Читаем Memories (СИ) онлайн бесплатно

========== Пролог. ==========

Воспоминания, пожалуй, самая важная часть человеческой жизни. Что может быть лучше красивых мест или ярких моментов, запечатленных на старой бумаге или фотопленке? Иногда достаточно взять в руки фотокарточку и сознание взрывается тысячами образов и моментами, что навсегда остались в памяти, сделавшись воспоминаниями. Невозможно сохранить в своей памяти всё, но отобразить на фотографиях, чтобы просматривать потом и улыбаться давно прожитым годам детской и юношеской наивности, вполне реально.

Роза обожает листать старые фотоальбомы родителей и перечитывать не менее старые книги, рисуя в своем воображении образы и моменты, которые имели место быть, но, увы, являлись лишь плодом её детской и очень бурной впечатлительности. Она всегда тихо восторгалась красотой её мамы в школьные годы — желая быть хоть чуточку, но такой же прекрасной, как она — и любила рассматривать общие фотографии семьи Уизли, на которых улыбается, еще живой — и по словам дяди Джорджа, всегда веселый и жизнерадостный — Фред Уизли, и млела от величественного вида замка, подарившего её родителям незабываемые впечатления, навсегда связывая их с необыкновенным Хогвартсом.

Всё-таки воспоминания, правда, нужная и неотъемлемая часть человеческой жизни. И в волшебном мире без неё никуда. Но нельзя забывать и о мечтах.

Маленькая Роза всю жизнь, все одиннадцать лет, мечтала о волшебном и величественном замке, Хогвартсе. Её глаза, еще более яркие чем обычно, в такие моменты светились желанием и предвкушением, давая понять, что маленькая Роза Уизли и правда всем сердцем желает учиться волшебству в этой потрясающей и неизведанной ей доселе школе.

Она мечтала быть такой же, как её мама. Самой умной, самой красивой, самой выдающейся, первой на курсе, на факультете, во всём замке. И первые года девочка действительно из кожи вон лезла, лишь бы заполучить заветные баллы, лишь бы доказать всем, что она ничуть не хуже остальных. Что она такая же, как Гермиона Уизли. Но потом что-то меняется, Роза до сих пор не знает, выросла ли она, или просто устала, но к третьему курсу она перестала так тщательно подготавливать домашний материал, отвечать на уроках, стараться отличиться. Она просто стала Розой Уизли, которая хорошо учится, но до уровня своей матери всё ещё не дотягивает, которая старается теперь лишь на экзаменах, и многие предметы изучает сквозь пальцы. Но оценки всё ещё были отличные, и баллы для факультета она зарабатывала постоянно, поэтому мистер и миссис Уизли не беспокоились. Сама девушка и подавно. Место лучшей на курсе она оставила со вздохом облегчения, а это место быстро занял Альбус.

Время никогда не стоит на месте, всё так или иначе терпит изменения. Вот и Роза — уже более взрослая, шестнадцатилетняя — сидит у себя в комнате и, просматривая излюбленные с детства, старые фотографии, улыбается своим детским мыслям и мечтам. Роза уже не мечтает о волшебном замке, девушка думает лишь о том, как ей пережить безумно скучное лето. Она точно не собиралась просиживать дни напролёт за учебниками, это одна из немногих вещей, которые отличали Розу с первых курсов от той Розы, что была перед читателем сейчас. Девушка действительно не была уверена в том, что её подруги Алиса и Элизабет найдут время на прогулки; Лиззи куда-то ухала, попросив не трогать её, пока она сама с ними на свяжется, а Алиса обещала помогать маме в «Дырявом котле», и говорила, что это будет занимать много времени. Что касается Хью, задорного младшего братца, который не давал до этого лета скучать, постоянно выдумывая что-то с Джеймсом и Тедди, и поднимая весь дом на уши… Ещё в конце прошлого учебного года девушка заметила, что её младший брат изменился. Он словно стал более замкнутым и стеснительным, словно не знал, что происходит в его голове и как с этим поступить. Люси как-то невзначай обмолвилась, что он влюбился в однокурсницу с Когтеврана по имени Эллисон, и теперь все его мысли только о ней. Люси тогда звонко засмеялась, и убежала на свой урок, а Роза ещё долго стояла в коридоре и думала о том, на сколько слова её кузины могут оказаться правдивыми. Тем не менее, Хьюго отдалился от младшей сестры, и только через какое-то время девушка поняла, что её огромной ошибкой стало то, что она не попыталась сблизиться. Джеймс, как она слышала от его друга, одного из близнецов Вуд, переживает «тяжелое» расставание со своей очередной бывшей девушкой, отрываясь с друзьями на полную катушку, и не думая о последствиях. Роза часто думала о том, что Джеймс абсолютно не контролирует своё поведение, не понимает, как нужно себя вести, а как — нет. Девушка всегда списывала это на то, что старший Поттер слишком избалован, и уверен, что ему всё простят, как только услышат знаменитую фамилию героя войны. Да так оно и было. Джеймс это прекрасно знал и всегда этим пользовался.

Только милая Лили Луна, словно лучик яркого солнца на который она так похожа, не отказала сестре и проводит с ней все свободное время. Вместе они смотрят различные фильмы, листают старые фотоальбомы, читают магловскую классику. Вот и сейчас она — слишком взрослая и серьёзная для своих четырнадцати — входит в комнату с магловским ноутбуком и целой тарелкой конфет и других сладостей. Садится рядом, прямо на пол, и дарит такую родную, теплую улыбку.

— Ты только не унывай, ладно? — берет за руку и смотрит в глаза, нет, прямо в душу, давая понять, что всегда будет рядом. Потому что сестра. — Скоро Джеймс приедет, правда, к нему в довесок всё ещё идут Вуды, но это не на долго, ты сама знаешь. А потом и Тедди с Виктуар будут! И будем играть вместе в квиддич, как в старые времена, хочешь? Прошу, Роузи, я не могу смотреть на твое печальное лицо! Ведь мне самой становится грустно!

И Роза улыбается. Улыбается только потому, что об этом просит милая Лили. Потому что глядя в её темно-карие, такие красивые и задорные глаза, невозможно не улыбнуться. Роза никогда не понимала, почему Лили решила вырасти так рано? Почему в свои четырнадцать она посвящает почти всё своё время учёбе, почему не подпускает к себе никого, кроме родных и близких, почему считает, что уже достигла того возраста, когда говорят только мудрые вещи? Уизли не знала. Она не раз спрашивала младшую Поттер об этом, Лили же лишь улыбалась и отвечала всегда спокойно и уверенно: «Всё просто, Роузи, в любовь играют дети.». Конечно, Лили давно не считала себя ребенком, да и не являлась им тоже давно. Выросшая с двумя старшими братьями, да и вместе с Тедом, Лили выросла слишком рано. От этого становилось по-своему печально. Ведь такие прекрасные дети должны оставаться детьми. Особенно когда у них есть эта возможность.

— Конечно, Лил. Приедет Джеймс и будем играть вместе в квиддич. И даже Вуды нам в этом не помешают, — словно на автомате повторяет Уизли. Лили такой ответ вполне устраивает и она, снова сверкнув неистово карими глазами, отворачивается к ноутбуку и начинает проверять социальные сети, параллельно ища какой-нибудь фильм.

Гермиона, если честно, сама говорила, что безумно разочарована в этом поколении. Роза тоже раз за разом понимала, что время идёт, и теперь дети чаще играют в компьютер, нежели на улице в кругу друзей. Её это очень сильно расстраивала, и это чувство, наверное, было единственным, что до сих пор объединяло Розу с матерью. Теперь даже в волшебный мир пробрались магловские технологии и этого нельзя изменить.

Раздается стук в дверь, разрезая тишину и умиротворение в комнате так же стремительно и безжалостно, словно стрела рассекает воздух. Роза невольно дергается, Лили же не реагирует вообще, словно так и должно быть.

— Мы кого-то ждем, Лил?

— Нет, вроде нет — Поттер наконец-то поднимает взгляд на сестру. Она удивлена не меньше — Мы ведь одни в доме, так? А Хью должен еще не скоро вернуться…

***

Алиса понятия не имеет как в таком состоянии добрела до дома подруги. Уставшая, заплаканная, разбитая и слишком на себя не похожая, ей ели хватило сил взобраться на веранду и постучать в дверь. Ноги подкашивались, а голова слегка кружилась. Глаза пощипывали от уже прошедших слёз. Она никогда не понимала, как эта глупость в один момент ударила ей в голову, и захватила её сознание. Она устала, так устала от того, что она настолько слабая и беспомощная. Такая непохожая на своих смелых родителей, и, уж точно, непонятно как попавшая на Гриффиндор.

Алиса всё ещё не знает, почему она никак не может принять тот факт, что у Джеймса постоянно есть девушка. Она не понимает, почему каждые его отношения воспринимаются ей так остро и сопровождаются слезами. И она уж точно не знает, почему каждый раз выплакивает свои слёзы Розе.

— Я так устала, Роуз… так устала от всего этого… — Она шепчет одними губами, стоит подруге открыть дверь и увидеть её в таком состоянии. Да Алиса и на ногах она стоит с трудом, потому что все свои силы истратила на бессмысленные рыдания.

Розе в этот момент её жалко настолько, что даже желудок скручивает. Она смотрит обеспокоено и, кажется, сразу понимает, в чём дело. Гостья медленно заходит к ней в дом и, упав на один из плетеных стульев, позволяет нескольким крохотным слезинкам скатиться по щеке. Её всё ещё немного трясёт, и эту дрожь скрыть не удаётся.

— Опять он? Сколько можно, Лиса? Ты не можешь постоянно убиваться из-за того, что он считает тебя только лучшей подругой. Хочешь, я могу поговорить с ним, или, пусть поговорит Лил? — она, как и всегда, слишком взволнованная и заботливая. Неужели Алиса и правда так много для неё значит? Ведь она ей не сестра даже — никто.

В ответ Роза получает лишь рассеянный отрицательный кивок, Алиса считает, что должна все решить сама, и Уизли знает это. Этот поступок, наверное, единственная вещь, на которую Долгопупс по силам решиться, но и тут она не может заставить вести себя, как ученица Гриффиндора.

Это так странно… Дружить с самого детства, а потом понять, что влюбилась. И в кого! В Джеймса Сириуса Поттера! Хуже лишь осознание того, что Джеймс никогда не полюбит в ответ потому что он — её самый лучший друг, после Розы и Лиззи, конечно. Слишком вольный, своенравный, свободолюбивый, слишком Джеймс Сириус Поттер. Алиса же слишком незаметна, слишком тиха, слишком скромна, чтобы подойти и поговорить с глазу на глаз. Да и как вообще это можно себе представить? «Привет, Джим, я знаю, мы дружим с самого детства, но я вдруг поняла, что влюбилась в тебя, уже год как, надеюсь ты заметил». Бред! Абсурд! Полная нелепица! Или Алисе просто смелости не хватает на что-то подобное. Не помешал бы «Феликс Фелицис», но такие, увы, в дефиците.

— Может, расскажешь, почему снова убиваешь свои нервные клетки из-за моего братца? — Уизли говорит тихо и спокойно, говорит так, словно перед ней не шестнадцатилетняя подруга, а маленькая девочка, которая плачет из-за разбитой коленки, и никак не может рассказать, что же случилось.

Да и что может быть лучше чашки горячего какао на столе и душевного разговора с лучшей подругой? Алисе тоже кажется, что ничего. Долгопупс даже не до конца уверена в том, что её проблемы вообще заслуживают такого к себе внимания.

