Читаем Машина смерти онлайн бесплатно

Права на издание получены по соглашению с Dutton, импринтом Penguin Publishing Group, подразделением Penguin Random House LLC. Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

Переводчик А. Денисов

© Gene Mustain and Jerry Capeci, 1992, 1993

All rights reserved including the right of reproduction in whole or in part in any form.

© Перевод на русский язык ООО «Питер Класс», 2024

© Издание на русском языке, оформление ООО «Питер Класс», 2024

© Серия «Мировой криминальный бестселлер», 2024

Граждане часто интересуются, какие книги я читаю. К художественной литературе интерес потерял давно. Чем старше становишься, чем больше жизненного опыта приобретаешь, тем сложнее воспринимать выдуманные писателями сюжеты. В жизни, как правило, все совсем не так, как в фантазиях. Как там говорил гражданин Станиславский? Не верю!

Книг за свою жизнь я прочитал изрядно. Немало прочитано всякого про американских бандитов и тамошние тюрьмы. Некоторые познания в английском позволяют читать в оригинале. В США есть литературный жанр true-crime, то есть реальные истории о реальных преступниках. Это такая разновидность документалистики, по изложению похоже на детектив. Вот там все персонажи реальные и никаких художественных прикрас, натурально уголовная хроника.

Преступностью интересуюсь давно и в промышленных масштабах, неплохо знаю, где что и как происходит. Например, с разнообразными бандами в США полный порядок. При капитализме это вполне обычное явление: с малых лет детишки сбиваются в банды, в том числе этнические.

Порождает преступность социальная среда. Единственный способ эту самую преступность изничтожить – поменять социальное устройство общества. Ну а это подразумевает и воспитательную работу, и нормальных героев – примеры для подражания.

Никакой романтики в жизни уголовников нет: разбои, грабежи, кидалово, убийства, предательство и на финише – тюрьма. Все как у людей. Ни о каком бандитском братстве речи не идет, ведут себя уголовники чисто животные-людоеды. Но малолетние дебилы, очарованные отдельными внешними проявлениями жизни бандитов (дорогие машины, роскошные шмотки, красивые девки, «котлеты» наличных) наивно полагают, что это и есть суть жизни уголовника. Это, как нетрудно догадаться, совсем не так.

Вот итальянцы – специалисты по порядку и дисциплине со времен Древнего Рима – построили по принципу римских легионов лучшие в мире (во всяком случае в Западном полушарии) преступные организации. Военизированная структура мафии с ее «солдатами» и «капитанами», со строгим подчинением, жесткой дисциплиной позволяла на протяжении долгих лет держать под контролем весь теневой бизнес в США. При этом задача ОПГ – не воровать, а крышевать.

Внутри итальянской этнической преступности особое место занимают сицилийцы – самые хитрые и самые продуманные упыри. Их «успехи» отчасти можно объяснить географическим положением острова, история которого наложила суровый отпечаток на самые разные аспекты сицилийского общества.

Много веков Сицилия находилась под оккупацией: сперва греки, потом Карфаген, потом Рим, потом арабы, потом викинги, потом испанцы, потом французы – кого там только не было. Фактически у древних сикулов никогда не было своего государства. И власть всегда была чужая – пришлая.

Через это у населения сложился ряд специфических понятий. Вот нет у нас своего государства, власть – чужие люди. Плюс языков мы не знаем, но свой язык у нас есть. Вот на нем мы промеж себя и будем решать свои вопросы. Организуем свое следствие, свой суд и даже свои силовые органы.

С точки зрения замкнутого общества, такой способ самоорганизации гарантировал национальное выживание. Для нескольких поколений мафия – это никакая не уголовщина, а образ и способ жизни «по понятиям». Одно из основных понятий – омерта, то есть кодекс молчания. Чужим нельзя рассказывать ничего. Да и со своими тоже особо трепаться не надо.

Если тебя каким-то образом оскорбили, разбираться с этим должен лично ты. Либо ты мужчина и способен решать свои вопросы сам, либо нет. Обращение к властям – это полная потеря чести.

В конце XIX века мэр Палермо Никколо Турризе Коллона зафиксировал в документе: «Правила этой злонамеренной секты (это про мафию. – Д.П.) гласят, что любой гражданин, который подходит к карабинерам и заговаривает с ними или всего лишь обменивается приветствиями, есть злодей, подлежащий смерти. Смирение означает уважение к правилам секты и верность ее уставу».

Но в целом это не только закон молчания, но и правила поведения, умение понять и просчитать ситуацию, преднамеренный обман, сознательное лицемерие для организации ловушки, в которую притворной добротой и любезностью можно заманить жертву.

Ну и плюс защита от посторонних. За нарушение обета молчания наказание ровно одно – смерть.

