Читаем Мой дикий адвокат онлайн бесплатно

Открываю дверь кабинета отдела по особо тяжким. Первое, что вижу, — шикарная задница, обтянутая узкой темно-синей юбкой, и тонкие шпильки на изящных стройных ногах.

Я, конечно, известная в городе личность и мне обещали теплый прием, но раком на столе... Хлеб-соль еще можно было бы предположить.

Однако, мне нравится этот деловой подход. Люблю оригинальность. Сработаемся.

— Вика! Вика, быстрее, там мышь! Дай швабру! — тянет следачка ко мне руку, а уже потом оборачивается и, пристально глядя на меня, медленно распрямляется.

Не могу поверить своим глазам.

— Жанна? — усмехаюсь. — Вот это встреча!

Мы вместе учились в академии Минюста. Я уже заканчивал обучение, а она только пришла на первый курс.

— Доманский, — тоном ледяной королевы выдыхает она и тут же слезает со стола, похоже, позабыв про грызуна.

Или не сработаемся? Есть за мной грешок. Но уже… лет двадцать прошло, как мы не виделись. Неужели, не забыла?

— А ты ни капли не изменилась, — дарю ей свою самую шикарную улыбку и нисколько не лукавлю.

Жанна из тех женщин, которые с возрастом становятся лишь привлекательнее. Как выдержанное дорогое вино, которое раскрывается особыми оттенками бочки и фруктов, но оценить это способен лишь истинный гурман.

И я нахожу подтверждение своих мыслей, когда Жанна вытягивает зажатую у меня под мышкой папку с документами, а я не наблюдаю на ее безымянном пальце кольца.

— Все такая же красивая. — перехватываю ее ладонь, забирая папку обратно. Бархатная кожа приятно скользит под пальцами.

— Дэн, давай ближе к делу, — усмехается Жанна, вытягивая руку, и садится за свой стол.

Разглядываю завал на нем: огромная стопка папок с делами с одной стороны, ворох запросов — с другой. Работа в следственном тот еще аттракцион. Поэтому я сразу для себя сделал выбор в пользу адвокатуры.

— Мне нужен майор Лисицын.

— Он сломал ногу и его дела передали мне. — Жанна кивает мне на стул рядом со столом, но я сдвигаю запросы и сажусь на край столешницы, смотрю на нее сверху с интересом.

— Ты же собиралась после учебы в прокуратуру? Что забыла в следственном?

Она всегда была амбициозной, чем очень привлекла меня при первом же знакомстве. Я почувствовал ту самую родственную душу, ненасытную до достижений.

К слову, эта карьеристка зацепила не только меня, и вообще не стремилась в отношения. Но, тем интереснее была охота. И тем слаще казалась победа.

— Что тебя так удивляет? — Жанна откидывается на кресле, приподняв бровь и скрещивая руки на груди.

Закрытая поза. Признак неуверенности, недоверия и недоброжелательности. Хотя, Жанна и не скрывает этого, продолжая играть в каменную крепость. Но, я-то знаю, какая она горячая на самом деле.

— Все. Я бы не удивился, если бы услышал твою фамилию по телевизору. Если бы увидел тебя в должности прокурора. В звании полковника. Но… — смотрю еще раз на погоны. — Майор, серьезно? Как тебя сюда занесло?

— Доманский, — снисходительно улыбается она, будто я сморозил какую-то несусветную глупость, — просто допусти мысль, что у меня все хорошо, и не глуми голову ни мне, ни себе. Что у тебя?

— Я — адвокат Жаровой Валерии. — отдаю Жанне папку и, заметив на подоконнике пепельницу, достаю сигареты.

Предлагаю сначала даме, но она жестом отказывается и достает из ящика свои “зубочистки”.

— Ммм, — понимающе кивает она, встает с кресла и открывает форточку.

Переставляет пепельницу на стол и смотрит на меня задумчиво.

— И давно ты защищаешь убийц?

Всегда. И не только убийц. Это моя работа.

— Жанна, что за внезапная ненависть к несчастной девушке? — усмехаюсь. — А как же презумпция невиновности? Она ни в чем не виновата, пока не доказано обратное.

— Докажем, — щурится она, выдыхая дым в потолок и едва заметно улыбнувшись.

