Читаем Мелодия распада (СИ) онлайн бесплатно

***

Дурное предчувствие заставило Рамфоринха застыть среди стеллажей. Мигающая лампочка под потолком вспыхивала на секунды, чтобы высветить высокую фигуру молодого врача с длинными каштановыми волосами и одеревеневшей надменной улыбкой. Типичный выпускник катрийского медвуза, из тех, что обожают свою работу, но с замашками садиста. Серый халат не менялся несколько недель - спецодежда доживала последние дни перед стиркой, почти целиком бордовая, в застарелых и свежих пятнах крови.

От заветной полки с камиритом отделяло несколько пролетов темноты и тускло вспыхивающего света. Каждая вспышка могла подарить ужас внезапной встречи с собственной фантазией. А в глубине помещения зловеще капала вода. Но здесь действительно находился кто-то кроме врача: за грубыми деревянными полками мерещилось дыхание.

Рамфоринх резко развернулся к выходу, решив, что ну его, этот камирий вместе со складом и нездоровой фантазией, прогрессирующей в темноте. Он занервничал, словно поверил, что на любимой работе найдутся те, кто желают ему зла, резко ускорил шаг. Но впотьмах не всегда видно, куда идешь.

Следующая вспышка осветила бледное мертвое лицо в нескольких сантиметрах от носа Рамфоринха. Он чуть не столкнулся с зомби.

Врач судорожно вздохнул и отшатнулся. На его лице еще блуждала улыбка, но теперь куда более неуверенная, с оттенком страха. Просто не успела убраться вон, пойманная врасплох обстоятельствами. Да, Рамфоринх не понял произошедшего, а когда понял - легче не стало.

Нет, мертвец не был видением. Зомби действительно покачивался среди стеллажей белым призраком. Белым и больным. Альбинос, чья кожа уже отдавала нездоровой синевой, скалился черным разрезом рта. Медленно моргнул (как и подобает настоящему зомби), склонил голову вперед, глаза буравили живого гостя.

Рамфоринх подумал, что, несмотря на медлительность и атрофированные мышцы, зомби вполне мог кинуться. И ему не помешают ни страшные препараторские раны, ни тяжеленный баллон с “топливом” за спиной. Врач замер, схватившись за полку, чтобы не упасть. Умереть тут, среди пыли и грязи, не входило в его планы. В его великие, далеко идущие планы. Хотя, конечно, в ту секунду он не думал ни о чем таком, полностью отдавшись страху перед мертвой силой. Сознание вопило о том, что когти монстра пропитаны формалином или еще какой гадостью и получить ими в живот - хуже не придумаешь.

Зомби медленно занес руку, чем заставил врача дернуться вновь. Справившись с желанием лечь и никогда больше не вставать, Рамфоринх закрыл глаза и раскинул руки, словно позволяя себя сожрать, либо… он просто понял, как выкрутиться из ситуации. Улыбка стала шире. Лампа погасла и загорелась вновь. Мертвый альбинос склонил голову набок, и по нему было совершенно неясно - собирается ли он стоять так еще полчаса с занесенной рукой или кидаться на незадачливого доктора через секунду. Во всяком случае, промедление могло оказаться смертельно опасным.

Тихий смех человека в халате заставил зомби немного оживиться. Рамфоринх продемонстрировал правую руку, демонстрируя пустую ладонь, пальцы медленно извлекли из внутреннего кармана халата крохотную пластиковую коробочку.

- Узнаешь? - тихий, слегка веселый голос прорезал пыльную тишину.

Зомби пошатнулся, опустил, наконец, истерзанную скальпелем конечность. Выражение лица не изменилось, зато вниманием полностью завладел плоский предмет, спаянный из какого-то подручного мусора.

- Раньше это было бы не очень уместно, правда? - Рамфоринх вдавил кончиками когтей на маленькой коробочке пару пазов, соединил проводки. Тут до зомби начало что-то доходить, он зарычал, обнажая красные зубы. Рамфоринх покорно вскинул руки, но не перестал озорно улыбаться, только в глазах плескалась паника.

