Читаем Миракулум 3 онлайн бесплатно
Трое свидетелей умудрились быстро донести и до прочих переселенцев то, что случилось в подвале. Если и прежде они демонстрировали свое почтение перед женщиной Миракулум потому что так надлежит, то теперь я увидела с каким особым чувством они выполняют свои ритуальные жесты. Ужин подали в зале, а не в комнате, и там предо мной предстали все четырнадцать представителей ордена - самые знатные люди прошлого. Представлялись, называя титул, имя первого в роду и степень близости к прошлому королевскому двору. Двоих я даже смутно узнала, больше десяти лет тому, видела на приемах у Лаата. А одно имя не из цаттской знати, узнала по памяти писем, когда писала их на древнем языке с донесением от коменданта Неука. Тесен мир.
Моя простота поведения, проявленный этикет, расслабили их и мужчины чуть дали волю чувствам. Они так долго ждали этого дня, и он вот-вот настанет! Кто-то провел здесь годы, кто-то месяцы. Барон Антариз, самый старший, на деле оказался мужчиной тридцати лет, которому не посчастливилось попасть в тело переселенца намного старше.
Итида заняла за большим трапезным столом свое место - на одном крае, а я, как догадывалась, заняла бывшее место Красдема - напротив нее. Мы как две королевы игральных карт сидели друг на против друга: я в черном, она в красном одеянии, и зависть разъела девушку недовольством, ибо сегодня все внимание было направлено только мне.
Перетерпеть ужин и уйти. Мне хотелось сбежать, как и всегда с самых первых приемов, в сад, в комнату, в уединение и тишину, но силы нашлись - слушать, отвечать, проявлять ответное уважение к Полутени. Утро этого дня отодвинулось далеко, словно произошло не сегодня, и испытание морем... не поблекло, нет, но тоже отделилось от времени здесь и сейчас, вместе с потаенным знанием о ребенке. Опять ум жил отдельной жизнью, понимая нужность и правильность этого поведения, а сердце пело свою песню тихонько, вкрадчиво, неслышно ни для кого - о любви к Аверсу, о нашей семье, о наших друзьях нынешних и прошлых. О счастье, что с Виттой и Соммом все хорошо, о радости, что злосчастный отвергнутый Илиан выжил и там, в своем времени, ушел путем свободного человека. И я была благодарна Миракулум за все дары. Свободы, любви и счастья - вот, чего я просила. И вот, к чему я пришла. Осталось лишь несколько шагов, чтобы отпустить всех и вся.
Глава шестнадцатая
- Если ты умеешь так подчинять любого из мужчин, то ты самая опасная женщина на свете.
Я открыла глаза и увидела Итиду рядом с кроватью.
- Красу в подвал принесли лежак, и он там просто валяется бревном. Я рискнула проверить твою магию, - оскорбляла его, провоцировала, а он на меня тупо смотрел. Я драла его за волосы, как пса за шерсть, дергала за уши, щипала за нос - он мертв. Смотрит, моргает и лежит. Даже моя охрана не выдержала и сделала намек... да, это не очень к лицу королеве, признаю.
Полутень права - одно дело предать и принести в жертву человека знатного ради высокой цели. Пусть смерть, но все же достойная. Другое - видеть барона в роли собачки, слуги и мальчика для битья. А Крас хорош!
- Зачем ты пришла?
- Спросить, когда настанет великий день? Едва Крас узнал тебя на фото, как попросил всех съехаться, и эта свора мужчин живет здесь уже три недели в ожидании. Ты не знаешь, как они грызутся между собой, как псы в тесной конуре, и делят будущие области. Злорадствуют на то, как современных слабаков покосит новая черная чума. И не испытание, а истинные смерти!
- Что, все бароны такие кровожадные? Я вчера не заметила.
Мне хотелось после сна принять душ, постоять под прохладным дождем, но из-за Итиды не стала этого делать. Встала, ушла в ванную комнату, прикрыв дверь, и довольствовалась только тем, что умылась. Девушка нагло меня разбудила, а когда я вышла обратно, увидела, что она и нагло улеглась на постель. Опять в алом платье, яркая и красивая, сложила руки на груди и сжимала губы, покусывая. Разминала их, как иногда делали женщины, чтобы привлечь к коже кровь и придать тем яркости.
- Я хочу сама убить Миракулм. Так наша связь будет крепче вдвойне!
- Уверена, что сможешь? Уже убивала?
- О, да! Своего отца! - И тронула шрам пальцем. - Что ни говори, а я благодарна Красдему за то, что он открыл во мне силы жить так, как диктует моя природа. Я хищница! Я демонесса! Не хочу, но все-таки признаюсь, - отец любил меня жестоко наказывать. Ломал характер, воспитывал покорность, он и старший брат считали себя в праве диктовать мне как жить, на том основании, что они - мужчины. И где они оба? Мертвы! А я вольный зверь, у меня все их деньги, а скоро будет еще и власть.
- Я тебя понимаю.
- Да, понимаешь.
Я удивилась тому, как легко согласилась Итида. Она на кровати присела, поманила пальчиком, но я не двинулась с места, и пришлось ей вставать и подходить. Переломила гордыню. Девушка оглядела меня с ног до головы, пощупала ткань платья, осторожно тронула волосы, и на миг даже почудилось - уж не любуется ли она?
