Читаем Малышка Роуз (СИ) онлайн бесплатно
Малышка Роуз (СИ)
Роуз так и не смогла понять, что же заставило ее пойти в театр в тот день.
Романы / Короткие любовные романы / Современные любовные романы / Прочие любовные романыВ детстве Роуз часто думала о том, что ее ждет в будущем — когда она станет взрослой. В то время ей представлялось, что восемнадцать лет — это уже своеобразная степень взрослости. Но когда она наконец достигла этого возраста — она не знала, радоваться ей, или грустить. Женщиной она еще не стала, но и назвать ее ребенком было уже нельзя.
В свои восемнадцать Роуз была сметливее недалеких сверстниц, интересующихся только модой и косметикой; она обладала достаточно необычной внешностью и все свободное время, которого так катастрофически не хватало, посвящала мечтаниям. Роуз росла в атмосфере, присущей нашему веку — атмосфере современных книг, компьютера и щебечущих о парнях подруг. Нельзя сказать, что все это не интересовало ее — наоборот, она влет глотала современную литературу и совсем не была обделена мужским вниманием, но ей всегда хотелось чего-то иного.
Чего-то особенного.
Роуз так и не смогла понять, что же заставило ее пойти в театр в тот день. Вечером шел какой-то спектакль по неизвестной ей пьесе современного автора, и она еще долго сомневалась, но в конце концов, после длительных уговоров подруги, которая упорно твердила, что главную роль играет — "Потрясающий актер, ты просто обязана его увидеть!" — Роуз, решив, что она и так давно не выходила в люди, милостиво согласилась.
Билеты не были приобретены заранее, и Роуз проклинала все на свете, стоя в очереди перед кассой. Шел проливной дождь, от которого даже зонт мало спасал. Наконец, приобретя "драгоценные" билеты, она, громко чертыхаясь, что было явно не в ее манере, вошла в театр. Ее бежевый плащ промок почти насквозь, зато, что удивительно, парадное платье осталось сухим. Сдав мокрый плащик ворчливой гардеробщице, которая прошипела что-то вроде: "Даже зонт взять не могут, лентяи", Роуз, едва успев поправить подпорченную дождем прическу, влетела в зал с третьим звонком.
Подруга, по чьей вине она вообще здесь очутилась, послала ей сообщение, что не придет. Как только начался спектакль, Роуз захотелось уйти, но тут в игру вступило злорадство: она здесь, а подруги, которая так давно хотела сходить на эту пьесу и взять — "О боже, наконец-то это случится!" — автограф у этого злосчастного актера, играющего главную роль, здесь нет. И Роуз подумалось, что было бы очень неплохо попробовать выполнить мечту подруги самой, чтобы в следующий раз та как следует подумала, прежде чем зазывать куда-то. Роуз знала, что та сойдет с ума от зависти — самое главное, расписать всю предстоящую сцену как можно более красочно.
Спектакль начался. Роуз сидела слишком далеко, чтобы видеть лица актеров, а бинокль она попросту не взяла, потому что и так чуть не опоздала. Через пять минут она уже почти засыпала, и вдруг услышала голос, принадлежащий одному из актеров. Услышала — и забыла, как дышать. Этот мягкий, чарующий мужской голос с нежным, едва произносимым "т" — она слушала только его. Роуз толком не улавливала содержание пьесы — она замерла как натянутая струна на своем сиденье — и не могла наслушаться.
Роуз показалось, что спектакль кончился слишком быстро. Она поднялась со своего места и вдруг вспомнила, что еще хотела пройти за кулисы. Вынув из маленькой концертной сумочки чистый блокнот и ручку, она твердым шагом направилась в гримерную. На ее удивление, очереди за кулисы не было. Видимо, она рассосалась за те пятнадцать минут, которые Роуз просидела в полном оцепенении. Однако, воспоминание о голосе выветрилось почти сразу, как она поднялась со своего места — да она и не собиралась думать о нем. Но когда она отворяла дверь в комнату с бросающейся в глаза табличкой "Эндрю Мистер" — подруга весьма предусмотрительно сообщила ей имя того актера — Роуз дрогнула.
Она подошла к двери, нажала на ручку — и та послушно распахнулась. Комната Эндрю походила на огромную гостиную люкс в пятизвездочном отеле. Роуз ахнула, и человек, сидящий на одном из диванов и лениво пролистывающий журнал, которого она сначала не заметила, обернулся.
И она задрожала сильнее.
Да, это определенно был тот актер, чьи фотографии так усердно ей демонстрировала подруга. Тогда Роуз подумалось, что он обычный "типовой" красавчик — таких сейчас хватает. Но в данный момент что-то в нем насторожило ее. Она резко вспомнила про тот голос и неожиданно поняла, что он, наверное, принадлежит Эндрю. Несомненно, так и есть. Он поднялся с дивана, глядя на нее выжидающим взглядом.