- Тише, тише! Ты всегда так реагируешь на знакомые вещи или… особый случай? - врач замкнул последние контакты, и из устройства полилась музыка. Что-то… классическое.

Они замерли на миг, Рамфоринх осторожно положил плеер на стеллаж, поглядывая веселыми глазами на опасного и молчаливого собеседника. Могло показаться, что врач не беспокоится ни на грамм. К сожалению, на зомби такие уловки совершенно не действуют. Им без разницы, сильнее противник или слабее, боится или полностью уверен в себе. Они просто нападают на то, что быстро шевелится.

И потому врач протягивал руки очень медленно. Очень.

- Так вот, я хотел сказать, что раньше это было совершенно неуместно. А теперь-то нас никто не видит, да и ты, кажется, изменился характером. Правда?

Мертвый альбинос невнятно зарычал, когда Рамфоринх крепко ухватил его под локти, потянул на себя и заставил сделать вальсирующий круг в пролете меж стеллажами.

- Не знаю, как ты танцевал при жизни, - говорил врач, пытаясь подстроить партнера под гротескный, сбивающийся ритм неземной мелодии, - но сейчас - просто ужасно!

Музыка, сопровождаемая шуршанием кустарных колонок, завораживала, казалось - не только странную пару, но и сам воздух склада, пропитанный медикаментозными испарениями и пылью. На одном из поворотов Рамфоринх порывно прижал к себе мертвого, ударил дружески по спине и засмеялся, запрокинув голову.

- Это ведь твой просчет! - хохотал врач. - Идиот этакий! Жаль, что ты уже мертв! Как жаль! Голову тебе оторвать мало, безмозглая ты крыса!

Живой и мертвый вальсировали в свете мигающей лампы.

Но история началась несколько раньше.

========== 1. Самый отвратительный звук ==========

А самый отвратительный на свете звук - лязг нержавеющей стали об эмалированную посуду.

***

Зрелище, раскинувшееся в медицинском блоке, было столь ужасно, что запросто заглушило боль в теле Кириа. Оно - зрелище - расползалось от металлического стола по всему полу, красные разводы забирались на кафельные стены. Что творилось на столе и под столом - лучше не упоминать. Когда солдаты приволокли Кириа в блок, санитары проводили уборку, а врач Рамфоринх отмывал перчатки в ведре. Чище от насыщенной кровью воды они не становились, над чем подшучивал весь персонал.

- Номер тринадцать тысяч двадцать! Подорвался на осколочной во время освоения территории, - отрапортовал один из солдат, когда врач, широко улыбаясь, одарил вошедших вниманием.

- Вот идиотина, правда? - засмеялся Рамфоринх, с отвращением сдергивая перчатки. - Развяжите ему руки и идите.

Солдаты переглянулись удивленно:

- Развязать?

- Я невнятно говорю? - врач обернулся к санитарам, словно призывая их в свидетели.

- Новенькие, - ответили ему. - Лишний раз вздохнуть боятся, не то, что пленных развязывать.

- Ах, ну… - Рамфоринх взял со стола белесую роговую пластину, которая совсем недавно красовалась на груди одного из военнопленных. Остальной пациент, кстати, частично оставался под столом. Врач обратился к сопровождающим Кириа: - Неужели мы не справимся с отощавшим раненым? Вы правда так думаете? Глядите-ка сюда.

Он поднес пластину к лицу и медленно провел языком по обратной стороне, на халат закапала кровь. Рамфоринх показал красный язык пленному. Стража отвернулась в разные стороны, морщась и содрогаясь от рвотных позывов. Наверное, поэтому они не успели поймать падающего в обморок Кириа. Солдаты ретировались очень быстро.

- Ну шеф! - вздохнул санитар. - Сплюньте хотя бы! Я понимаю вашу страсть эпатировать! Но это же крысячьи ошметки! Заразиться не боитесь?

Рамфоринх сплюнул, швырнул пластину в мешок с такими же (из них потом на местной фабрике наделают сувениров), бегло оглядел пациента - тело уже лежало на расчищенном, но неотмытом столе.

