Читаем Мой бывший дракон — предатель онлайн бесплатно

Странно вновь оказаться в стенах учебного заведения, когда тебе почти двадцать четыре.

Некоторые адепты и впрямь смотрят на меня косо. Мол, что я здесь забыла?

Но мне, признаться, было все равно. Я поступила в Академию магии с определенной целью.

И одной из них было — оказаться в здешней библиотеке, которая считалась лучшей в империи. В ней хранились самые древние и редкие фолианты… И к одному из них мне позарез нужно было пробраться и полистать его. Вопрос жизни и смерти, без преувеличений.

Сегодня с самого утра я здесь. Среди бесконечных стеллажей с книгами. В окружении томиков с шершавыми корешками, а еще с миссис Элайн — библиотекаршей.

Пока остальные новобранцы готовятся к посвящению в адепты, я не теряю времени. Ищу, читаю, изучаю.

За окном, что выходит во двор, ярко светит осеннее солнце. Теплый ветер колышет чуть подернутую желтым листву раскидистого клена. С улицы доносится радостные голоса и смех.

Вздыхаю и возвращаюсь к книге. Нужно сосредоточиться, времени у меня не то, чтобы много. Листаю страницу, одну за другой. Пока строчки не расплываются.

Не замечаю, в какой момент глаза сами закрываются, а голова мирно ложится на согнутые в локтях руки.

Меня уносит в сладкий сон, который почему-то полон воспоминаний моей прошлой жизни.

Той ее части, которую я не вспоминала очень давно.

И почему именно теперь прошлое постучалось ко мне вновь?

Энни, пять лет назад.

— Мам, как я выгляжу? — кручусь около большого зеркала в прихожей нашего скромного домика.

— Замечательно, детка, — мягко замечает мама. — Ты у меня просто красавица, но…

— Прошу, никаких «но», мам. Хотя бы сегодня…

Матушка вздыхает, а я мечтательно зажмуриваю глаза. Счастливая улыбка не сходит с лица.

Сегодня особенный день.

День, когда Норман сделает мне предложение.

Отчего я в этом так уверена?

Все просто: через считанные минуты Норман заедет за мной и увезет в свой дом, чтобы познакомить с семьей. Это давняя традиции в династиях драконов. Сначала — представление избранницы семье, потом — помолвка.

— Доченька, не теряй голову и подумай тысячу раз, — дает напутствия мама. — Пусть он и один из самых могущественных драконов империи…

— Мам, это все неважно, — отмахиваясь. — Я люблю его. Остальное всё ерунда.

Звонок в дверь, и вот я уже дрожу как осиновый лист на ветру. Каждый раз переживаю, как в первый. С самого начала нашего знакомства.

Дрожу перед ним… А он ни разу не заставил усомниться меня в его чувствах. И какие тут могут быть раздумья?

На пороге нашего дома он — Норман Фрейз собственной персоной. Высокий и темноволосый, с чуть надменным взглядом ледяных голубых глаз. Но я-то знаю, что он не такой. Со мной — нет.

В руках Нормана два огромных букета редчайших гортензий. Он сухо приветствует маму, отдает нам букеты и обращается ко мне:

— Готова, Энни? — лед в его голубых глазах тает, когда он смотрит на меня.

И под его взглядом я превращаюсь в желе, кажется. Разве можно так любить? Я готова раствориться в нем. И главное — это совершенно взаимно.

Киваю Норману, он подает мне руку и ведет к своей карете.

— Не переживай, Энни, — тихо шепчет на ушко, в то время как мы направляемся к его дому. — Мама тебя не съест, я прослежу.

Прыскаю в ладошку и позволяю теплым рукам Нормана обнять меня за плечи. Наверное, уже можно. Ведь мы в шаге от того, чтобы обручиться.

— Разделяй ее слова на десять и не принимай все близко к сердцу. Ваше знакомство — простая формальность.

Признаться, такие слова слегка вгоняют меня в напряжение. Неужели миссис Фрейз так страшна?

Впрочем, вскоре я и сама в этом убеждаюсь.

— Дейлис, знакомься. Это моя Энни, — хлопаю глазами, когда понимаю, что Дейлис — это и есть мама Нормана. Значит, так принято в семье драконов? Никаких «мам», а обращение строго по имени?