Понятие «омерта» они там у себя расценивают как синоним терминов «мафия» и Onorata societa (онората сочьета) – общество чести. Честный – тот, у кого есть честь. Из этой самой чести рождается власть. Членов данного общества называют галантуомо – это итальянская форма джентльмена. Сами себя они называют уомо д’оноре, люди чести. И эти самые люди чести, с их точки зрения, не только заслуживают уважения, но и обязаны этого самого уважения к себе требовать от других. Ну а заставить уважать себя можно только силой.

В итоге эта самая омерта – краеугольный камень философии мафии. Все правила, все понятия и кодексы поведения «общества чести» проистекают из омерты. Потому что нет ее – и нет никакой мафии. Именно омерта обязывает всех быть смиренными – не в христианском смысле, а в том, что ты должен беспрекословно подчиняться руководству, должен набраться терпения, хранить честь, проявлять уважение, молчать, где говорить не надо, и отвечать за свои слова. Это, пожалуй, важнейшее. Требования понятий настолько широки, что ты будешь все это соблюдать, даже если не сильно связан с мафией. Потому что если дашь показания против человека чести, то нарушишь эту самую омерту. А это даже хуже, чем поздороваться с полицейским. Но это все на Сицилии – там строго и сурово. А в США намного проще, но тем не менее соблюдается.

Поэтому идиотские рассказы о том, что в какие-то районы «полиция боится ездить» – это глупость. Полиция уголовников не боится, просто ездить туда нет никакого смысла: к ним приедешь – все молчат. Ну и зачем надо было приезжать? Сами друг друга режьте, сами стреляйтесь, сами избавляйтесь от трупов – никому не интересно. Из этого и выросла сицилийская мафия, самая могущественная преступная организация на планете Земля. Главари всех пяти преступных семей в Нью Йорке – сицилийцы.

Но давай вернемся к книге «Машина смерти». Книга документальная, прекрасно иллюстрирует жизнь итало-американских уголовников города Нью-Йорка. Авторы – крепкие профессионалы уголовной журналистики, со знанием дела рассказывают об американских бандитах, о работе органов правопорядка, о несовершенстве судебной системы.

В центре повествования преступная деятельность бандитской «семьи» Гамбино – это одна из пяти нью-йоркских семей. Свои ОПГ итальянцы называют «семьями». Есть обычная семья – жена, дети, дядя, тетя, и есть бандитское кубло, которым руководит главарь, он же босс, он же дон. В подчинении босса ходят «капитаны», они же капо, которые, в свою очередь, руководят «солдатами». Количество «солдат» зависит от размаха преступной деятельности «семьи». У каждого «солдата» есть пристяжь. Это не члены «семьи», а, так сказать, аффилированные члены сообщества, люди «при делах», которые подтягивают своим шефам самые разнообразные «темы». Ну а в целом любая мафиозная «семья» занимается убийствами, грабежами, разбоями, аферами, контролирует проституток, организует подпольные азартные игры, крышует наркоторговлю, работает с мусором, организует ростовщичество – в общем, занимается всем, где водятся деньги. Каждый низовой участник регулярно засылает долю наверх. Главным в «семье Гамбино» не так давно был Пол Кастеллано.

Энтони Нино Гаджи, будучи родственником Пола Кастеллано, с низов преступной иерархии поднялся до капитана. Гаджи – железный человек, живет по понятиям, свирепо требует соблюдения понятий и беспрекословного подчинения, жестко подавляет любое инакомыслие. Боссы мафии старой закалки – это в первую очередь дисциплина как наиболее эффективный способ организации работы.

Район Нью-Йорка Бенсонхёрст, на улицах которого разворачиваются описанные в книге события, – кузница кадров для этнической итальянской преступности. Это этнический анклав, где проживают только итальянцы. Там же проживают авторитетные итальянские парни, которые там же крышуют все, до чего могут дотянуться.

У итальянцев все строго: если ты, как Доминик Монтильо, родился в районе Бенсонхёрст, то тебя с детства окружают именно такие люди. А если ты еще и племянник «человека чести», значит, вы все друг друга знаете с песочницы и друг другу доверяете – это основа безопасности организации, куда не могут проникнуть чужие. Если люди росли рядом и при этом с детства были негодяями – они тебя не сдадут. Ну и родная кровь – важнейший элемент. Доминик эту жизнь знал изнутри, никаких иллюзий относительно рода занятий дяди Нино не питал.

Доминик пошел в бандиты вовсе не по зову души и сердца. Ему хотелось заработать денег. Это в отличие от Роя, который свирепый уголовник от рождения. Только Рой – никто, даже не «солдат», он стремится попасть в семью, но руководство отчего-то не горит желанием принимать его в стройные ряды. Для них Рой – чудовищный беспредельщик, адский отморозок, и терпят его только потому, что он регулярно засылает очень серьезные деньги. Лишняя кровь никому не нужна, а вот деньги, наоборот, нужны всем. По законам жанра возникает конфликт, созданный лучшим сценаристом – самой жизнью.