Ооо, это сладкое чувство соперничества! Но, куда тебе, моя маленькая зазнайка, соревноваться с самым дорогим адвокатом столицы? Мне же не за красивые глаза деньги платят. Хотя, некоторые состоятельные клиентки не отказались бы и от такого расклада.

— Я принес дополнительные материалы по делу. Посмотришь? — протягиваю ей папку, а сам не могу оторвать взгляда от очень женственной яремной ямки на шее. Там сверкает крошечный камень на прозрачной леске и это до невозможности будоражит мою фантазию.

— Отдай в делопроизводство на регистрацию.

— Злобушка… — устало выдыхаю, вставая и нависая сверху.

Злобина даже на высоких каблуках едва дотягивает мне до подбородка. Я будто возвращаюсь на двадцать лет назад и снова чувствую, как по крови разливается адреналин от того, насколько наши тела близко.

Всплывает воспоминание, как мы стоим под елками в курилке, недалеко от главного корпуса академии, и сверлим друг друга взглядами. Тот случай, когда маленький рост компенсируется высоченным самомнением. Она не уступит.

— Юрий Николаевич сказал занести сразу сюда.

— Ну, вот Юрий Николаевич пускай сам и посмотрит, — пожимает Жанна плечами.

Усмехаюсь. Мне обещали, что проблем не будет. Но майор Лисицын не вовремя ушел на больничный. А Жанна даже не собирается по старой памяти немного облегчить мне жизнь.

В чем же дело? Обижена на меня? Похоже, она принципиально теперь начнет затягивать с документами и топить мою клиентку. Дело неожиданно обещает быть интересным.

— Ты готова перешагнуть через начальника? — давлю ее взглядом.

— Для меня первостепеннее закон, Дэн, — Жанна спокойно принимает тот взгляд, который выдержит не каждый мужик, но не пытается меня переглядеть. Отворачивается и тушит сигарету, ставит пепельницу обратно.

Окей. Это лишь еще сильнее заводит.

Скольжу глазами по узкой талии и зависаю на шикарных бедрах. Делаю шаг ближе и, наклоняясь к пепельнице, будто невзначай касаюсь грудью напряженной спины.

Жанна пытается отстраниться, но я придерживаю ее за талию и не даю этого сделать. Прижимаю к себе крепче.

— Доманский! — рычит она сквозь зубы, цепляясь мне в предплечье и пытаясь убрать мою руку.

— Ты какая-то напряженная, — усмехаюсь ей на ухо тихо. — Тебе нужен массаж и кофе в приятной компании.

— Обязательно воспользуюсь этим советом, когда ты уже, наконец, свалишь. — выбивается из сил Злобина, тяжело вздыхает и замирает в моих объятиях. — Делопроизводство закрывается на обед через десять минут.

— Тогда нам придется ускориться, — разворачиваю ее к себе лицом и, подхватив под задницу, сажаю на стол.

— Сдурел? — Жанна отбивает мои руки и пытается слезть, но я упираюсь в столешницу бедрами, оказываясь между ее ног.

Форменная юбка на них задирается, оголяя игривое черное кружево чулок.

— Доманский, я сейчас дежурного позову! — рычит Злобина громче, толкая меня в грудь.

Перехватываю ее за запястья и молчу, давая возможность повозмущаться и даже покричать. Но она лишь тяжело дышит, убивая меня взглядом.

— Кофе. — усмехаюсь. — Вечером, в шесть. И тогда я, так уж и быть, отпущу тебя… пока что.

— Ты — самоуверенный павлин! — выдыхает она с презрением.

— Есть такое. — соглашаюсь и склоняюсь ближе к ее лицу. — Я заеду вечером и буду ждать тебя в машине. Черный Ягуар, три семерки. Не задерживайся.

Злобина снова молчит, всем видом показывая свое возмущение, и я расцениваю это, как знак согласия. Улыбаюсь, прикасаюсь губами к ее запястью и отступаю.

Дверь кабинета распахивается в этот самый момент и на пороге замирает молодая девчонка с двумя кружками. Она несколько секунд оценивает обстановку и с невозмутимым “Пардон” закрывает дверь обратно.

— Вика! — взвизгивает Жанна, спрыгивая со стола.

С удовольствием наблюдаю, как сексуально она краснеет. В памяти сразу всплывает столько воспоминаний, что в брюках становится тесно. Чутье мне подсказывает, что Жанна все та же темпераментная штучка, какой была в прошлом.

