Читаем Медальон судьбы (СИ) онлайн бесплатно

Балин вошёл как раз в тот момент, когда старый учитель с длинной седой бородой монотонным голосом начал втолковывать молодому наследнику трона необходимые для него знания.

− Прошу прощения, − Балин громко кашлянул, привлекая внимание глуховатого учителя, − но король хочет видеть принца Торина.

Торин до этого времени сидел за письменным столом, скучающе уставившись в раскрытую перед ним книгу. Утро, можно сказать, только началось, но молодому гному сегодня особенно не хотелось внимать мудрым наставлениям старых учителей, и лишь чувство долга удерживало его. Когда вошёл Балин, он встрепенулся было, обрадовавшись желанному перерыву, но тут же и сник, догадавшись, о чём именно скорей всего хочет поговорить с ним отец. Торин вопросительно глянул на учителя и, когда тот, вздохнув, молчаливо кивнул, шумно захлопнул книгу и направился к другу, ожидавшему его у дверей.

Как только принц закрыл за собой дверь, Балин ободряюще похлопал его по плечу:

− Да брось, Торин, всё не так страшно.

Обладавший недюжинным умом Балин зачастую угадывал настроение принца и редко спрашивал его о чём-то напрямую. Вот и сейчас он прекрасно понимал, что тому не хотелось разговаривать с отцом.

− Поверь, Балин, лучше бы я сейчас продолжал сидеть за скучными книгами, − недовольно признался Торин.

Он шёл рядом со старшим гномом, хотя и без него прекрасно знал, где находится рабочий кабинет Траина. Дойдя до нужных дверей, Балин напоследок улыбнулся ему и поспешил по своим делам.

Коротко постучав для приличия, Торин вошёл внутрь. В кабинете, в котором обычно работал Траин, когда его присутствие не требовалось в тронном зале, не было ничего лишнего: только письменный стол, на котором всякий раз Торин видел груду бумаг, несколько кресел и шкаф со всевозможными книгами и картами. Мельком глянув на эти бумаги, принц сел напротив короля и решился наконец прервать молчание:

− Ты звал меня, отец?

Траин всё это время пробегал глазами очередной документ, как будто и не заметил появления сына.

− Скажи мне, Торин, ты думал о том, что я тебе говорил два дня назад? − подняв взгляд поверх строк, ровным голосом спросил король.

− Да, думал. И должен тебя разочаровать: нет, я не стану жениться на Ирис.

Траин, отложив в сторону важные документы и взглянул старшему сыну в глаза:

− Я надеялся, ты будешь благоразумным. Торин, ты − наследник трона, а Ирис − достойнейшая невеста. Короли, вопреки распространённому заблуждению, далеко не всегда поступают так, как им вздумается.

− Я пока ещё не король. И потом, если бы я не был благоразумным, то не сидел бы часами за книгами, изучая все те науки, которые ты мне велишь, − возразил Торин.

Траин поднялся со своего кресла и подошёл к широкому окну, кинув нахмуренный взгляд за пределы Эребора. С одной стороны, ему не хотелось принуждать сына, но того требовал королевский долг, и ему, Траину, следовало в данный момент видеть в Торине прежде всего наследного принца, а уж потом − сына.

− Может, ты не хочешь жениться на Ирис, потому что тебе приглянулась другая гномка, − предположил он, повернувшись к принцу.

− Нет, мне пока никто не приглянулся.

− Тогда в чём дело?

− Ты женился, потому что полюбил. Я тоже, если и женюсь, то только на той, с которой захочу связать свою судьбу, − Торин поднялся с кресла, собираясь уходить. − Если на этом всё, отец, тогда я пойду. Я не изменю своего решения.

Траин бросил на сына недовольный взгляд, но, поняв, что этот разговор опять ни к чему не приведёт, коротко сказал:

− Иди.

Выйдя из кабинета короля, Торин быстрым шагом направился к балкону, что располагался над главными воротами. В душе нарастало недовольство и даже некоторое раздражение. Торин понимал всю важность и значение слова “долг”, но жениться на гномке, к которой не испытывал никаких чувств, кроме разве что почтения, он не мог. К тому же, гордый и своенравный принц очень не любил, когда ему что-то навязывали и решали важные вопросы за него.

