Читаем Маори онлайн бесплатно

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

В 1963 году психолог из Йельского университета Стенли Милгрэм опубликовал статью «Подчинение: исследование поведения (Behavioral Study of Obedience)», в которой он описал проведенный эксперимент, вошедший в историю как «Эксперимент Милгрэма». В своём исследовании психолог искал ответ на вопрос: «Сколько страданий готовы причинить обычные люди другим, совершенно невинным и незнакомым людям, если подобное причинение боли входит в их функциональные обязанности?». Для этого всех испытуемых (40 человек) вводили в курс работы под легендой исследования влияния боли на память, т.е. истинной цели эксперимента испытуемые, конечно же, не знали, и привлекались в качестве, так называемых, «учителей». В обязанности «учителей» входило осуществление наказания «учеников» – подставных актёров, симулирующих болевые страдания. «Ученики» должны были по памяти воспроизводить пары слов, и в случае, когда они ошибались, «учителя» использовали «карательные» кнопки, провоцирующие удары электричеством по «ученикам». Причём, это должно было обязательно осуществляться с наращиванием силы удара от 45 до 450 В, а «учителя» должны были безоговорочно следовать указаниям главного экспериментатора. В результате, 26 испытуемых из 40 дошли до конца карательной шкалы, шестеро – до 300 В, четверо – до 315, двое – до 330, и по одному – до 360 и 375 В соответственно, при том, что уже на 275 В «ученики» били ногами в пол и орали, демонстрируя сильнейшие болевые страдания, буквально умоляли своих «учителей» остановиться. Но когда «учителя» сомневались и оборачивались к главному экспериментатору, который приказывал им не обращать внимания и продолжать, они подчинялись и продолжали мучить «нерадивых учеников».

Таким образом, была продемонстрирована неспособность испытуемых открыто противостоять «начальнику», который отдавал антигуманные приказы о продолжении выполнения своих карательных функций, несмотря на их моральные страдания от причинения боли другому человеку, (в реальности – актёру). Результаты эксперимента показали, что необходимость повиновения авторитетам укреплена в сознании человека настолько, что он просто тупо подчиняется своему начальнику, не имея воли противостоять этому давлению.

Краткая историческая справка экспериментальной психологии приведена во вступлении не только для общего развития читателя. На первый взгляд, художественный приключенческий роман с элементами научной фантастики не имеет ничего общего с содержанием этого вступления, но я, как писатель, ориентируюсь не столько на развлекательную цель своих книг, а, главным образом, на идею донести ценность саморазвития в интересах будущих поколений человечества до тех людей, кто хотя бы однажды в своей жизни задавал себе вопрос: «Останусь ли я собою в этом безумном мире?»

Дело в том, что если человек по-настоящему целеустремлён и наполнен доброй волей в своём внутреннем содержании, то рано или ещё раньше он обязательно поставит под сомнение ту картину мира, которую ему показывают, и займёт место среди тех, кто уже опроверг догмы и рамки, в которых живут беззаботные 90% населения Земли, каждый день проглатывая вкусный хлеб за просмотром зрелищ.

Знаете, я отчетливо помню тот самый момент, когда мир показался мне не таким, каким я привык его видеть всю предыдущую жизнь, а именно – удивительным, гармоничным, справедливым и чистым, и в этом заявлении нет противоречий. Те, кто привык видеть только негатив и вину в окружающем, просто согласились с этим. Никто не виноват в том, что они сделали свой выбор в пользу озлобленности и разочарования, в пользу той картины мира, где все вокруг виноваты и всё против них.

Я обращаюсь ко всем, кто борется, ищет и не сдаётся: Мы действительно живем в удивительном, справедливом, гармоничном и чистом Мире, друзья! Для того чтобы почувствовать это счастье, не нужно тянуть за собой тех, кто осознанно отказывается от этого, в этом случае вы ничего не добьетесь и потеряете всю энергию, не дойдя и до середины пути обретения ценности жизни. Оставьте за спиной всё лишнее и ступайте навстречу невообразимому с чистым сердцем и доброй волей, и вы увидите рядом с собой только тех людей, которые дадут вам Силу, поделятся радостью и засвидетельствуют вместе с вами удивительные вещи, ранее недоступные для загнанного и подавленного сознания.

