Читаем Милицейские байки онлайн бесплатно

Эти байки рассказали мне разные люди. Были среди них и непосредственные участники описываемых событий, но чаще истории давно уже потеряли сведения о своём происхождении из-за многократных пересказов. А иногда такие сведения были опущены намеренно. Поручиться за подлинность можно лишь в отношении малого числа историй, что же касается остальных, то описанное, может быть, и не происходило, но вполне могло бы произойти. Составитель выражает благодарность за помощь в подготовке сборника М.Г.Косому, И.В.Собецкому, В.А.Ермакову, а также еще 8 сотрудникам компетентных органов, которые пожелали остаться неназванными.

Авторы испытывают сомнения: поймут ли штатские читатели своеобразный юмор этой книги. И, тем не менее, мы решили издать книгу не для узкого круга, а для всех желающих. В связи с этим прилагается

БОМЖ — человек без определенного места жительства; бродяга.

ВИСЯК — бесперспективное уголовное дело.

ДЕМОКРАТИЗАТОР — резиновая палка.

ДОРОЖКА — пароль ЦАБа.

ДСП — документ «Для служебного пользования».

ИВС — изолятор временного содержания — место содержания под стражей подозреваемых.

КОМИТЕТ — бывший КГБ СССР.

КОНТОРА — рабочее место; штаб; место базирования.

КООД (ОКОД) — оперативный комсомольский отряд ДНД.

КПЗ — камера предварительного заключения.

КСИВА — удостоверение.

МЕНТ — работник милиции.

МЕНТУРА — орган милиции.

ОБЕЗЬЯННИК — место в дежурной части для задержанных.

ОПЕР — оперуполномоченный; сотрудник оперативно-розыскного подразделения.

ПАЛКА — уголовное дело (по отчетности).

ПГ — патрульная группа на машине.

ПМ — 9-мм пистолет Макарова.

ТЕРПИЛА — потерпевший.

ТРЕЗВЯК — вытрезвитель.

УПК — Уголовно-процессуальный кодекс.

ЦАБ — Центральное адресное справочное бюро ГУВД.

ЧИСТУХА — чистосердечное признание.

Все без исключений прочитанные вами истории от начала до конца вымышленные!

В один из РОВД Московской области как-то нагрянул с инспекцией генерал-майор из главка. Он прибыл на персональной черной «Волге», которую оставил за углом, чтобы достичь внезапности. С этой же целью, видимо, он был в штатском.

Зайдя в райотдел, генерал тут же заметил массу нарушений и беспорядков: отсутствие дежурного на рабочем месте, пьянство среди личного состава, нарушение формы одежды и прочее, что обычно считалось несущественными мелочами. Но инспектор был другого мнения о порядке несения службы и устроил всем грандиозный разнос. Личный состав был выстроен перед дежурной частью и подвергался распеканию и прочим незаслуженным, по общему мнению, оскорблениям.

Неожиданно генерал вспомнил, что ему срочно надо позвонить. Кто-то в министерстве ждал его звонка, а может быть, он вспомнил, что забыл дома включенный утюг. Ему не хотелось, чтобы все слышали телефонный разговор, и он бросился к своей машине, чтобы позвонить оттуда. Генерал выскочил из подъезда и побежал к машине. В это время кто-то из сержантов высунулся из окна и крикнул показавшемуся из-за угла наряду, что возвращался с патрулирования: «Эй! Держи его!»

Милиционеры на улице, увидев бегущего генерала (напомним, он был в штатском) отреагировали вполне естественным и общепринятым в тех местах образом (вообразив, что перед ними убегающий нарушитель): сначала ему, не говоря худого слова, заехали резиновой палкой по морде, да так что тот на ногах не устоял; затем его прижали к земле, закрутили руки и сволокли в дежурную часть, ушибив по пути лбом об дверь, так как он пытался высказать какие-то претензии.

Но вместо похвалы «отличившийся» наряд ждала самая суровая разборка. Досталось на орехи и начальнику РОВД (он был снят с должности), и заместителям, и дежурному. Но вот крикнувшего из окна, к великой досаде генерала, обнаружить так и не удалось.

На Истринском водохранилище случилось заурядное для тех мест происшествие — изнасилование. Двое подвыпивших из местных изнасиловали отдыхавшую там в одиночестве москвичку лет 25. Но в милицию она не обратилась…

В следующее воскресенье на водохранилище произошло еще одно происшествие. Те же двое парней, а с ними еще двое таких же оболтусов, как и неделю назад шатались по берегу, ища себе развлечений. Вдруг они увидели ту же девушку, которая, как и раньше, загорала в одиночестве и выглядела весьма соблазнительно. Вспомнив приятные ощущения и возбудившись снова, парни бросились на нее, чтобы повторить. Но девушка ускользнула от них в воду. Ее стали преследовать и в воде, но догнать долго не могли.