Очутившись на балконе, Торин вдохнул полной грудью свежий воздух и заставил себя подумать о чём-нибудь приятном, например, о сегодняшней тренировке. Раздражение быстро улеглось, и Торин уже раскаивался, что сердился на отца. Ведь тот всё же заботился о нём и хотел как лучше.

Взгляд гнома, безразлично осматривавший окрестности королевства, упал вниз, на дорогу, что вела прямиком ко главным воротам Эребора. По дороге в это время ехали двое путников − очевидно, люди из Дейла. Справа ехал мужчина, а слева − женщина или, вернее сказать, девушка с длинными распущенными волосами и в сером плаще. Не было никаких сомнений в том, что они направлялись именно к Горе. Отвлёкшись от своих мыслей, Торин с интересом наблюдал, как путники подъезжают к воротам, гадая, что же понадобилось этим людям в Эреборе…

========== Глава 1. Будь осторожна в своих желаниями, они имеют свойство сбываться ==========

Мне думается, что есть люди, которые родились не там, где им следовало родиться. Случайность забросила их в тот или иной край, но они всю жизнь мучаются тоской по неведомой отчизне. Они чужие в родных местах… (с) Уильям Сомерсет Моэм “Луна и грош”

Тёплый солнечный луч упал на лицо, настойчиво напоминая о том, что уже давным-давно наступило утро. Лина ещё больше зажмурилась и повернула голову в сторону, спасаясь от мешавшего спать света. Открывать глаза и окончательно просыпаться ей очень не хотелось: в теле чувствовалась такая тяжесть, как будто всю ночь она только и делала, что разгружала вагоны с цементом. Хотя, если вспомнить, что вчера у неё был День рождения, то её теперешнее состояние в какой-то мере объяснялось.

Списав свою усталость на недосып и пару бокалов крепкого вина, выпитых накануне, Лина повернулась на бок, собираясь ещё поспать. Ведь в выходной день нужно как следует отоспаться, чтобы на протяжении всей предстоящей рабочей недели не было мучительно обидно за упущенную возможность.

Но, как назло, сон всё не шёл.

Понежившись какое-то время в тёплой постели, Лина сладко потянулась, разминая затёкшие за ночь мышцы, и, улыбнувшись, открыла глаза…

Первое, что бросилось ей в глаза, это окно. Причём окно, в котором чётко были видны ветки растущего вблизи дерева. И это в её-то квартире на десятом этаже?!

Улыбка тотчас спала с лица девушки.

Непонятно на что надеясь, Лина протёрла глаза, ощущая, как в душе начинает зарождаться тревожное чувство. Но, как и следовало ожидать, увиденная ранее картина не изменилась.

Беглым взглядом окинув комнату, Лина поняла, что находится не дома. Она лежала на кровати в довольно большой незнакомой комнате, заставленной старинной по виду мебелью.

Внутри у Лины всё похолодело. Почему-то первой ей пришла мысль именно о похищении.

Напрасно здравый смысл пытался вразумить её: кому понадобится похищать простую, небогатую девушку?! Да и как объяснить то, что она, несвязанная, совершенно свободно находится одна в комнате? Однако в этом и заключалось последствие страха: способность хладнокровно соображать отбило напрочь.

“Бежать. Бежать во что бы то ни стало”, − навязчиво крутилось в мыслях у Лины. Она резким движением откинула одеяло, собираясь спасаться, даже если для этого придётся лезть через окно.

Теперь-то она благодарила всех богов за то, что вчера поленилась стелить постель да так и легла спать в одежде. На ней по-прежнему были чёрные брюки и синяя блузка.

Но не успела Лина спрыгнуть на пол, как её внезапно остановили шаги и чей-то приглушённый шёпот, доносившийся из соседней комнаты. Руки сами собой вцепились в одеяло и потянули наверх − хоть какая-то защита.