"И действительно, что это я встала и уставилась на него? Пора выполнить то, за чем пришла, да и уходить скорее", — подумала Роуз.
Она подошла и протянула ему блокнот и ручку. Он медленно раскрыл его и размашисто подписал.
Поднял глаза и усмехнулся.
— Ну, что ж, до встречи, Роуз Блэк. А вы и вправду похожи на розу. На розу, еще не успевшую распуститься. А вам не кажется, что нераспустившейся розе нужен заботливый и нежный садовник, с чьей помощью она сможет стать истинной королевой цветов?
Роуз ошарашенно смотрела на Эндрю. А потом, не проронив ни слова, резко развернулась и вылетела в коридор.
Он прочитал ее имя и адрес школы на форзаце блокнота.
Он сказал "До встречи".
Осмелится?
* * *
В ту ночь Роуз спалось из рук вон плохо. Она без конца ворочалась с боку на бок, а в перерывах между бессонницей ей снился Эндрю. Он все время молчал и только усмехался, глядя на нее. Поднявшись утром в ужасном настроении, она завтракала так медленно, что опоздала на первый урок. Стоило Роуз занять свое место, как подруга, сидевшая с ней за одной партой, принялась усердно расспрашивать ее о вчерашнем вечере. Роуз, боясь схлопотать замечание, лишь отмахнулась.
На самом деле, она боялась не только этого. Она просто не могла рассказать подруге правду, а лгать ей не хотелось. Да и все равно та не поверит, что все ограничилось тем, что Эндрю расписался в блокноте, и Роуз сразу ушла. Было глупо раздувать из мухи слона и ссориться с подругой из-за такого пустяка, но она не была уверена, что подругу не расстроит и правдивый рассказ. Еще подумает, что Роуз придумала все специально, чтобы позлить ее.
На переменах времени на расспросы почти не было, а на уроках, получив замечание, подруга успокоилась. Роуз вздохнула свободно. Они мило разговаривали, но она всячески старалась избегать той темы. Только уроки кончились, и уже в холле та снова принялась за свое. Роуз ругалась сквозь зубы, абсолютно не представляя, что ей предпринять. Обычно подруга провожала ее до дома, но теперь это казалось Роуз очень плохой идеей.
Они вышли из школы, и тут вдруг подруга истошно закричала: "Он здесь!"
— Кто здесь? — спокойно спросила Роуз, и тут ее неожиданно осенило.
Вдаль она видела не очень хорошо, поэтому ей пришлось одеть очки, чтобы утвердиться в своем предположении. Безусловно, это был Эндрю. В роскошном синем костюме, идеально сидящем на нем, он лениво вышел из черного лимузина и стал раздавать автографы подскочившим девицам.
Роуз захотелось расплакаться, как маленькой. Кто вообще просил его приезжать сюда? Если он ждет ее, то мог бы остановиться хотя бы за углом, а не у самых ворот. Теперь все будут думать, что между ними что-то есть. Роуз всегда думала, что ничего просто не может быть между восемнадцатилетней девушкой, еще почти ребенком, и взрослым, тридцатилетним мужчиной.
Как же она ошибалась.
Она обогнала опешившую подругу, которая до сих пор не могла справиться с собой, и быстрыми шагами направилась к лимузину. Эндрю заметил ее и улыбнулся своей жемчужной улыбкой. Она улыбнулась в ответ. Он подошел, немного наклонился — она была ниже его всего сантиметров на десять — и поцеловал Роуз в щеку. Ей потребовалась пара минут, чтобы выйти из оцепенения. Он вел себя с ней так, как будто они были знакомы — если то, что произошло вчера, вообще можно было назвать знакомством — не со вчерашнего вечера, а очень и очень давно. Роуз это не понравилось. Она не понимала, зачем он заехал за ней, зачем поцеловал при всех, но что бы это ни было, ее это пугало.
Она была влюблена в одного мальчика год назад, и нельзя сказать, что все сложилось удачно. Его непонятное поведение и частые истерики вынудили Роуз покончить с этим. Если она не смогла справиться со своим ровесником, то что было и говорить о взрослом мужчине? Но что-то внутри заставило ее пойти за ним — то ли неуемное юношеское любопытство, то ли желание доказать другим, что она действительно достойна большего, чем они все, то ли зарождающееся уже в тот момент, еще крошечное и слабенькое, чувство — Роуз не знала. Она просто сделала это, не дав себе времени передумать. Эндрю распахнул перед ней дверь лимузина, и когда Роуз очутилась в салоне, она осознала, что никогда еще не была так близка к своей мечте. Щека, которой коснулись губы Эндрю, горела.
