Читаем Misses Scandals (СИ) онлайн бесплатно

====== Лалиса ======

Я смотрела впереди себя, стойко сжимая пластиковую палочку, которая разрушила весь мой заново собранный мир. Мне двадцать четыре — в сумке лежал положительный результат на беременность и рекомендации врача, а тест с двумя полосками, зажатый в пальцах, словно измываясь, смотрел на меня. «Ну что, убедилась?».

— Господи, — я вспыхнула, почувствовав, как дрожат колени, как внутри меня происходит борьба. Это реальность? Или очередной сон. Может, я брежу?

Я не знала, что теперь делать — когда этими новостями оглушили сегодня по телефону, наш менеджер отвел меня в сторону и красноречиво дал понять, что время на раздумья практически не осталось. Мы били чарты своим новым синглом, выступления были распланированы на несколько месяцев вперёд. Никакого упоминания беременности и ребёнка. Когда ты молодая звезда мирового масштаба, в твоем расписании они не значатся.

— Блять, — я почувствовала новую волну ужаса, захватившую меня, спершую дыхание. Менеджер дал мне всего сутки оповестить отца ребенка и обсудить текущий расклад вещей, а затем он собирался связаться с его менеджером и доложить о нашем решении; на носу элитное мероприятие, где я и девочки обязаны были презентовать новую песню. Репетиции довольно изматывающее занятие, особенно для молодой матери, практически недопустимое. Они не хотели рисковать зазря.

Я сделала единственную разумную вещь — набрала его. Набрала отца своего ребёнка, чтобы рассказать о том, как наши с ним карьеры могут покатиться в Тартарары, стоит СМИ разнюхать о моем положении. Они и без того не особо жаловали меня после инцидента на утреннем шоу, когда миллионы пар искушённых глаз видели бледное, недовольное и осунувшееся лицо, с плохо замазанными синяками под глазами. Хейтеры воспряли ото сна и высказали в секции комментариев, какая я фальшивая и неискренняя, как мне глубоко все равно на фанатов. Когда ты айдол, у тебя нет права на болезнь или плохое самочувствие, но от обиды так отчаянно хотелось закричать в ответ: «попробуйте радоваться жизни, когда вас с периодичностью в два часа мутит!».

Я отложила тест на стиральную машину, мысленно подбирая слова. Что можно было ему сказать? Должна ли я сама решить, что хочу оставить ребенка? Хочу ли я вообще детей?

Надо было смотреть правде в глаза — мне недавно исполнилось двадцать четыре, я сама ещё ребёнок, и никогда о таком серьёзном шаге не задумывалась. Мы с ним оба неглупые, знали, откуда и как появляются дети, но всегда были ужасно осторожны. Как же так вышло?

— Лиса? — прорезался его голос сквозь гудки; я расслышала нотки недовольства и укора. — Нельзя звонить на этот номер, ты же знаешь.

— Прости, — слова застряли в горле, однако мне хватало смелости начать диалог, — это важно.

Он замолчал, чуть помедлив с ответом и верно выискав коморку, чтобы поговорить без любопытных глаз. Послышался довольно характерный хлопок двери, он разлепил губы и сделал глубокий вздох.

— Что случилось? — Ему не удалось скрыть внезапное волнение за спокойным тоном.

— У тебя съёмка? — выпалила я, лишь оттянув неизбежное. Мне стало тяжело дышать, желудок неприятно свело от нервов, весь вес тела теперь удерживала утварь спереди.

— Для рекламы, да, — он податливо ответил, сгладив углы напора, хотя в голосе все ещё теплилось нетерпение, — но ты ведь не для этого рискнула набрать мой рабочий телефон, верно, Ли-са?

Я устало вздохнула, левой рукой облокотившись о раковину. В голове вихрем метались слова, тщательно выстраиваемые в такое сложное предложение.

— Ты абсолютно прав, не для этого, хотя мне приятно услышать твой голос…

— Теперь я взволнован не на шутку. Ну же, скажи мне, что стряслось?