С каждым годом всё больше людей выплёвывает хлеб и отрывается от зрелищ, освобождая своё восприятие для новой жизни в настоящем Мире!

Неистовый шторм в маленькой бухте, сродни дикому зверю в клетке, яростно изливал свою силу, обрушившись шквальным ветром и ливнем. Корабль под английским флагом сорвало с якоря и неумолимо швыряло навстречу устрашающим скалам. Капитан прижимал увесистую вещицу за пазухой, опасаясь за её сохранность намного больше, чем за свою жизнь и жизнь команды.

– Капитан Гудвин! – пытался перекричать стихию старпом. – Что мы будем делать?!

Капитан зловеще улыбался, наслаждаясь последними мгновениями перед неминуемой гибелью.

– Мы сделали всё, что должны были сделать!

Очередная гигантская волна подхватила судно и безжалостно бросила на огромные камни под скалой. Сотни щепок, перемешавшись с людьми, разлетелись в разные стороны, включая и самого капитана. По-прежнему прижимая к себе загадочный предмет, он медленно опускался на дно, успев набрать достаточно воздуха в лёгкие, чтобы в последний раз крикнуть:

– Я иду к Тебе, Синдбад, мой дорогой брат по душе!

Но вместо того, чтобы смиренно захлебнуться, отдав себя пучине, Гудвин ощутил как его что-то крепко схватило и потащило в направлении берега…

Трое громадных каменных слонов, под управлением сомнительных, но явно знающих своё дело погонщиков, следовали в составе колонны по извилистому утёсу знакомого места.

– Здесь я уже был, но всё изменилось до неузнаваемости. Всё равно, что пить вискарь из кофейной кружки и понимать, что неизменна только качественная составляющая. Так и сейчас: я понимаю, что нахожусь почти в родном месте, но вижу его уже совсем с другой стороны.

– Привет, парень! – отчетливо услышал Фром со стороны одного из наездников.

– Здравствуйте! – так же безмолвно ответил приветливому мужчине.

Странность невербальной коммуникации уже давно перестала удивлять, поскольку в большинстве случаев в сновидениях такого характера способность говорить отсутствовала.

– Куда вы направляетесь? – спросил он с любопытством, на что услышал ожидаемый ответ:

– Туда же, куда и Ты, странник.

Фром обратил внимание на свой внешний вид. Неизменная походная экипировка, разработанная путём досадных ошибок, и ничего лишнего: военные ботинки и тактические перчатки морской пехоты США, маскировочный костюм разведподразделений армии России, рейдовый рюкзак спецназа Британии и, конечно же, любимый нож из Дагестана, который привёз в подарок лучший друг. Всё было на своём месте, и ощущался комфорт.

– Значит, в этот раз ошибок не допустил, – пришёл он к выводу, – однако, что я здесь делаю?

Этот вопрос остался без ответа. Каменные, но на удивление эластичные слоны повернули за высокую скалу и уже скрылись за мегалитами вдалеке, махнув такими же нелогично-гибкими хвостиками.

Внезапно Фром почувствовал приятный, но, в то же время, раздражающий вкус на губах и на кончике языка.

– Доброе утро, женишок. – Ангелина привычно положила свою ногу сверху, буквально заковав тело тёплым кожаным ремнём.

– Привет, – прохрипел он в ответ, – сделать тебе кофе?

– Сделай мне ребёнка.

– Геля, дорогая, – попыталась было выбраться из щекотливой ситуации смущенная жертва женского утреннего юмора, как разговор перешёл в более комфортное русло:

– Тише, тише, любимый. Я просто пошутила. Конечно же кофе выглядит сейчас куда более заманчиво, чем утренняя материнская суета. – И прижав к себе, томно добавила, – только сделай мне самый крепкий кофе…

Спустя двадцать минут, Фром стоял под прохладным душем, пытаясь справиться с упаковкой японского мыла дрожащими от перенапряжения руками.

– Да уж, много секса не бывает, – в ход пошли зубы. Вгрызшись в хитро сделанную пачку, он, наконец, извлёк неподатливый кусок, выронив его на пол.

– Его бывает слишком много! – выдохнул он с облегчением и расслабился под приятным потоком воды, представляя себя под бурлящим водопадом. Однако на смену визуализации природного душа быстро пришла цепь вчерашних событий.