Дейлис — невысокая, худая женщина в синем атласном платье. Ее темные волосы уложены в витиеватую прическу на затылке. Они поджимает тонкие губы и протягивает мне руку:

— Хм… Вот она значит, какая. Энни , — мое имя в ее устах звучит пренебрежительно, или мне так кажется? — Будем знакомы.

Я пожимаю ее холодную руку. Держу лицо и улыбаюсь. Да, наверное в глазах семьи я не самая выгодная партия для Нормана. Не родовита. Не богата. Да, и не его истинная, к тому же.

Мы проходим в большую, но уютную столовую, где уже накрыт стол для чаепития. Садимся за круглый стол.

— Что ж, Энни, расскажете немного о себе?

— Дейлис, ты и так знаешь все, — обрывает ее Норман. — К чему это?

— Это, Норман, называется светской беседой, — качает головой Дейлис.

Мы пьем душистый чай из тонкий фарфоровых чашек. Дейлис не сводит с меня хмурого, изучающего взгляда. Но больше не говорит почти ничего. Беседа у нас не ладится.

— Дейлис, мы оставим тебя ненадолго, — Норман наконец встает из-за стола, прерывая наше странное знакомство. — Мы с Энни пока прогуляемся.

Норман крепко сжимает мою ладонь, словно приободряя. И тянет на выход.

— Все прошло не так уж плохо, — резюмирует, когда мы оказывается в саду.

Одуряюще пахнет розами, которые растут здесь, кажется, в каждом уголке.

— Шутишь? — не могу скрыть горечь в голосе. — Твоя мама, то есть Дейлис, кажется, крайне недовольна твоим выбором.

— Ну и что? — Норман пожимает плечами, а затем аккуратно проводит пальцами по моему лицу, нежно очерчивая сначала скулу, затем подбородок. — Это знакомство — простая формальность. Я люблю тебя, Энни. И хочу, чтобы ты стала моей женой. Матерью моих детей. Ты выйдешь за меня?

Хочется снова зажмуриться, но я не позволяю себе.

Вместо этого тону в голубых любящих глазах моего жениха.

Из внутреннего кармана темного камзола Норман достает коробочку из синего бархата. Раздается едва слышный щелчок и я вижу то самое кольцо. Фамильная реликвия с редчайшим синим лазуритом.

— Да, — выдыхаю свой ответ и часто киваю, смахивая слёзы. — Я тоже люблю тебя, Норман.

Энни, пять лет назад.

Сжимаю в руке пару очаровательных пинеток молочного цвета.

Со дня нашей свадьбы с Норманом прошло чуть больше месяца. И вот случилось чудо: я беременна.

Так волнительно и чуть-чуть страшно.

Что он скажет? Как отреагирует?

Признаюсь, до сих пор испытываю трепет перед своим мужем. Казалось бы, после того, как мы с Норманом стали мужем и женой, все стеснения должны были остаться позади.

Но Норман заставлял моё сердце трепетать каждый раз при встрече с ним.

Прячу пинетки в небольшую коробочку с бантом, чтобы не испортить сюрприз раньше времени и, поворачивая ручку двери, вхожу к Норману в кабинет.

После пышной свадьбы я переехала, конечно же, к мужу. В его городской особняк, где мы свили свое гнездышко только вдвоём. Поначалу я терялась в длинных коридорах и бесконечных комнатах.

Но постепенно привыкала.

— Здравствуй, Норман, — улыбаюсь мужу. Взглядом глажу его массивную фигуру за столом.

Он красив как бог. Мой дракон. Мой единственный и любимый.

— Заходи, Энни. Присаживайся, — замечаю в голосе мужа стальные нотки, которые не слышала никогда прежде.

— Что-то случилось? — проницательно замечаю я. Сердце сжимается от неясной тревоги.

Сама не понимаю ее причин. Минуту назад все было хорошо, а сейчас… Что-то явно изменилось.

— Случилось, дорогая жена, — последнее слова Норман выплевывает, будто издевку, отчего меня передергивает. — Как ты думаешь, я похож на глупца?

— Нет, конечно, — отвечаю поспешно.

— Вот и я думаю также. Тогда почему ты решила, что можешь обвести меня вокруг пальца?

— Я не понимаю, Норман…

— Убирайся. Вон.

— Что?

— Ты плохо слышишь? Объясню. Мы расстаемся. Камень на твоем кольце — артефакт. Я не рассказал сразу об одном его чудесном свойстве. Он становится желтым в том случае, если его носитель изменяет своей второй половинке.