Рой Демео – это именно он машина убийств – редчайший отморозок. Крайне дерзкий, самостоятельно сколотил банду и с головой занырнул в уголовщину. Его люди угоняли дорогие машины, воровали и даже убивали людей на заказ. Процесс был незатейлив и прост. Жертву приглашали в принадлежавший банде бар. Там ему сразу стреляют в голову, простреленную голову заматывает полотенцем, волокут в ванную, там подвешивают за ноги, сливают кровь, труп расчленяют, а потом избавляются от останков. И все это посреди города, на потоке, натурально мясницкая.

Рой заносил главарям ОПГ большие деньги, поэтому старшие коллеги по опасному бизнесу его не трогали. Да, он вызывал серьезные опасения у Нино и Полли, но его принимают в «семью». Так сказать, на перспективу.

При этом, будучи отморозком, он с удовольствием крышевал разнообразные проявления порока. Боссы об этом либо не знали, либо предпочитали прикрывать глаза. В результате именно Рой и его отмороженные подельники привели и прокурора, и полицию, и ФБР. Деньги у бандитов берут очень далеко не все представители власти, есть среди них и люди честные. Да и вообще с властями лучше не ссориться, и граждане из числа итальянских бандитов знают это лучше всех.

Дядя Нино немножко переоценил свои педагогические способности. Главный человек, которому дядя Нино доверял, то есть Доминик, – ветеран войны во Вьетнаме, герой. Но при этом немножко дурачок и наркоман. Нино ему говорит: буду отходить от дел – весь бизнес отойдет тебе. Но Доминик ждать не может, деньги на шлюх и наркоту нужны прямо сейчас.

В общем, любознательный читатель может ознакомиться с работой мафии в Бруклине – от самых низовых бандитов, мечтающих пополнить ряды организации, до боссов мафии. Ознакомиться с отношениями в «семье», со взаимоотношениями Нино и его племянника Доминика, ну и, конечно, с коллегами по опасному бизнесу. Тут тебе и зверские убийства, и аферы, и наркотики, и война во Вьетнаме, и злейшее насилие, и маниакальная жестокость – накал такой и в таких объемах, что даже сложно с чем-то сравнивать. И все это – прямо перед глазами у доблестной американской полиции.

А все ради чего? Все ради денег. Сперва ради денег убивают и грабят, кругом суровые парни на суровых понятиях. И все вроде бы прекрасно. Но как только на горизонте замаячит тюремный срок – все понятия идут лесом. Все понятия и так называемая честь заканчиваются там, где хорошее сразу забывается, как только начинают делить деньги.

Собственно, книга не про бандитов. Книга про людей – они бывают и вот такими.

Около шести вечера на улице уже стемнело. С неба падал мокрый снег. Мистер Тодаро припарковал машину на улице перед клубом. Мужчина был лет шестидесяти. С ним вот-вот должно произойти нечто ужасное. Рой велел Фредди – а Фредди был для него кем-то вроде слуги – заманить мистера Тодаро в клуб под предлогом покупки подеражанной машины. На самом же деле Рой хотел убить мистера Тодаро, чтобы позволить своему приятелю, племяннику этого самого мистера Тодаро, завладеть его кинобизнесом. Для Роя такая работенка была только в радость, это он понял после нескольких подобных заказов.

В общем, темно и идет снег. Мистер Тодаро, как и было задумано, видит на улице Фредди и здоровается с ним. Они направляются к клубу. Рядом со входом большая витрина с опущенными жалюзи. Проходя мимо нее, Фредди заметил, как кто-то изнутри сдвинул одну из пластин и выглянул наружу. Можно было разглядеть чьи-то глаза, но этого оказалось достаточно, чтобы Фредди бросило в дрожь. Он знал, что мистеру Тодаро суждено умереть, но до того ни разу не видел, как Рой Демео убивает людей.

Мистер Тодаро зашел внутрь первым. Сбоку от коридора была гостиная, за ней – кухня. Едва мистер Тодаро переступает порог гостиной, как Фредди вздрагивает от того, что один из его знакомых – Крис – выскакивает в прихожую с разделочным ножом в руке, прямо-таки балетным па. Он, кстати, был первым, кого приняли в банду Роя; в данный момент всё, что было на нем из одежды, – это удлиненные трусы. Он всегда работал в нижнем белье – не хотел запачкать кровью одежду. У Фредди душа в пятки уходит от страха – он думает, что Крис собирается его прирезать, – однако тот лишь хватает его за руку и отодвигает в сторону. «Встань тут!» – велит он.