Денёк выдался не из легких, начавшись с конфликта в ювелирной мастерской. Ещё за два месяца был предусмотрительно оформлен заказ, и внесено сто процентов оплаты за работу мастера, но это никак не повлияло на совесть самого ювелира, который начал нечленораздельно оправдываться, что совсем забыл про дату сдачи изделия. Получив обещание о представлении заказа в послеобеденное время, Фром отправился в любимый ресторан «Сорбонна», в котором он не раз праздновал особенно значимые события и был уверен, что в этот раз, как и всегда, все будет «по высшему разряду».

Администратор ресторана, со свойственным ей профессионализмом, приняла заказ столика на двоих на девять вечера, а узнав о столь серьезном мероприятии, подбодрила, заверив, что всё пройдёт безупречно. В приподнятом настроении Фром отправился к своему парикмахеру, а после – к портному, где также всё прошло гладко. С подготовительными мероприятиями было покончено, но свободное время, которое отлично подходило для обеда, было потрачено на неожиданную встречу прямо на улице с бывшей. После общепринятых любезностей, она сразу же задала вопрос «в лоб»:

– Не женился ещё?

– Черт тебя дери, ты же вообще во Владивостоке живешь! Как ты здесь оказалась?! – Скверно подумал Фром, но ответил, используя другие слова:

– Сегодня узнаю.

– В смысле?

– Предложение вечером собираюсь делать.

– Вау! Поздравляю! Кто такая, откуда? Сколько вы вместе? А родителям рассказали уже? – посыпался стандартный для такого случая набор вопросов.

– Отвечаю по порядку, – сдержано улыбнулся кандидат в мужья, – зовут Ангелина, ей 28 лет, она из Уссурийска, работает в администрации переводчиком корейского языка, и она сирота, поэтому в курсе будут только мои родители. Встречаемся 10 месяцев.

– Классно…, в смысле – здорово, что ты решился на такой шаг. Что же она такого умеет, чего я не могла? – пошутила «старая любовь», – а если честно, то я рада. К тому же у меня уже двое детей и я счастлива в своём браке. – Девушка энергично перекладывала сумочку из одной руки в другую, потом вдруг убрала улыбку с лица и спросила со всей серьезностью:

– Ты любишь эту женщину?

На этот вопрос Фром не раз искал ответ в своём сердце, но тщетно. Даже теперь, когда этим вечером готов сделать предложение своей девушке, он не знает наверняка, любит ли он её вообще.

Немного подумав, он учтиво поинтересовался который час. Собеседница сразу же поняла, что это и есть завуалированный отрицательный ответ, но виду не подала. Вежливо распрощавшись, они разминулись. Волна депрессии накатила холодным потом в жаркий июльский день. Такое бывает каждый раз, когда нет однозначного ответа на главный вопрос: «Готов ли ты поделить свою жизнь с человеком, который будет женой тебе?». В усилиях прогнать изматывающие мысли, Фром добрался до торгового центра на центральной площади города. Купив стаканчик свежезаваренного бразильского кофе, он присел на удобную лавочку, с прекрасным видом на городской фонтан. Напиток был ещё довольно горячим для того, чтобы его можно было пить, поэтому он просто держал стакан в руках, непринужденно вращая его в разных направлениях.

– А действительно, – начался внутренний диалог, – может, не следует горячиться? Может ли так выйти, что я вообще не люблю эту женщину. Да, в постели ей не много равных, в бытовом отношении – умница, готовит классно, голова не болит, но болтает без умолку. Хотя это хорошо, что она с легкостью поддерживает разговоры на абсолютно разные темы. Скучаю ли я по ней каждый раз, когда уезжаю по работе? Да, скучаю сильно. Было ли наше знакомство романтическим? Да, безусловно.

Фром перенес сознание в воспоминания событий десятимесячной давности. В день, когда он возвращался с очередной встречи с одним из своих авторитетов в мире истории и археологии. Моросил тихий осенний дождик, а ночь уже приступила к исполнению своих обязанностей, скрыв неосвещенные обочины дороги Владивосток-Уссурийск. Вместо звуков привычной радиостанции, из динамиков акустической системы автомобиля прокручивалась аудиозапись с диктофона, донося голос доктора: