Читаем Мимик должен умереть! онлайн бесплатно

Ну все! Поздно заниматься ЗОЖ, пить смузи из брокколи и стоять в очереди за кислородными коктейлями. Полупьяный сержант с ублюдочными усиками объяснил мне, что за преступления против Республики Мосс я приговорен к двадцати пяти годам заключения в тюрьме строгого режима. Но вместо этой поганой участи имею исключительную возможность искупить вину кровью.

В общем, если я пройду лабиринт, перед входом в который сейчас мнусь, то попаду в армию, в низшие штрафные войска (НШВ), и отправлюсь на линию боевого столкновения с империей Сур. Сержант намекнул, что этому я должен быть безмерно рад: это гораздо лучше, чем пуля в башке, которую бы мне непременно всадили за убийства герцога Проткина и его охраны, совершенные с особым цинизмом и жестокостью.

Такие дела… На мой вопрос: «Почему я этого не помню?», – он с ленцой ответил, что память "скорректирована". Не то что "стерли все на хрен", а культурно и деликатно – "скорректировали". Причем для моего же блага, что, по его мнению, "очевидно и необходимо".

Ну, конечно, я расстроился – меня осудили за преступление, которое я не помню, – и не факт, что я его совершал.

– Вы можете перекусить, если есть деньги, – сочувственно сказал сержант полупьяным голосом и кивнул в сторону торгового автомата с военными рационами питания.

Я хлопнул себя по карманам, а попал по голым ляжкам. Из одежды только трусы. Деньги класть, впрочем, как и брать, неоткуда. Огляделся вокруг и увидел еще несколько групп таких же голых бедолаг. Всего в этом "зале ожидания" было около тридцати человек: все сильно озадаченные и непонимающие новую для них ситуацию.

Ох, ты ж Караганда! Я действительно ничего не помню. Совсем пустота о моем прошлом, даже имя забыл. Хотя обо всем, что не касается личности, кое-какое представление имеется. Знаю знаки отличия на форме сержанта. Знаю, как работает торговый аппарат. Знаю, что идет бесконечная война с соседями. А вот кто я такой, чем занимался по жизни и, главное, какой конфликт был у меня с герцогом, советником Председателя Парламента Республики Мосс, совершенно не помню.

Рядом со мной среди двух групп осужденных назревал конфликт. Причем не то, чтобы и назревал, он уже разродился нехилой дракой. В двух метрах от меня пара бугаев запинывали худого ботана. Точно убьют парня: мочат в полную силу, а надзирателям на это плевать – они даже отвернулись, делая вид, что не замечают происходящего. Пришлось вмешаться. Я подскочил к парням и без лишних слов ударил первого в ухо, второму прописал в подбородок. Один из парней вырубился наглухо, а вот оставшийся двинулся на меня, зовя своих корешей. «Конец тебе!» - заорал он, когда к нему присоединились еще двое парней с самыми мерзкими пропитыми рожами.

- Харе! Остыньте, сявки! – услышал я окрик из-за спины. Задиры вдруг резко потеряли ко мне интерес и отступили, только кидали злые взгляды исподлобья. Зачем я полез? Так-то крупные парни, сильные, могли и отмудохать, да и сейчас явно что-то задумали: шептались и косились в мою сторону.

– Слышь, уважаемый, разговор есть! – ко мне подошел молодой мужчина, отогнавший одной фразой моих соперников.

Он явно отделился от авторитетной криминальной компании. Их было шестеро: три спортивных парня и три девки, которые бесстыже сверкали своими прелестями – они также были одеты в одни трусы и негромко похохатывали над моей стычкой. Я понял, что они из преступного мира не только потому, что мы оказались вместе в этом зале – тут невиновных, судя по всему, нет, а еще и по синим наколкам на их плечах и спинах.

Внешность у моего собеседника - непримечательная, рябое лицо, глубоко посаженные глаза, нос набок, бритый налысо, высокий, выше меня, фигура боксера- тяжеловеса. Такой ночью в безлюдном переулке подойдет, точно заикаться начнешь. У моего собеседника на плечах были набиты звезды, а на груди мудреная фраза: «Нет судьбы – все сдохнем!».