В комнату вошли мужчина и молодая женщина, довольно странно, кстати сказать, одетые. Подобного покроя одежду носили бог весть сколько лет назад. Но растерявшуюся Лину мало заботил их внешний вид. Сейчас её волновали куда более важные вопросы.

− Кто вы? − чуть хрипловатым со сна и испуга голосом спросила она.

− Не волнуйся, мы не причиним тебе вреда, − поспешил заверить мужчина, от внимания которого не скрылось напряжение девушки и её недоверчивый взгляд. − Моё имя Дарион, сын Даринга, а это, − он указал рукой на женщину, − моя жена Астрид.

Женщина между тем присела на краешек кровати и хотела убедить девушку в дружеских намерениях легонько дотронувшись до её руки, но Лина опасливо придвинулась к стенке и поджала колени.

− Как я очутилась здесь и что это за место? − незамедлительно спросила она.

− Наш город называется Дейл, - ответила на этот раз Астрид. − Вчера поздно вечером мы нашли тебя, лежавшую без чувств во дворе нашего дома. Мы сначала испугались, подумали, что ты мертва, но потом поняли, что ты просто без сознания. Мы осторожно перенесли тебя в свой дом и уложили на кровать, опасаясь, как бы у тебя не было кровотечений или переломов…

На этих словах Лина прислушалась к своим ощущениям. К счастью, боли она не чувствовала и, как следствие, никаких травм у неё не было.

Что ж, уже хорошо.

− Дейл? - переспросила она, безуспешно напрягая память. − Первый раз о таком слышу…

− Странно, ты каким-то неведомым нам образом оказалась в нашем городе, но тебе не известно его название… Ладно, сейчас, погоди немного… − Дарион быстро начал что-то искать в шкафу и вскоре расстелил на столу карту. − Вот, посмотри. Может быть, это поможет тебе сориентироваться.

Лина поднялась с кровати и с интересом посмотрела на странную карту. Взгляд зацепился за знакомые названия, которые отчётливо виднелись на ней: Ривенделл, Рохан, Мордор…

“Так это же… карта Средиземья!” − мелькнуло в мыслях у девушки.

− Вот он, Дейл, − Дарион ткнул пальцем куда-то в верхнюю часть карты, где, как присмотрелась Лина, и в самом деле значился городок под таким названием.

Чувствуя, что ноги её не держат, Лина безвольно опустилась на стул. Вспомнилось, как вчера она перед тем, как задуть свечи на торте, загадала желание: очутиться в Средиземье. Просто так, в шутку загадала, потому что никогда особо не верила, что желания в день рождение исполняются, а уж такие − и тем более.

Как бы невероятно это ни звучало, но доказательства того, что она действительно в Средиземье, были налицо. Эта карта, эти люди, этот, в конце концов, город за окном − всё говорило само за себя.

− Можем мы узнать, как тебя зовут и сколько тебе лет? − как сквозь сон, донёсся до неё голос Дариона.

− Лина. Мне двадцать три, − отрешённо ответила девушка и мысленно добавила: “Исполнилось. Вчера”.

− Расскажи нам, что с тобой приключилось, − попросила Астрид, заглядывая ей в глаза.

Лина всегда говорила людям правду. По крайней мере, старалась это делать. Но в данной экстремальной ситуации её приоритеты резко изменились. Если она действительно находится в Средиземье, и это не чей-нибудь глупый розыгрыш − о чём она тоже было подумала − то здесь главное − выжить, а в одиночку, без денег и крыши над головой это будет не так-то просто.

Вмиг обострившийся инстинкт самосохранения натолкнул Лину на мысль, что расскажи она правду − и её скорей всего примут за сумасшедшую. А кому захочется иметь дело со спятившей незнакомкой?

А вот если сделать вид, будто она… скажем, потеряла память, то эти сердобольные люди − а в том, что они таковыми являлись, Лина почти не сомневалась − вполне могут согласиться помочь ей.

“Наверно, лучше было сразу всё рассказать им”, − впоследствии думала Лина. Но сейчас она наверняка не знала, насколько им можно доверять, да и времени на раздумья не было.

