Читаем Маханакхон онлайн бесплатно
Маханакхон
Бангкок, столица веселого Королевства Таиланд. Дочь премьер-министра пропала без вести. По слухам, отправилась на тайное свидание с российским олигархом, который тоже исчез. У Андрея Огневского, сыщика-хакера с сомнительной репутацией, есть несколько дней, чтобы найти пропавших и предотвратить международный скандал. Опасное расследование приводит его в офисы и особняки, трущобы и буддийские монастыри. Приходится рисковать жизнью в погонях и перестрелках, ломать голову над тайнами азиатской души. В этой истории переплетены любовь и большие деньги, передовые технологии, религия и политика.«Маханакхон» – остросюжетный детектив на международной арене. Автор, много лет проживший в Таиланде, рисует яркую картину современного Королевства. Его герои – тайцы и выходцы из бывшего СССР, полицейские, хиппи, монахи и агенты спецслужб. Роман показывает красоту и многообразие «страны улыбок», ее непростой путь развития в современном мире.
Шпионские детективыПолное название города Бангкок
Сергей ударил кулаком по стеклу. Гулкий звук прокатился по комнате, руку пронзила боль. Он зарычал от злости и стал колотить еще, руками и ногами, пока не выбился из сил. Охранник, всегда дежуривший за дверью номера, заругался по-тайски, но и только. За пять дней он привык, что беспокойный пленник все время бесится и что-то в своей комнате ломает. Но забота о сохранности интерьера, видимо, в обязанности стражников не входила.
Все было напрасно – на стекле не осталось и следа. За высоким, от пола до потолка, окном тянулось до горизонта море, а где-то внизу, у подножия стены, разбивались о скалу волны. Когда это здание еще было отелем, панорамные окна с шикарным видом, наверно, служили тут главной приманкой для туристов. Окно было глухое, без возможности открыть.
Стекло как стекло, с виду совсем не толстое, все-таки строили курорт, а не тюрьму. Но увы, жизнь не голливудский фильм, руками и ногами такое не прошибешь.
Сергей схватил стул и с криком ударил им по окну. Но вышло неудачно – что-то сильно кольнуло в плече, свело спину. Он выронил свое орудие, шипя проклятия, сполз на пол.
На стекле осталась неглубокая борозда.
Он опустил голову и зажмурился. Несколько минут просидел на полу, погрузившись в черноту и пустоту, потом снова начал дышать, открыл глаза, стал рассеянно шарить ими по комнате. Все было как раньше – небольшой двухместный номер, довольно симпатичная обстановка: модное нынче в Таиланде псевдоретро, под Америку 70-х годов. Правда, за время заточения Сергей успел прилично тут поломать – что-то в попытках пробить окно, что-то просто от злости. Обломки тумбочки, торшера, стульев и прочего он сгребал в дальний угол, чтобы не мешали.
Сергей поймал себя на том, что неотрывно смотрит на холодильник, возвышавшийся посреди мини-кухни. Большой, с закругленными формами под старину и с виду довольно тяжелый. Что-то в нем было, что притягивало взгляд… Колесики!
Железная махина покоилась на четырех колесах, таких небольших, что сверху, когда стоишь, а не сидишь на полу, их и не разглядеть.
Сердце ускорилось. Сейчас главное – не торопиться, не наделать глупостей.
Прежде всего он обулся, потом подошел к кровати. Плечо все еще ныло, но уже терпимо. Медленно и аккуратно, лишь бы не скрипело, стал двигать кровать к выходу, чтобы загородить дверь. Потом свалил на нее все обломки разгромленной мебели, водрузил туда же вторую, целую тумбочку. Получилась неплохая баррикада – дверь, слава богу, открывается вовнутрь, и на какое-то время эта конструкция задержит охрану.