Опускаю взгляд на свою руку. В синем лазурите, которым инкрустировано кольцо, обычно видны едва заметные желтые прожилки. Сейчас же камень полностью в них! Он желтый целиком!

— Боже… — шепчу, не зная, что сказать. — Это… Неправда!

— Это древняя магия. Ошибки быть не может.

— Я даже не заметила, когда это случилось…

Ощущение, что я участница жуткого розыгрыша. Или фарса. Потому что слова Нормана не могут быть правдой. Я не изменяла ему! Я люблю его всей душой! Я ношу под сердцем его ребёнка!

— Норман, я уверена, это ошибка, — поднимаю полный мольбы взгляд на мужа. В его глазах — стылый лёд. Мой приговор. Он не поверит в ошибку.

— Исключено, — подтверждает мои мысли Норман.

— Пожалуйста… Поверь… Можно как-то проверить камень? Вдруг он испортился или… Я не знаю…

Норман вдруг начинает смеяться. Громко. Неистово. Зло и безнадежно.

Так, что у меня земля уходит из-под ног. Мир рушится. Я изо всех сил прижимаю к себе коробочку с пинетками, которую до сих пор держу в руках. Не самое лучшее время сообщать такую весть. И я молчу.

— Собирайся. Так и быть, прокатимся напоследок к лучшему артефактору. Пусть проверит, — зло бросает мне в лицо слова Норман.

И сейчас я совсем его не узнаю. Передо мной другой человек. Жесткий. Упрямый.

Всю недолгую дорогу молчим. Не замечаю, как по щекам беспрерывно катятся слёзы. Не так я себе представляла этот день. Но остановить мокрый поток не могу, это выше моих сил.

— Только не надо давить на жалость слезами, — раздраженно цедит Норман.

На меня он почти не смотрит. Я в одночасье стала противна ему. И это ранит даже больнее.

Как можно было вот так, с ходу, поверить в мое предательство? Неужели он не знает меня?

А знаю ли я его?

Смотрю на точеный профиль мужа и понимаю, что нет. Дракон, что сидит передо мной, совсем мне не знаком. Если я вдруг стала ему противна, может кольцо — это лишь предлог избавиться от меня?

Нет, не мог так поступить Норман… Не мог. Или…?

— Простите, но мне придется испортить камень чтобы проверить его, — маг-артефактор, лучший в империи, поднимает на нас взгляд из-под очков.

— Бейте, — не задумываясь говорит Норман.

Вспышка зеленого и на месте редкого камня остается лишь кучка осколков.

— Артефакт исправен. Магия сработала верно. Камень меняет цвет, если его носитель изменил законному супругу или супруге.

Я выбегаю из лавки артефактора на улицу. Жадно глотаю свежий воздух. Меня мутит, голова идёт кругом. Я не верю, что все это происходит со мной.

— Не так быстро, — Норман цепко берет меня за локоть. — Теперь едем к целителю.

— Зачем? — не понимаю я.

— Я должен убедиться, что у меня не будет бастарда неизвестно от кого. Исключить все возможные досадные неприятности.

Энни, пять лет назад.

Слова Нормана впиваются острыми иглами. Жалят голову, грудь, живот. Последний мне хочется обхватить двумя руками в защитном жесте и прокричать;

— Не дам!

Но я молчу. Собираю остатки воли и пытаюсь понять, что делать дальше.

Снова дорога. Затем двери целительской.

— Умоляю, Норман, — шепчу и тяну мужа за рукав камзола. — Одумайся.

— Лучше молчи. Я держусь из последних сил, чтобы шею тебе не свернуть.

Не говорю больше ни слова. Не злю его ещё сильнее.

— Целителя мистера Фаджа сейчас на месте нет, — сообщает нам его молодая помощница. — Он на сложных родах. Когда освободится — неизвестно.

Норман хмурится и вместе с женщиной уходит, оставляя меня в приемной одну.

Открываю изрядно помятую коробку. Смотрю на крохотные пинетки. И понимаю — сделаю все, но от ребёнка не избавлюсь.

А Норман… Что ж, он кажется уже сделал свой выбор.

Коробку я выбрасываю в стоящую рядом урну. Не хватало ещё, чтобы Норман поинтересовался, что в ней. И делаю это вовремя. Дракон и помощница целителя возвращаются.