− Я не могу вспомнить ничего, что со мной происходило, − просто сказала она, уже коря себя за то, что так легко назвала своё имя и возраст.

− Как? Совсем ничего? − удивился Дарион.

− Только своё имя, возраст и то, что я человек.

− Ну, то что ты человек, а не гном, мы и сами видим, хотя ростом ты их несильно превосходишь. Разве ты даже не можешь вспомнить, откуда ты родом?

Лина отрицательно покачала головой.

Мужчина с минуту молчал, неверяще глядя на неё. Но изначальный неподдельный страх и недоверие в её глазах всё же убедили его.

− М-да… − наконец цокнул языком он. − Ну дела! Никогда я с подобным не сталкивался. Даже не знаю, чем тебе помочь…

Лина, тяжело вздохнув, опустила голову на скрещенные на столе руки. Загадывая вчера желание, она просто хотела какого-нибудь разнообразия в жизни. Чего-то такого доброго, яркого и волшебного, как фейерверки Гендальфа. Кто ж знал, что всё так обернётся?..

Занятая своими невесёлыми мыслями, девушка не замечала, как супруги в этот момент переглядывались и что-то шёпотом решали.

Наконец сочувствующая женская рука легла Лине на плечо.

− Мы понимаем, как тебе тяжело сейчас, − мягко заговорила Астрид. − Если тебе некуда пойти, то можешь остаться пока у нас. Будешь помогать мне по мере сил вести домашнее хозяйство, и это станет твоей платой за наш кров и пищу. А если кто из наших соседей спросит, скажем, что ты наша дальняя родственница, приехала погостить ненадолго.

Астрид отрыто намекнула, что они приютят её на время, но Лина не беспокоилась о будущем. Во-первых, она предпочитала решать проблемы по мере их поступления, а во-вторых, девушка была уверена, что в скором времени вернётся домой. Нет, она не думала об этом и не видела путей обратно, это просто само собой подразумевалось − раз она попала сюда, значит, так же внезапно и вернётся. Так бывает, когда не до конца можешь поверить в происходящее… или боишься поверить.

Лина подняла голову и слабо улыбнулась:

− Это было бы очень хорошо. Потому что я действительно не знаю, куда мне идти…

Дарион и Астрид первым делом повели девушку на кухню и накормили, а после показали комнату, которую решили выделить ей. Раньше эта небольшая комнатка служила гостевой, на случай если вдруг какой-нибудь родственник или просто друг решит остаться на ночь, и поэтому в ней была вся необходимая мебель. Напротив окна с голубыми занавесями, что выходило на западную сторону, стояла кровать, застеленная тёплыми покрывалами. Рядом с кроватью находился стол со стоявшим на нём подсвечником и зеркалом в деревянной оправе.

Внезапно Лине на ум пришла ужасная мысль. Схватив зеркало, девушка посмотрелась в него − и облегчённо выдохнула, увидев своё не изменившиеся отражение. Хорошо, что ещё внешне она осталась прежней! Всё то же лицо, зелёные глаза и светло-русые, достающие ей до лопаток волосы, которые она за всеми этими событиями ещё так и не удосужилась привести в порядок.

Лина поискала во всех ящичках стола и шкафа, что находились в её новой комнате, − пусто. “Надо будет попросить у Астрид расчёску и хоть какую-нибудь заколку”, − подумала она, уже чувствуя себя по гроб жизни обязанной приютившим её людям.

Всё, что у неё было, − это упомянутая одежда и старинные часы в виде медальона, подаренные вчера бабушкой на день рождения, − так сказать, семейная реликвия. Лина медленно провела пальцами по холодному гладкому металлу. Сердце болезненно сжалось от острой тоски по дому. Как бы она хотела сейчас просто закрыть глаза и очутиться дома у своего любимого компьютера с чашкой горячего чая в руках. Увы…

Лина спрятала медальон обратно в карман. Либо убрать его на время с глаз долой, либо она точно не сможет сдержать слёз…