Люди не меняются.

— Доманский! — она аж топает ногой от возмущения и сжимает кулаки. — Как же я тебя ненавижу, высокомерный ты мерзавец!

Приподнимаю бровь, глядя на ее по-девичьи наивную истерику, и киваю на папку.

— Документы посмотри, солнышко. До встречи в шесть.

— Даже не притронусь! — летит мне в спину, когда я выхожу из кабинета и закрываю дверь. — Еще и чулки порвала из-за тебя, гад.

Вспоминаю, сколько трусиков мной было разорвано на ней в порыве страсти.

Усмехаюсь.

Притронешься.

Иду по коридору, победно улыбаясь, как будто выиграл очередной суд.

Снова сталкиваюсь с девушкой с прекрасным именем Виктория и подмигиваю ей коротко. Чувствую в спину заинтересованный взгляд и оборачиваюсь на ходу. Девчонка тут же делает вид, что рассматривает что-то на стенде.

Возвращаюсь в свой офис. Секретарша приветливо улыбается, заправляя аккуратный локон за ухо.

Умная девочка. И выглядит, как будто я ее из модельного агентства украл. Люблю, когда меня окружают роскошные вещи.

— Екатерина, все хорошо? — уточняю, снимая пальто и вешая его в шкаф.

— Денис Дмитриевич, я подготовила документы, которые вы просили, они у вас на столе. Пока вас не было, приходили безопасники, проверили камеры. Оставили акт на подпись, он тоже на столе. Было два звонка от потенциальных клиентов по поводу вашей консультации, я записала их в программе. Приготовить вам кофе?

— Я сам. Спасибо. Напомни мне в пять, что у меня встреча.

Захожу в кабинет, включаю кофе-машину. Прикуриваю сигарету и беру в руки акт, пробегаю его глазами, подписываю. Затем изучаю документы, откладываю в сторону.

— Екатерина, позовите ко мне Поручика. — прошу секретаршу по внутренней связи и беру кофе.

Ржевский Григорий — мой помощник. На его плечах лежит добыча различной информации, которая может потребоваться для защиты интересов моих клиентов. Но, есть и такие вопросы, которые я предпочитаю решать самостоятельно.

Отпиваю кофе и неторопливо, смакуя каждую букву, вывожу на листе для заметок три слова.

Злобина Жанна Максимовна.

— Денис Дмитриевич, вызывали? — в кабинет заходит Григорий и я тяну ему листок.

— Это — следователь по делу Жаровой Валерии. Мне нужна любая информация, которую сможешь найти.

— Принципиальная стерва? — усмехается помощник, и я задумчиво смотрю на него.

Несмотря на то, что он прав, почему-то за эти слова мне все равно хочется вырвать ему кадык. Возможно, потому что я собственник? И я все еще считаю Злобину своей? А свою женщину я никому не позволю оскорблять.

— Холодная, принципиальная, язвительная, мстительная ведьма, — широко улыбаюсь ему в ответ. — Но если ты ее еще хотя бы раз так назовешь, про карьеру адвоката можешь забыть.

— Принял, — невозмутимо кивает Ржевский и выскальзывает из кабинета.

Снимаю очки и раздраженно массирую переносицу. И откуда ты взялась на мою голову, Злобушка? Как так получилось, что я, вхожий во все структуры Министерства юстиции, ни разу тебя не встретил за эти годы? И именно сейчас, когда на меня напала тоска по шальной молодости, ты материализовалась будто из ниоткуда? Ведьма, никак иначе.

Открываю ноутбук и, выкинув все мысли из головы, погружаюсь в работу. Умение сосредоточиться в нужный момент — прекрасное качество, которое я воспитал в себе в самом начале своей карьеры. Вот и сейчас я тщательно изучаю документы своих подзащитных, делаю пометки и рисую схемы, понятные только мне одному.

Но, как только заканчиваю и тянусь за сигаретой, взгляд падает на часы. Почти четыре.

Встаю из-за стола и выхожу из кабинета.

— Екатерина, меня сегодня не будет. Если что-то срочное, звоните. — бросаю секретарше, доставая пальто.

Паркуюсь возле ЦУМа и захожу внутрь. Прогуливаюсь неторопливо и ищу глазами витрины с бельем. Наконец, останавливаюсь возле нужных.

— Добрый день, я могу вам чем-то помочь? — тут же вырастает рядом со мной улыбчивая девушка-консультант.

Скольжу взглядом по ее утонченной фигуре, затянутой в строгое платье-футляр.

— Какой у вас размер одежды? — поднимаю глаза на ее милое личико.

— Эс, — смущенно краснеет она, опуская глаза.

— Тогда мне нужны чулки на размер “эм”. Черные. С кружевом. — улыбаюсь ей, поправляя очки. — Очень нежные и приятные на ощупь. Есть такие?

Сижу в машине недалеко от входа в следственный отдел и читаю книгу. То и дело поглядываю на окна кабинета Жанны, в них все еще горит свет. На заднем сидении лежат шикарные голландские розы темно-бордового цвета и заполняют своим ароматом весь салон. Люблю розы. Они ассоциируются у меня с женственностью.

В очередной раз поднимаю глаза и вижу, что в окнах кабинета Жанны уже темно. Тут же убираю книгу и смотрю на часы. Уже седьмой час. Разминаю спину и медитирую на дверь. Вот-вот выйдет, снежная королева.

В подтверждение моих слов, дверь распахивается и из нее выходит моя добыча, только вот не одна. Следом тащится какой-то мужик и они мило беседуют, неторопливо направляясь в сторону метро.

Усмехаюсь и завожу двигатель. Наивно думать, что меня это остановит, Злобина.

Подгадав момент, когда они останавливаются на светофоре возле пешеходного перехода, заворачиваю и преграждаю путь. Быстро беру букет и выхожу из машины. Вижу на лице Жанны плохо скрываемое удивление.

— Добрый вечер, — кидаю короткое приветствие ее спутнику и, вручив Злобушке цветы, увлекаю ее за талию в сторону машины.

— Куда ты меня тащишь? — тихо шипит она сквозь зубы.

— Кажется, ты забыла о нашем договоре, милая. — улыбаюсь, но держу так крепко, чтобы она и не подумала вырываться.

— Ты ведешь себя, как дикарь! Перегородил пешеходный переход! — возмущается Жанна, непроизвольно семеня рядом со мной.

— Боже, как мне похуй. — вздыхаю.

— Доманский! — рычит она свирепо, а я открываю заднюю дверь и аккуратно заталкиваю ее внутрь.

— Жаль. Я хотел сказать, мне очень жаль. — усмехаюсь, глядя на нее сверху вниз и захлопываю дверь.

— Всего хорошего, — киваю ошалевшему от моего налета менту.

Под косыми взглядами недовольных прохожих обхожу машину и трогаюсь с места.

— Ты опозорил меня при коллеге! — взвизгивает Злобина и я чувствую ее взгляд в области виска. Не взгляд, а дуло пистолета по ощущениям.

— Поехать в ресторан с лучшим адвокатом столицы — боже, какой позор! Как ты отмоешься-то теперь от клейма такого?

— Не ерничай!

Усмехаюсь.

— Вот так вот захочешь пообщаться с подругой юности, вспомнить молодость, а она возмущается. — улыбаюсь и включаю старый рок.

“Улица роз”. Как мы кайфовали под эту песню, катаясь по ночам и тусуясь до самого утра.

— Помнишь?

— А если мне не хочется вспоминать молодость, Доманский?

Наблюдаю в зеркало заднего вида, как Жанна откладывает букет, снова скрещивает руки на груди и сидит с недовольным видом.

— Почему? Было же классно.

— Ну, может, потому что мне сейчас гораздо круче, чем в молодости? Не думал, что такое возможно? Или ты спустился с Олимпа и решил порефлексировать на досуге, а тут я под руку попалась?

— Типа того, — усмехаюсь. — Приятно встречать старых друзей.

— Это не взаимно, Дэн, — сталкиваемся взглядами в зеркале. — Мне нужно домой, к семье.

— У тебя есть семья? — хмыкаю, стараясь не показать вида, что удивлен.

— Что тебя удивляет? — сердито усмехается Жанна. — Мне кажется, наоборот, странно, когда у человека в таком возрасте семьи… нет.

— Это на меня намек? — улыбаюсь ей. — Следишь за моей жизнью?

— Нет, я думала, мы про меня говорим. — Злобина остаётся невозмутимой и даже не запинается, чем начинает бесить.