремительно движется широким ремнём на бескрайнем платье, километраж отчаянно сменяет цифры на приборной панели, Алёна снова начинает что-то говорить, но я не слышу её.

Скорость заполняет меня всего, и я думаю о том, что хочу закончить все свои метания, все свои мучения, одним махом и при этом забрать с собой ту, которая в них повинна.

Я вывожу руль прямо, резко перестраиваясь на встречку, и вижу ошалелые огни фуры впереди. Водитель большегруза начинает истово сигналить, и мне кажется, мы можем услышать мат, которым он покрывает мою бедовую голову.

Алёна бьет меня своими маленькими, острыми кулачками по плечу, руке, вынуждая остановиться, но для меня её удары не представляют никакой опасности. Опасность представляет для меня она сама. Вся она, сотканная из света, ароматов лета, пломбира, сладости и неги.

И я должен уже закончить все свои мучения, вместе с ней, только с ней, потому что дальше все эти метания продолжаться не могут.

Вся моя душа изранена, исполосована на лоскуты, измучена и измочалена этой девочкой, красивой, доброй, душевной, родной…

Фура замедляет свой бег, но ей никак не свернуть – скорость не позволит и итог нашей встречи неминуем…

— Сволочь! — кричит Алёнка. — Какая же ты сволочь!

Она ревёт, буквально переходит на ультразвук, чтобы достучаться до меня, до моего затуманенного мыслями об очищении, освобождении сознания, мозга.

Фхххррххххх… Слышу я сигнал водителя спереди и сзади, визг шин, крик.

Кровь кипит и пенится, моё лицо обезображено улыбкой, и я случайно ловлю в зеркале заднего вида свой безумный, чёрный, как ад, взгляд.

Расплата близка…

Фрххххх…

— Ненавижу тебя! Не-на-ви-жу! — кричит девушка, беснуясь, удерживаемая ремнями безопасности, которые эту безопасность в этот самый момент никак не гарантируют. — Всю жизнь!!! Всю жизнь мне испортил!!

Я поднимаю глаза и вижу буквально в нескольких метрах испуганное, белое, как бумага, лицо водителя большегруза. Его рот искривлен в немом крике, зрачки заполняют белок, и весь его вид, олицетворяющий грядущее горе, безусловно страшен. Неужели это последнее, что я вижу в своей жизни?

Поворачиваюсь к Алёнке.

Она сама не своя. Зарёванная, всклокоченная, красная от крика.

Прекрасное зрелище.

И я… в самый последний момент…

POV Алёна

Ранее

Я выхожу из машины такси, рассчитавшись с водителем, и смотрю на здание, около которого он оставил меня. Что это? Здесь ведь должен располагаться ресторан, в котором через двадцать минут у нас с Максимом назначено свидание! А вместо фенешебельного ресторана вижу какое-то древнее здание из обшарпанного кирпича. Я с ужасом смотрю на вывеску «Венерологический диспансер» и понять не могу — это такая шутка? Максим решил пошутить надо мной? Начинаю злиться, потому что его намёк бьёт в самое сердце. Он ведь знает, что у меня пока никого не было. Неужели  ондумает, что я вожу его за нос, потому решил мягко намекнуть на это?

Открываю его сообщение в мессенджере и понимаю, что облажалась по полной программе! Так ещё нужно было постараться накосячить!

Вместо номера дома сто семнадцать я назвала семнадцать. Прекрасно просто! И ведь хотела приехать раньше него, чтобы он не говорил при любом удобном случае, что я типичная девушка, которая вечно опаздывает! А получилось как всегда…

Я тяжело вздыхаю и набираю номер телефона такси, но оператор сообщает, что сейчас все машины заняты и ближайшее время подачи авто как минимум через тридцать минут.

Громко выругавшись себе под нос, я семеню вперёд. Шпильки немного качаются от моих быстрых шагов, не дай божечки ещё отломить их.

Ну… всего-то сто домов пройти. Пфф! Ерунда. Вот только это ерунда, если ты не торопишься на свидание и на ногах удобная обувь, а не туфли с узким носиком и тонкой шпилькой. Вот же!

Я подворачиваю ногу несколько раз и шиплю себе под нос. Нога в лодыжке начинает ныть, из-за чего скорость моего передвижения резко сокращается.

— Дура! Какая же я дура! — бормочу вслух, вот только этим я уже никак себе не помогу.

Если бы сейчас остановилась машина, и водитель предложил подбросить меня… Вот только чудеса — это не моё. Не происходят они в моей жизни, как ни крути!

