Читаем МАЛЫЙ КОНСПИРАТОР онлайн бесплатно

(Учебник борцов с коммунистическим режимом в Польше 1980-х гг., с примечаниями рязанского правозащитного журнала "Карта". Одно из лучших пособий по борьбе с тоталитаризмом современных типов.)

Для одних началом борьбы с красными был 1944-й, для других 1956-й, для третьих 1976-й. Есть такие, для кого началом было зарождение "Солидарности", и, наконец, те, для кого началом была вспышка "польско-ярузельской" войны (введение военного положения коммунистическим руководителем Польши генералом Ярузельским 13.12.1981-го прим. редакции "Карты").

Несомненно, что день 13 декабря 1981 года позволил каждому из нас оценить смысл сопротивления. Никого не нужно убеждать, что если общество переступило барьер страха, то это случилось благодаря демонстративно открытой деятельности смелых одиночек.

Только тайная подпольная жизнь дает нам шанс продвижения к свободе. Только сопротивляясь, можно быть уверенными, что независимая общественная организация, которую мы создали, не будет вскоре разрушена.

Невозможно обозначить границу компромисса с красными, допустимую для обеих сторон. Красный знает только правило пальца и руки: дай ему кончик пальца и не заметишь, как потеряешь руку. В основе сопротивления лежит факт, что наиболее нелегальной в Польше является сама власть и ее действия. Власть не только не придерживается Декларации прав человека, которую ратифицировала, или своей Конституции, но даже инструкций, обязательных для собственной полиции. Таких, например, как запрет на применение дубинок в закрытом помещении.

Идеал полной конспирации всем известен: закрыться в четырех стенах и ничего не делать, чтобы вас не "накрыли". Сопротивление заключается не в том, чтобы сидеть и рассылать связных во все стороны света. Конспиратор, разыскиваемый полицией, это не "человек, за которым ходят", а тот, о котором ГБ не знает, где он живет и где бывает. Конспирация существует на поверхности, но не на той, по которой ходят гебисты.

Если кого-то привлекать к сопротивлению, это не может быть человек ниоткуда. Он должен иметь определенные рекомендации. Ближайших сотрудников ищи среди людей, давно тебе известных и лично тобой проверенных.

Когда организуешь сеть начальных контактов и дело пойдет, можешь привлекать посредников. Если сразу начнешь изображать из себя великого конспиратора, между тобой и конкретной целью вырастет цепь посредников. Достаточно одного мистификатора, рекомендованного тебе из третьих рук, чтобы построить структуру для структуры, на исправление которой у тебя уйдут месяцы.

Несмотря на живущую в народе память о героях, отважных людей не так много. Следует дорожить безопасностью сотрудников и своей собственной. Зачастую, в начале организационной работы, импровизируя, нарушаешь приведенные здесь советы. Подчас мы излишне рискуем, боясь не оправдать ожиданий общества.

Следует радоваться каждому жесту солидарности и действовать так, чтобы молчаливое большинство отождествляло себя с нами, но не надо рассчитывать на привлечение его к подпольной работе. Весь народ может сопротивляться только в патриотических книжках.

Однако, опасайся убеждения, что конспираторов можно отделить от тех, для кого они работают. Не обманывай себя и не льсти обществу, знай, что на явный риск идут немногие.

Помни: нас не хватит на подпольное государство, в котором сто человек будут работать как сто тысяч…

Подпольная организация может успешно работать, если организуется независимое индивидуальное предпринимательство независимые, самоуправляемые общественные институты-фирмы. (Польское подполье активно использовало в своей деятельности частное предпринимательство. Но "фирмами" называли не только собственно предприятия, но и любые подпольные группы, кружки, издательства прим. редакции "Карты").

Военная конспирация Армии Крайовой (польская подпольная антифашистская армия времен Второй Мировой войны - прим. редакции "Карты"), вопреки расхожему мнению, не представляла собой пирамиду ячеек с прямыми связями. Была конфедерация "фирм", между которыми выработались функциональные связи. И не отсутствие военной выучки опасно, а нелояльность. Только она может угрожать солидарности.

Девизом подполья должно быть правило: малая группа большой бизнес. Чем автономнее группа, тем меньше вероятность провала и меньше организационных проблем. Парадокс: в подполье внедряли в жизнь те правила рациональной организации труда, которые коммунистическая экономика пыталась окончательно отменить.