Ну, сейчас вам будет «Полет над гнездом кукушки»…
Он подошел к холодильнику, подвигал туда-сюда, колеса работали хорошо. Откатил его в дальний угол, постоял минуту, глубоко дыша, и со всех сил покатил в сторону окна.
Раздался оглушительный звук удара и самое сладкое для слуха – треск стекла. Окно выдержало атаку, но в месте, где в него врезался холодильник, разошлась широкая клякса из белых трещин.
Охранник за дверью принялся что-то кричать, Сергей послал его матом по-русски и стал откатывать холодильник обратно в дальний угол.
Разгон, снова грохот – со второго удара трещины рассекли уже всю поверхность стекла, а главное – внизу пошел кривой слом, отделяя окно от рамы.
Пиликнул электронный замок. Охранник хотел попасть в комнату, но баррикада оказалась для него неожиданностью. Зашипела рация – зовет подмогу.
Бах! Третий удар наполовину выломал окно, но протиснуться наружу еще было нельзя, по крайней мере, не порезавшись до смерти.
Совсем рядом послышались топот и крики, охранники били дверью о кровать, с руганью ломились через баррикаду.
Сергей снова откатил свой снаряд для разгона – тот на удивление даже особо не поцарапался. Жаль, нет времени посмотреть, чье производство, умеют делать…
Охранники вломились в комнату в тот момент, когда холодильник прошиб окно насквозь. Сверкая на солнце, он вылетел наружу в облаке блестящих осколков.
Сзади что-то отчаянно кричали, но Сергей не стал оборачиваться. Он высунулся в пробоину, подавил ужас, подступивший при взгляде вниз, на далекую пенную воду. Там поднимался над волнами огромный фонтан брызг – это приводнился холодильник.
Сергей перекрестился, закрыл глаза и со всех сил оттолкнулся ногами.
«Лишь бы в холодильник не врезаться…» – думал он, летя вниз.
Когда долго живешь в тропиках, начинаешь прятаться от солнца. Это становится привычкой – идти по темной стороне улицы, забежать в торговый центр, чтобы охладиться под кондиционерами, стараться не выходить из дома до шести вечера, пока безжалостное светило не скроется наконец за крышами.
Эта игра в прятки с небесным огнем казалась Андрею забавной метафорой его жизни. Все время приходится прятаться. То от чужих, то от своих, то еще от каких-то… Впрочем, в этом есть и определенный кураж. Когда тебя уже много лет ловят и не могут поймать, это серьезное достижение.
Андрей давно понял, что можно оставаться довольным в любых, самых опасных и странных обстоятельствах. Главное – отказаться от проклятой мечты о «нормальной», то есть спокойной и счастливой жизни. Это опаснейшая привычка, способная отравить существование, – когда все, что с тобой происходит, сравниваешь с неким выдуманным шаблоном.
Этой «нормальной» жизни Андрей Андреевич Огневский за тридцать один год жизни не видал, кажется, ни одного дня. И давно строго изгнал из головы любые мечты о ней.
Может быть, поэтому сейчас на душе муторно – предстоит встретиться с той, что олицетворяла давние, отчаянные попытки жить «нормально», целую главу жизни, канувшую в никуда.
Андрей угрюмо щурился на голубое небо, поскорее перебегая из палящей жары в тень высотного здания. Было 15 мая 2014-го, день стоял ясный, солнечный, над Бангкоком ни облачка. С веток, качавшихся над улицей вместе с черными проводами, падали бело-золотые цветы.
У тайцев не принято говорить «какая хорошая погода» – она хорошая почти всегда. Даже в сезон дождей часто бывает солнечно, а льет обычно только после обеда и недолго. Скорее тут принято удивляться, если небо слишком долго закрыто тучами.
Огневский вышел на шумную улицу Силом, ловко увернулся от нескольких мопедов, летевших прямо по тротуару. Привычное дело в Азии. Только вот интересно – даже ему, прошедшему годы тренировок на силу и ловкость, пару раз едва удалось выскочить из-под колес. Как тут выживают обычные люди, без боевой подготовки? Одна из загадок Востока…
Он толкнул стеклянную дверь и вошел в
– Ну бонжур, – угрюмо сказал Огневский, садясь напротив нее.