Это было непросто, ужасно непросто, собрать себя в кучу и уверенно сказать ему:

— Я жду ребёнка, — как что-то привычное сорвалось с губ, оглушив своей правдивостью.

Чёрт... Это было вслух. Я слышала, как эхо отразилось от стен ванной комнаты, слова словно повисли в воздухе. На другом конце провода послышался звонкий стук, как если бы банка с краской или алюминиевое ведро упали на пол.

— Повтори, — его моментальная реплика заставила меня понять, что последнюю мысль я озвучила слишком рано, совершенно не подготовив его. Моя левая ладонь инстинктивно опустилась с раковины на живот, такой плоский, и слегка надавила на то место, где в моем понимании, мог быть ребенок. Неужели там действительно кто-то рос? Развивался? Собирался стать моим сыном или дочерью? Меня мутило, и в прямом и в фигуральном смысле. — Если это пранк, то мне пиздец как не смешно.

— Я не шучу, Чонгук.

Тишина. Кажется, он хаотично обдумывал каждое сказанное мною слово. Когда я услышала эту новость впервые, то тоже впала в ступор и поддалась немой панике, не зная, что делать. Ему следовало дать время для того чтобы привыкнуть к мысли о беременности; и даже если очень хотелось поторопить его с ответом, пришлось себя сдержать.

— Я жду ребёнка. От тебя Чон Чонгук, — послушно повторила я, плотно прижав ладонь ко губам.

И прежде, чем мне удалось услышать желанную реакцию или даже усталый вздох в ответ, ко рту подкатил ком тошноты, который не получилось сглотнуть. Я судорожно глянула на экран и совершенно случайно перепутала кнопки, сбросив вызов. Хотя тогда это уже не имело никакого значения — через считанные секунды мои внутренности сжались, а непереваренный обед вырвался наружу.

До ушей донесся звонок телефона, с моей любимой мелодией «Эйфория», но было не до него — я чувствовала себя разбитой и подавленной, меня снова ужасно полоскало.

Желудок оказался, на счастье, практически пустой, так что единственное, что отправилось наружу: чай, яблоко и остатки витаминов для беременных, которые я выпила сравнительно недавно. Неважно, какое решение мы, в конце концов, примем, сейчас мне следовало соблюдать предписанию врача. Для себя же, чтобы чуть-чуть улучшить состояние. Я включила сильную струю воды, послушно подставила лицо и прополоскала рот под напором; раздался звонок, вновь столь же требовательно.

Я даже не пришла в нормальное состояние, когда приняла вызов Чонгука, перекрыв поток льющейся воды. Мое тяжёлое дыхание говорило само за себя.

— Мне стало плохо, — лишь отрезала я, исключив нелицеприятные подробности и легко ударив себя ладонью по щекам. Соберись, Лиса, — ужасно не хотелось тебе так сообщать, а потом сбрасывать трубку.

— Я покупаю билеты в Сеул, — он сказал это слишком уверено, будто был непреклонен в своём решении. В голосе Чонгука слышался ледяной холод. — Буду через два часа.

— Чон...

— Я сказал, буду через два часа. Ты дома?

— Д-да.

— Оставайся там и никуда не уезжай. И ничего с... этим не делай.

Я едва сдержала в рвущуюся наружу истерику. Да, чем скорее мы бы с ним поговорили, тем лучше, но у него все ещё оставались обязательства перед работодателями и ребятами. Слишком плотно у BTS было забито расписание, вряд ли съёмку могли перенести на потом беспроблемно. Это встало бы особняком в дальнейших планах группы и добавило ненужную нагрузку.

— Послушай, Чонгук, — голосом попыталась скрыть под лживой уверенностью дрожь. Я уселась на край ванны, так как не могла в таком состоянии больше стоять, — эта ситуация никуда не денется. У нас осталось минимум шестнадцать часов, прежде чем решить то, что мы будем делать дальше. Закончи съёмку, пожалуйста.

— В каком смысле «что будем делать»? — обеспокоенно спросил Чон. Я слышала, как он растерянно подбирает то, что уронил ранее, поскольку оно громыхало в унисон с его словами. Мне стало не по себе. Неужели он не видел вариантов?