Структура фирмы должна быть продумана так, чтобы минимизировать контакты. Для этого специализированные ячейки должны производить готовый товар, не требующий дальнейшей координации, исправлений, улучшения.

Когда фирма развивается, она самостоятельно создает свои очередные подразделения (например, издательство открывает библиотеку для своих сотрудников; научное учреждение создает свою полиграфию и т.д.). Мысль об идущей сверху специализации вследствие решения Центра является типичным проявлением большевизма.

Коль скоро ты, а не Икс, открыл мастера "золотые руки", который может сделать тайники для ваших "смежников", нет смысла передавать контакт с ним в какой-то неизвестный организационный канал. Нет такой общественной справедливости, во имя которой улучшение работы подпольного сопротивления не должно исходить из твоей фирмы.

В момент пуска в ход какой-либо структуры ее центр должен организовывать совершенно новые контакты. ГБ, пытаясь уничтожить фирму, может сделать это только двумя способами: запеленговать кого-либо из центра (если это человек "меченый" или разыскивается полицией) или внедрить провокатора.

Нормальный, случайный, единичный случай провала не должен при выполнении правил подпольного сопротивления вызывать массовой "засыпки". Наша конспирация является также мерилом с организационной стороны насколько общество пропитано большевизмом. Только большевизированная организация не может функционировать без вмешательства шефа.

Большевизированный Центр переходит на "ручное управление", потому что промежуточные ступени не хотят или не могут (чаще - и то и другое) принимать решения.

Товар навалом, коммунистическое "specialite de la maison" (фирменное блюдо), в конспирации преступление. Каждый из сотрудников фирмы имеет две возможности: поставлять хлам или готовый продукт. Чтобы успешно сопротивляться, следует доводить до конца отдельные фрагменты конспиративной работы и передавать их смежникам. (На сленге подпольщиков смежник человек, работающий в одной из подпольных групп, поддерживающей контакты с вашей прим. редакции "Карты").

Правило это касается как встреч, информации, так и посылок. Если назначаем встречу, следует установить: время, место, количество участников, продолжительность.

Если передаем информацию, следует ее довести до письменной формы, иначе будет поддающаяся деформации сплетня (заявление "не умею писать напиши ты" - обычный прием "отфутболивания").

Если передаем кому-нибудь пакет нелегальной литературы, он должен иметь точно установленное количество. Товар, который кружит между смежниками в виде свободной кучи или кучки ("мы только передаем" при конспирации лучше меньше знать), в конце концов попадает в какой-нибудь "черный ящик", имеющий вход, но никто не знает выхода, и велики шансы, что товар попадет в полицию и будет идентифицирован.

Сопротивляясь, экономь свое время. Хочешь с посредничеством С устроить встречу А и В, которые друг друга не знают, не передавай С сообщение: "А хотел бы встретиться с В", потому что это ничего не уладит, только увеличит количество информационных шумов. С должен встретиться с тобой второй раз, чтобы передать предложение о встрече, с которым выступил В. Уговор должен быть односторонним, не требующим подтверждения.

Обратный сигнал передается только тогда, когда партнера не устраивает время либо место. Товаром является информация: "А ждет В в четверг, запасной день пятница, в 17.10, с "Трибуной люду" в левой руке, у газетного киоска на площади Вильсона, бывшей Коммуны".

Самопожертвование и общественная работа это признак коммунизма. Полное бескорыстие питательная среда наихудшего корыстолюбия: скрытных (а не явных) амбиций, скрытного (а не явного) удовлетворения комплексов, скрытного нежелания систематически работать.

Тот, кто не пришел пунктуально, потому что "и так гоняю с утра до ночи"; кто не напечатал старательно, потому что "я же не профессиональный печатник"; кто не выполнил задание, потому что "я не могу держать все в голове, жить мне с чего-то надо" это участник подполья, который только затрудняет сопротивление.

Он хотел бы сделать что-то для свободной Польши, но хочет независимости, которая, если вспомнить горькие слова Пилсудского, стоит два гроша и две капли крови.

Помни: патриотизм в риске, которому ты подвергаешься, а работа есть работа. За хорошо выполненную работу нужно хорошо платить. Коммунисты уничтожили культуру труда недоплатой, вынуждая работать полубесплатно.