— Да так… Наверное накручиваю себя снова… Ведь глупо ревновать, если я для него ничего не значу, так? Чёрт… прости за этот цирк, снова. В такие моменты просто с цепи срываюсь — С первыми глотками горячего какао пришло осознание. «Чёрт, твои родители войну пережили, а ты сидишь и рыдаешь из-за какого-то парня! Ты же Алиса Долгопупс, в конце концов!» — Внутренний голос, конечно, до ужаса противен и правдив, но встряхнуть может.

— Прекрати. Ты для него хороший друг. Это уже очень много — Роза хочет сказать ей что-то ещё. Сказать о том, что Джеймс Поттер вообще никаких переживаний не стоит, потому что в первую очередь он думает только о себе, и это не исправить. А, может, Уизли хотела заверить подругу, что всё будет хорошо, не смотря ни на что. Но она не смогла произнести больше ни звука, лишь вздохнула, и сделала глоток какао.

Лили спускается с лестницы, и смотрит на гостью внимательно, словно сканирует карими глазами, и слегка улыбается, словно знает и понимает больше остальных.

— Ты же знаешь, что если постараться, сможешь стать кем-то большим для него, так?

Алиса немного краснеет и отворачивается от девочки, а Лили только улыбаться немного шире, но больше ничего не говорит. Никто из девушек не удивляется тому, что младшая Поттер слышала весь разговор, она частенько появлялась там, где её быть не должно и слышала то, что ей слышать не положено.

Поттер, такая воздушная и легкая, подходит к кухонному столу и делает какао для себя. Ставит чашку на стол и карие глаза сверкают предвкушением и жаждой. В такие моменты ты правда понимаешь и свято веришь, что перед тобой внучка Джеймса Поттера во всей своей красе.

***

— План отвратительный!

— План отличный.

Мрак пожирает квадратные метры огромной, жуткой и немного пугающий комнаты, наводя ужас на любого, кто заглянет сюда. Казалось, что они — небольшая группа молодых и явно очень амбициозных людей — находятся в каком-то склепе, темном и холодном. Но это всего лишь Малфой-Мэнор. Да и не боятся они совсем. Самое страшное давно позади и теперь они могут, с гордо поднятой головой, сказать, что являются чистокровными, и сами положили бы множество грязнокровок, не стыдясь осуждения. Потому что так надо. Потому что этому учили с детства. Бывших пожирателей не бывает — так всегда говорила Ронни. И Скорпиус почему-то верил ей на слово, словно Сноу нахлебалась сыворотки правды и не сможет соврать. Ей все верили — так уж могла к себе расположить девчонка, владея даром убеждения и чертовски милой мордашкой. Но план, придуманный ей ради развлечения, был просто отвратителен. И не только потому, что в нем фигурировал он, Скорпиус. Хотя, нет, именно поэтому.

— Да ладно тебе, Малфой, — устало тянет девушка, откидывая прядь тёмных волос за спину. Кажется, ей самой порядком надоело уговаривать своего упертого друга — Это будет весело! Ну, нам же надо как-то развлекаться, давай!

— Развлекайся, милая, не в чём себе не отказывай, — в подобной ей манере тянет Малфой, — Но меня втягивать в это даже не думай, никогда не унижусь настолько сильно.

Вероника скалится, а потом наигранно надувает губы. Весь её образ кажется таким кукольным и лживым, что от одного взгляда на неё сводит челюсть. Скорпиусу всегда было жалко Виктора Нотта, который давно ведется на неё картонные улыбки, и всё ещё бегает за ней хвостом.

— Хотя, если тебе не по душе, так и быть, можем наведаться в магловскую деревушку и провести пропаганду пожирателей смерти. — Девчонка хищно ухмыльнулась, увидев вытянувшееся лицо друга, в темных глазах заплясали недобрые искры — Да, и вспомни того же Поттера, одним девчачьим разбитым сердцем больше, одним меньше. Почему я тебя как маленького уговаривать должна? Не хочешь, пойдет Ал.