– Привет, Андрюш, я скучала. – Девушка подалась вперед.
Андрей не ответил.
С полсекунды он смотрел на нее. С досадой понял, что помнит это лицо в мельчайших деталях, – темно-карие глаза, мягкий, почти нежный профиль. Даже цвет кожи остался тот же – светлый, кремовый, ни следа загара. Наверное, недавно прилетела. Ее лицо почти не изменилось, разве что едва заметная морщинка легла между бровей.
– Хороший кофе, – сказала собеседница, ничуть не смутившись его грубости. – Вообще, отличное заведение. Будто мы не в Азии совсем, а во Франции. Неужто и француз настоящий? – Она кивнула на курчавого юношу за стойкой.
– Обычное дело. – Огневский пожал плечами. – У нас тут мировой город. Французов так вообще пруд пруди, не нравится им там у себя, похоже. Да что там, вон через квартал эфиопский ресторан, с настоящими эфиопами. Ладно, – он тяжело вздохнул, – выкладывай скорее, в чем дело?
Ее карие глаза всегда казались очень спокойными. Но Андрей знал, что они умеют неожиданно вспыхивать хитрыми огоньками. Он пообещал себе, что больше никогда не поддастся их обманчивому свету.
– Говорю же, я соскучилась, – сказала девушка. Те самые огоньки были уже тут как тут.
– Нет, это невероятно! – возмутился Андрей.
Курчавый бариста обернулся на повышенный голос.
– Они специально прислали именно тебя? Потрясающий цинизм!
– Я сама вызвалась, – ответила девушка.
– Ну, это еще больший цинизм. – Огневский взял себя в руки и говорил спокойнее, с горькой иронией. – Выкладывай, Маша, что вам от меня нужно?
Девушка отпила кофе:
– Скажи, разве ты не устал от такой жизни? Я слежу за твоими делами, и мне уже за тебя страшно.
– Работа такая, – отмахнулся Огневский.
– Ну какая работа? Проворачивать незаконные операции в сети, наступая на ноги всем, кому не следует? А потом менять адреса и страны, чтобы не выследили.
– Врагу не сдается наш гордый Даркнет, – ответил Андрей, скорчив серьезную мину. – Но вам-то что? Я против РФ никогда не действую.
– Да, ты большой патриот, – усмехнулась она. – Наверно, поэтому ты недавно сильно насолил англичанам. Уж что там за данные ты у них увел, я и знать не хочу. Но по нашим сведениям, они собираются взять тебя в разработку. Это очень серьезно, ты ведь понимаешь.
– Ну, если наши доблестные спецслужбы в твоем лице до сих пор меня не «разработали», то куда уж этим натовским болванам…
– А ты все бравируешь, – грустно сказала Маша. – Но это, к сожалению, не все. По твоему следу идет еще кто-то. Серьезные люди. Настолько серьезные, что мы даже не знаем пока, кто они. А ведь мы ценим таких, как ты, и хотим тебе помочь. Тебе угрожает опасность, причем сразу с нескольких сторон. Одному тебе тут не справиться.
Андрей только скривился.
– Я от бабушки ушел, я от дедушки ушел. И даже от лисы… – Он кивнул на нее без улыбки. – И от этих, кто б они не были, тоже как-нибудь отделаюсь.
– Андрей, послушай меня. Мы можем предложить тебе защиту. Ты один из самых выдающихся людей в своем поколении. И речь не только о твоих навыках, которые ты, к сожалению, направляешь совсем не в то русло…
– Покороче, пожалуйста, – перебил Огневский, – мне еще на массаж сегодня, шея болит…
– Мы предлагаем тебе помощь и сотрудничество, – спокойно продолжала девушка. – Прежде всего, защиту от любых преследований. И отличную площадку для развития твоих способностей. Пора же, наконец, налаживать отношения с Родиной.