На небе начинают сгущаться тучи, и я мысленно молю Бога, чтобы не пошёл дождь. Вот только Всевышний игнорирует мои просьбы, и с неба обрушивается ливень. Просто в одну секунду, словно кто-то щёлкнул пальцами и…

Локоны, над которыми я трудилась несколько часов, разваливаются и прилипают к лицу. Косметика начинает растекаться — я чувствую это, потому что глаза начинает пощипывать от туши — водостойкой, мамочка моя родная, туши. И ведь я даже не успела забежать под крышу — просто не было возможности. Вместе с каплями дождя по щекам текут слёзы. Мне становится так обидно, что просто не передать словами!

Я забегаю под навес какого-то магазинчика и смотрю на экран телефона. Максим уже, наверное, приехал в ресторан, а я… А я… Да как я теперь пойду туда в таком виде? И я не могу признаться ему, что снова угодила в неприятность. Я сама — одна сплошная ходячая неприятность.

Набираю ему сообщение, что не смогу прийти и стираю текст. Снова набираю, но не решаюсь отправить.

Что мне делать?

Меня попросту не пропустят в зал в таком виде. Да и какой смысл идти вот так, напоминая тушку мокрой курицы, которую готовятся ощипать. Платье прилипает к коже, превращаясь в лягушиную кожу, от которой хочется немедленно избавиться. Волосы больше напоминают мерзких слизняков, висят как уши мокрого спаниеля…

Я не хочу, чтобы жених смотрел на меня с сожалением. В его взгляде должно плескаться только восхищение мной. Он ведь такой классный! Можно сказать, что мне крупно повезло — сын магната обратил на меня внимание. И не просто внимание! Он влюбился в меня и сделал предложение. Конечно же, без разговора между нашими родителями, которым захотелось объединить бизнес, не обошлось, но Макс невероятный… Хоть иногда он бывает чересчур скучным и занудным. Однако его фотки частенько мелькают в газетах и журналах. О нём пишут, как о самом красивом сыне магната в нашем городе. Ещё бы! У него было столько поклонниц, а он выбрал меня. Иногда я думаю, что всё это произошло только по приказу его отца, но в такие моменты вспоминаю его нежные признания в любви…

И как я могу прийти к нему на свидание в таком виде?

Негромкий писк слетает с моих губ вместе со всхлипом, полным разочарования. Я начинаю метаться, а потом решаю, что должна проявить гордость.

Набираю сообщение и отправляю Максу.

«Прости, сегодня я не могу прийти на свидание. Возникло важное дело».

Алёна

Познакомились с А

Ну не могу я признаться, что стою тут мокрее курицы в километрах двух от него, где он, наверное, потягивает коктейль из трубочки и обедает омарами.

Желудок начинает посасывать от голода, а слюна всё активнее образовывается во рту. Омары… Греческий салат… Холодный коктейль… Хотя последнее мне сейчас явно не нужно.

Притопываю ногой от злости и ломаю шпильку. Я покачиваюсь и, спасибо небесам, удерживаю равновесие. Слышу смешок за спиной, но не оборачиваюсь, потому что точно захочу прибить того, кто решил поглумиться над моим горем. Или просто это злыдня-участь хохотнула надо мной и показала мне средний палец?

Стоит только отправить сообщение, как на улице выглядывает солнышко и начинает светить так, словно и не было дождя, будто бы мне всё это померещилось. Неужели сама судьба даёт знак, что мне не следует обольщаться? Вдруг что-то пытается оттолкнуть меня от Максима?

Телефон начинает звонить, и я понимаю, что придётся оправдываться.

— Малыш, только не говори, что ты это серьёзно! Я уже приехал и жду тебя! Какие дела? Мы же заранее всё обговорили! — принимается давить на меня Максим. — Дела не возникают вот так срочно! Ты могла предупредить меня раньше, в конце концов?

— Я заболела! — быстро нахожусь с ответом я.

— Что с тобой случилось? Может быть, вызвать доктора? — в его голосе появляются нотки заботы.

— Нет! Ничего серьёзного… Просто меня тошнит, и я не могу чувствовать запахи еды, поэтому не могу приехать в ресторан. Прости.

— Тогда давай я приеду к тебе?

Это так мило, что я начинаю плакать ещё сильнее. Он заботится обо мне и хочет поддержать, а я… Я просто идиотка…

— Нет! Не стоит! Ко мне не надо! Сегодня к маме подруги должны приехать… Женские посиделки дело не самое приятное! Макс, прости, пожалуйста… Мне надо поспать!

— Малыш, ты могла сказать об этом раньше? — повторяет он вопрос, который уже успел прозвучать, но мне нечего ответить.

Я сбрасываю звонок, не дослушав сыплющиеся на мою мокрую головушку нравоучения, и закрываю глаза.

Круглая идиотка!

Вот зачем соврала ему, если могла честно признаться, что промокла под дождём и теперь нуждаюсь в его помощи? А он бы примчался как рыцарь на белом коне, укутал меня в свой пиджак, поцеловав в висок, и позвал гулять на набережную…

Романтика…

Вот только это точно не про него. Романтика и Максим — это две далёкие друг от друга реалии. Ему проще всего будет устроить мне выволочку и начать читать морали, приправляя их острым перчиком чили, а у меня для этого дела есть мама. И, признаться честно, её мне хватает с лихвой.

Негромко поскуливая себе под нос, я вызываю такси, чтобы поехать домой. Потому что другого выхода у меня просто нет. Хочу поскорее принять душ, переодеться в сухую одежду и укутаться в тёплый плед.

А ещё было бы идеальным выбросить этот день из головы, чтобы не было так обидно из-за случившегося. Хорошо, что папа сейчас в командировке, а мама на работе, и я смогу побыть в полном одиночестве, чтобы успокоиться и привести мысли в порядок.

Такси приезжает быстро — вот не издёвка ли это от судьбы? Не мог он так же быстро приехать получасом ранее? Я негромко всхлипываю и сажусь в салон.

— Клиента не удалось поймать? — вдруг спрашивает таксист и смотрит на меня, как на проститутку.

Ну ещё бы… Я выгляжу как она самая в этом облипшем платье, через которое просвечивается нижнее бельё и с таким лицом… Достаю из сумочки влажные салфетки с зеркалом и называю адрес.

— Погода сегодня всем подлянки устраивает… Ну ничего! Будет ещё рыбный день!

Интересно, этот придурок умеет держать язык за зубами? Или его хлебом не корми, дай только поглумиться над кем-то и высказать свои предположения?

— Я, вообще-то, несовершеннолетняя! — заявляю я, и таксист прикусывает язык, поглядывая на точку пункта назначения. Наверняка в эту секунду в его бедовой головушке появляется дельная мысль о том, что такие девочки по вызову в элитный коттеджный посёлок не поедут. Не в таком виде точно.

Какой-то придурок попался, не иначе… Надо будет не забыть накатать на него гневный отзыв!

Смотрю в зеркало и в ужасе отстраняю его от лица. Лучше бы не смотрела на себя, потому что теперь во сне точно буду смотреть страшилки а-ля «Кошмар на улице вязов».

Хорошо, что я ничего не сказала Максиму.

Хочу сфоткаться, чтобы отправить свой самый жуткий в жизни провал подруге, Наташке, но желание поскорее избавиться от этих разводов на щеках, оказывается сильнее, и я принимаюсь активно избавляться от того, что раньше называлось макияжем.

POV Дэн

После самолёта голова трещит неимоверно. Спать хочется уже с прошлого века, не меньше. Последняя неделя оказалась богатой на события, пришлось болтаться по клубам и пабам Лондона без остановки.

— Эй, привет, поможете достать мне сумку из багажного отсека? — перед лицом мелькает кроваво-красный маникюр, и, поняв, что стал якорем для моего затуманенного взгляда, тут же оказывается в районе смелого декольте пышной блондинки. Дамочка уже давно «ведёт» меня, и, похоже, решила перейти к активным действиям, когда мы уже приземлились. Но, сестрёнка, не сейчас, окей?

Поворачиваю в её сторону голову. Она мнётся в проходе возле меня, строит улыбочки, стреляет глазками. Дамочка неплоха, можно на раз... два…да и на три, чего уж там…

Откидываю голову на спинку кресла и прислушиваюсь к себе: смогу ли вынести ещё один трёхдневный трип с малознакомой красоткой или нет после того содома, который устроил сам себе, прощаясь с туманным Альбионом?

Кажется, нижняя часть меня была бы не против, но вот верхняя! Глаза сами собой закрываются.

— Эй, ну что – поможешь мне с вещами? — тон у блондинки из умоляющего становится настойчивым, она даже трясет меня за плечо.

Oh shit. Кажется, я опять чуть не уснул. Невежливо заставлять даму ждать, надо брать себя в руки.

Осматриваю её медленно, с головы до ног, не пропустив ни одной выдающейся детали, натягиваю на глаза солнцезащитные очки, и медленно говорю, чувствуя, как хрипит горло, видоизменяя голос:

— Honey, давай не сегодня. Я устал.

Она вспыхивает от корней своих крашеных волос и покрывается красным румянцем. Я закатываю глаза: не я первый и не я последний отшил эту сладкую девочку. Но, давайте смотреть правде в глаза – сегодня мне нужен только сон. Много, много сна.

Беру свой рюкзак и иду к выходу, расталкивая последних людей, что остались в салоне. Уверен, дамочка шлёт мне в спину проклятия. Надо поспешить, пока в дело не пошли длиннющие ногти, как у тигрицы, или ножи, которые, уверен, она прячет за резинкой чулка.