Наши независимые и самоуправляемые фирмы не могут себе этого позволить. Нужно твердо требовать и платить так, чтобы наши сотрудники могли нормально жить. Стыдливое отношение к деньгам ("ведь не за деньги сопротивляемся") излишняя напускная добродетель. Красные все равно считают, что нам платит ЦРУ.

А общество и эмиграция, которые жертвуют на борьбу за независимость, хотят только одного: чтобы эти деньги были правильно и по-хозяйски употреблены. Чтобы скрупулезно считать общественные деньги, не нужны квитанции, чеки, подписи и печати. Достаточно частной системы: "имеет", "должен" и честности.

Встречи должны проходить на нейтральной территории. Следует избегать встреч в местах проживания. Незачем, чтобы все знали, кто чем занимается, даже если люди прекрасно знакомы и доверяют друг другу.

Старое правило гласит, что не расскажет человек только о том, чего не знает. Количество контактов и информации следует уменьшить до необходимого минимума.

Если идешь по улице с А и встречаешь В, здороваться с ним не следует. Зачем А знать, что ты знаком с В? Встретив на улице кого-нибудь из сопротивления, подходи только при наличии разрешающего сигнала. Ты не можешь знать, нет ли "хвоста" у этого человека.

Места интенсивного движения, как например, остановки, хороши для коротких встреч, но только как пункты визуального обнаружения. Когда увидишь, что партнер заметил тебя, войди в трамвай он последует за тобой, или изобрази человека, пожелавшего пойти пешком твой партнер пойдет за тобой. Все серьезные дела, требующие неторопливого разговора, записи, передачи товара, должны делаться в помещении.

Подслушивание, которого все опасаются, возможно только в давно запеленгованных помещениях, которые, по определению, не пригодны для работы. Там можно оперировать только письменной информацией либо общими выражениями, типа: возьми это и занеси ему; скажи ей, что он там будет, и т.д. Из данных последних лет следует, что практическая польза от подслушивания оппозиции была мизерной. Скорее, здесь может идти речь о психическом терроре, чем о реальной возможности оперативного контроля наших замыслов.

Достаточно, если лица, договаривающиеся о встрече, будут иметь заранее согласованный код. Например, "в кафе" будет означать заранее выбранное кафе, а день и час будут переданы с определенным сдвигом. При имеющемся размахе сопротивления вероятность расшифровки такого кода равна нулю.

Связные и курьеры незаменимые помощники в каждом распорядительном центре. Используются для исполнения рутинных заданий (доставления почты, товара и т.д.) Связной используется и для разведки. После получения от шефа принципов функционирования (с ясным указанием задания: что куда откуда), он сам выполняет рутинные действия.

Связной должен быть по возможности чист на случай провала, иметь при себе минимум предметов, раскрывающих структуру, в которой работает, иметь возможность легко от них избавиться.

"Замусоривание" системы связи один из наиболее эффективных способов деконспирации. Например, распространение сплетни, что ребенок Игрека, который скрывается, заболел раком, (если сплетня будет передана без проверки на низшем уровне), может спровоцировать Игрека послать связника, который может забыть о правилах сопротивления. Достаточно будет, если он не заметит "хвост", и провал обеспечен.

Связных следует задействовать тогда, когда без них нельзя обойтись, а не как правило. Всегда следует помнить, что механический перенос военных правил в политическую деятельность, то есть обезличивание контактов губительны для атмосферы сопротивления. "Солидарность важнее всего", написал когда-то Куронь (Яцек Куронь - один из лидеров антикоммунистической оппозиции в Польше в 80-е годы прим. редакции "Карты").

Нельзя иметь при себе или держать дома обычную записную книжку. Доводы вроде "это мой старый знакомый", "это подруга детства" для гебиста не аргумент, и потому они проверят людей по всем адресам и телефонам, которые зафиксированы в вашем блокноте. Результаты бывают поразительные. У подруги детства, которая по вашему и общему мнению всего боится, именно благодаря такому мнению скрывается кто-то разыскиваемый, хранится товар и т.д. Вполне возможно, что ваш собственный адрес попал в лапы полиции только потому, что кто-то поленился зашифровать сведения об особе, известной ему с детства как "совершенно невинный человек". Так было всегда, достаточно почитать надписи на могилах жертв последней войны: целые семьи и группы товарищей гибли из-за неосторожности коллег.