– У меня с Родиной прекрасные отношения, – пожал Андрей плечами. – Это у нее со мной вечно какие-то непонятки.
– Хватит ерничать, это очень серьезно. Ты не устал нарушать законы, бегать и прятаться? Просто выслушай меня, такого предложения тебе еще не делали.
– Зато я тебе однажды сделал предложение, – без улыбки сказал Андрей. – Ответила ты известно как. Я тебе отвечаю тем же. Не хочу я с вами сотрудничать. Что касается России – по-моему, она хорошо себя чувствует без участия моей персоны. Пускай так и останется. Слава Богу, послужил уже, комиссовался. Если это всё, я пойду, шея замучила.
Андрей поднялся. Маша смотрела так, будто хотела сказать еще что-то. Огневский почувствовал, что совсем близко за спиной кто-то стоит, и, еще не успев подумать, выбросил вверх согнутую в локте руку, блокируя рубящий удар по шее.
Кто-то из Машиных сотрудников? Вот тебе и «скучала»…
– Мать вашу! – прорычал он, разворачиваясь и метя локтем в ухо нападавшему. – Маша, это чересчур!
Нападавший ушел от удара и меткой подсечкой сбил Огневского с ног. Андрей упал на бок, захлебнувшись проклятиями, когда удар об пол вышиб из легких воздух. Снизу он увидел, как Маша вскакивает на ноги, наводя на незнакомца пистолет с глушителем.
–
«Все-таки жуткий у нее славянский акцент, – невпопад подумал Андрей, – так и не смогла избавиться…»
Как всегда в начале силовой ситуации, в голову почему-то лезли абсурдные, совсем неуместные мысли.
Нападавший – белый иностранец подтянутого вида, в добротной городской одежде, – рук не поднял. Он молниеносно бросился на Машу. Но она (недаром училась) ушла от его захвата, отскочив в сторону, и – только чмокнул глушитель – всадила ему пулю в плечо.
Боевик не угомонился даже на этом. Хрипя, он склонился над столом, но за рану хвататься не стал, вместо этого здоровой рукой рванул из-под льняного пиджака собственный пистолет.
Подскочивший с пола Огневский рубанул его в шею, тем самым отключающим ударом, от которого недавно едва ушел. Боевик пошатнулся и повалился набок.
– Нападение, – сжав зубы, проговорила Маша в какое-то маленькое устройство, зажатое в ладони. – Один, подготовленный, возможно, еще на подходе. Нужна помощь.
Устройство молчало несколько секунд. Глаза девушки расширились.
– Уходим! – бросила она Андрею, беря его за плечо и ведя к двери. – В разные стороны, прямо сейчас!
– Эй, спокойно, – остановил он ее. – Надо разобраться, что это за бык и чего он бросился на меня, в моем городе. Возьмем и допросим.
– Он не один, – прошипела Маша и снова стала толкать Огневского к выходу.
Как она была хороша в этот момент: стройное, сильное тело напряжено, карие глаза прищурены, ни одного лишнего слова или взгляда, вся в моменте. Огневский разозлился на себя – проклятые старые чувства, уже стоившие ему так много…
– У меня было прикрытие, – продолжила Маша, – два хороших спеца. В двадцати метрах по радиусу. Они не отвечают, хотя канал работает… Ты понял почему?
Андрей понял.
– Ладно, – проговорил он, – тогда давай за мной. У меня есть тихое место на такой случай.
– А у меня на такой случай есть строгая инструкция. – Маша в третий раз стала толкать его к выходу. – Поэтому мы уходим в отрыв по одному. Мой стаж в этих делах гораздо больше твоего, пошел! – Она рванула его за руку. – Я направо, ты налево, мы с тобой свяжемся.