«Это точно! Он, наверное, магистр тюремной философии», – подумал я про себя.

– Ты же баронет Ветров? – уверенно спросил парень, когда мы отошли в сторону.

– Да ну! – искренне изумился я. – Откуда знаешь? Память же стерли.

– Я подслушал ваш разговор с сержантом, – ухмыльнулся он. – Мне ведь память не стирали, и я помню, что баронет из провинции Тула завалил герцога Проткина.

– За что хоть зарубились? – заинтересовался я.

– Ну я хрен знаю, точно не скажу, но вроде бы из-за бабы, – губы парня расползлись в похотливой улыбочке. – Княжна Катерина. Это имя ни о чем не говорит?

– Не-а! – покачал я головой: ни княжну, ни Катерину не помнил.

– Вы не то, чтобы прямо зарубились... – парень как будто радовался, – ты расправился с ним. Твои дроны вырубили охрану, а потом ты зарезал его как свинью. Он подыхал несколько часов.

– Ты-то что радуешься? – я удивился его реакции.

– Герцог известной гнидой был. Не ты, так кто другой его завалил бы по-любому.

– Да ладно. Это уже прошлое, – я встретился с парнем глазами, – как тебя звать и что хотел?

– Мирк я, из синдиката Балим, – он даже плечи расправил, когда представлялся.

Я вспомнил, что знаю что-то страшное про эту банду, но ничего конкретного.

– Купи нам пожрать, – парень не требовал, а просил. – Это тебя доставили полчаса назад, а мы тут уже третьи сутки. Для таких, как мы, у здешних вояк нет ни воды, ни еды.

– Откуда деньги, я в одних трусах! – я громко заржал от его глупости.

Я еще раз ощупал резинку трусов в поисках заначки.

– Не там ищешь! Ты просто забыл, – он указал в точку справа от моей головы, – у некоторых благородных есть подпространственные хранилища. Возможно, у тебя что-то и сохранилось там после обыска.

Я пригляделся и обнаружил на границе восприятия полупрозрачные кнопки интерфейса. Активировал и попал прямо в игровое меню.

Вот жопа! Я еще и в какой-то игре нахожусь. Кнопка выхода ожидаемо не нашлась. Может, и правда, накосячил и перемещен в виртуальную реальность, а на самом деле где-нибудь в супернавороченной тюрьме чалюсь…

Интерфейс был незамысловатым, все понятно.

Персонаж – Ветер

Класс – Оператор беспилотных систем

Уровень – 1

Характеристики:

Сила – 1

Ловкость – 1

Меткость – 1

Энергия – 2

Навыки и модули:

Параллельные процессы – 1

Управление промышленным оборудованием – 1

Модуль "Производственный цех БПЛА"

Модуль "Центр управление БПЛА" (заблокирован по решению республиканского суда №341 от 25 мая 7532 года).

Хм-м. Главный вопрос, который меня сразу заинтересовал: сколько у меня жизней? В таких играх умереть можно легко, любопытно, что произойдет после смерти? Воскрешение на алтаре или темнота и забвение на весь оставшийся срок заключения? Никой справки или описания не нашлось. Ну поиграем! А что? Впаяли двадцать пять лет, это очень долго, можно и с ума сойти, если ничего не делать.

Я уверенно ткнул в модуль "Производственный цех БПЛА" и оказался в большом ангаре, наверное, метров пятьдесят на семьдесят. Он был почти пустой и только около одной стены сиротливо стояли полдюжины каких-то агрегатов, весьма потрепанного вида. И не факт, что это все работает. Разной мебели было много – стеллажи, столы, стулья, шкафы – пару дюжин точно.

Неожиданное мгновенное перемещение меня изрядно удивило, я рассчитывал просто посмотреть в режиме интерфейса, но оказалось, что это так не работает. За десять минут я облазил все пустые стеллажи и проверил ящики в столах и шкафах. Пусто.

Нужно подумать. Что я бы сделал, если бы хотел спрятать деньги? Оставил бы в нескольких местах, самых неудобных для сыщиков, которые будут проводить обыск. Я еще раз скептически осмотрел цех. Ни хрена тут не спрятать, все как на ладони. Я уже хотел вернуться в реальный мир, но случайно взглянул наверх и увидел башню крана.

– Удивительно, – само вырвалось у меня, — это для каких дронов понадобится двухбалочный кран-десятитонник?

У меня сразу возникла уверенность, что схрон именно там. Копы наверняка не заморачивались с краном. Он находился прямо по центру ангара на высоте десяти метров, и в таком положении попасть в него было невозможно. Найти интерфейс управления оказалось делом десяти секунд, и могучая машина, грохоча, устремилась по направляющей балке к стене с лестницей и платформой для входа в кабину.

В будке машиниста сего агрегата оказалось пусто. А сам кран, судя по табличке внутри, не десяти-, а сорокатонник. Чудненько! После недолгих раздумий, с помощью джойстика-манипулятора я вывел кабину на ту же позицию в центре цеха, где она и находилась первоначально. Страшно, конечно, лезть на балку, но единственным вариантом для заначки на черный день была именно она. Доступна только синяя, так как до красной не допрыгнуть никак. Исследовав на ней крепежные конструкции, я обнаружил стальной чемодан-дипломат. Открылся он легко, датчик отпечатков считал мой большой палец и открыл замок.

Внутри чемодана оказался стандартный набор шпиона: шарообразный дрон РИ-1, крупный пистолет с двумя запасными обоймами, две коробки по двадцать патронов, пара толстых стопок с наличными деньгами разных государств, банковская карточка. Ну и лаконичная записка: «Патроны бронебойные против доспехов 4 и 5 класса. Наличные – 200 000 по курсу Республики Мосс. На карте – 50 000 000 в золоте. Во время первого использования карты сработает сигнализация в головном филиале, к тебе вышлют отряд охраны. Если тебя не найдут рядом с картой, то всех ликвидируют, а карта вернется в главное хранилище "МоссТрастБанка", ячейка 700, код 355, кодовое слово "Зяблик – семь тринадцать". Удачи. Ветер. P.S. Вавилон сломался, ничем не поможет!».

Не люблю тайны, а тут прямо дохнуло секретами. Чужими или своими? Вот в чем вопрос. Не желая забивать себе голову, я решительно закрыл дипломат, достав лишь пару купюр по сто рублей Республики Мосс.

С этими двумя купюрами я и вывалился в реальный мир. Мирк стоял рядом, на том же месте, как ни в чем не бывало и, похоже, даже прикрывал меня от сержанта своим атлетическим торсом.

– Ну пойдем жрать, пожалуйста! – позвал я и направился к торговому автомату.

– Дак мы договорились? – с облегчением спросил он.

– Ну да, – одобрительно кивнув, я спросил: – Что у вас есть взамен?

Мое подсознание буквально кричало, что нельзя отдавать ничего просто так. Потому что для всех остальных это будет выглядеть как наезд Мирка и моя слабость. В таком случае можно ждать наезда и от других. Это же тюрьма, все люди тут преступники, причем весьма опасные, с немалыми сроками. Да и Мирк, казалось, ждал этого вопроса, так что сразу ответил.

– Заберешь Летку на ночь, – он махнул в сторону своей компании, – это та, что с большими сиськами. Нормальная баба.

Я оценивающе осмотрел Летку. Ну, так-то не очень хотелось. Выглядела та весьма потрепано, но ритуал торга требовал соблюсти все процедуры.

– Позови, хочу посмотреть, – я не знал, как соскочить с этой сделки, нужно потянуть время, пока что-нибудь не придумаю.

Мирк тихонько свистнул и качнул головой в мою сторону, и Летка быстро подошла к нам. Да нет, зря я её забраковал. Брюнетка лет двадцати пяти, невысокая, симпатичная и стройная, с грудью третьего или чуть большего размера, лицо милое, только взгляд совсем не добрый. Она молча повернулась на одном месте, дав себя всю осмотреть. Попка очень даже аппетитная. Отказываться было глупо и подозрительно, потому что мой «дружок» уже сдал меня с потрохами. Он увеличился и прям стремился вырваться из трусов, чтобы тоже посмотреть на девушку. И Мирк, и Летка это заметили и беззлобно посмеялись надо мной.

– Откуда фонарь? – я взял девушку за подбородок и кивнул на здоровенный синяк на скуле.

– Охранник въехал прикладом, – ответила она мелодичным, но злым голосом, – я им не дала, а они нажрались и полезли. Ненавижу этих козлов...

– Понятно, – я её остановил, – ты знаешь о нашей с Мирком сделке?

– Да, – она мне вымученно улыбнулась, – я из Балим, мы сделки не нарушаем. Позовите и буду полностью ваша, баронет.

Через пару минут мои новые криминальные друзья уже шуршали пакетами с едой быстрого приготовления и пили воду из литровых бутылок. На все ушло 15 рублей, Мирк сам выбрал еду из аппарата, всем стандартный солдатский паек, а себе офицерский. Ну и я взял себе офицерский и лениво пожевал. Есть не хотелось, но неизвестно, сколько придется ждать и когда снова появится возможность перекусить. Это армия Мосс, а значит, вечный бардак и раздолбайство.

Вскоре сержант, который к этому времени стал еще более пьяный, объявил: "Отбой. Спите твари!", – и вырубил свет. Окон в помещении не было, какое время суток непонятно. Но если сказали спать, то, наверное, ночь. Будущие солдаты начали укладываться спать по-походному – прямо на пол, в полной темноте. Ну и я тоже лег, жестко и холодно, вряд ли я когда-то раньше спал на бетоне. Но это неточно, просто возникло такое чувство. Через несколько минут услышал горячее дыхание у уха.

– Это Летка, – прошептала девушка, – не соскучился?

Её рука прошлась по моему животу и ловкие пальчики схватили за бубенцы.

– Тихо-тихо, – я перехватил её руку. – Че так сразу-то? А поговорить?

– Ну ты поговори, – покладисто согласилась девушка и стянула с меня трусы, – а я пока начну...

А дальше, как в плохих анекдотах, на самом интересном месте взвыла сирена, зажегся свет и уже в стельку пьяный сержант, проорав: "Рота подъем", упал лицом вперед. Голова стукнула об пол с неприятным звуком, как деревяшка о бетон. Но тревогу из-за «боевого ранения» товарища никто не отменял, и старший солдат скомандовал всем на выход. Летку с меня как ветром сдуло.

Торопливо надев трусы, я отметил, что из спрятанных там 185 рублей ничего не пропало. Это, как минимум, значило, что Балимы меня за лоха не держат и собственность мою уважают. Этим надо было пользоваться.

Я нашел Мирка в толпе арестантов. Мне показалось, что он меня поджидал.

– Мирк, что знаешь про лабиринт? – на ходу спросил я.

– Мне передали послание от старших, что тут и как. Выбирай третьи врата, – он зашептал мне, – дальше коридор по центру или правый. Ни в коем случае не лезь в левый! Потом встретимся на общем сборе выживших. При распределении укажи спецуху стрелка. Старайся оказаться ближе к нам в строю, чтобы попасть в наш отряд...

Договорить нам не дали. По длинному коридору мы вышли в зал с пятью вратами. Там нас встретил офицер со свитой – дюжиной солдат с ручными пулеметами. Целый генерал, судя по звездам на лацканах воротника. Это был потянутый пожилой мужчина невысокого роста - ниже бойцов охраны, весь такой аккуратный и правильный, его ботинки блестели в тусклом свете фонарей. Лысый, лицо серьезное, он смотрел на строй, высоко задрав подбородок.