— Ты настаиваешь на аборте? — задала я свой самый страшный вопрос. Даже не верилось, что мы вообще рассматривали это как возможность…

— Что? Нет! — сказал он, с особым усилием выделив последнюю фразу, — Господи, Лиса, просто дождись меня дома. Это — не телефонный разговор.

— Я никуда не пойду, — заверила его, обвив себя руками, — но пообещай мне закончить съёмку.

— Плевал я на этот рекламный фотосет, — чуть яростнее выдал Чонгук. Он с нехарактерным ему напором произносил гласные в слове «фотосет», — я сделал на сегодня достаточно. Пожалуйста, просто дождись меня.

— Хорошо, — я сползла вниз, в ванну, устало изучив потолок. Рука все ещё сжимала ткань у пресса.

— Я скоро буду.

Телефон характерно оповестил меня частыми гудками, о том, что Чонгук сбросил вызов. Разговор был на этом окончен.

Меня охватила ужасная паника, потому как за пару часов вся жизнь перевернулась с ног на голову. Я едва ли успевала переваривать информацию, точнее, не успевала совсем, как с каждой минутой возникало что-то новое. Может быть... Может быть, Чонгук и прав в том, что вариантов не находилось, и проще всего был от этого избавиться?

«Это твой ребёнок, Лиса», — пронеслось в мыслях, — «называй вещи своими именами, ты хочешь убить свое дитя».

Я перекинула ноги через борт ванны, приподнявшись на локтях, чтобы уместиться в ней. Теперь мое тело полностью находилось в купальне, в весьма неестественной позе.

Медикаментозный аборт стоил пятьсот долларов — сравнительно недорого, учитывая то, что некоторые брендовые вещи в моем гардеробе превышали эту цену в полтора раза. Да и вообще, деньги в данном случае не являлись главной проблемой.

Тур. Группа. Даже две. Оставлять беременность было эгоистично, верно ведь? Я никогда не планировала становиться матерью в двадцать четыре. Особенно от Чона Чонгука, известного айдола и кумира миллионов, на пике его карьеры.

Несомненно, когда-нибудь потом, лет так через шесть, мы могли созреть к семейной жизни, к ребёнку и домашнему быту. Осознанно подойти к этому, сдать необходимые анализы, готовиться...

Я была опустошена внутри.

— Мне страшно, — сказала вслух, не особо понимая для чего.

Я быстро глянула на запястья, подумав о том, что при помощи острого лезвия и двух полосок можно было навсегда забыть о проблемах. И даже если мне и стало отчаянно страшно, лишать себя жизни не хотелось. Слишком жадно я её желала прожить.

Телефон все ещё бездвижно лежал в руках; с фотографии мне приветливо улыбалось лицо Чонгука с сердечком, сделанным большим и указательным пальцем. Я вышла из раздела «звонки», и решила абстрагироваться от реального мира в интернете, прочесть или посмотреть что-то отвлекающее и весёлое.

Мой смышлёный смартфон выдал интересную статью в предложенных: «Десять историй аборта. Женщины делятся своим опытом». А говорили ещё, что нейросеть плохо работает. Я, не раздумывая, нажала на ссылку, не ожидая с первых же строк увидеть кипу фотокадров из различных музеев с видами эмбрионов и остатками зародыша после физического аборта на более позднем сроке. Интервью с женщинами шло только после столь неприятных картин. Меня замутило.

Я поспешно перелезла через ванну, направившись ближе к выходу, и вновь склонилась над унитазом. Перед глазами все ещё стояли слезы, меня захватил ужас от увиденного. Желудок давно уже опустел и теперь просто рефлекторно сжимался с каждым новым рвотным позывом. Пальцы до ломоты в костях впились в ободок.

«Я не смогу», — пронеслось в мыслях, — «ещё семь месяцев, я просто не вынесу».