Он сел за руль, и только тогда она подумала, что совсем не знает его. Как можно сесть в машину к незнакомому мужчине, как можно довериться ему? У нее не было ответа, но, когда он ободряюще сжал ее руку, Роуз не отняла ее, а пожала в ответ. Он внимательно посмотрел на нее, и она подумала, что будет верить ему, пока он сам хочет этого. А он хотел. Эндрю спросил у нее, куда она предпочла бы съездить, но Роуз не знала. Ее главным желанием было уехать как можно дальше отсюда — от укоризненного взгляда подруги и множества пораженных лиц. Конечно, от отличницы с безупречной репутацией никто такого не ожидал.
Они приехали в его городскую квартиру, и уже в коридоре Роуз обомлела от роскоши и новизны убранства. Холл и музыкальная комната, в которую они прошли, были обставлены вполне современно, и в тоже время очень необычно. В музыкальной комнате стояли два рояля, стены были увешаны различными инструментами: по большей части это были гитары и скрипки — мало сочетаемые вещи. Роуз села за рояль и стала перебирать пальцами клавиши.
— Ты играешь? — удивленно спросил Эндрю.
Роуз смутилась и начала играть какую-то мелодию. Когда она запела, он узнал эту музыку.
Confessa.
Она пела, и ее чудный, переливающийся сотнями колокольчиков голос завораживал Эндрю. Он подошел к ней сзади и обнял за плечи. Роуз вздрогнула, но петь не перестала. Его сильные мужские руки ласкали ее спину, и сердечко Роуз забилось сильнее. Позже она поняла, что он принадлежал к тому типу мужчин, которым раз плюнуть — влюбить в себя девушку. Но тогда ей было всего лишь восемнадцать, а он был слишком красивым. За такую красоту следует сажать за решетку.
А потом они прошли на кухню, он заварил ее любимый чай — со вкусом мяты с корицей — и они проговорили весь вечер. В половине девятого Роуз позвонила мама — она уже сильно волновалась и спрашивала, как та проводит время. Роуз еще несколько дней назад предупредила ее, что пойдет в гости к подруге и вернется не раньше девяти. Звонок отрезвил Роуз, и она печально сообщила, что ей пора. Эндрю довез ее до угла дома. Когда они уже прощались, он неожиданно прижал ее к себе. Уткнувшись носом ему в грудь, Роуз подумала, что больше так нельзя.
Нельзя лгать маме, нельзя находиться с чужим мужчиной в его квартире, нельзя играть ему, а потом пить вместе чай и разговаривать с ним так, будто вы знакомы сто лет.
Нельзя.
— Я заеду завтра, — прошептал он ей на ухо.
И она поняла, что и завтра не устоит.
Не сможет.
А надо бы.
Она улыбнулась и, попрощавшись, вышла из машины.
* * *
Назавтра Роуз проснулась в прекрасном настроении, которое резко ухудшилось, стоило ей войти в школу. Лучшая подруга объявила ее предательницей, остальные девицы шептались и показывали на Роуз пальцем, а учителя смотрели уж очень косо. Мальчишки, обычно обращавшие на нее внимание, только зло поглядывали вслед. Но Роуз с облегчением поняла, что ей абсолютно все равно. Главное, чтобы он сегодня снова приехал за ней — и тогда она докажет им всем. Весь день она ходила по коридорам как по минному полю — и только посматривала на часы. После окончания уроков она как можно медленнее вышла из школы, стараясь не смотреть вперед. Подняв, в конце концов, голову, она увидела его, и словно сотни крошечных пушек взорвались внутри.
Все смотрели, что будет дальше.
— Ты сегодня какая-то пасмурная, — спросил Эндрю, когда она подошла, и поцеловал ее в подбородок. — Что-то случилось?
Она отрицательно покачала головой и обняла его. Когда она обнимала Эндрю, ей казалось, что необыкновенно приятное тепло разливается по всему телу, постепенно превращаясь в волнующий жар внизу живота. Он, наконец, отпрянул и помог ей сесть в машину. Она старалась не смотреть в окно, а когда все-таки посмотрела, лица девиц показались ей слишком неприветливыми, а стоящих у школы мальчишек — слишком злыми.
Сегодня они, оставив машину на одной из центральных парковок, отправились гулять по городу. Они шли, держась за руки, и были похожи на одну из проходящих мимо многочисленных парочек — счастливые, веселые, с улыбкой от уха до уха. Эндрю много рассказывал о себе. Оказывается, у него есть три старших брата — которые очень любили задирать его, когда он был маленьким — и он обожает гольф и ненавидит бейсбол. Роуз слушала его мягкий голос, и как тогда, в театре, ей хотелось слушать его еще и еще. Поэтому, когда Эндрю сказал, что теперь ее очередь рассказывать про себя — она подумала, что он говорил слишком мало.