Очевидцы на берегу говорили, что слышали какие-то крики вдали от берега, но разобрать не могли и вообще не придали им значения. Других свидетелей не было, так как все четверо утонули.

— А чего тут сделаешь? — говорил потом участковый, проводивший проверку. — У девицы этой позиция железная: «Не видела, кто там за мной плыл, не слышала». А то что она мастер спорта по плаванию, ничего не доказывает. Других свидетелей нет. Факт изнасилования она отрицает. Короче, материал отказной.

Прокурор был того же мнения.

То, что милицейский телефон — 02, знает всякий. Но вот один молодой лейтенант почему-то упорно набирал 05, чтобы связаться с конторой. Естественно, дозвониться ему так и не удалось. То есть с городской справочной службой он, конечно, соединился, но это было не то.

Потом в отделении он обиженно заявил дежурному:

— Что за телефон ты мне сообщил?

— Никакого телефона я не сообщал, — ответил дежурный. — Я просил позвонить в контору, но ты куда-то пропал.

— Как не сообщал телефона? — удивился лейтенант. — Ты же сам сказал по радио: «Двести первый, позвони ноль-пять!»

Ответом ему был общий хохот всех присутствующих. А потом молодого заставили как следует учить кодовую таблицу, где, в частности, значилось: «05 — отделение милиции».

Дело было в 70-х годах в Главном здании МГУ. Поддержание порядка в общежитии входило в задачи Оперотряда МГУ, который действовал всегда решительно и с размахом. Память о нем сохранилась по сию пору.

В тот раз в общежитии в ГЗ проводилась чистка — тотальная проверка паспортного режима. Рано утречком в воскресенье корпус был оцеплен, одновременно перекрыты все выходы, лестницы, лифты и переходы, и началась планомерная проверка всех комнат, включавшая обшаривание санузлов, шкафов и прочих укромных мест, где могли бы притаиться нарушители паспортного режима — короче, по много раз отработанной схеме.

Не миновала чаша сия и комнату на 17 этаже, где жила студентка геологического факультета Марина Л. В этот раз ее соседка была в отъезде, и у нее ночевал студент Саша К. В свое время раздался требовательный стук и в эту комнату. Неприятностей на свою голову им не хотелось, но что же делать? Даже если не открывать, это не поможет, у проверяющих есть ключи от всех комнат. Прятаться в шкафу или под кроватью столь же бесполезно. Тогда Саша сообразил: открыв окно, он выбрался на карниз и замер, прижавшись к стенке: под ногами у него зияла пропасть эдак метров в 60.

Оперотрядовцы сразу почуяли, что что-то не так. Но под кроватью и в шкафу никого не оказалось. Тогда старший наряда, человек ушлый, приказал своему коллеге: «Открой окно, посмотри, нет ли кого на карнизе». Тот высунулся из окна, смотрит — парень стоит ни жив ни мертв от страха. Оперативник на минуту забыл о своем «долге» и пожалел парня. Он закрыл окно и сказал: «Никого нет»

Марина только и пролепетала: «Как нет?!»

И — хлоп в обморок.

В одном из ЛОВД на железной дороге патрульные притащили бомжа. Бомж оказался старым знакомым: его уже задерживали несчетное число раз и все — по мелочи, так что посадить нельзя было. А надоел он уже всем — до предела. Вот и в этот раз дежурный тихо застонал: опять!

Терпение милиционеров лопнуло. Они объявили бомжу об этом и сказали, что чтобы он больше не мешался, его сейчас расстреляют. Сначала он не поверил, но когда его отвели в пустую комнату, и опер начал готовить оружие, бомж основательно струхнул: а кто их знает, могут ведь и пристрелить, искать потом никто не станет.

Тем временем мужика затолкали в стенной шкаф, опер поднял пистолет, а второй, закрыв дверь шкафа, шандарахнул по ней какой-то палкой. После такой экзекуции, рассчитывали они, бомж долго не будет здесь показываться.

Но когда шкаф открыли, оттуда выпало безжизненное тело: сердце у старичка не выдержало…

Поздно вечером старший сержант П. осуществлял патрулирование в электричке. Проходя через тамбур, он заметил там «непорядок», который выражался в том, что двое молодых людей в уголке мало того что целовались, но и… Поза, конечно, неудобная, но охота пуще неволи.

Они так увлеклись, что ничего кругом не замечали. И старший сержант П. решил «просто пошутить», как он потом оправдывался. Подкравшись поближе, он достал свисток и свистнул у них над ухом. Возможно, что «шутка» кому-то и показалась остроумной, но только не тем несчастным партнерам. У девушки на почве испуга случилась одна интимная неприятность, медицинского названия которой я не знаю, а вульгарных выражений употреблять не хочу.

Молодых людей, превратившихся на время в сиамских близнецов, врачи в конце концов привели в норму, а старшего сержанта высокое начальство, до которого дошел скандал, велело наказать. И П. был переведен в другую службу, в другой район. Он теперь стоит на посту в Парке культуры.

В 1988 году патрулям города Пензы впервые выдали оружие. Пенза была наиболее благополучным городом в плане преступности. Хулиганства и пьянства, как и везде, хватало, даже с избытком, но серьёзных преступлений было мало.

Так вот, пришло время, стало неспокойно и в провинции. Но на следующий же день во все отделы пришел приказ оружия больше не выдавать. В первый же день вооруженного патрулирования произошло сразу несколько инцидентов. В частности, один из милиционеров, как только дорвался до оружия, пристрелил свою тёщу.

Да, Пенза это вам не Москва!

Городское управление БХСС проводило рейд по пресечению злоупотреблений на транспорте. В частности, ловили нечистых на руку таксистов и водителей-леваков.

В лесочке у дороги притаилась оперативная машина, а на обочине голосовал паренек с большой коробкой. Увидев на пустой дороге человека с тяжелым грузом, леваки, как правило, заламывали цену сверх всякой меры, но за поворотом их уже ждала расплата в виде машины ГАИ с инспектором и обэхаэсником.

Вот остановился один калымщик. Договорились о цене. Наблюдавшие из укрытия оперативники уже сообщили по радио группе перехвата, какую машину ждать. А водитель-калымщик с пассажиром-внештатником тем временем запихивали в багажник коробку. Она была новая и красивая, от какой-то заграничной техники, не то магнитола, не то компьютер, внутрь наложили всякого хлама. Водитель полюбовался на коробку, закрыл багажник, оглянулся — вокруг никого, поразмыслил секунду и, решив, что этот «SHARP» ему подойдет больше, съездил парню по физиономии, сел в машину и газанул.

Вот уж что называется «бес попутал». Как клял себя незадачливый грабитель (а вышла ему именно ст.145-я «грабеж»), сидя в кутузке.

В отдел милиции привели задержанного возле интуристовской гостиницы фарцовщика. Дело было году в 86-м. Фарцовщик упорно не желал отвечать на вопросы, махал руками и изображал из себя глухонемого. «Ах, так? Ладно…» — зловеще сказал дежурный и передал задержанного операм.

Дело в том, что только вчера там же попались трое парней, тоже занимавшихся фарцовкой и косивших на глухонемых. Вначале менты приняли это за чистую монету и уже собрались отпустить бедных инвалидов, но зашел зам. по розыску. Он быстро понял, что это за «глухонемые», приблизился к одному из них и неожиданно треснул ему по пальцам ноги каблуком. «А-а-а, бля!» — заорал глухонемой на всё отделение, после чего заговорили и остальные двое.

Нынче зама по розыску не оказалось, поэтому позвали Михал Михалыча — известного на весь район своим крутым нравом и могучими кулаками. Задержанный сильно поскучнел, когда на пороге возник Михал Михалыч, заслонив своей фигурой весь дверной проем. Он подошел к задержанному, ласково погладил его по головке и сказал: «Ну, пошли!» — И отвел его в одну из комнат, заперев дверь. Все сгрудились в коридоре, ожидая результата. Через несколько минут дверь раскрылась, и на пороге появился вместо излеченного от немоты нарушителя, как все ожидали, сам Михал Михалыч. Такого обескураженного выражения лица на нем еще не видали. Михал Михалыч удивленно выкатил глаза и смущенно проговорил: «Он действительно был немой…»

В «воронке» везли зэка. Он был особо опасным, но это, видимо, недооценили, из-за чего и случилась беда. Злой на весь мир, зэк в пути порезал заточкой, которую у него по рассеянности не отобрали, находившуюся в машине прапорщицу. Водитель и другой сопровождающий в кабине ничего не слышали. Когда приехали на место, прапорщица уже потеряла столько крови, что было удивительно, как она еще жива.

Тюремный врач кинулся ее спасать, но надежды оставалось мало. У пострадавшей оказалась редкая группа крови, а спасти ее могло только немедленное переливание. Ни у кого из коллег такой крови не было. И в это время кто-то догадался посмотреть карточку этапируемого злодея, его пока не успели даже отвести в карцер. У него оказалась нужная группа.

Возблагодарив судьбу за такое совпадение, врач приказал: зэка немедленно на стол. Его притащили, привязали к операционному столу, и врач провел прямое переливание крови. Пострадавшую удалось спасти, но врач и его помощники несколько переусердствовали, и зэк, служивший донором, от кровопотери скончался.

Конечно, все подумали, что невелика беда, туда ему и дорога, но закон есть закон. Надо как-то выпутываться. Пришлось организовать побег. Получилось так: преступник по дороге пытался бежать, ранил конвоира, но был убит (труп его потом прострелили). Тот же врач подписал свидетельство о смерти, наступившей вследствие пулевого ранения.

Единственной загадкой остается, как сия история могла до нас дойти, если все её участники поклялись молчать.