- Приведите в чувство, - приказал врач, вытирая рот тыльной стороной ладони.

- Что, босс, скучно работать с немыми? - хохотнул второй санитар.

- Приводите в себя, снимайте с него одежду, берите мешки - и чтобы духу вашего не было! - настоятельно рекомендовал Рамфоринх. Санитары, начавшие было развлекаться по новой, сникли и подхватили останки предыдущего пациента. Входная дверь хлопнула, ругательства и смешки заглохли.

Окончательно Кириа понял, кто он и где находится, когда услышал отвратительнейший из звуков - лязг инструментов. Тут же затошнило, но, к счастью или к горю, кормили слишком давно. Последний раз он слышал этот звук не меньше пяти лет назад, в родной Локри, когда ему удаляли кисту. Воспоминания неприятные, но то, что происходило здесь и сейчас, было несравнимо страшнее. Он вспомнил части тела земляка под столом и на столе… на том самом, на котором теперь Кириа. Вспомнил белые вьющиеся волосы, мочалом сваленные в коробку - и тело свело судорогой. Он понял, что его-то голова лежит там, где стояла эта коробка.

А еще отвратительный запах и холод. Кириа замер, постарался не шевелиться, но сильная дрожь выдавала с головой.

- Заключенный номер… тринадцать тысяч двадцать, - Рамфоринх шуршал вне зоны видимости. От веселого голоса комната в глазах больного поплыла вместе с заляпанными стенами и потолком с ржавыми потеками. - Какого черта у меня нет на тебя дела? А… я ездил за спиртом в тот день… ну разве не бездари? Ничего доверить нельзя.

Рамфоринх убрал волосы в хвост и навис над израненным заключенным, весело напевая, словно предвкушал… вообще, было заметно, что свою работу он неадекватно любит. Возможно, хорошее настроение еще не выветрилось с предыдущей… операции.

- Жить будешь, - констатировал он, оглядев проникающие ранения. - Почти все осколки застряли в пластинах… кроме вот этой. На месте аппендикса. Давно удаляли?

- Пятнадцать лет назад, - прохрипел заключенный. Рамфоринх, недолго думая, взял из лотка корнцанг, зажимы сомкнулись на торчавшей железке. Заключенный вскрикнул, когда врач выдернул инородное тело.

- Заткнись, - улыбаясь, посоветовал врач и быстро обработал рану заранее заготовленным тампоном. - Чтобы через пятнадцать минут вернулся в стройные ряды, понял?

Рамфоринх внимательно поглядел в глаза пациенту и добавил счастливо:

- Кстати, не советую симулировать. Вздумаешь притвориться особо больным - в печку отправят, как нефиг делать, усек? Или еще чего хуже. Тебе не рассказали о порядках твои крысиные братья?

Напуганный положением, узник готов был убежать в строй прямо сейчас, но под неприятным взглядом врача конечности обращались в вату. Весь вид человека в халате говорил, что он не вполне нормальный. Ребята из барака шептались, мол, Рамфоринх садист и получает массу удовольствия, полосуя невольных пациентов. Еще говорили о каких-то нечеловеческих опытах, в которых Рамфоринх принимает непосредственное участие.

Врач отошел от металлического стола, зашелестела бумага.

- Итак, - сказал Рамфоринх, садясь за обглоданный и ободранный стол. - Номер… тринадцать тысяч двадцать… лагерная кличка?

- Кириа, - тихо сказал пленный.

- Громче, а?!

- Кириа!

- Возраст?

- Тридцать один год.

- Ого… Хронические болезни?

Кириа сглотнул. Страшно было представить, для чего лагерному врачу понадобилось спрашивать у потенциального смертника о хронических болезнях. Говорить правду страшно, но врать - еще страшнее.

- Киста на шее… - неуверенно проговорил он, молясь, что диагноз повлияет на судьбу в лучшую сторону.

- М-м-м, - с интересом протянул врач, чем вызвал у пленного новую волну дрожи… впрочем, она и не проходила. - Крысиная наследственность?