— Держи, — в руках мужа пузырек с янтарной жидкостью, — и пей. До дна.

— Я не буду травить себя этой гадостью, — говорю твёрдо, как могу.

— Тебе помочь?

— Силой будешь вливать? — смотрю и понимаю: будет. Прежний Норман бы не стал, но не нынешний.

— Пей! — приказывает он, почти рыча.

И я пью. Смотрю ему прямо в глаза. Не нахожу в них ни капли сожаления. Ты ещё пожалеешь об этом, предатель!

Дорогу до дома не помню. Закрыв глаза, я молюсь всем богам. Только бы успеть.

— Собирай вещи. И чтобы в вечеру тебя здесь не было. Бумаги о разводе пришлю с извозчиком.

Таковы были последние слова Нормана, адресованные мне. Но в тот момент меня это уже не волновало.

Больше не смотрю на него. Незачем. Мы чужие с той самой минуты, когда он фактически заставил меня выпить зелье, которое должно убить нашего ребенка. Моего ребёнка.

Я бегу наверх, в свою комнату.

Судорожно хватаю и выпиваю целый графин воды, давлю пальцами на язык, всеми силами мечтая, чтобы гадость, которую заставил выпить Норман, полностью вышла из меня.

А затем принимаю противоядие, которое всегда храню на всякий случай. Кто же знал, что этот случай настанет.

Кидаю в чемодан первые попавшиеся вещи и спешу на выход.

Карета уже ждет меня. Шустро. Впрочем, сейчас мне это на руку. Бросаю беглый взгляд на дом, в котором прожила так недолго. Счастливая сказка закончилась.

Меня, конечно, никто не провожает. Должно быть, это и ни к чему.

Карета увозит меня прочь, оставляя мечты о долгой, наполненной радостью, жизни с любимым мужчиной, позади. В городе я отпускаю кучера, но направляюсь не домой.

Я спешу к целителю, чтобы узнать, насколько плохи мои дела. Мне нужно услышать вердикт: удалось ли сохранить беременность.

В целительской я провожу несколько страшных недель, пока лекари борются едва зарождающуюся жизнь моей малютки.

И нам удается. Выстоять. Выжить.

Чувство эйфории от того, что у меня будет ребенок, вытесняет все другие эмоции: вкус горечи и обиды за предательство.

Спустя время родной мамин дом встречает запахом сладкой выпечки и уютной крохотностью.

Мама раскрывает мне свои объятия и я плачу на ее плече, не веря, что все позади.

— Все у нас будет хорошо, дочка, не переживай, — я так безмерно благодарна маме, что не слышу и слова упрека в свой адрес. А ведь она предупреждала… Высокородные драконы не женятся на простушках… Вот только я верила одному из них. Оказалось, зря.

Взгляд сам собой падает на свежую газету, что лежит у двери. Мама, замечая мое внимание, ногой пытается задвинуть ее за тумбу. Но я успеваю увидеть заголовок: «Помолвка Нормана Фрейза: 'Наконец я нашел свою истинную. Ту единственную, которую ждал всю жизнь».

В том месте внутри меня, где еще не отболело, все сжимается от боли…

Норман нашел свою истинную… Все верно, ведь я ею не была. Но его это не останавливало, когда он клялся в любви мне.

Под заголовком красуется фотография молодых, и я зажмуриваю глаза. Их щиплет, будто я получила ожог. В голове навечно остался образ чуть хмурого Нормана и его счастливой истинной. А ведь и месяца не прошло со дня нашего расставания.

— Норман прислал бумаги на развод? — сиплю вдруг севшим голосом, в котором застыли слезы. Нет, их больше нет. Они спрятаны где-то очень глубоко внутри.

— Да, — кивает мама, отводя взгляд. — Он оформил развод в одностороннем порядке. Связи, понимаешь ли…

Вот так в одночасье бывший муж вычеркнул меня из своей жизни, оклеветав и разбив сердце. А сам пошёл дальше… С другой, свадьбу с которой сыграл через месяц после нашего развода.

А еще через почти восемь я родила чудесную здоровую дочку. Только свою.

И Норман никогда не узнает о ней.

Энни. Наши дни, Академия Магии.

— Милая, просыпайся! Надо спешить, не то пропустишь посвящение в адепты! — голос миссис Элайн доносится словно сквозь толщу воды.