Из глаз прыснули слезы, меня настигло понимание, что больше сдерживать в себе истерику не получится. Стоило телу чуть отдохнуть и расслабиться, как я сорвалась ментально. Громко всхлипнула, наверное, даже слишком, полностью отдаваясь своему безумству. Неужели теперь и вправду все кончено?

— Лиса! — из-за двери послышался испуганный голос Розэ, нервно дергающей ручку. — Лиса, открой, пожалуйста.

Но не смогла даже доползти до двери. Тело пробило дрожью, ноги рефлекторно поджались к груди. Я свернулась калачиком на полу ванной комнаты, безуспешно стараясь забыться в своих рыданиях. В следующее мгновение в дверном проеме показалась взволнованная Чеен. Она тут же бросилась ко мне, неловко приземлившись рядом со мной, на колени.

— Тсс, малышка, — нежно произнесла Розэ, прижав свои пальцы к моим щекам, — ты чего?

— Я... — всхлип, весьма громкий, рваный выдох, было очень сложно адекватно продолжать диалог, — …Все испорчено. Все сломалось...

— Чонгук тебе это сказал? — уточнила она, озлоблено остановившись на имени молодого человека и положив мою голову себе на грудь. — Мы разберёмся с ним, не волнуйся. Тебе нельзя волноваться. Этот недоделанный донжуан вообще пожалеет, что посмел посмотреть в твою сторону.

— Он не виноват, — я неуверенно пыталась объясниться, почувствовав, как слезы продолжали катиться по щекам, — он ничего не сказал... Я просто... Я все испортила. Я испортила BlackPink.

Чеен успокаивающе провела рукой по моим спутанным темным волосам. Она явно не разделяла того же мнения, хаотично стараясь унять возникшую истерику. Но было поздно, платину чувств прорвало. За все то время подозрений и мыслей, за эти сложные несколько часов, которые я переваривала идею о материнстве. Слишком много всего накопилось внутри...

— Чонгук летит сюда, — сообщила я, подруге, поспешно утерев слезы и громко пришмыгнув носом, — Я просто выпалила новость... Он, наверняка, сорвал сьемки и летит сюда. И все из-за меня-я-я.

В открытом дверном проеме показались обеспокоенные Джису и Дженни, не раздумывая присоединившиеся к напуганной Розэ. Одна она, конечно, справлялась с потоком моих рыданий, но не особо успешно. Я была непреклонна в своих страданиях.

— Лиса, что с тобой? — нежно спросила самая старшая из Кимов, заботливо дотронувшись до моей макушки. Ответом ей послужила моя неразборчивая реплика. — Дыши, только дыши.

Дженни подняла с пола сотовый, который так некстати остался включенным в виду отсутствия автоблокировки, и обратила особое внимание на статью на экране. Ещё один промах в моём резюме, из-за которого подруге удалось глазами пробежаться по содержимому.

— Ты с ума сошла такое гуглить? — её голос звучал очень разъярено, кажется, она разозлилась не на шутку. — Лиса, в твоём-то положении!

— Это было в рекомендац-и-и-иях...

— В жопу такие рекомендации. — Она уселась прямо передо мной, протянув телефон насупившейся Джису. Та недовольно скривила лицо, по кругу передав его Розэ.

— Ты, правда, об этом думала? — голос Ким тоже стал более твердым. — Об аборте? Хочешь избавиться от ребёнка?

Я вновь сильнее завыла, стыдливо пряча глаза в ладонях. Чеён лишь притянула меня ближе к себе, нашептывая на ухо что-то сугубо успокоительное. Но посторонние звуки не перебивали мои громкие всхлипы, даже разговор подруг и тот доносился обрывками, как будто в тумане:

—... Если это Чонгук её надоумил, то я вырву ему яйца, — отважно заявила Дженни.

— Она думает, что нас подвела, — поспешно пояснила Розэ, убаюкивая меня в своих длинных тонких руках.

— Боже, Лиса, все не так, — сообщила Джису, устроившись рядом и заботливо проведя ладонью по ноге. — У вас будет малыш, это же чудесно. Может немного не вовремя, но это прекрасная новость. Ты нас не подвела.