Рамфоринх заулыбался еще неприятнее, встал, подошел. Кириа чуть вновь не потерял сознание, когда кончики когтей прошлись по операционному шраму на шее. От бледного лица отхлынула последняя кровь.

Врач же, в свою очередь, оглядел альбиноса оценивающе и в который раз признался себе, что не считает их уродливыми, как это нынче принято. Когда-то в детстве он мечтал родиться альбиносом, думал - так красивее. Потом мечтал поступить в медицинский, потом - не вылететь из него, а после случилась война, и каноны красоты в Катри резко изменились. Белое вмиг стало враждебным, жестоким, уродливым и агрессивным.

- Почему у вас каждый десятый носит это украшение? Что за загадка природы эти крысиные шейные опухоли?

Кириа с ужасом подумал, что врач решит выяснить природу кист и выпотрошит его прямо тут и сейчас. Надо же было так вляпаться! На третий же день попасть под прицел садиста-врача! Кириа закрыл глаза и продолжил молитву - на этот раз о забвении.

- У тебя высшее образование? - спросил вдруг Рамфоринх, звеня приборами.

- Откуда вы…

- Рожа у тебя интеллигентная… И руки “кривые”.

Врач наклонился и приступил к выковыриванию осколков из панциря, при этом он так счастливо улыбался, что Кириа зажмурился, чтобы не видеть зубастой улыбки.

- А еще ты выкаешь, хотя старше меня на пять лет.

- Да, я вижу, - проскрипел пленный, стоически терпя боль, - вы получаете от своих манипуляций удовольствие.

- Знал бы ты, какое! - расхохотался Рамфоринх.

- Садист!

- Крыса. Оккупант, - беззлобно парировал врач, заглядывая в лицо пациенту. - А еще идиот редкостный. Надо же было на осколочную налететь!

- Я не видел другого способа попасть к вам, - соврал вдруг Кириа, закусывая губу, чтобы не кричать. Он надеялся хоть как-то отвлечь врача, ошарашить, сбить с толку. Рамфоринх остановился и округлил глаза, но продолжал все так же широко и счастливо улыбаться:

- Как редко доводится слышать подобное! Так ты что - специально нарвался?

Врач дождался утвердительного ответа и расхохотался в голос.

- Редкостный идиот! У тебя, наверное, веская причина так глупо подставляться?

- В бараке есть один человек… - сбивчиво сочинял Кириа. - Вопит каждую ночь…

- Да что ты? У него защемление нерва, ты как думал? - улыбка стала шире. Рамфоринх дернул очередной осколок. По всему, новость принесла ему удовольствие.

- Его скоро убьют! Свои же! Чтобы не мешал, - надрывно произнес Кириа. - Неужели нельзя помочь?!

- О, какая забота… хах! Он твой родственник? Или… хм-м-м… Конечно, можно. От расправы крысиных собратьев и печи крематория его может спасти пара инъекций итариума.

- Так что же вы… - разогнался Кириа и снова вскрикнул, когда из него выдернули осколок.

- Для офицерского состава, детка! - ухмыльнулся Рамфоринх. - Для лагерного управления, если такая беда с ними случится. Итариум дорогой, кто будет его на крыс тратить?

- Я бы мог найти что-то взамен!

- Ты, видно, с ума сошел, а? Все, что ты можешь предложить - свое тело для опытов. А оно и так мое. И, для справки - его не хватит, чтобы выкупить и половину ампулы.

- Я закончил институт радиотехники…

- Ах, ты у нас радист? Связист? - засмеялся Рамфоринх. - Прости, меня это не интересует.

- Да выслушайте же! - воскликнул Кириа, понимая, что рискует непонятно ради чего.

Врач замер, заинтересованно уставившись на потерявшего страх пациента, окровавленный корнцанг щелкнул, и Рамфоринх удовлетворенно заметил, как вздрогнул Кириа.

- Слушаю, - протянул Рамфоринх почти ласково.

- Вы любите музыку?

Улыбка сползла с лица врача-садиста.

========== 2. То, что останавливает сердце ==========

Стук в дверь, по обыкновению, останавливает сердце.

***